Особенности понимания эксперимента 1006

За пару недель фабрика просто потускнела. Возможно во всем виновата дешёвая краска, но игрушки уверяли, что место было куда ярче, пока там жил любимый человек. Перестроиться на новые порядки было... сложно морально. Физически любому человеку, даже обращенному в игрушку, нужно около двадцати дней, чтобы привыкнуть к условиям. Нелегко принять, что еду придётся добывать самостоятельно, что время игр и позитивных моментов осталось в прошлом. Уныло было осознать, что никто не обнимет, когда приснится кошмар, не почешет на ночь и даже не приготовит ванну, столь ненавистную для отдельных зверят, но все равно родную и значимую. Но куда хуже воспоминания. От птсра вылечились почти все плюши, но многим до сих пор снились кошмары о прошлой жизни. И эти кошмары вернулись вновь в обличии Прототипа, которому было плевать на отсутствие уюта; у которого не осталось воспоминаний о том, как сам Олли изменился за четыре года. Вернулся прежний эксперимент 1006, и покоя не было никому. Кэтнап с тоской смотрел на едва сохранившееся семейное фото. Огромная куча детей и Ангел. Светящийся от радости, любящий и любимый. От боли хотелось выть, совсем по человечески. Малыши ночами постоянно плакали и просили только об одном: чтобы Ангел по скорее вернулся. На стенах приюта то и дело появлялись надпись: «папа, вернись домой...», «Ангел, мы скучаем...». Они старались. Они старались сделать всё лучше. Мамочка, Доуи, Догдей, остальные большие игрушки, они не вели войн больше, им необходимо было спасти тех, кто остался. А Кэтнап взял на себя всё остальное. Он выполнял приказы без души, механически, а потом уходил туда, где не было камер и от души царапал каменные своды пещеры в болезненном желании сделать по своему. Он тосковал. Еда, те запасы что не были уничтожены вредителями, они с большими игрушками тайком распределяли между детьми, сами находясь на голодном пайке. Перед глазами нередко плыло, но ни один из них даже не подумал отобрать так необходимую малышам еду. Прототип делал вид, что не замечает, как игрушки подкармливают друг друга, хотя в определённые моменты хотелось прервать легалайз раз и навсегда, уничтожив последние запасы. Но Прототип неглупый, он понимал, что если перегнуть палку, придётся избавляться от бунтующих игрушек, а их будет много, почти вся фабрика. Но надписи безжалостно стирались, когда Оливер наведывался к приюту. Хуже всего было Престону. Его, в отличие от остальных, кормили, но так пчелокис чувствовал себя ещё более паршиво. Он безуспешно старался повлиять на Оливера, пытался помочь ему вспомнить четыре года, ушедшие из памяти, но мозги паука оставались глухи. Сойер наблюдал за всем этим с меланхоличным цинизмом. Да, всё опять вернулось на круги своя, но... Ему должно быть всё равно. Всё равно. Совершенно всё равно. Он смотрит как детишки то и дело поскуливают из-за еды. Видит, как страдают большие игрушки. Ему плевать. Абсолютно. Он не обязан пробовать всё исправлять. Ярнаби грустно грызет давно сухой кусочек ботата. Он даже не ест, просто гоняет меж пастью и лежит у ног болванки без сил. Других он не ест, может, но воротит морду, потому что за четыре года ему вбили практически, что своих трогать нельзя. — Что нам делать? — тихо спрашивает Кэтби. — А мне почем знать... — огрызается Харли, но ловя на себе отчаянный взгляд Престона, вздыхает, глухо, раздражённо, но идею всё же подаёт. Престон очень надеется, что сработает. Передать план игрушкам не сложно, а немного саботировать итак не работающую после резни фабрику можно на раз два. Оставшиеся два генератора перестают работать. Теперь фабрика полностью встала. Сойер «сдох» второй раз, тихо проклиная всё это. Сначала Прототип сделал вид, что ему всё равно. Но когда его машина отказалась работать, а починить её не удалось, потому что буквально больше ничего не работало, он понял, что дело дрянь. Но вот незадача — пройти к месту поломки невозможно. Туда он банально не пролезает, а маленькие игрушки банально ничего не понимают в данных вещах. — Может быть... Попросить помощи? — видя как Прототип кипит от бешенства, всё же высказал своё предложение Престон. — Ты... Мог бы нанять его работать на фабрике. Это же выгодно. Он всё ещё под контролем. Он... Очень хорошо знает, как тут всё работает, поверь мне, он сможет починить то, что другие не могут. — Я, вроде, чётко сказал, что отказываюсь даже слышать о нем, Престон. Считай, что это мой принцип. Даже если брать человека, я возьму любого с улицы, но не его. Я его ненавижу! — почти спокойно ответил Прототип, чем вызвал ещё больше тревоги у Престона. «Если это "принципы", хотя я сомневаюсь, что это именно они, то дело совсем плохо». — Олли, это просто работа. Он придёт, сделает дело и... не знаю, можешь запереть его в какой-нибудь комнате... — Я не глуп, дорогой мой друг, — перебил Прототип. — Я прекрасно вижу, как по нему скучают и убиваются. Меня уже обманули, когда сказали, что человека здесь нет, а он был! Я не хочу, чтобы он здесь присутствовал, пока его личность помнит хотя бы одна игрушка. Если бы они были равнодушны или хотели его съесть, я бы подумал, но вы не хотите кровавой резни даже под страхом голода. Вы заботитесь о слабых мелких игрушках, вы сами стали морально слабыми. Разговор окончен. И тут Престон понял, что договориться будет ещё сложнее, чем он думал. — Тогда я сам его позову. — Престон поднялся, а когда шут резко повернул к нему голову, пошёл к выходу, игнорируя то, как стало в моменте страшно. — Ты меня, кажется, не понял... — Я всё понял. Тебе проще дать нам всем умереть, чем признать, что нужна помощь. Если бы фабрика продолжала функционировать, то мне было бы всё равно? Но мы находимся на грани смерти. Ты обещал нам жизнь. Это уже не жизнь, Прототип. Это ад. И если хочешь оставаться в нём, пожалуйста. А я не хочу. Либо убивай меня за это, либо не... — Либо что? — Либо не веди себя как обиженный ребёнок. Это глупо. Даже тиран понимает, когда надо дать людям выдохнуть. Или что, курсы истории не помогают? — Да как ты смеешь?! — Прототип бросился на него, впервые за все года, но Престон, морально устал смотреть, как страдают все вокруг него. Он был готов умереть, секунда и всё бы навсегда закончилось, но... Звонок. Его спас дурацкий звонок. Маленький телефон, который он таскал с собой по привычке, вдруг ожил. Прототип замер над ним. — Отвечай. — сухо велел низкий мужской голос. — Алло? — Престон знал, что позвонить может только один ангел-хранитель, но не верил, что это правда. — Престон? — пчелокис кивнул и только потом понял, что Ангел этого не увидит. — У вас все хорошо? — У нас все замечательно! — рявкнул Прототип и рывком забрал телефон. — Есть какие-то важные причины, чтобы звонить?! И не дожидаясь ответа, он бросил трубку. Престон мысленно проклянул — нет, не Прототипа — тех, кто довёл Олли до амнезии и тирании, но попытался договориться. — Попробуй отослать ему смс-сообщение. Ты ничего не теряешь, тебе не надо даже разговаривать с ним. Просто спокойная переписка, может ты вспомнишь хоть что-то. Разумеется, сначала его никто не послушал, его ещё и заперли в маленькой комнатке, где было всё необходимое, но сбежать было нельзя. Престон вздохнул. Но... Что-то внутри не угасало. Надежда ли?

***

Оливер провел ещё сутки, игнорируя злосчастный телефон. Но потом увидел, что даже большие игрушки становятся всё слабее. Сначала сознание потеряла Мамочка, потом Кэтнап и даже Доуи, который держался на ногах дольше остальных, начал сдавать. — Прекрати это. — тихо попросила Поппи, когда он пришел к ней. — Если... Они умрут, я тоже умру. Я знаю как себя убить, Прототип. Я закончу свою жизнь. И ты останешься один. Навсегда. — Ты смеешь ставить мне условия?! — Да. Сейчас да. — Я могу тебя связать так, что ты не сможешь вообще ничего сделать, к слову, — ухмыльнулся Оливер. — Почему ты такой?.. Почему ты хватаешься за то, что тебе дорого, но не готов пойти даже на минимальную жертву?.. — Потому что вам нужно не это. Я могу обеспечить вас едой, если захочу, — в теории это не было ложью, но на практике Прототип понятия не имел, как воплотить доставку еды, — но вы не успокоитесь, пока не вернётся человек. Поэтому я продолжу стоять на своём, а от смерти я тебя защитить смогу. Не зря же я положил свою жизнь на твоё существование. — Ответь ему... Прошу тебя, ответь ему. Я смирилась уже со всем, исполни одну мою просьбу, — тихо попросила Поппи. Прототип не хотел. Любая мелочь, связанная с человеком, вызывала у него настолько лютую злобу, что Олли начал жалеть, что не убил проблему сразу же и навсегда. Даже с последствиями, даже со всеобщей ненавистью, на которую ему было плевать. Кому: +1 (800) 364-6597 Пᴏчᴇʍу ᴛы ᴨᴩᴏдᴏᴧжᴀᴇɯь ɜʙᴏниᴛь? Где-то на том конце города, в ночи, Ангел вздрогнул от входящего сообщения. Его взгляд метнулся к телефону. Он дрожащими руками медленно набрал ответ.

Кому: Престон (Прототип)

Я... Просто хочу узнать, в порядке ли они. Меня ты видеть не хочешь, но хоть узнать как они... Я видел фабрику. Она перестала шуметь. Прототип... Что с ними?..

Кому: +1 (800) 364-6597 Тᴇбя ϶ᴛᴏ нᴇ ᴋᴀᴄᴀᴇᴛᴄя, чᴇᴧᴏʙᴇᴋ. Эᴛᴏ ʍᴏя ɸᴀбᴩиᴋᴀ и ʍᴏи иᴦᴩуɯᴋи. Я ᴦᴏʙᴏᴩиᴧ нᴇ ᴏдин ᴩᴀɜ, нᴏ ᴛы ᴨᴩᴏдᴏᴧжᴀᴇɯь нᴀʙяɜыʙᴀᴛьᴄя.

Кому: Престон (Прототип)

Упрямости в тебе меньше не стало... Что ты хочешь?

Ответ не приходил долго. Ангел успел подумать, что ответа так и не получит, но в пять утра сообщение всё же пиликнуло снова. Кому: +1 (800) 364-6597 Нᴇ я ᴛᴇбᴇ нᴀчᴀᴧ ᴨиᴄᴀᴛь. Я ʙᴏᴏбщᴇ ничᴇᴦᴏ нᴇ хᴏчу, хᴏᴛяᴛ ᴛᴏᴧьᴋᴏ ᴏᴛ ʍᴇня, чᴛᴏбы я ᴄ ᴛᴏбᴏй ᴩᴀɜᴦᴏʙᴀᴩиʙᴀᴧ.

Кому: Престон (Прототип)

Я не... Ладно, не хочешь разговаривать, позволь мне предложить тебе кое-что. Я догадываюсь, что сейчас у вас коллапс. Можно я привезу им еды. Оставлю всё у центрального входа и уйду. Я даже не буду заходить. Только передам груз. А взамен... Не знаю. Ты можешь и дальше иногда мне писать?

На этот раз ожидание ответа заняло ещё больше времени. Ангел буквально видел, как в Прототипе борется желание сохранить своё и принцип не принимать помощь. Следующее сообщение пришло через двенадцать часов. Кому: +1 (800) 364-6597 Хᴏᴩᴏɯᴏ, ᴏᴄᴛᴀʙь ᴇду. Нᴏ ᴇᴄᴧи ᴛы хᴏᴛь ᴋᴀᴋ-ᴛᴏ дᴀɯь ᴨᴏняᴛь, чᴛᴏ ᴛы ᴨᴩиɯёᴧ, я ᴛᴇбя убью ᴄᴩᴀɜу жᴇ. Пᴏ ᴨᴏʙᴏду ᴨᴇᴩᴇᴨиᴄᴋи я ᴨᴏдуʍᴀю. Через восемь часов, именно столько ушло времени, чтобы закупить всё необходимое, старенький пикап с накидным верхом приехал к воротам. Они открылись. Ангел въехал и остановился возле центральных ворот.

Кому: Престон (Прототип)

Я всё привез. Оставить прямо у входа или занести внутрь?

Ответ мог занять часы, но он всё же решил подождать. Спустя ровно десять минут двери открылись. Что ж, это был вполне понятный ответ. Он медленно принялся таскать коробки. Маркером на них было написано всё: что внутри, срок годности и маленькие советы насчёт того, кто что любит. Он просто не мог их не написать, это была уже привычка. У него ушло не больше двадцати минут, чтобы разгрузить полный пикап.

Кому: Престон (Прототип)

Всё. Я уезжаю. Пожалуйста, не избавляйся от еды...

Уходить было страшно, но перечить значит навредить детям. Через пару дней Ангел понял, что проверяет телефон буквально каждые пол часа. Прототип молчал, но мужчина надеялся, что все хорошо, просто необходимость в разговорах отпала совсем. Единственное, что беспокоило сейчас Ангела — это игрушки, в том числе и Прототип. Безумно хотелось домой, но путь туда был перекрыт. Кому: +1 (800) 364-6597 Анᴦᥱ᧘, ϶ᴛ᧐ 𐌿ρᥱᥴᴛ᧐н. Еᥴ᧘ᥙ ᥰ᧐᧘учᥙɯь ϶ᴛ᧐ ᥴ᧐᧐δщᥱнᥙᥱ ᥰ᧐ɜжᥱ, чᥱʍ чᥱρᥱɜ дᥱᥴяᴛь ʍᥙнуᴛ, ᧘учɯᥱ нᥱ ᧐ᴛʙᥱчᥲᥔ. Я удᥲ᧘ю ᥙ ϶ᴛ᧐ ᥴ ᴛᥱ᧘ᥱɸ᧐нᥲ. Вᥴё х᧐ρ᧐ɯ᧐, ᴛʙ᧐я ᥱдᥲ ᧐чᥱнь ᥰ᧐ʍ᧐ᴦ᧘ᥲ. Я ᧐чᥱнь ρᥙᥴκую ᥙɜ-ɜᥲ ᥴ᧐᧐δщᥱнᥙя, н᧐ нᥱ ʍ᧐ᴦу нᥱ ᥴκᥲɜᥲᴛь ᥴᥰᥲᥴᥙδ᧐. 𐌿ρ᧐ᴛ᧐ᴛᥙᥰ ᥴн᧐ʙᥲ уᥰёρᥴя ᥙ ᥴ᧘ыɯᥲᴛь нᥙчᥱᴦ᧐ нᥱ х᧐чᥱᴛ, х᧐ᴛя ɸᥲδρᥙκᥲ ᥴ᧐ʙᥴᥱʍ ᥰᥱρᥱᥴᴛᥲ᧘ᥲ ρᥲδ᧐ᴛᥲᴛь. Я нᥱ ɜнᥲю, чᴛ᧐ дᥱ᧘ᥲᴛь... Ангел задумался. Он решил не отвечать, чтобы не подставлять Престона, но решил пойти другим путем. Он отправил сообщение, очень похожее на обычное письмо о том, что ищет работу. Он рисковал, но Прототип не разбирался в том, как работала современная система имейлов, для него это всё было страшно муторно и если Ангел помнил правильно, то это могло бы сработать. «Письмо» было длинным, по меркам обычного сообщения, и было похоже, что Ангел собирается вести переписку с кем-то, кто будет заинтересован в его данных. Если спросит зачем, скажет, что во время отправки случайно отправил и ему тоже. Скрепя сердце, он нажал отправить и стал ждать. Кому: +1 (800) 364-6597 Кᴀᴋ ʙы ᴨᴏддᴇᴩжиʙᴀᴇᴛᴇ ᴄʙяɜь? В ответ пришли только эти четыре слова. Ангел ожидал многого, думал, что Прототип пошлёт его или снова пригрозит убить, это было бы... нормально. Но обычное сообщение вызвало лёгкий холодок муражек.

Кому: Престон (Прототип)

Пишем сообщения. Или звонки. Чаще пишут через имейлы, если есть выход в сеть.

Бог знает сколько Ангел думал над этим ответом. Но решил, что была не была, иначе ведь эта тонкая ниточка может оборваться. Кому: +1 (800) 364-6597 Дуʍᴀᴇᴛᴇ, ᴋᴀᴋ ʍᴇня ᴨᴩᴏᴦнуᴛь? Я ни ɜᴀ чᴛᴏ нᴇ ᴨᴏʙᴇᴩю, чᴛᴏ ᴛы ᴏᴛᴨᴩᴀʙиᴧ ϶ᴛᴏ ᴨиᴄьʍᴏ ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ ᴛᴀᴋ. М-да, у Прототипа две проблемы: он слишком недалекий и он слишком хорошо зрит в корень. Как теперь выкручиваться из положения? Но ответ у Ангела был.

Кому: Престон (Прототип)

Мне нужна работа, Прототип. Я действительно отправлял своё резюме. Так что... Не будь таким мнительным. Мне нужно есть и платить за квартиру. Деньги, к сожалению, мне по прежнему очень нужны.

Кому: +1 (800) 364-6597 Я бы ᴨᴏжᴇᴧᴀᴧ удᴀчи, нᴏ ᴛы и ᴛᴀᴋ ᴄᴧиɯᴋᴏʍ ᴄиᴧьнᴏ ʍᴏɜᴏᴧиɯь ᴦᴧᴀɜᴀ, ᴏбᴏйдуᴄь бᴇɜ ʙᴇжᴧиʙᴏᴄᴛи. И почему Ангел надеялся на внезапное чудо? Это не повесть, в которой сразу после доброго поступка персонаж переосмысливает ценности и находит плюсы там, где раньше их не видел. А в жизни сложнее, в жизни нет автора, который желает всем добра и комфорта. Потянулись дни томительного ожидания. Работу он действительно нашёл и помогал Софи по дому помимо. С тоской смотрел на фабрику. Телефон проверял часто, но новых сообщений всё не было. Он уже почти... Почти перестал ждать. Но однажды ночью снова пиликнуло сообщение. Кому: +1 (800) 364-6597 Нᴇ дуʍᴀй, чᴛᴏ я хᴏчу ᴨиᴄᴀᴛь ᴛᴇбᴇ. Нᴏ ᴨᴩиɯᴧᴏᴄь уᴄᴛуᴨиᴛь Пᴩᴇᴄᴛᴏну ʙ ᴏбʍᴇн нᴀ нᴇᴨᴧᴏхиᴇ уᴄᴧᴏʙия. Пᴏ϶ᴛᴏʍу я буду ᴛᴇбᴇ ᴨиᴄᴀᴛь, нᴏ нᴇ бᴏᴧᴇᴇ. Ангел улыбнулся. Слабо, совсем слегка приподнял уголки губ. Он взял телефон в руки и напечатал, медленно, взвешивая каждое слово.

Кому: Престон (Прототип)

Хорошо, я благодарен. Спасибо, что ты можешь это сделать. Правда спасибо.

Наверное, это был лучший вариант, из всех возможных. Фабрика продолжала стоять. Понемногу отношение становилось лучше, не на много, но всё же теперь периодически были хотя бы сообщения. Пока однажды утром ему не позвонили. — Алло? — время было часа четыре и Ангел чувствовал себя просто разбито, но на том конце провода что-то зашумело. — Человек. — Ол- Прототип? — Твоё... Резюме... Оно ведь было правдиво? Ты действительно разбираешься в том, как чинить производственные станки и машины? Сознание пробуксовало. Он сел и потер глаза рукой. — Ну да, могу. — Наши генераторы. Больше не включаются. — Я могу... Приехать? Починить? — Эᴛᴏ нᴇ ᴄᴀʍᴀя хᴏᴩᴏɯᴀя идᴇя. Нᴏ бᴧиɜиᴛᴄя ɜиʍᴀ. Они будуᴛ ʍёᴩɜнуᴛь. И цʙᴇᴛы ʙянуᴛ. Я нᴇ хᴏᴛᴇᴧ ᴨᴩиниʍᴀᴛь ᴛʙᴏю ᴨᴏʍᴏщь. И ᴄᴇйчᴀᴄ нᴇ хᴏчу. Нᴏ ʙᴄё ᴋᴀᴋ-ᴛᴏ ᴩᴀɜʙᴀᴧиʙᴀᴇᴛᴄя. Мᴇня бᴇᴄиᴛ дᴀжᴇ ᴄᴀʍᴀ нᴇᴏбхᴏдиʍᴏᴄᴛь ᴦᴏʙᴏᴩиᴛь ᴄ ᴛᴏбᴏй ᴏб ϶ᴛᴏʍ. — Я понял... Так... Я могу приехать? В трубке помолчали. — Тᴏᴧьᴋᴏ дᴧя ᴨᴏчинᴋи нᴇᴋᴏᴛᴏᴩых ᴦᴇнᴇᴩᴀᴛᴏᴩᴏʙ. Я нᴇ дᴀʍ ᴛᴇбᴇ ʙᴄᴛᴩᴇᴛиᴛьᴄя ᴄ дᴇᴛьʍи. — Я понял. Я... Скоро приеду. Вот Ангел пришёл в то место, которое считал домом, но домом оно сейчас точно не было. Тёмная холодная фабрика и ни одного ребёнка, даже Ярнаби не выбежал встречать, виляя хвостом. Но больше всего в шоке человека повергла конкретная разруха. — Здесь вообще ничего не работает... — ошарашенно прошептал Ангел. — Иʍᴇннᴏ. Тʙᴏя ɜᴀдᴀчᴀ ᴨᴏчиниᴛь ʍᴇхᴀниɜʍы и уйᴛи. Сᴋᴏᴧьᴋᴏ я буду дᴏᴧжᴇн ɜᴀ ᴩᴀбᴏᴛу? — серьезно спросил Прототип, как будто вообще имел деньги. — Нисколько. Будем считать, что первая консультация и ремонт выйдут подарком, — ответил Ангел и пошёл к генераторам. Починить механизмы было несложно. Причину поломки зоркий глаз узнал сразу и лишь умилился тому, как сильно игрушки хотели его видеть. Но за все время мужчина не увидел ни одной даже самой маленькой мордочки, и это наводило тоску. — Готово. Нужна помощь ещё с чем-нибудь? — Ангел обвел глазами комнату, но не стал высказываться о срочной необходимости капитального ремонта. — Нᴇᴛ, нᴇ нужнᴏ. Сᴀʍᴏᴇ нᴇᴏбхᴏдиʍᴏᴇ ᴛы ᴄдᴇᴧᴀᴧ, ɜᴀ ϶ᴛᴏ ᴛᴇбя дᴀжᴇ ʍᴏжнᴏ ᴨᴏбᴧᴀᴦᴏдᴀᴩиᴛь. Кᴀᴋ жиʙёɯь? — Да нормально... — внезапная смена темы разговора даже слегка удивила Ангела. — Снимаю жилье в городе, подрабатываю. — Хорошо устроился, смотрю, — кивнул Прототип. — Ну ты это, не зажрись там. — Да я, видимо, уже... Он собирался уходить, когда его сверху окатило ледяной водой. Грязной ледяной водой. Мясник медленно поднял голову. Труба лопнула. Её не трогали, она просто лопнула по шву. Ангел выдохнул. Медленно, как если бы пытался справиться с гневом. — Извини, конечно, но могу я забрать кое-что из моей старой комнаты? Там есть вещи. Или принеси их сам, если не сложно. Я не могу выйти в холод полностью вымокший до нитки. — Пойдем вместе. — скрестил руки на груди Прототип. — Как скажешь.

***

«Ангел, вернись»

«Любим. Помним. Скучаем.»

«Папа навсегда❤️»

По всей комнате были надписи. Где-то еле-еле угадывался почерк от почти полностью стершегося маркера, где-то буквы были нацарапаны детскими ручками. Ангелу было невыносимо грустно. Пока он не видел игрушки, не слышал их голоса и старался не вспоминать, было не так тоскливо, но здесь тоска накрыла его новой волной. — У тебя две минуты на сборы. Конечно, Прототип. Времени на грусть нет, как бы не хотелось. Ангел упорно не смотрел на стены, чтобы не разрыдаться прям здесь — после ужасных событий психика так и не восстановилась. Когда он открыл шкаф, то увидел, что некоторые вещи лежат, видимо кем-то скинутые. Он потянул какую-то теплую кофту и оттуда показалась длинная розовая лапка. Пантерка подняла мордочку сонно, проморгалась и тут же с тихим, едва слышным щебетом забралась к нему на руки. Она не отцепилась даже после того, как Ангел потянул её. Ему пришлось прокусить себе губу, лишь бы сдержать желание разрыдаться. Он взял вещи и повернулся к Прототипу. — Она... Была здесь... — осторожно закрывая малышку своей кофтой, пояснил Ангел. Малышка радостно щебетала, крепко обнимая мужчину. Когда Прототип потянул её, то она только крепче вцепилась в шею. — Отпусти его или человек умрёт, — холодно приказал Прототип. Только после этих слов Пантерка с огромным нежеланием отцепилась от Ангела. — Прости... — прошептал мужчина одними губами и мысленно добавил: «Все простите... Не знаю, за что именно, но простите. Я не сделал того, что должен был, я не сделал максимума. И теперь вы страдаете и все равно ждёте...» Он собирался быстро, старательно не смотря на Прототипа, который аккуратно, но твердо держал маленькую Кисси в хватке когтей. Малышка держалась за когти и грустно скулила. За такое честно хотелось взять грабпак и... И что он сделает? Сейчас он слабее во много раз. Бороться с ним значит опять подвергнуть опасности остальных. Когда он уходил, он обратил внимание, что из-за угла показалась большая голова. Прототип не дал ему даже шанса поздороваться и выставил вон, а потом двери закрылись. «За что? Почему я поверил, что после дождя всегда светит солнце, а после пиздеца наступает мир? Почему я такой идиот? Зачем я вообще пытаюсь, почему я продолжаю быть... правильно Олли сказал. Я навязчивый. Я продолжаю думать, что кому-то нужен, даже если всё твердит об обратном. Если бы я не пошёл на фабрику, не убили бы кучу детей... и Пианозавра... и Прототип не терял бы память. И дети не страдали бы от того, что меня ждут и надеятся на что-то... Зачем все это происходит?.. Престон что-то пытается сделать, но это же неискренне, Прототип же все равно не хочет меня видеть, он просто идёт на уступки только Престону. И это нечестно уже по отношению к Олли... И я... я не знаю, что делать...» Он ехал домой долго, думая о том, что вообще делать, а дома, разбирая свою сумку с инструментами и мокрыми вещами на самом дне сутки нашёл спрятавшегося малыша Прото. Маленькая игрушка умудрилась склубочиться так сильно, что до того, как разобрал Ангел даже не почувствовал, что в сумке есть что-то ещё. — Ты... Как вообще умудрился? — он осторожно взял малыша в руки. Ребёнок, довольный вниманием, заиграл привычную мелодию урчания, но потом взялся маленькими ручками за руки Ангела. — О, он записывает? — голос который он начал воспроизводить принадлежал Поппи. — А, хорошо. А, кхм. Ангел... Мы не знаем, сможешь ли ты получить это послание, потому что мы собираемся провернуть огромный план по передаче тебе этого сообщения. Но нам всем есть что сказать. Прошло уже так много времени, а мой глупый брат продолжает упираться. Мы не сдадимся. Пока ты не вернёшься. Ни сейчас, ни потом. Мы тебя любим. А потом пошли другие кусочки. На малыша Прото буквально записали послание от больших игрушек, от всех, кто мог говорить. Конечно, они могли подложить кассету, но по всей видимости Поппи решила уберечь Прото от своего брата, тем самым дав ему безопасную гавань рядом с Ангелом. Опасно, но малыш был тут... А Ангел просто обнял его, чувствуя себя разбитым. Он тихо плакал, от боли, от осознания, что они всё ещё ждут и скучают... «Качается ель печально в окне, Кончается день, дичает апрель. Прижался к стеклу, теряю контроль Но ради игрушек справляюсь с собой. Не стоит жалеть, что много проблем Слова ведь не выразят горя совсем Тебя рядом нет, но где-то ты есть, Пускай не сейчас, не со мной и не здесь. Ты любишь меня, но просто отвык... И просто сейчас ты ещё не достиг Тех чувств, что в душе у меня остались, Ты просто забыл всё, мой глупый малыш...» Прото не отходил от Ангела весь вечер, пока тот, решив не мучать ребёнка, сам не пошёл спать. А сон все не шёл, хоть не было сил, хотелось совета сейчас попросить; хотелось узнать, как теперь дальше жить, но жизнь ведь не образ, её просто не сшить. Осталось признать — придётся всё ждать, надеяться, верить, а пока просто спать.