Особенности понимания эксперимента 1006

— А что ты будешь делать, когда он постареет и будет совсем близок к смерти? — этот вопрос Прототипу задал Харли в один из их постоянных ежедневных споров. В этот момент Шут остановился и склонил голову на бок. — Что ты имеешь ввиду? — То и имею. Люди же не вечные, что ты будешь делать, когда его не станет? Это ведь не на всегда. Он стареет, в отличии от нас. Прототип не ответил, но Харли понял, что попал в точку. Тема смерти для эксперимента 1-0-0-6 была ещё хуже, чем просто тот факт, что человек мог получить серьёзную травму. Смерть. Вот чего он действительно боялся. Напрямую не скажет, разумеется, но он надеялся, что воздействие гелем всё же помогло расширить возрастной порог. Но теперь, когда Харли фактически ткнул его в это, Олли ощущал то, что чувствовал очень давно: тревогу. Он знал, что Ангел всё же проживет явно дольше других, стареть он тоже явно будет сильно медленнее, но вот тема того, что Ангел мог умереть от старости... Или потому что тело не справится с нагрузкой. Он ведь взрослый мужчина, у него действительно иногда что-нибудь болит и раньше Прототип игнорировал это, в пределах разумного, приглядывая и давая мази, микстурки, гель в конце концов. Но страшная мысль поселилась в его голове. Ангел не вечен. Когда-то Ангел действительно может оставить их. Смерть это всё ещё то, что они не побороли. — Нет, нет, нет, этого не случится прямо сейчас... И явно не в ближайшее время... Я должен что-то придумать. Я должен... — Олли? — Ангел заглянул в мастерскую Прототипа, чтобы узнать что-то, но застал его бормочащим. — Проблема в том, что человек может быть внезапно смертен. Возраст — не такая страшная причина, можно и расширить порог, но что, если... что если он просто погибнет? — Прототип выводил какие-то формулы на доске и кажется совершенно не слышал ничего вокруг себя. — Олли... — уже чуть более обеспокоено позвал Ангел. — Серьёзно. Игрушка может пережить очень многое, но человек фактически бессилен против многих факторов. Да, он уже сотню раз пережил голодного Хагги и падения. И все остальное, но... фортуна не может быть вечной... — Оливер! — Ангел с силой ударил по ближайшей клешне и только тогда Прототип наконец-то его заметил. — Ангел! — он опустил голову, почти укладываясь на человека сверху, на что его привычно потрепали по шапке. — Не хочешь объяснить мне, что ты там такое говорил до этого? Решил таки избавиться от меня? — полушутливо спросил Ангел. Прототип помолчал, обняв человека всеми своими руками и фактически держа его в клетке своих рук. — Ты ведь однажды правда умрёшь. — недовольно, ощутимо раздражённо отозвался Оливер. — Ну, да, люди умирают, это естественно? — мужчина не очень понимал почему вдруг Прототип оказался настолько поглощён этим вопросом. — А если... Я не хочу? Можно же как-то исправить или переделать. Ты не можешь... Поток речи становился путанным и сбивался — явный признак злости и раздражения, не на Ангела, на факторы, которые Оливер не может контролировать. Ангел слушал это внимательно. Он знал, что если дать Олли слишком много думать о смертности его тела, то он спокойно себя этими мыслями и сожрёт. Поэтому когда поток слов стих, он подцепил чужую маску кончиками пальцев, заставляя чуть подряд голову. — Я знаю. Поверь, я прекрасно осознаю, что могу умереть от старости и что тогда не смогу быть с тобой рядом постоянно. Но я... Я думаю, я найду решение. Может быть, гораздо быстрее, чем ты думаешь. Прототип поднял человека на своей руке. — Ты что-то придумал? Ты звучишь так, словно уже думал об этом. — Да. Я задумался о своей смертности после возвращения. — вздохнул Ангел, прижавшись боком к своему шуту. — Понял, что надо попробовать что-нибудь сделать. Я подключил Харли, потому что он непредвзято смотрит на мои шансы действительно добиться успеха. — А я, значит, предвзято? — раздражённо отзывается шут, тыкая когтем в щеку. — Ты беспокоишься, я понимаю почему, поэтому хотел показать результаты, когда мы добьемся хоть чего-то. — И как успехи? — Ну, как видишь, пока я умирать не спешу. — Ангел... Мужчина вздыхает. — Результаты изысканий показывают, что моё старение идёт медленнее, раза в два? Может чуть больше, но я всё ещё могу умереть, получив достаточно серьезную травму. Или если появится что-то, способное меня убить. — Мне это не нравится. — Я знаю. Мы работаем над этим. Знаю, ты не любишь, когда что-то делают в обход тебя, но здесь я предпочту довериться Доктору. — Потому что я слишком... Опекаю тебя, это ты хочешь сказать? — Возможно, чуть-чуть? Но я обещаю держать тебя в курсе. Прототип хотел бы чувствовать раздражение, что его не привлекли к этому делу, но с другой стороны было ясно, что Ангел прав: он слишком беспокоился о некоторых вопросах, которые касались чужой жизни и потому эксперименты могли пойти не по планам. Доктор со своим холодным расчётом и желанием проверять новое на практике был более подходящей кандидатурой. Олли прижимается маской к чужому лбу. — Ты должен держать меня в курсе. Как и сказать об этом раньше. — Знаю. Но хотел убедиться, что шансы не нулевые. Прототип опустил человека на край своей клешни. — Я не могу потерять тебя ещё раз. Одного раза более чем достаточно. Мягкие лапки обнимашек аккуратно придерживали человека на клешне, пока острые когти осторожно коснулись лица. — Знаю. Мы придумаем, что можно предпринять. В конце концов я ведь уже столько знаю о геле, о изысканиях, что проводили на фабрике. Если уж Эллиот смог, то думаю, у меня должно получится. Упоминание приемного отца чуть покоробило, но когда Ангел аккуратно прижал его голову к себе, стало легче. — Когда я думал, что ты мертв, то было плохо. Отвратительно больно. Раньше... Люди меня не интересовали, в этом плане. А теперь я не могу найти решение такой дурацкой проблеме, как старение. Точнее... — Решение есть, но оно тебе не нравится. Да, я знаю. — Харли? — скрипнул голосом Пьера Олли. — Да, Харли. Он рассказал о том, что когда у тебя была возможность меня сделать игрушкой, ты отказался. — Я не смог. — тихо сдавленно произнес голос Олли. — Всё в порядке. В конце концов, я ведь жив. — погладив чужую макушку, утешающе произнёс мужчина. — Это чудо, Ангел. С теми травмами нам вообще повезло, что ты выжил. То, что твое тело смогло подстроиться под гель чудо, но... Повторять подобный опыт не хотелось бы. — Да, мне... Жаль, что так вышло. — Ты же понимаешь, что у тебя нет права умирать? — прямо спросил Прототип, оплетая когтями чужое тело. — Знаю. Ещё с первого дня знаю. — спокойно ответил Ангел, ничуть не встревоженный внезапной поимкой. — Хорошо. — Прототип потерся маской о чужую макушку. Такой простой жест, но он выражал полное доверие и принятие. Да, возможно его не подпускают к эксперименту, но по крайней мере Ангел не забыл, кому принадлежит его жизнь. — Никогда бы не подумал раньше, что ты будешь тревожиться о том, что я могу случайно умереть. — Раньше меня это не интересовало. Но теперь ты важная часть жизни, которую нельзя просто выкинуть. — Вот как? — Ангел улыбнулся, откидываясь на подставленные лапы обнимашек. — Это серьёзно. — Я знаю, я знаю, не бурчи. Просто... Ты так давно стал подобен бессмертному существу, что мне иногда казалось, что ты правда лишь временно пользуешься возможностью держать рядом человека. — Поначалу так и было. Теперь нет. — Прошло несколько лет, а ты всё ещё продолжаешь меня удивлять своими решениями. Олли смотрит на него, голова шута крутится из стороны в сторону. — Ты человек. Бывший работник этой компании. Ты не должен был... Заходить так глубоко. Но я даже рад, что ты оказался настолько упёртым. — Моя странная удача привела меня к тебе. Разве это не странно? Уже достаточно для того, чтобы поверить, что у нас всё не просто. — Ты не жалеешь? О том, что всё теперь вот так? Ведь у тебя могла быть совсем другая жизнь... Нормальная?... — Не дождешься. — Ангел подался вперёд, перехватил ладонь и, перебирая острые когти, с нежностью посмотрел на Олли. — Я отдал тебе свою жизнь не для того, чтобы жалеть о сделанном выборе. Это не в характере. — Да. Не в характере. Упрямый, ходячая проблема, но не глупый, вечно себе на уме, не особо жаден до власти, но строишь всех без особых проблем. Имеешь проблемы с гневом, но самоконтроль у тебя на высоком уровне. — Ты хвалишь или наоборот пытаешься меня задеть? — вскинул бровь Ангел. — Это положительные качества. — довольно отозвался паук. — Окак... — Ангел усмехнулся. — Ты должен найти решение проблемы. Со старением. И вообще со всем, что касается твоего сохранения в целостности. — Я работаю над этим, обещаю, что если будут какие-то изменения, я сразу тебе расскажу. Если мы не подорвем фабрику, конечно... Олли помолчал, чуть ли не укачивая человека в мягких лапках, думая о чем-то. По его маске никогда нельзя было сказать о чем именно он думал, но Ангел знает, что сейчас Олли успокоился. Тревога отступила, отдавая место ожиданию. — Ангел. — Да, Олли? Его опять сжали в стальных крепких объятиях. Прототип, который раньше избегал любого физического контакта, предпочитая только указывать своими когтями, сейчас был почти ручным. — Ты мой человек. Почти как место. Лучшее место и лучший человек. Я не дам никому забрать тебя. — Звучишь как самый романтичный клишированный засранец из фильмов. Но я тебя тоже не собираюсь отдавать. Ты моя семья и нет никого, кто бы мог это исправить. Казалось бы, хороший момент, но... — Вы такие отвратительные... — произнёс явно давно наблюдающий Харли. Его глаз мелькнул на ближайшем мониторе. — Чё тебе надо, Соечка? — буркнул Ангел, прижимая дернувшегося было Прототипа к себе. — Ничего, просто наблюдать за вашей драмой одно расстройство. — Сойер... — угрожающе начал Прототип. — Иди нахер, а? — Ангел похлопал по клешне под собой и экран разбили. — Можно подумать, от этого вы перестанете быть ещё более отвратительными. — раздалось издали. Прототип выпрямился. — Я убью его. — Помни, что он мне ещё нужен. Но вот разобрать его хорошая идея. — Даже не мечтайте! — гаркнул Сойер. — Мы сейчас придем, Соечка, ты главное оставайся на месте. — хмыкнул Ангел и вместе с Прототипом пошел в сторону чужой серверной. Харли всегда получает за свой язык. И ещё никогда его это не останавливало опять нарваться на неприятности.