Wrong doppelgänger

Елена сидела, обхватив голову руками, Кэролайн мерила шагами комнату. Деймон ушёл на кухню за виски. Скарлет стояла у окна, глядя на тёмное небо, и её спокойствие начинало раздражать Кэролайн. — Как ты можешь быть такой спокойной? — Кэролайн остановилась напротив неё, уперев руки в бока. — Клаус будет приходить за твоей кровью. Снова и снова. Ты будешь сидеть в этом кресле, пока он выкачивает из тебя литры! Скарлет медленно повернулась к ней. — А что ты предлагаешь, Кэролайн? Устроить истерику? Это поможет? — её голос был ровным, почти ленивым. — Клаус не убьёт меня. Ему нужна моя кровь живой. Пока он создаёт гибридов — я в безопасности. А пока я в безопасности, я могу думать. — О чём думать? — Кэролайн повысила голос. — О том, как использовать эту ситуацию, — Скарлет пожала плечами. — Знание — сила. Я узнаю, как он работает. Что ему нужно. Когда он слаб. А ты? Ты будешь просто стоять и кричать? Кэролайн замерла. Её губы дрожали — от злости или от обиды, непонятно. — Я не хочу, чтобы ты пострадала, — сказала она тише. — Не пострадаю, — Скарлет усмехнулась. — Я слишком эгоистична, чтобы страдать. Она отвернулась к окну, давая понять, что разговор окончен. Кэролайн постояла секунду, потом развернулась и вышла из гостиной. — Ты могла быть с ней помягче, — сказала Елена, поднимая голову. — Я была мягкой, — ответила Скарлет не оборачиваясь. — Я не назвала её истеричкой. Хотя могла. Елена вздохнула, но спорить не стала. *** Прошли дни. Несколько дней, которые превратились в череду уколов, пробирок, холодных пальцев Клауса на её шее и его голоса — вкрадчивого, почти ласкового. — Ты привыкаешь, — заметил он однажды, обрабатывая место укола спиртом. — Я привыкаю к боли, — ответила Скарлет, глядя в потолок его гостевой спальни. — Это не одно и то же. — А к чему ещё ты привыкаешь? Она перевела взгляд на него. Он стоял рядом, игла уже была в вене, кровь наполняла пробирку. Его лицо было в нескольких дюймах от её. — К твоему присутствию, — сказала она спокойно. — Это не комплимент. Это констатация. Клаус усмехнулся. — Ты всегда так честна? — Только с теми, кто платит за мою честность кровью. Закончив, он наложил повязку и помог ей встать. Скарлет закатала рукав, поправила кулон. Она чувствовала лёгкое головокружение, но не подала виду. — Я провожу тебя, — сказал Клаус. — Не нужно. Я дойду сама. — Я провожу, — повторил он, и в его голосе появились нотки стали. Они вышли на крыльцо. Ночь была холодной, звёзды мерцали сквозь рваные облака. Скарлет сделала шаг вниз, но Клаус взял её за локоть и остановил. — Скарлет, — сказал он, и его голос был тихим, почти интимным. — Ты знаешь, что ты для меня? — Источник крови, — ответила она, не оборачиваясь. — Нет, — он развернул её к себе. — Ты — единственная, кто не боится. Ты не дрожишь, не умоляешь, не пытаешься меня обмануть. Ты просто… есть. — Звучит как начало плохого романа, — усмехнулась Скарлет. — Это не роман, — Клаус наклонился ближе, и она почувствовала его дыхание на своей щеке. — Это что-то другое. Я не знаю, как это назвать. Но я хочу, чтобы ты была рядом. — Я и так рядом, — она не отступила. — Ты сам сказал — моя кровь нужна тебе для гибридов. — Не только кровь, — его пальцы легли на её подбородок, приподнимая лицо. — Я хочу видеть тебя. Слышать твой голос. Твои язвительные замечания. Твою холодную улыбку. — Ты болен, Клаус. — Возможно, — он улыбнулся, и в его улыбке было что-то почти человеческое. — Но ты — моё лекарство. Скарлет смотрела на него в упор. Её пульс был ровным — она привыкла к его близости. Она уже не боялась. Она анализировала. — Отпусти, — сказала она. Он отпустил. Она сделала шаг назад, поправила куртку и пошла к калитке. — Я пришлю за тобой машину послезавтра, — крикнул он вслед. — Я знаю, — ответила она, не оборачиваясь. На выходе с дорожки её ждал Деймон. Он стоял, прислонившись к камаро, и курил. — Ну как, очередной сеанс кровопускания? — спросил он. — Очередной, — Скарлет села в машину. — Поехали. Они ехали в тишине. Деймон не задавал вопросов, Скарлет не рассказывала. Когда они подъехали к пансионату, он заглушил двигатель и повернулся к ней. — Ты держишься, — сказал он. — А что мне остаётся? — Сломаться, — он пожал плечами. — Напиться. Убежать. Крикнуть. Ты не делаешь ничего из этого. — Я не люблю показывать слабость. — Это не слабость, Скарлет. Это человечность. — У меня аллергия на человечность, — она открыла дверцу. — Спокойной ночи, Деймон. Он усмехнулся. — Спокойной ночи, Гилберт. В гостиной горел свет. Кэролайн сидела на диване с чашкой чая и ждала. Когда Скарлет вошла, она подняла голову. — Как всё прошло? — Как обычно, — Скарлет скинула куртку. — Он взял кровь, я пошутила, он не убил меня. — Ты пошутила? — Кэролайн встала. — Сказала, что он болен. Он сказал, что я — его лекарство, — Скарлет села в кресло, потирая повязку на руке. — Это было забавно. — Забавно? — Кэролайн подошла к ней, села на подлокотник. — Скарлет, он одержим тобой. — Знаю. — И тебя это не пугает? — Пугает, — Скарлет встретила её взгляд. — Но я не показываю. Кэролайн взяла её за руку. — Ты не одна, — сказала она. — Я знаю, — ответила Скарлет, и в её голосе впервые прозвучала усталость. — Ты говорила это уже. — Повторю, если нужно. Скарлет посмотрела на неё долгим взглядом, потом усмехнулась. — Ты невыносима, Форбс. — Я знаю, — Кэролайн улыбнулась. Они посидели ещё немного, а потом Скарлет пошла спать. Но в своей комнате она долго не могла уснуть. Она смотрела в потолок и думала о его голосе. О его пальцах на её подбородке. О том, что он сказал. «Я хочу, чтобы ты была рядом». — Блять, — прошептала она. Кулон на шее холодил кожу. Она сжала его в пальцах. — Это просто кровь, — сказала она себе. — Только кровь. Но голос прозвучал неубедительно. Через два дня машина Клауса снова ждала её у ворот пансионата. Скарлет села на заднее сиденье, и водитель — безымянный вампир из свиты Клауса — молча вёз её в особняк. Клаус встретил её в гостиной. На этот раз он не повёл её в комнату. Он подошёл, взял за руку и привёл к креслу, стоящему у камина. — Я хочу попробовать кое-что новое, — сказал он. — Что? — спросила Скарлет, садясь в кресло. — Не сегодня, — он опустился на корточки перед ней и взял её ладонь в свои. — Ты дрожишь. — Это от холода. — Нет, — он покачал головой. — Это от страха. Ты боишься, но не показываешь. Я чувствую это по пульсу. — Ты психопат. — Ты уже говорила. Он поднёс её руку к своим губам и поцеловал запястье — туда, где набухала вена. Скарлет замерла. — Не делай этого, — сказала она тихо. — Чего? — Не путай кровь с чувствами. Клаус поднял на неё глаза. В них горел холодный огонь. — Я ничего не путаю, Скарлет. Я просто хочу то, что хочу. — А я хочу, чтобы ты отпустил меня. — Не отпущу. Он встал, отошёл к бару, налил себе виски. Скарлет осталась сидеть, сжимая подлокотники кресла. — Ты думаешь, что я просто инструмент, — сказала она. — Но ты ошибаешься. Я не сломаюсь. Я не буду умолять. Я не стану твоей марионеткой. — Я и не хочу марионетку, — ответил Клаус, поворачиваясь к ней. — Я хочу тебя. Настоящую. С твоей дерзостью, твоей гордостью, твоим кулоном, который шумит для ведьм. Скарлет поднялась. — Ты получишь мою кровь, — сказала она. — Но не меня. — Посмотрим, — он улыбнулся, и в этой улыбке было обещание. Она вышла. В машине она закрыла глаза и приказала себе не думать. Но думала. В пансионате Кэролайн ждала её с чашкой горячего чая. Он поднёс её руку к своим губам и поцеловал запястье — туда, где набухала вена. Скарлет замерла. — Не делай этого, — сказала она тихо. — Чего? — Не путай кровь с чувствами. Клаус поднял на неё глаза. В них горел холодный огонь. — Я ничего не путаю, Скарлет. Я просто хочу то, что хочу. — А я хочу, чтобы ты отпустил меня. — Не отпущу. Он встал, отошёл к бару, налил себе виски. Скарлет осталась сидеть, сжимая подлокотники кресла. — Ты думаешь, что я просто инструмент, — сказала она. — Но ты ошибаешься. Я не сломаюсь. Я не буду умолять. Я не стану твоей марионеткой. — Я и не хочу марионетку, — ответил Клаус, поворачиваясь к ней. — Я хочу тебя. Настоящую. С твоей дерзостью, твоей гордостью, твоим кулоном, который шумит для ведьм. Скарлет поднялась. — Ты получишь мою кровь, — сказала она. — Но не меня. — Посмотрим, — он улыбнулся, и в этой улыбке было обещание. Она вышла. В машине она закрыла глаза и приказала себе не думать. Но думала. В пансионате Кэролайн ждала её с чашкой горячего чая. — Ты бледная, — сказала она. — Я всегда бледная, — Скарлет взяла чашку. — Нет, — Кэролайн покачала головой. — Сегодня ты бледнее. — Он поцеловал мне руку, — Скарлет посмотрела на запястье. — Сказал, что хочет меня. Кэролайн замерла. — Что ты ответила? — Что он получит мою кровь, но не меня. — А ты сама в это веришь? Скарлет посмотрела на неё долгим взглядом. — Не знаю, — сказала она. — Но я не покажу. Кэролайн обняла её. Скарлет не отстранилась. — Ты справишься, — сказала Кэролайн. — Я знаю, — ответила Скарлет в её плечо. Они так и стояли — две девушки, две почти подруги, в доме, полном вампиров и тайн, — и пытались держаться.