Особенности понимания эксперимента 1006

В этом блядском цирке, именуемом почему-то фабрикой игрушек, пусть и заброшенной, совершенно у всех отсутствует понятие личного пространства! Ангел устал. Ему нужно всего несколько часов наедине с собой, чтобы немного отдохнуть, раз в месяц, чтобы не убить никого, но эти черти, игрушки любимые, совершенно не знают, что такое оставить своего человека в покое. Малышей криттеров и тех же мини Хагги ещё можно попросить поиграть с кем-нибудь ещё, взрослые игрушки вроде как почти все понимают, что иногда нужно не беспокоить, но вот некоторые другие от него не отлипают. Ладно, Пантерка, ей можно, она хотя бы старается не слишком навязывать себя, просто обитая рядом и в целом чувствуя себя довольной этим! Но куча котов? Мини кэтнапы, эти очаровательные дрёмушки, подобно своей большой версии, носились за человеком буквально по пятам и были совершенно не настроены от него уходить, словно самые настоящие коты кучками укладываясь под ногами. Они уркали, мурлыкали и мяукали, привлекая внимание, особенно громко, если человек задерживался где-нибудь и слишком долго был без них. Но это ладно, с этим можно было смириться! Он мог хотя бы не пускать их в туалет и душ, этого уже было более менее достаточно. Да только следом был кот с хард скиллом вынюхивания. Дрёма. Огромная кошка мало того, что ходила за ним везде, так ещё и умудрялась буквально отыскать его в самых неожиданных местах! Словно действительно был способен его вынюхать. Он безумно любит этого кота, он его обожает, но личное пространство? Время наедине с собой? Ему даже в туалет без сопровождения не сходить иной раз, ведь детишки и Тео кружат вокруг него буквально сутками. И с Тео можно поговорить, объяснить и он поймет, даже даст возможность отдохнуть. И ладно детишки, хорошо, липучки маленькие, можно смириться, что он и сделал, но хуже них всех только Олли. Он не лип так активно, нет, он преследовал его и следил из всех возможных углов и вечно был где-то поблизости. Что опять же привычно, но иногда это бесило. Очень сильно бесило, чёрт возьми! Потому что периодически Ангелу действительно не хватало возможности просто побыть наедине со своими собственными мыслями. Он любит их всех, очень сильно, но иногда он чисто по человечески устает. В попытках получить хоть кусочек личного пространства были перепробованы различные методы. Дрёмушек поменьше можно было отдать Лили, они обожали играть с её косами и гоняться за ними. Это их занимало часа на четыре, а потом они и вовсе засыпали, вымотанные. Большой Дрёме можно просто сказать, чтобы он охранял вход в комнату и будет неплохо, хотя в комнату всё равно могли проникнуть посетители в лице доктора, Доуи и Прототипа. Доктор не раз жаловался, что Прототипа невозможно о чем-либо попросить... — Проще сделать самому! 1006, если и согласится, будет выполнять просьбу пол дня, хотя по всем нормам на неё должно уйти не больше часа, а иногда всего минут десять, но нет, если Наш Господь против, он будет тянуть до последнего, ведь не царское это дело простым смертным помогать! Дальше обычно следовала волна ненормативной лексики и куча проклятий, но важна была суть — если Олли попросить что-то сделать, он будет это делать долго, как раз должно хватить времени на то, чтобы отдохнуть. По крайней мере, так думал Ангел, пока суровая реальность не заставила искать другие способы. — Любимочка! Я сделал то, что ты просил! Надеюсь, десять минут — это не слишком долго. — огромный шут появляется в его кабинете, счастливо снося тяжёлую дверь. В этом и была проблема... Задание, которое поручил человек, занимало по меньшей мере три часа — ровно столько, чтобы Ангел успел отдохнуть, услышать собственные мысли в тишине и соскучиться — но Олли справлялся в рекордные сроки. Недооценил Ангел желание Прототипа удивить и угодить своему человеку, пришлось искать другие методы. — Харли сделай то, Харли сделай это. Харли, если не сделаешь, получишь разряд! Сами бы сделали хоть что-то, вон вентиляция покрылась пылью так, словно в неё десять лет не залезали. Ах, погодите, это правда! Хоть это можно сделать без меня?! — проворчал Харли, когда его снова чем-то нагрузили. Поворчать он любил, но сам того не осознавая, он подал Ангелу отличную идею! Мясник вооружился спец средствами, наушниками, плеером и планировал очень продуктивно провести хотя бы часов пять. В пыли, с музыкой и главное без остальных. Никто же не будет лазить по старым, никому не нужным вентиляционным трубам? Но то ли Сойер сильно преувеличивал свое бедственное положение, то ли фортуна настолько сильно не любила Мясника всея фабрики, но в вентиляции тоже, как оказалось, сидели котики. Такие же пыльные, как и сами проходы, но мини Дремусечек все устраивало, особенно, когда получилось занять место на коленях у любимого человека, который думал, куда деться от внимания. Минут через десять в вентиляцию начала шкребтись и большая версия Кэтнапа. План провалился. Снова. Правда большую кошку пришлось ещё и доставать из вентиляции. — Застрял? — спросил Ангел, когда Кэтнап не смог вытащить голову из вентиляционной шахты. — Застрял... — Дрёма жалобно посмотрел на него, лапами упираясь в коробки внизу. — Голова твоя огромная. Давай помогу... Зачем ты вообще попытался сюда залезть? — А вдруг упадешь? Страшно! Я сначала снизу ходил, но ты не услышал, потому решил залезть. — Горе ты моё пушистое... — вздохнул Мясник, помогая пушистой кошатине снова оказаться на свободе. Ангел решил, что не мытьём, так катаньем всё же выкроить себе немного времени. Он решил, что засиживаться над проектами до ночи хорошая идея. И поначалу так и было: у детей режим, взрослые игрушки следят за ними или спят. Прототипа удаётся сплавить поработать, а Харли только рад, когда его никто не трогает, желательно всегда. Ангел выдохнул. Да, вот, блаженная тишина. Ровно два часа. Вот на столько их хватило. Потом пришел Доуи, который сказал, что кому-то нужна срочная помощь. Ещё через несколько минут вылез Прототип, который оказывает уже всё закончил. Попытка провалилась, а он даже половину не сделал. Ладно. Хорошо. Если Олли не даёт ему отдыхать от него, то Ангел использует его, чтобы отдохнуть от всех остальных. Он загнал паука в гнездо, закрылся там и приказным тоном велел отдыхать и не вякать. Сам же устроился с книгой на широкой паучьей спинке. Всё. Чистый отдых и релаксация. Никаких проблем. Просто отдых. Но не тут-то было: Олли, видящий объект своего обожания так близко, не мог не докопаться до него. — Что ты читаешь? А мне почитаешь? Расскажи о чем эта книга? Ну ангел, расскажи расскажи расскажи? Почему ты хмуришься? Ангел, у тебя глаз дёргается? Может быть набрать доктору? Ангел??? Он сбежал. Позорно сбежал, забрав книгу и спрятавшись теперь в вагонетке с игрушками, укрывшись брезентом. Всё. Ему нужно всего три часа, может быть пять в лучшем случае. Пожалуйста. За это время же ничего не случится? — Ангел? Ангел! Я знаю, что ты где-то здесь, выходи. Ну же, душа моя, не прячься от меня. Почему ты не отзываешься, моя ангельская душа-а. — послышался довольный хор различных голосов. Ну конечно, Прототип не мог отпустить своего человека так просто. — Нет меня! — раздражённо таки откликнулся Ангел, о чём тут же пожалел. Он зажал себе рот рукой и прислушался. Железные клешни застучали совсем рядом. — А где ты? Ты же тут. Я слышал твой голос. Ну же, дорогой. Подай его ещё разок. Мне совсем не хочется всё тут разрушать. Но ты ведь совсем не оставляешь мне выбора. Ангел не ответил. Он продолжал тихо лежать, думая о том, что очень хочется, чтобы сейчас кто-нибудь отвлек Прототипа и он получил бы свои пару часов отдыха. Пять минут действительно было тихо — Олли явно проверял ближайшие места, где Ангел может быть. Потом рука мамочки, которую Прототип раз от раза таки использовал, осторожно скользнула под брезент и схватила Ангела за ногу. Мужчина не издал ни звука, но Олли уже всё понял — Нашёлся! — довольно проворковал Олли, заглядывая под брезент и нависая над полулежащим на мягких игрушках Ангелом. — Точно. Ты меня нашёл. Никуда от тебя не спрятаться. — улыбнулся Мясник, сдаваясь. — Ты от всех в последнее время прячешься. Не расскажешь, что происходит? Ангел помедлил. — Сделаешь мне чай, раз уж нашёл меня? Посидим потом в темноте твоего логова и я тебе всё расскажу. Олли задумался. — Так у нас нет чая... — через несколько минут несколько расстроенно протянул Прототип. — Ну, его же можно заказать. Сделаешь, Олли? — Ангел всеми силами старался не выдавать то, насколько ему сейчас нужно немного личного пространства. Уж чай никак нельзя приобрести за пять минут, появился крошечный шанс расслабиться в одиночестве. — Хорошо, — но вопреки словам, Прототип не сдвинулся с места. — СОЕЧКА!!! — Иди на... Все четыре стороны, 1-0-0-6! — агрессивно отозвался доведенный не хуже Ангела Сойер, который за последние несколько недель получал за всё и за всех и его это порядком достало. Мигнувший над потолком экранчик показал раздраженный глаз Доктора, который итак был достаточно нагружен. — Не хами мне, Соечка. А лучше выслушай. Нам нужен Чай! — Тебе не нужен Чай, Глупый Кусок Железа! Ты не пьешь: ни чай, ни кофе, ни любые другие жидкости, кроме макового геля, а Ангел пьет только кофе. Хотя насчёт зелёного никто не уточнял... Но в любом случае тебе не нужен чай! — Соечка, ты не прав, иногда я пью кофе ангела! Ну закажи нам доставку чая. — упрямо продолжил просить Прототип. — Нет. — Ярнаби ответ. — Ярнаби погашен, твой ответ уже не важен. — Заткнись. Ты закажешь нам чай. — Вы не могли бы успокоиться?... — спросил Ангел. — Вот идите Вы оба лесом, и отстаньте от меня со своими тупыми запросами. — Харли мигнул красным глазом в раздражении. — Доктор.... — Что Доктор?! Что Доктор, мать твою! Отьебитесь от меня хотя бы на шесть часов, господи боже! — рявкнул Сойер и экран погас на пару минут. Ангел был уверен, что Харли мог бы сказать гораздо больше, но он понимал, что тогда Олли припрется лично, а это лишняя головная боль, хотя позже он всё равно припрется, это как пить дать. Сейчас Ангел как никогда понимал отчаянную мольбу Харли. Доктор имел возможность отдохнуть хотя бы несколько часов, но этого все равно было мало даже для компьютерной психики. С другой стороны, Ангел работал, но не так загружено, но морально уставал так, что готов был добровольно сослаться в Сибирь и жить там среди ёлок и белых медведей лет пять. — Олли, подожди. Может быть пока отложим покупку чая, раз варианты так себе? На секунду во вновь появившемся глазе Харли мелькнуло что-то на грани благодарности, но взгляд быстро вернулся в обычное состояние морального истощения и нецензурного посыла. — Не волнуйся, он принесёт то, что нужно. Харли, заказывай всё. — Что — «Всё»? — не понял доктор. — Весь чай, что есть, всё заказывай! — У нас нет столько средств. Мы и так с трудом выживаем, с учётом постоянных форсмажоров. — Ничего не знаю, мне нужен чай. Ангелу пришлось снова взять всё на себя, потихоньку уговорить Прототипа не заказывать всё, потому что иначе средств действительно не останется, а ещё надо детей кормить. Когда Олли попытался что-то сказать за трупы в качестве еды, Ангел честно захотел ему треснуть чем-нибудь да посильнее. Желательно рукой-давилкой, но сдержался. Знал, что Прототип так отшучивается, ведь тема поедания людей в шутках тут была в ходу у всех и от этого всё ещё не удавалось избавиться. — Душа моя. — когтями обхватив плечи Ангела, просяще начинает Олли где-то через час после инцидента с чаем. Ангел поднимает глаза от книги, которую всё ещё безуспешно пытается читать. В его глазах усталость вперемешку с лёгким раздражением. — Не надо повторять мне мои же слова, Оливер. — Душенька моя. — уже более настойчиво произносит Прототип. — Олли, нет! Я хочу отдохнуть, почитать книгу, немного побыть наедине с собой, всего пару часов, можно? — спрашивает мужчина. — Я тихонько посижу рядом. Ты меня даже не заметишь! — Каждый, КАЖДЫЙ из вас клянётся, что будет сидеть тихо. Но ни разу никто не выдерживал больше часа! Это прям рекорд, при чем даже не твой. — раздражённо отзывается человек, складывая руки на груди. В прошлом за такие речи в груди у него уже оказались бы когти, возможно даже все, а потом по нему прошлись бы клешнями для большей триумфальности, да что там, тот же Харли получал регулярно, однако, с Ангелом всё было по другому. Потому что огромный паук лишь опускает голову в перевёрнутом положении перед ним и трясет ей из стороны в сторону, продолжая при этом держать его когтями за плечи. Раньше пугающе широкая улыбка была признаком опасности, но со временем привыкаешь, что опасный зверь фабрики может быть почти ручным. Только для одного единственного человека. Потому что для всех остальных он неоспоримый авторитет и бог, карающий неугодных. Правда, чтобы теперь покарать неугодных, нужно было ещё доказать личному человеку, что это действительно оправдано. Потому что Ангел защищал всех и каждого, кто был у него под протекцией. Даже самого Оливера. От самого себя. — Ну что такое? — вздохнув, спрашивает Ангел. — Я тебе надоел? — тихий, неуверенный голос раздается из динамика и Ангел прижимается лбом к прохладной маске. — Нет. Я... Просто очень устал. Иногда люди устают от общества. Я не стал вас всех меньше любить, мне просто очень нужно немного... Побыть одному. Как тебе иногда. Но в последнее время вы меня совсем не оставляете. — Так ты просто ищешь способ перезагрузиться? Как Харли? — Да, что-то вроде того. Мне хочется просто тишины и покоя. Чтобы потом снова с новыми силами о вас заботится. — О, я понял. — Олли потерся головой о своего человека. — Прости, что раньше понимал тебя не так. Я думал, ты искал повод просто побыть исключительно со мной. — Я всегда тебе рад, я же люблю тебя, душа моя, но сейчас мне очень нужно чтобы ты сделал то, что умеешь лучшего всего, после правления, конечно. — Хорошо. Я всё сделаю. — Олли мягко подхватил человека лапками обнимашек и понёс в сторону своего логова. Там он соорудил подобие постели-кокона и уложил в неё Ангела. А потом ушёл, оставив его там отдыхать. Ангел прислушался. Прошло десять минут, но никто больше не шёл к нему. Он прикрыл глаза, надеясь, что эта тишина продержится какое-то время. Постепенно тело окончательно расслабилось и он провалился в крепкий, исцеляющий сон. Проснулся он, что удивительно, только через два дня. Что было странно, потому что обычно он вставал по первому зову малышей, да и режим у него. Рядом обнаружился спящий Престон, которого Ангел нехотя, но всё же разбудил. — Почему меня никто не разбудил раньше? — А зачем? — не понял Пчелокис. — Как это – зачем?... — Ты вообще впервые за долгое время довольно четко потребовал, чтобы тебе дали отдохнуть. Прототип отнёсся к этому с пониманием и занял детей на время. Они были на другой половине фабрики и к тебе он никого не пускал. Скорее даже не подпускал. — Правда?... — Ага. Харли говорит, что у тебя скопился стресс за последние месяцы и тебе стоило взять перерыв гораздо раньше, но ты слишком упрямый и работаешь, пока не станет совсем плохо. Твоя раздражительность шла от твоей усталости. Я удивлен, что ты выдержал так долго и не сорвался. — За меня у нас выражается Харли, вот уж кому плату в серверной не клади, а дай поворчать на кого-нибудь. — Лучше и не скажешь. Ты можешь отдыхать дальше, Прототип будет занимать детей минимум ещё дня три. — А знаешь... Я за. У меня нет желания срываться и делать что-то прямо сейчас. Мне... Просто хочется ничего не делать. — Тогда не делай. — хмыкнул Престон, снова опускаясь на подушечки и прикрывая глаза. Ангел лег обратно на постель. Желание спать дальше накатывало волнами. Он устроился поудобнее и снова закрыл глаза. Ещё совсем чуть-чуть поспать и можно возвращаться к остальным. И нужно поблагодарить Олли. Обязательно. И доктора, особенно за то, что дал такой хороший совет о том, что иногда нужно требовать, а не просто просить.

***

Спустившийся в гнездо позже Оливер с нежностью погладил сопящего мужчину одной из мягких лапок обнимашек. Было что-то особенное в том, что самое спокойное место для сна было именно в его логове. Человек спал спокойно, бесконечное напряжение ушло из него, потому как разгладились даже вечно хмурые брови. — Ну и что? Сработал твой план? Ты специально доставал его. Подговорил остальных и организовал его «преследование». Думаешь, всё сработало как надо? — спрашивает Сойер, подперев одной из болванок свой монитор. — В каком-то смысле да. Он выглядел измотанным. А лучший способ иногда заставить его отдохнуть, дать понять, что он перерабатывает. Ты, детишки и Престон прекрасно справились с тем, чтобы он поверил в то, что окончательно задолбался. — Ушло почти несколько недель непрерывной работы и всё ради этого? — Разве тебе не нравится? — Делать вид, что мы с тобой собачимся как в последний раз? Нравится. Хотя всё время было ощущение, что ты с удовольствием разберёшь меня на запчасти после того, как я выливал на тебя кучу дерьма. — Это входило в наш договор. Так что пока ты в порядке. Спасибо, Доктор. — Иди уже отсюда, все нервы мне вытрепал, сил нет тебя терпеть больше. Прототип рассмеялся, постучал рукой Мамочки по монитору, словно собаку по голове погладил, и, довольно стуча клешнями, удалился вон из серверной. Харли проводил его насмешливым взглядом. Чудовище фабрики. Бог игрушек. Тиран. Кем только он не был для игрушек. Но для своего человека он был готов немного поиграть множество других ролей. Его забота соткана нитями разных ухищрений и планов, но почти все они так или иначе необходимы для того, чтобы человек был в порядке. Мясник не дурак, он вполне способен позаботиться о себе самостоятельно, да только Оливер проявляет свой интерес и привязанность по-своему. Ему проще создать план, благодаря которому Ангел будет думать, что решение об отдыхе пришло само собой, а не было соткано бережно белыми нитками одним пауком.