NieR: RuneBound

***

Признаться честно, мне было немного страшно. Повседневная, по-своему скучная и относительно понятная жизнь в Долине после заточения в шкафу стала мне дорога. Толком ничего эпичного здесь не происходило – обычная, размеренная рутина с редкими походами в близлежащие руины прошлого. Но я и не был прихотлив к этому. Когда-то год жизни в поместье деда в Испании пролетел для меня вообще незаметно, но здесь… здесь масштаб ощущался иначе. Свободнее. Но в то же время я прекрасно понимал головой: всё это великолепие – не более чем… контактный безопасный зоопарк, как бы грубо это ни звучало. Вся эта местная безопасность была абсолютно мнимой, как и перспективы у этих людей, копошащихся за каменными стенами… Людей, которые формально и людьми-то не являлись полноценными. Гештальты же неотвратимо деградируют, и весь этот грандиозный проект, от которого зависит будущее человеческой цивилизации, не движется с мёртвой точки, просто поддерживаясь на грани фола уже долгие годы. И по иронии судьбы, я оказался фактически последним настоящим человеком, который мог в теории хоть что-то во всём этом изменить. Это была холодная логика, голые факты… Но они нисколько не отменяли того, что я с затаённой тревогой и грустью отсчитывал последние дни своего пребывания в этом месте. Когда путешествие домой маячило где-то в туманной перспективе, сама мысль об этом вызывала тепло и радостное предвкушение. А сейчас… сейчас она вызывала острые флешбэки и ассоциации с мёртвым Токио. Рассыпающийся бетон, ржавая арматура, разорванный андроид, разруха, смерть и рыскающие Тени в поисках… «тел». После месяцев спокойной жизни под мирным небом и покоя среди людей, возвращение в тот постапокалиптический ад вызывало вполне закономерную опаску… Да, я банально оброс зоной комфорта, и было явное нежелание из неё выходить, слишком хорошо помня свой прошлый, болезненный опыт. Но всё же… это были просто эмоции, среди которых решимость и интерес всё равно брали верх. Было тревожно, да. Но стоит только сделать первый шаг за ворота – и это пройдёт. И вот в этих вязких внутренних противоречиях я и варился вплоть до того момента, пока мне не пришло короткое сообщение от Пополы: — Феликс. Как будешь готов, зайди ко мне в кабинет. Прибыла наша временная «замена». Мы ввели их в курс дела, и готовы отправляться в путь. Я перечитал эти строчки, сидя на прохладном берегу озера. Вода тихо плескалась у сапог, а на другом берегу городок жил своей привычной, неспешной жизнью – где-то слышались голоса, над крышами вился лёгкий печной дым. Уходить категорически не хотелось… Но я понимал: если я хочу, чтобы это место в принципе сохранилось, я должен его покинуть. Я поднялся на ноги, отряхнул штаны и уверенно зашагал в сторону кирпичной громады библиотеки. Над головой уже сгустились почти чёрные, тяжёлые тучи. Они надёжно укрыли долину, отчего вокруг стояли глубокие сумерки и прохлада, искусно имитируя ночь. И, видимо, именно так, под этим искусственным покровом тьмы, я и покину это место.

***

Библиотека встретила меня запертой входной дверью, что само по себе было событием из ряда вон выходящим. Обычно её толстые створки оставались распахнутыми для немногочисленных посетителей круглосуточно. Впрочем, понимание причины этого отклонения от рутины уже лежало в моём кармане в виде прочитанного сообщения на смартфоне. Порывшись в поясной сумке, я выудил небольшую связку ключей, отыскал нужный, с вычурной резьбой, и с сухим щелчком провернул замок. Я навалился плечом на неподатливую створку, открывая тяжёлую дверь, и, едва протиснувшись внутрь, тут же поспешил захлопнуть её за собой, на всякий случай провернув ключ обратно. С тяжёлым шагом я зашагал в сторону лестницы. Внутри библиотеки царил густой, почти осязаемый полумрак. Снаружи небо затянули грозовые тучи, а большинство светильников в зале почему-то погасили, оставив лишь парочку дежурных факелов у самой лестницы, которые отбрасывали на стены дрожащие, вытянутые тени. Атмосфера царила своеобразная, густая и немного мрачная – точь-в-точь под стать тому, что творилось у меня на душе. Мои шаги гулким эхом отдавались под высокими сводами просторного зала, пока я медленно шёл мимо исполинских, уходящих под самый потолок шкафов с книгами. Я скользил взглядом по тысячам потрёпанных корешков с выцветшим тиснением. Не сказать, что я прочитал хотя бы десяток из этих фолиантов, но изучать их, прикасаться к хрупким страницам было интересно. Особенно когда рядом находилась Попола, готовая с присущей ей педантичностью рассказать историю не только того, что написано внутри, но и историю самой книги: кто её переплёл, какими чернилами пользовался автор и почему на третьей странице следы от пролитого вина. Но вечно плавать в меланхолии и сентиментальных воспоминаниях не получалось, да и длинный зал уже закончился, упёршись в подножие широкой каменной лестницы. — Эх… Пора, — тихо выдохнул я в пустой зал, усмехнувшись про себя, и начал подниматься по истёртым ступеням. Уже на середине пролёта я начал различать приглушённые голоса сестёр, доносящиеся из кабинета. Интонации были ровными, деловыми, но разобрать конкретные слова не удавалось. Подслушивать под дверью я даже не думал – не потому, что был джентльменом до мозга костей, а просто потому, что прекрасно знал: в библиотеке полно скрытых камер, которые фиксируют каждый чих. И Девола с Пополой могли спокойно просматривать записи прямо в своих головах, не утруждая себя спуском в подвальный командный пункт. Глупо было бы спалиться на такой мелочи. Я спокойно подошёл к двери кабинета, вежливо, но коротко постучал, выждал пару секунд для приличия и потянул ручку на себя, как делал это уже сотни раз. Но в этот раз я застыл на пороге, глядя в комнату через приоткрытую щель, словно громом поражённый. — О, Феликс! Ты как раз вовремя, — произнесла… Попола, спокойно сидящая на своём законном, идеально убранном месте за столом у дальней стены со шкафами. Но не она заставила меня впасть в ступор. В кабинете находились три абсолютно идентичных ей близнеца. Двое расположились на старом бархатном диване, а третья расслабленно раскинулась на стуле у небольшого столика возле самого входа. Именно в ней я почти сразу распознал «свою» Деволу несмотря на то, что она изо всех сил пыталась прикинуться шлангом и сохранять невозмутимый вид. Её выдали фирменный прищур зелёных глаз и та самая едва уловимая улыбочка, притаившаяся в уголках губ. Двоица на диване, напротив, разглядывала меня с вежливым, почти научным интересом. — Испугался чего-то? — спросила Девола на стуле, лениво поворачиваясь ко мне всем корпусом. — Не бойся, маленький волшебник, мы не кусаемся. По крайней мере, пока не попросишь. — Да вот… Пожалуй, тут постою, — ответил я, выдавив кривоватую улыбку. Я опёрся плечом о дверной косяк, всё же толкнув дверь так, чтобы она открылась почти на полную, но внутрь заходить не спешил. — Выглядит это всё как очень изощрённая, спланированная ловушка, из которой живым и с целыми рёбрами потом просто не уйти. — А что, если бы это и правда была ловушка, ты бы попытался сбежать от таких красоток? — вдруг с лёгкой усмешкой спросила… Девола под номером два, закинув ногу на ногу на диване. — Боже мой… Две Деволы, — я обречённо покачал головой, чувствуя, как мозг начинает слегка закипать от этой картины. — И две Пополы, как я понимаю? Обе Пополы – та, что за столом, и та, что на диване – почти синхронно, с одинаковой сдержанной грацией кивнули. — Обалдеть… — пробормотал я, но затем выпрямился. — Но могу сказать честно и открыто: видеть перед собой сразу четырёх красивых дам – намного приятней, чем отряд накаченных мужиков в кожаных куртках. Моё признание вызвало лёгкие смешки со стороны всех присутствующих андроидов. — Покоя тебе не даёт этот твой Терминатор, — хмыкнула моя Девола, крутя в пальцах карандаш. — Ну уж извините, мой отец пятьсот раз пересматривал только те кассеты, где фигурировали роботы и взрывы. Детские травмы, знаете ли, — отшутился я. Я оторвался от косяка, сделал несколько уверенных шагов внутрь кабинета, приличия ради, закрыл за собой дверь и, выдержав короткую паузу, обратился к гостьям на диване. — Но если говорить серьёзно, я всегда искренне рад видеть Пополу и Деволу… И думаю, на вас это правило тоже распространяется, хех. В любом случае, рад личному знакомству и очень благодарен вам за помощь. Вы нас здорово выручаете. Девола, сидевшая на диване, чуть склонила голову набок и хитро прищурилась. — А с чего ты так уверенно решил, что сменщицы – это мы, м? Может, настоящие Девола и Попола, к которым ты привык, сейчас сидят здесь, а за столом и у входа – двойники? А вот этот вопрос выбил у меня почву из-под ног, заставив на секунду впасть во внутренний ступор... И ведь действительно! Внешне они не отличались абсолютно ничем: те же алые волосы, та же бледная кожа, та же мешковатая одежда и идеальная симметрия лиц. Да, их поведение немного разнилось, но ведь для сверхпродвинутого ИИ отыграть чужие повадки специально для меня – плёвое дело. — Девола, перестань путать человека… — легонько толкнула свою рыжую соседку Попола, сидящая рядом на диване, после чего перевела на меня серьёзный, тёплый взгляд. — Мы тоже очень рады познакомиться с тобой лично, Феликс. Увидеть вживую настоящего, дышащего человека… именно нам ещё не приходилось. Для нас это не просто встреча, это, можно сказать, почти историческое событие. Она сделала небольшую паузу, её голос стал мягче. — Можешь ни о чём не переживать, правда. Мы сделаем абсолютно всё возможное, чтобы этот сектор и эта библиотека оставались в неизменном, стабильном состоянии до тех пор, пока вы не вернётесь. Искренне надеюсь, что ваше путешествие обернётся удачей. И для успеха всего проекта, и для будущего человечества. Такие простые, лишенные иронии и искренние слова от Пополы №2 развеяли мои внутренние противоречия и паранойю, подарив ясность и нужную решимость. — Спасибо, — я кивнул ей с признательностью. — Я правда постараюсь не тянуть со временем в пути и не задерживаться там дольше необходимого. Как и не задерживать ваших… Коллег? Или вы всё-таки друг друга сёстрами считаете? Пополы и Деволы переглянулись между собой. Секундная заминка, словно они без слов решали, кто будет отвечать, и слово взяла Попола №1, сидевшая за главным столом: — Как я уже когда-то рассказывала, андроиды нашей модели изначально производятся парно, — начала она, её тон был размеренным, как на лекции. — Это необходимо для баланса в принятии и исполнения решений. И именно своей сестрой я считаю конкретно мою Деволу. Мы связаны на более глубоком программном и эмоциональном уровне. Но это совершенно не значит, что Девола или Попола из другой производственной пары для меня – чужие люди или просто безликие механизмы. — Скорее, — плавно подхватила мысль вторая Попола, всё так же сидящая на диване. — Мы друг другу как двоюродные сёстры, если проводить прямую аналогию с человеческими родственными связями. Мы связаны друг с другом общей целью, мы дорожим друг другом и готовы прийти на помощь. Но связь между разными парами определённо не такая сильная и личная, как между единицами, созданными в одной паре. — Всё так, — подтвердила моя Девола у входа, отложив карандаш на стол. — И именно поэтому, если кому и можно доверить нашу работу и наш дом, то только нам самим. — Понятно… — задумчиво протянул я, переваривая информацию. — А если не секрет, то насколько вообще большая у вас… семья? Этот вопрос я уже задавал как-то в прошлом, ещё в самом начале своего пребывания здесь. Задавал его Деволе, но получил тогда довольно расплывчатый ответ. — Несколько тысяч пар, разбросанных по всему земному шару, — прямо ответила Попола №1. — Секторов с репликантами, подобных этой долине, по всему миру очень много, — продолжила Девола №2. — И абсолютно всем нужны наблюдатели, кураторы или хотя бы те, кто будет вести хроники. Наш собственный сектор сейчас спокоен, стабилен и имеет надёжных руководителей из числа андроидов других моделей. Так что мы с сестрой смогли без особых проблем временно перевестись сюда, чтобы стать наблюдателями в этом месте. И мы только рады помочь вам в таком действительно важном деле. Судьба проекта Гештальт крайне неясна, он буксует… и надежда – это сейчас именно то, что нужно всем нам. Я молча кивнул, полностью понимая серьёзность ситуации и груз ответственности, который лежал на их хрупких, но прочных плечах. — Ладно, — Попола №1 решительно встала из-за стола, обрывая философскую паузу. — Лирическое отступление, можно сказать, окончено. Всё уже готово к отправке, Феликс. Так что… можешь идти к себе и собирать необходимые вещи. Девола сейчас же отправится на точку с транспортом, чтобы всё перепроверить, а я буду ждать тебя на улице, у главных дверей библиотеки. И снова та самая лёгкая, колючая тоска тронула сердце. Всё. Обратного пути нет. Но я не подал виду, лишь коротко и решительно мотнув головой. — Хорошо, — кивнул я. — Дайте мне десять минут. Я к себе. Я развернулся и направился в свою комнату. По сути, все необходимые вещи, инструменты и дедовы фолианты были упакованы в походную сумку ещё со вчерашнего вечера, будучи предупреждённым, что именно сегодня будет последний день. Но оставалось кое-что ещё. Один небольшой, но крайне важный момент, который мне нужно было обсудить со сменщицами лично, с глазу на глаз.

***

Я шагнул за порог, и тяжёлые створки библиотеки с глухим, финальным стуком закрылись за моей спиной, отрезая путь назад. «Ночной» воздух, сырой и прохладный, тут же забрался под воротник плаща. — Ты немного задержался, — негромко произнесла Попола, выступая из тени. Она куталась в длинный тёмный плащ с глубоким капюшоном, почти сливаясь с окружающим сумраком. — Всё в порядке? Гружёный парой увесистых походных сумок, ремни которых уже ощутимо врезались в плечи, я подошёл к ней, чувствуя странное, горьковатое облегчение. — Прости, что заставил ждать. Немного задержался с вашими сменщицами. Обсудил один момент, который показался мне важным перед уходом. — Надеюсь, никаких непредвиденных проблем не возникло? — в её голосе скользнула лёгкая нотка тревоги. — Нет-нет, всё в полном порядке, — я перехватил лямку сумки поудобнее. — Просто оставил другой Пополе несколько писем и небольших подарков для тех, кто может про меня спросить. Я всё же не нашёл в себе смелости огорчать их своим внезапным уходом лично, глядя в глаза. Пусть уж лучше так попрощаемся… Очень надеюсь, что ненадолго. Попола понимающе кивнула, и её черты слегка смягчились в тусклом свете далёкого фонаря. — Я понимаю. Прощаться всегда тяжело. Но мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы не затягивать с расследованием и поскорее вернуться сюда. И желательно – с хорошими новостями для всех нас. Идём. Девола уже наверняка заждалась на точке и скучает у машины. Мы зашагали прочь от громады библиотеки, спускаясь по каменистой тропинке в сторону окраин долины. — Поедем на машине? — с искренним интересом спросил я, прислушиваясь к хрусту гравия под сапогами. — Вы про это совсем ничего не говорили, как и про сам маршрут в целом. Мне кажется, уже настала пора поделиться планом. — Да, часть пути проделаем на машине, — кивнула Попола, не сбавляя ровного шага. — И извини, что мы не посвящали тебя раньше во все детали, ограничиваясь общей информацией. Просто организовать тайное путешествие на другой конец планеты в нынешних реалиях – это дело невероятно сложное, особенно когда часть маршрута неожиданно и без предупреждения рушится после долгих дней подготовки. Даже с нашими полномочиями. — Тайное? Она на секунду замолчала, словно подбирая правильные слова. — Видишь ли, для всех андроидов проект «Гештальт» – это крайне важный аспект жизни. И в нём мы с Деволой занимаем самую высокую позицию, что даёт нам огромную власть и привилегии внутри системы. Существующий Совет андроидов – те, кто в прошлом координировал войска в войне с Легионом, а сейчас исполняет глобальные административные функции, – почти не вмешивается во внутренние дела Проекта. Здесь мы главные. Но это правило работает и в обратную сторону. За пределами Проекта властвует «Совет Андроидов». Они оказывают нам необходимую поддержку, но строго в рамках наших прямых обязанностей. Просто так связаться с ними и запросить условный транспортный самолёт для личных нужд нельзя. Нам просто откажут, сославшись на протоколы, и будут абсолютно в своём праве. — Я… не понимаю, — нахмурился я, стараясь поспевать за её быстрым шагом. — А разве нельзя сказать всё как есть? Что появился реальный шанс реанимировать важный проект, а не просто молча наблюдать за его медленным развалом. И что для спасения будущего требуется всего лишь выделить транспорт. В чём проблема? Попола тяжело вздохнула, и облачко пара вырвался из-под её капюшона. — Проблема в самом Совете и тех жёстких директивах, которые прошиты в головах этих андроидов. Как мы с Деволой когда-то не знали, как именно ты отреагируешь на правду о гибели мира, так мы не можем предсказать, как отреагирует Совет на живого человека из прошлого. Да, в идеальном сценарии звучит логично: они выслушивают нас, осознают важность и предоставляют ресурсы. Но нет абсолютно никаких гарантий, что тебя не сочтут неучтённой аномалией. Она остановилась на секунду и посмотрела мне прямо в глаза, говоря пугающе серьёзно. — Тебя могут запросто задержать и отправить в закрытый исследовательский центр, где будут держать в строгой изоляции долгие годы. Это у нас с Деволой благополучие Проекта стоит на самом первом месте, и у нас есть свободная воля и ясность ума. Но не у всех андроидов так. У них могут быть совершенно другие планы на «уцелевший генетический материал». Машинная логика может легко привести их к выводу, что ты со своими рунами, например, представляешь бóльшую угрозу текущему балансу, чем пользу. Или они решат запустить совершенно новый проект, где формально бессмертный, нестареющий человек станет идеальным подопытным. От таких перспектив по спине пробежал неприятный холодок. Одно дело – прятаться от диких монстров в пещерах, и совсем другое – стать лабораторной крысой для армии бессмертных машин. — Вы о подобных рисках мне раньше не говорили, — напряжённо произнёс я. — Да. Потому что мы сами о многом не подозревали, пока не стали глубоко копать в этом направлении, пытаясь организовать такой необычный маршрут, — с горечью призналась Попола, возобновляя шаг. — И именно поэтому мне и Деволе приходилось подолгу пропадать в поездках, договариваясь обо всём локально, через старые и… «родственные» связи, минуя официальные каналы Совета, — сказала она и выдохнула. — Сначала всё действительно задумывалось как простой запрос Совету, но потом план менялся каждую неделю из-за новых факторов, порой уходя в совершенно другую сторону от задуманного. Особенно сложно было с авиацией, которой и так осталось немного. Но так или иначе, всё наконец сложилось именно так, как я задумывала. Наша замена прибыла вовремя и без проблем, а потому основной план и маршрут теперь активен. А другие, которые тоже прорабатывались, теперь неактуальны. Пока она это рассказывала, мы вышли к окраинам. Тропинка вильнула, и мы оказались прямо напротив знакомого каменного домика Нира и Йоны. Несмотря на искусственную ночь, внутри мягко горел жёлтый свет, а из закопчённой трубы в небо тянулся сизый, уютный дымок. Я с щемящей тоской окинул взглядом эти древние стены, но шаг не замедлил. Назад дороги нет. — В общих чертах я всё понял, как и то, что вы любите тайны, — я криво ухмыльнулся, отводя взгляд от дома. — Звучит, конечно, как паранойя, но… С другой стороны, редко когда политики во свяких Советах из числа людей поступали логично, чаще всего творя какую-то очевидную тупость ради мнимого контроля… Видимо, ИИ перенял у нас не только внешность. Но ладно. Раз туман войны окончательно рассеялся, то какой у нас маршрут по итогу выходит? На машине мы явно до Испании не доедем… Или доедем, учитывая, что здесь всё пошло наперекосяк? — Хм, — Попола неловко улыбнулась, оценив шутку. — Было бы чудно, но нет. Мосты через океаны мы ещё не отстроили. План такой: сейчас на машине мы добираемся до заброшенного аэродрома, где базируется одна из ещё активных военных баз андроидов. Оттуда на транспортном самолёте летим на материк, до крупного военного узла в Хабаровске. — А оттуда? — Оттуда на грузовом поезде до Москвы. Там мы снова садимся на самолёт и летим уже напрямую в Испанию, где также сохранилась одна старая база связи со времён войны с Легионом. А дальше – снова на машине, и едем туда, куда уже ты покажешь. К твоему поместью. Я споткнулся на ровном месте, едва не выронив сумку. — Погоди… Москва? — с недоверием и трепетом переспросил я. Попола остановилась, повернулась ко мне и мягко кивнула. — Да. Мне показалось, что для тебя будет очень важным посетить свой родной город после всего, что случилось. Изначально самый безопасный маршрут не предполагал крюк через Москву, но у меня получилось договориться с диспетчерами. Если бы не аномальная граница между Королевством Ночи и Королевством Дня, где почти любая авиация моментально попадает в критические ситуации из-за бурь и потери навигации, можно было бы вообще обойтись без поезда. Но ради безопасности эту нестабильную зону лучше пересекать будучи на твёрдой земле. Я стоял, оглушённый этой новостью. Москва. Город, где я родился. Где остались мои родители, сестра, брат и та самая огромная квартира в центре. Понимал ли я, что увижу там лишь такие же мёртвые руины, как в Токио? Да. Но шанс хотя бы одним глазком взглянуть на родные улицы… это стоило любых рисков. — Спасибо, — я сглотнул подступивший к горлу ком и искренне, с глубокой признательностью кивнул ей. — Для меня это правда очень много значит. Попола лишь молча, с пониманием кивнула в ответ. Поправив капюшон, она отвернулась, и дальше мы продолжили путь в полной тишине, окончательно покидая спящую Долину и растворяясь в прохладном сумраке искусственной ночи.

***

Мы покинули Долину через Западные врата – третий и последний кордон на выходе из поселения. Как ни странно, у каменных створок не оказалось ни единого стражника, а сами тяжёлые ворота были гостеприимно приоткрыты, словно только нас и дожидались. Мы беспрепятственно прошли сквозь них, оказавшись в просторном зелёном каньоне, по дну которого неслась шумная река, и уверенно зашагали по широкой тропе к точке сбора. Шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Не знаю, что сейчас анализировали процессоры Пополы, но я неотрывно думал о Москве и об этом загадочном Совете Андроидов. Раньше сёстры упоминали о нём лишь вскользь, как о некой далекой административной машине, управляющей теми же боевыми моделями в руинах Токио. Но теперь всплывшие детали заставляли напрячься. Впрочем, я предпочитал верить Пополе и Деволе. Верил в то, что они сами до конца не осознавали всей жесткости и паранойи Совета. Вряд ли в их тысячелетних протоколах вообще был прописан сценарий «а что делать, если мы найдем живого, нестареющего человека с магическими рунами». Реакция такой гигантской структуры могла быть абсолютно непредсказуемой. Так что Попола права: лучше не тыкать в этого спящего медведя палкой, раз маршрут удалось проложить в обход официальных каналов. А вот что касалось Москвы… Внутри разливалось искреннее тепло от того, что сёстры так заморочились. Я ведь специально не дёргал их, не донимал вопросами о сроках и «билетах», просто восстанавливался и готовился, понимая, что поездка в Испанию в их же интересах – им нужно, чтобы я как-то повлиял на Проект. Я доверился им полностью, и, похоже, не зря. Я даже не смел рассчитывать на Москву, а они взяли и всё устроили. И пусть это был лишь холодный математический расчёт машин, просчитавших, как лучше всего «задобрить» ценного кадра. Пускай. Для меня это был исключительно добрый, глубоко человечный жест. Так, незаметно пробираясь сквозь скалы и отдаляясь от Долины, мы вышли… к пустыне. Зелёный каньон резко оборвался, сменившись бескрайним морем жёлтого песка. Небо здесь уже не давило вечной ночью – оно заметно посветлело. А на самой границе песков, тяжело осев на широких колесах, стоял до боли знакомый по Токио чёрный броневик. Водительская дверь была распахнута, а на крыше машины, беззаботно свесив ноги, сидела Девола и активно махала нам рукой. — Наконец-то! — звонко крикнула она, спрыгивая на песок. — Я уж думала, вы там решили остаться и провести полную инвентаризацию библиотеки перед отъездом! Подойдя ближе, я замер. Девола сменила свой привычный, мешковатый деревенский наряд на нечто совершенно иное – куда более практичное для вылазок. На ней была облегающая чёрная тактическая куртка с плотными вставками и сетчатыми элементами, подчёркивающая фигуру и при этом выглядящая надёжно и функционально. Поверх неё – асимметричная светлая накидка, спадающая лёгкими складками почти до колен, придавая образу неожиданную мягкость. Низ составляли тёмно-красные штаны с множеством карманов и креплений, дополненные защитными накладками на коленях. На поясе располагались подсумки, инструменты и рация – всё необходимое для выживания вне безопасных мест. Высокие кожаные ботинки на шнуровке завершали образ, добавляя ему устойчивости и строгости. Руки были защищены перчатками без пальцев, а общий силуэт сочетал в себе практичность, выверенность и лёгкую, почти небрежную элегантность. Это выглядело не просто стильно – в этом чувствовалась готовность к действию. Тут же я краем глаза заметил движение: Попола плавно скинула свой длинный плащ, оставшись точно в такой же униформе. — Рассказывал твоей двоюродной сестре, где ты свои заначки с вином в деревне прячешь, — усмехнулся я, подходя к открытым дверям броневика и закидывая внутрь тяжёлые сумки. — Вот и задержались, составляя подробную карту твоих сокровищ. — Что?! — Девола аж поперхнулась воздухом, её глаза комично округлились. — Ты ведь шутишь? Феликс, скажи, что ты шутишь! Попола, он ведь врет? — Феликс никогда не врёт, — невозмутимо отозвалась Попола, сохраняя идеально серьёзное, почти каменное лицо, складывая свой плащ. — Особенно в вопросах несанкционированной контрабанды алкоголя в вверенном мне секторе. — Тц! Ну предатели! — Девола театрально всплеснула руками и фыркнула. — Про мои настоящие тайники вы всё равно никогда не узнаете, а то, что в деревне – это так, резервный фонд на случай скуки… — девушка спрыгнула на землю и подошла ближе, по-хозяйски уперев руки в бока. — Ну что, готов к новому путешествию, герой-волшебник? — Разумеется. Кто, если не я, спасёт этот сумасшедший мир? — с показной важностью вздохнул я. — Я так понимаю, по пути мы заскочим в то самое Королевство Фасад, раз уж по пустыне поедем? — Мы проедем совсем рядом и можем заскочить на пару минут, — кивнула она. — Стоп. Этого нет в утверждённом маршруте, — тут же отрезала Попола, подходя к нам. Во всей этой тактической экипировке её строгость смотрелась ещё внушительнее. — Всё же в моих старых «сказках» эти египтяне занимали немалую часть истории, и было бы настоящим кощунством не взглянуть на них хоть одним глазком. Верно говорю, Феликс? — Девола хитро подмигнула, явно переводя стрелки на меня. — Думаю, не случится ничего страшного, если мы на десять минут свернём к этому месту, — я пожал плечами. — Мне тогда было интересно узнать, что это за люди в масках, и сейчас тоже. Неясно, когда у меня вообще появится ещё такая возможность. — Абсолютно верно! — горячо поддержала она, переводя взгляд на сестру. — Попола, мы всё равно едем мимо. Десять минут роли не сыграют. Когда у него ещё появится шанс увидеть настоящих Людей Масок? Не будь занудой! Попола переводила строгий взгляд с меня на свою близняшку. Её плечи слегка опустились, и она тяжело, обречённо выдохнула. Против объединенного фронта её логика давала сбой. — Ладно, — сдалась она. — В этом и впрямь не будет большой проблемы, поселение расположено вдоль нашего вектора движения. Но ровно на десять минут. — Вот и чудненько! — просияла Девола, хлопнув в ладоши. — Тогда грузимся и по газам! Занимайте места, пассажиры! Она уже развернулась, чтобы запрыгнуть в кабину, но я окликнул их. — Секунду. Можно я отниму ещё минуту вашего времени? — я остановился у открытой дверцы и сунул руку в карман. — Я долго думал. Раз у нас с вами теперь начинается настоящее, совместное путешествие, стоит начать его правильно. Сёстры переглянулись и вопросительно посмотрели на меня. — Моё первое путешествие за пределы Долины, как вы прекрасно знаете, пошло по одному месту, — я горько усмехнулся. Сёстры заметно напряглись, вспомнив инцидент с обвалом. — Тьма, заживо похороненный под тоннами камня, никакого шанса на спасение. Но в тот момент полного отчаяния, я вслепую, на одних инстинктах, сделал из трёх обычных монет магические артефакты. Я вытянул руки вперёд и разжал ладони. На них лежали две потускневшие монеты, которые тут же отреагировали на моё прикосновение и начали испускать мягкое, тёплое свечение. — Я превратил их в фонарики. И этот свет не дал мне сойти с ума. Он буквально вывел меня наружу. Эти монеты прошли весь этот ад вместе со мной. Для меня они теперь – не просто куски зачарованного металла. Это талисман. Моё личное маленькое чудо. И я хочу, чтобы две из трёх монет были у вас. Я перевёл дыхание, глядя прямо в их искусственные, но такие живые глаза. — Возьмите. Чтобы наше путешествие в конечном итоге выдалось удачным не только для меня, но и для вас обеих. Чтобы мы все добрались до цели. Я думал, что буду запинаться от волнения, но слова лились поразительно легко. Андроиды замерли, как вкопанные. На их лицах читалась абсолютная, почти детская растерянность – их системы явно не были рассчитаны на обработку таких нелогичных, эмоциональных переменных. Осторожно, почти благоговейно, Девола первой протянула руку и взяла светящийся металл с моей ладони. Попола последовала её примеру. В следующую секунду обе сестры шагнули вперёд и крепко, с двух сторон, обняли меня. Их синтетические тела, созданные для войны и управления этим жестоким миром, оказались удивительно тёплыми. — Спасибо, Феликс, — шёпотом, с едва уловимой дрожью в голосе произнесла Девола, уткнувшись мне в плечо. — Для нас это значит гораздо больше, чем ты можешь себе представить, — эхом отозвалась Попола. Её объятия были непривычно крепкими, защищающими. Я на мгновение опешил от такого порыва, но затем уверенно обнял их в ответ. Это длилось всего несколько секунд, но слова здесь были уже не нужны. Границы между «человеком» и «машинами» окончательно стёрлись. — Ну ладно… — смущённо кашлянула Девола, поспешно отстраняясь и бережно пряча монету во внутренний карман разгрузки. — Чур, я сегодня за рулём! Прокатимся с ветерком прямо до дворца короля песков! Она пулей метнулась на водительское место, явно пряча нахлынувшие эмоции за привычной бодростью. Попола ничего не сказала, лишь коротко кивнула мне, но её лицо стало поразительно живым и умиротворённым. И вот в такой, немного неловкой, но очень светлой атмосфере мы забрались в тяжёлый чёрный броневик, хлопнули бронированными дверями и наконец отправились в путь.