«Тьма в её сердце» 🔥

После того случая мы уехали. Я до сих пор не понимала, почему Ребекка осталась… но она ушла сама. Ничего не объяснив. Мы с Элайджай уехали вдвоём. Но всё было уже не так, как раньше. Я держала его за руку, крепко, будто боялась, что он исчезнет. Он был напряжён. Слишком. Перед уходом он ещё раз пошёл к Нику но всё было как всегда. Тот лишь оттолкнул его. Слова, холод, злость — ничего нового. И теперь Элайджа не собирался возвращаться. Хотя я знала… он душу продаст за семью. Я слабо улыбнулась ему и положила руку на его плечо. И вдруг— Машина резко остановилась. Я удивлённо посмотрела на него. — Элайджа?.. Он не двигался. Сжимал руль так сильно, что побелели пальцы. Потом медленно заговорил: — Ты жалеешь, что выбрала меня? Я растерянно моргнула. — Что?.. — Я не могу выбросить из головы то, что он сказал, — тихо произнёс он. — Что он сказал, Элайджа? — спросила я, уже чувствуя, как внутри всё сжимается. Он закрыл глаза на секунду, будто собираясь. — Он сказал… что ты всё равно уйдёшь. Тишина. — Что рано или поздно ты поймёшь, кто я… и тебе станет скучно, — продолжил он, уже глядя прямо на меня. — И что быть рядом со мной — значит жить в постоянной боли из-за семьи. Его голос стал ниже. — И ты выберешь себя. Я смотрела на него, не веря. — И ты… поверил ему? Он горько усмехнулся. — Я не хочу. Но Ник знает, куда бить. Я медленно взяла его за руку. — Посмотри на меня. Он замер… но всё же посмотрел. — Я уже выбрала, — сказала я спокойно. — И это был не простой выбор. Он молчал. — Я знаю, какой ты, Элайджа. Не идеальный. Иногда жестокий. Слишком преданный семье… — я чуть улыбнулась. — Но я всё равно выбрала тебя. В его взгляде что-то дрогнуло. Но тревога не исчезла. — А если однажды тебе станет слишком тяжело? — тихо спросил он. Я сжала его руку сильнее. — Тогда ты будешь рядом. Пауза. — Или ты планируешь исчезнуть? Он замер. И впервые за всё это время… его напряжение немного ослабло. Он поднял руку и осторожно коснулся моей щеки. — Я никогда не уйду первым, — сказал он тихо. Сердце сжалось. Я накрыла его руку своей. — Тогда и я не уйду. Он смотрел на меня ещё несколько секунд… будто запоминая. А потом— Он притянул меня к себе. Не резко. Не страстно. А так, будто это было единственное, что удерживает его от падения. Я закрыла глаза, уткнувшись в него. И впервые за долгое время… стало чуть спокойнее. Но где-то глубоко внутри я знала— Это ещё не конец. Прошло несколько месяцев. И, кажется… всё действительно стало лучше. Мы с Элайджа больше не оглядывались назад. Не говорили о прошлом. Не вспоминали тот разговор. Не возвращались Будто решили — просто жить. Мы путешествовали. Новые города сменяли друг друга, как страницы книги. Тёплые вечера, чужие улицы, огни, в которых никто нас не знал. И впервые за долгое время… стало легко. Я смеялась чаще. Он — тоже. Иногда я ловила себя на мысли, что смотрю на него… и не вижу той тяжести, которая была раньше. Он стал спокойнее. Рядом со мной. А я — рядом с ним. Мы гуляли по набережным, держась за руки. Пили кофе в маленьких кафе, где никто не задавал лишних вопросов. Иногда просто сидели в тишине — и этого было достаточно. — Ты счастлива? — однажды спросил он. Я повернулась к нему. Он смотрел внимательно. Слишком внимательно… будто всё ещё боялся услышать ответ. Я улыбнулась. — Да. Тихо. Честно. — С тобой… да. Он ничего не сказал. Просто взял мою руку и чуть сильнее сжал. Но я заметила— Этот взгляд. Он всё ещё не до конца отпустил прошлое. И, возможно… оно ещё не отпустило нас. Мы сели на лавочку. Я ела мороженое, а Элайджа пил сок. Я улыбнулась, наблюдая за ним, а потом тихо спросила: — Ты правда не хочешь поехать к Ребекка… и помочь с лекарством? Он на секунду отвёл взгляд. — Очень хочу, — честно сказал он. — Но Никлаус явно не позволит. Он хочет гибридов… как раньше. Я опустила глаза. — И хотя Ребекка мечтает быть человеком… с такими врагами, — продолжил он тихо, — думаю, она и месяца не проживёт. Он говорил спокойно. Но я знала — ему больно. И он был прав. Я немного помолчала, а потом посмотрела на него. — А ты… хочешь быть человеком? Он перевёл взгляд на меня. В этот момент капля мороженого упала мне на ногу. Он заметил это, чуть наклонился и аккуратно убрал её пальцами, а затем слабо улыбнулся. — Свинушка, — тихо сказал он. Я тихо фыркнула. Но внутри что-то сжалось. — Да… хочу, — вдруг серьёзно сказал он. — Хочу семью. Детей. Жить… по-настоящему. Пауза. Его голос стал тише. — Но это невозможно. Я смотрела на него. — Думаешь… лекарства не хватит? Он кивнул. И я… тоже кивнула. Тишина снова повисла между нами. Но теперь она была другой. Тяжелее. Потому что в ней была правда… которую мы оба понимали. После того разговора я не просто перестала говорить об этом. Я… спрятала это внутри. Будто если не произносить — станет легче. Будто если не трогать — не будет болеть. Мы продолжали путешествовать. Улыбаться. Смеяться. Жить. Но иногда… Я ловила себя на том, что смотрю на Элайджа и думаю о том, чего у нас никогда не будет. О будущем. О семье. О детях. И каждый раз быстро отводила взгляд. Чтобы он не заметил. Он тоже больше не поднимал эту тему. Ни разу. Но я чувствовала— Он думает об этом. Иногда его взгляд становился слишком далёким. Иногда он замолкал посреди разговора. Иногда сжимал мою руку чуть сильнее, чем обычно. Будто боялся потерять даже то, что есть. Однажды вечером мы сидели в тишине. Солнце уже почти село. Я опустила голову ему на плечо. И вдруг поняла— Мне этого мало. Не его. А… времени. Жизни. Того, что у нас могло бы быть. Я тихо вдохнула. — Элайджа… Он сразу повернул голову ко мне. — Мм? Я замолчала. Слова застряли. Я могла снова начать этот разговор. Могла сказать всё, что чувствую. Но… Я только крепче сжала его руку. — Ничего, — тихо сказала я. Он посмотрел на меня чуть дольше, чем обычно. Будто понял, что я не договорила. Но не стал спрашивать. И просто притянул меня ближе. А я закрыла глаза. И в этот момент— Я поняла одну вещь. Я не отказалась от этой мечты. Я просто… боюсь её потерять. Кол мёртв. Мы узнали об этом… и сразу вернулись. Когда приехали, дом был заперт. Что-то было не так. Я почувствовала это сразу. Мы не могли войти — барьер. А внутри… был Ник. Потерянный. Разбитый. Опасный. — Я их всех убью, — тихо, но с такой яростью сказал он, что по коже прошёл холод. Я сделала шаг вперёд. — Я помогу, — сказала я. Элайджа сразу оказался рядом и поддержал меня, словно знал, что я собираюсь сделать. Я закрыла глаза на секунду… и сняла барьер. Мы вошли. В этот момент за нами появились Тайлер и Кэролайн. Они остановились, увидели нас… и страх отразился в их глазах. И без слов — убежали. Мы не остановили их. Сейчас было не до этого. Мы прошли дальше. И нашли его. Кол лежал неподвижно. Слишком тихо. Слишком… окончательно. Мы взяли его тело и аккуратно положили в гроб. Сердце сжалось. — Я могу его воскресить— — Нет! — одновременно крикнули они. Я вздрогнула. — Но я могу— — Нет, — уже тише, но жёстко сказал Ник, подходя ближе. — Может быть потом. Но не сейчас. Я замерла. Он смотрел на меня тяжело. Будто держался из последних сил. — Они ушли за лекарством? — спросила я. Он кивнул. — Лекарство только одно. Так что уже нет смысла его искать. Я перевела взгляд на Элайджу. Он — на меня. И в этом взгляде было слишком много. Понимание. Боль. И… тот самый разговор, который мы больше не поднимали. — Я разберусь со всеми, — холодно сказал Ник. Потом посмотрел на Элайджу. — Я слышал, ведьмы Нового Орлеана что-то планируют против меня. Узнай, брат. Я пойду следом. Тишина. Я посмотрела на Элайджу. Он молчал. Несколько секунд. Слишком долгих. Я знала — он не хотел снова возвращаться в это. В семью. В войну. В кровь. Но… — Хорошо, — наконец сказал он. И в этот момент я поняла— Наше спокойствие закончилось. Снова. Новый Орлеан встретил нас эффектно. Музыка. Свет. Живые улицы, полные людей. Этот город… никогда не спал. Мы с Элайджа были здесь уже три дня. И за это время узнали главное— Город принадлежит Марселю. Я усмехнулась, стоя у окна и глядя на огни ночного города. — Интересно… я всегда хотела его увидеть. — Никлаус много о нём рассказывал, — спокойно сказал Элайджа, застёгивая рубашку. — Ты что-нибудь слышала? Я пожала плечами и подошла к нему ближе. — Немного. Что он его… усыновил. Что он для него как сын. Я обняла его, прижалась и легко поцеловала в губы. Он слабо улыбнулся. Но в глазах всё равно оставалась напряжённость. — Может… мы зря пришли? — тихо сказала я. — Мы так ничего и не узнали. Может, это просто слухи. Он покачал головой. — Я тоже так думал… но Никлаус уже сегодня будет здесь. Я напряглась. — И? — Мне прислали сообщение, — продолжил он, глядя на меня. — Он ждёт меня ночью. Пауза. Комната будто стала тише. Я не раздумывала. — Я пойду с тобой. Он сразу посмотрел на меня. Несколько секунд молчал. Будто хотел возразить. Но… В итоге просто кивнул. — Хорошо. Я чуть сжала его руку. Но внутри уже появилось это чувство— Мы шли по улицам. Вокруг было шумно, ярко, живо. Люди смеялись, танцевали, что-то праздновали. Музыка звучала отовсюду. Этот город… будто дышал ночью. Я улыбнулась, оглядываясь по сторонам. — Тут так круто… почему мы раньше сюда не приехали? — спросила я. Элайджа посмотрел на меня. — Когда-то здесь случилось кое-что… из-за чего мы уехали. Я нахмурилась. — Что именно? — Майкл объявился. Я замерла. — Ясно… Мы шли дальше, но вдруг— Мы оба одновременно остановились. Вампирский слух. Крики. Я переглянулась с ним. И без слов мы сорвались с места. Через секунду мы уже были там. Несколько вампиров напали на ведьму. — Хватит, — холодно сказал Элайджа. И за секунды всё закончилось. Он убил их. Я тоже не осталась в стороне. Последний вампир упал к моим ногам. Тишина. Мы посмотрели на девушку. Она тяжело дышала, но стояла. Элайджа сделал шаг вперёд. — Я Элайджа. Ты слышала обо мне? (я про себя только: блин… как же это звучит…) — Софи, — ответила она, всё ещё настороженно глядя на нас. — И… это мы пригласили вас в Новый Орлеан. Мы сразу напряглись. Я шагнула ближе. — Что вам нужно? Она невольно сделала шаг назад. Посмотрела на меня внимательнее… и в её глазах появился страх. — Ты… не чисть, — сказала она. — Ты ошибка природы. Я резко остановилась. Внутри что-то холодно сжалось. — Следи за языком, — тихо сказал Элайджа. Но в его голосе уже чувствовалась злость. Софи перевела взгляд на него, потом снова на меня. — Мне нужно вам кое-что показать, — быстро сказала она. Пауза. Мы переглянулись. И пошли за ней. Но внутри у меня уже было чёткое ощущение— Это не просто встреча. — Новым Орлеаном правит Марсель. И нам запрещено колдовать… — сказала Софи. — Моя сестра ослушалась… и поплатилась жизнью. Я вздохнула, уже теряя терпение. — Софи, нам неинтересна твоя семья. Нам нужно знать, зачем мы вам. Она посмотрела прямо на меня. Долго. — Ты должна меня понять… — тихо сказала она. — Мы, ведьмы, чувствуем будущее. Моя сестра узнала… что у Клауса появится ребёнок. С разрушительной силой. Тишина. Я не выдержала. — Ты издеваешься? Элайджа слегка остановил меня взглядом, давая ей договорить. — Мы нашли девушку… беременную от вашего брата. Из тени вышла девушка. Она смотрела на нас настороженно. Я нахмурилась. — Я её не знаю. Я посмотрела на Элайджу — он тоже пытался понять. Я прислушалась. Сконцентрировалась. И… Стук сердца. Я резко перевела взгляд на её живот. — О боже… Элайджа сделал шаг вперёд. — Вы уверены, что это ребёнок от Никлауса? — Да, — твёрдо сказала Софи. — Чтобы узнать это… моя сестра умерла. Пауза. — Нам нужна ваша помощь, — продолжила она. — Нужно убрать Марселя. Холод прошёл по коже. — А если мы откажемся? — спокойно спросил Элайджа. Софи даже не моргнула. — Тогда я убью девушку. И ребёнка. Её жизнь связана с моей. Я закатила глаза. — Серьёзно?.. Я шагнула вперёд. И сразу— Все ведьмы встали перед девушкой. Защитой. Я остановилась, но не отступила. — Я должна понять, правда это или нет, — сказала я холодно. Софи помедлила… потом слегка кивнула. Ведьмы неохотно расступились. Я подошла к девушке. Она нервно смотрела на меня. — Как тебя зовут? — Хейли, — тихо ответила она. Я положила руку на её живот. Слегка надавила. Сосредоточилась. И… Ничего. Я нахмурилась. Странно. Я чувствовала сердце. Но не чувствовала… силу. Ни магии. Ни чего-то особенного. Я медленно убрала руку. И посмотрела на неё внимательнее. А потом — на Софи. Внутри уже появилось ощущение— Что что-то здесь… не так. Я медленно убрала руку. И нахмурилась. — Ничего, — спокойно сказала я. — Я не чувствую ничего необычного. Софи резко посмотрела на меня. — Это невозможно. Я лишь пожала плечами. — Может, ты ошиблась. Но внутри— Я сжала зубы. Потому что это была ложь. Я почувствовала. Сначала — ничего. Пустоту. А потом… Что-то глубже. Слабое. Ещё не оформленное. Но… живое. И странное. Слишком странное. Эта сила не была похожа ни на ведьму, ни на вампира. Она была… Иной. Я подняла взгляд на Хейли. Она нервно смотрела на меня. Будто чувствовала, что я что-то скрыла. Но я уже отвернулась. — Мы зря пришли, — сказала я, отходя назад. Элайджа внимательно посмотрел на меня. Слишком внимательно. Он знал. Он всегда чувствовал, когда я вру. Но ничего не сказал. Пока. — Значит, вы нам не поможете? — голос Софи стал холоднее. Элайджа перевёл на неё взгляд. — Нам нужно время, — спокойно ответил он. — У вас его нет, — резко сказала она. Я усмехнулась. — Тогда, может, не стоило нас шантажировать? Тишина. Напряжённая. Острая. Элайджа положил руку мне на спину. Лёгкое давление. Сигнал. Не сейчас. Я выдохнула и замолчала. — Мы подумаем, — коротко сказал он. И взял меня за руку. Мы развернулись и вышли. Ни одна ведьма нас не остановила. Но их взгляды… Я чувствовала их на себе до самого выхода. Как только мы оказались на улице— Я вырвала руку. — Не сейчас, — сразу сказал Элайджа. — Нет, как раз сейчас, — тихо ответила я. Он остановился. Повернулся ко мне. — Ты солгала. Не вопрос. Факт. Я несколько секунд молчала. А потом тихо сказала: — Да. Пауза. — Я чувствовала это. Его взгляд стал жёстче. — Что именно? Я сглотнула. — Ребёнок… он не обычный. Тишина. Город шумел вокруг нас, но между нами стало слишком тихо. — Насколько не обычный? — спросил он уже тише. Я покачала головой. — Я не знаю. Но эта сила… она другая. Я никогда такого не чувствовала. Он отвёл взгляд на секунду. Думая. Собирая всё. — И ты решила скрыть это? Я посмотрела на него прямо. — Да. — Почему? Я сделала шаг ближе. — Потому что если ведьмы узнают, насколько он особенный… они не просто будут его использовать. Мой голос стал тише. — Они будут его бояться. Пауза. — А значит — попытаются уничтожить. Элайджа замер. И в этот момент я увидела— Он понял. Полностью. И это ему не понравилось. — Значит, теперь у нас есть проблема, — тихо сказал он. Я слабо усмехнулась. — У нас всегда есть проблема. Он посмотрел на меня. И впервые за долгое время в его взгляде снова появилось то самое— Решение. — Мы должны найти Никлауса раньше них. Я кивнула. Но внутри уже чувствовала— Это только начало. И этот ребёнок… Изменит всё. — Ты останешься, — сказал Элайджа. Я посмотрела на него. — Они тебя боятся. Присмотри за ней. Пауза. Он чуть приблизился. — И… ты правда это почувствовала? Я кивнула. Без слов. Он задержал взгляд ещё на секунду… а потом ушёл. Я медленно выдохнула и отошла в сторону. Села у дерева, наблюдая за ведьмами. Они тоже смотрели на меня. Слишком внимательно. Через несколько секунд ко мне подошла Софи. — Мы не врём, — быстро сказала она. — Она правда— — Закрой рот, — холодно перебила я. Она замерла. Я подняла на неё взгляд. — Я знаю правду. Я просто проверяла вас. Тишина. Её лицо исказилось от злости. — Ты играешь с нами?! — Ты смеешь повышать на меня голос? — тихо сказала я. Она невольно шагнула назад. Я медленно встала. — Я посижу с ней. Пока Никлаус и Элайджа не вернутся. — Нет! — почти одновременно выкрикнули ведьмы. Я усмехнулась. — Тогда я скажу им, что никакого ребёнка нет. Пауза. Я посмотрела на каждую из них. — И, поверьте… они поверят мне быстрее, чем вам. Тишина. Напряжённая. Ведьмы переглянулись. Колебание. Страх. И в итоге— Они отступили. Дали ей пройти. Хейли осторожно подошла ко мне. Я снова села у дерева и кивнула рядом с собой. — Садись. Они, наверное, уже успели на тебя надавить. Она смотрела на меня. Будто пыталась понять— Можно ли мне доверять. Я слегка улыбнулась. — Я Серафина. И протянула руку. Она помедлила… но всё же пожала её. — Хейли. Мы на секунду замолчали. И в этой тишине… Я снова почувствовала это. Слабое. Странное. Сердце. Не её. А… Ребёнка. И теперь я была уверена— Это не просто ребёнок. Это… начало чего-то большого.