Бремя божественного похмелья

Божественный совет неумолимо приближался. Нависая надо мной грозной тучей. И что греха таить? Мне было страшно. Странно, да? Это был даже не страх, я боялась упасть лицом в грязь. Не оправдать ожиданий. Хотя кого я обманываю я их уже с треском провалила, Дзикуза на роль Бога Земли. Преемница Микаге. Смешно. Хоть мысленно я толковала обратное, но это был самообман. Чтобы заглушить надоедливые мыслишки, что не давали нормально жить я прибегла к старой, доброй тактике. Работа. Молитвы, ритуалы, очистка территории, ответы верующим — я брала всё, что можно было взять. Сверхурочные, выходные, ночи напролёт. Я работала, чтобы храм жил, чтобы люди чувствовали заботу, чтобы всё было идеально. Омрачало всё одно НО. Ящик для пожертвований, по совместительству мой доход. Внутри было грустно, не вкусно и пусто. Пару монет. Мелочь. — Так, — сказала я вслух. — Непорядок. Томоэ стоял рядом, прислонившись к колонне. Читал книгу. — Работать много — хорошо, — сказал он, не поднимая глаз. — Но денег от этого не прибавляется. — Как будто я и без тебя не вижу, — фыркнула я. — Поэтому и говорю. Нужно что-то делать. Продвигаться в массы. Расфорсить наконец мою обитель. Чтобы люди шли сюда толпами, оставляли денежки. Эх, от мыслей про денежки на душе легче стало. Я не буду вечно работать на храм. Это он должен на меня работать. Мизуки, что грелся на солнышке рядом воодушевлённо воскликнул: — Фестиваль! — выпалил он. — Музыка, еда, игры. Люди любят праздники. Придут семьями, потратят деньги, оставят пожертвования. Я задумалась. — Фестиваль... Звучит неплохо. Но чем мы их заманим? Просто едой не отделаешься. Нужна изюминка. Томоэ усмехнулся. — Обрядный танец жрицы. Я поперхнулась воздухом. — Я пас, — отрезала я. — Это не ко мне. — Ты единственная жрица, — напомнил он. — Найду способ обойтись без танцев. Чтобы я, Дзикуза, живая легенда, да на сцене плясала? Нет уж, увольте. Томоэ пожал плечами. — Как знаешь. *** Так и жили с того разговора прошёл день. Я сидела на заднем дворе постигая магию земли через медитацию и приобщение с природой. Но моё познание себя бессовестно прервал баба-мужик. Ветреный бог. Друг Микаге. Выглядел он как всегда — небрежно, с ухмылочкой и по-гейски. «Явился не запылился» — Так это и есть новый Бог Земли? — спросил он, крутясь вокруг меня. — Ну и интересного же на редкость преемника выбрал Микаге — Дзикузу в Боги. Я скрестила руки на груди. — Чего тебе? Баба-мужик? — Просто смотрю.. стоп, что? Это кто тут ещё баба-мужик?! Я Бог Ветра Отохико — начал он гневно. — Да-да, не обязательно представляться я тебя и так знаю баба-мужик, — и улыбочку. Я посмотрела на него спокойно. Отохико тот жучара, что устраивал испытания. Именно он создавал проблемы, чтобы проверить нового бога. Так что всё это дерьмо организовал он. — Впрочем чего я ожидал от Дзикузы? — Слушай сюда, ветряная мельница, — сказала я тихо. — Я знаю, что ты затеял. Даже не вздумай мне тут воздух портить. Только попробуй. Отохико замер. Лицо изменилось. — Что ты сказала? — То, что слышал. И исчезни. Ты мешаешь. — Ты... — он сжал кулак. — Да как ты смеешь мне указывать? — Ага. А теперь вали. Он не сердился по-настоящему это было видно. Он скорее был.. заинтригован? Наверно. По крайней мере в глазах мелькнул интерес и заплясали чертята. — Ну-ну, — сказал он тихо. — Я посмотрю, как тебе не пригодится Кагура. И ретировался. «И что это было?» «Я надеюсь у него мозгов хватит внять мне?» Пораскинув на этот повод я пришла к выводу: «Да у него кишка тонка. Идти против Дзикузы» *** Ужин. Прекрасное время, не правда ли? Особенно когда чувствуешь себя выпускником, что пытается протащить бухло на выпуск при родаках. Вот я сейчас примерно таким и промышляю. Пока родители испепеляет друг друга взглядом, я пытаюсь незаметно разбавить спиртом этот вечер. Сложность максимальная, чтобы не вызывая подозрений поддерживаю непринуждённую беседу иногда просто повторяя последнюю фразу или киваю с умным видом.. И да. Налила. О это напиток богов. Видимо что-то да отразилось на моём лице. Все взгляды устремились к моей скромной персоне. А я что? Сегодня пятница. Вдох. Выдох. — М? — Я говорю ты бы хоть кимоно научилась носить нормально, — повторил Томоэ. — Всё-таки богиня. А одеваешься как бродяга. «Чё его пропёрло то, а? Что я такого пропустила, что теперь мне за шмот предъявляют?» — Я одеваюсь удобно. — Удобно — не значит правильно, — он сделал глоток супа. — Ты вообще дилетант в традиционных одеяниях. Ничего не смыслишь. — Это ещё почему? — я ради такого даже отставила чашку. — Ты вообще дикий лис. Тебе-то откуда знать тонкости? А я девушка прекрасная и чуткая натура. Я чувствую эти вещи. — Чуткая натура, — повторил он с насмешкой. — Скажи: на какую сторону запахивают кимоно незамужние? Я замерла. — Да это все знают, — попробовала закинуть удочку, может прокатит — Ну раз так, то спорим? На желание, — и гаденькая ухмылочка. «Вот жук. Взял на слабо. Я как будто обращаю на это внимание. С другой стороны мои шансы пятьдесят на пятьдесят. Что я неугадаю? Угадаю. Ну вроде.. в голове всплыла картинка из прошлого. Какая-то девушка в храме. Я видела её мельком. У неё, как я уверена, никого не было. Она запахивала... Право поверх левой вроде.. Точно. Абсолютно. Или. Да, нет. Сто процентов. Я же точно помню, что тётя так была запахана» — Правую поверх левой, — выпалила я. Мизуки рядом дёрнулся. Начал жестами что-то показывать, пытаясь подсказать. Томоэ раздражённо вздохнул. Взял со стола веер. И аккуратно, но ощутимо стукнул змея по лбу. Мизуки замолчал, потирая ушиб. Я отвернулась. — Я права, — сказала я упрямо. — Я помню. — Нет, — спокойно сказал Томоэ. — Ты не угадала. — Да неужели!? — возмутилась я. — Мизуки, скажи ему! Мизуки жалко посмотрел на меня и покачал головой. — Левая поверх правой, Госпожа, — тихо сказал змей. — Для живых. Для незамужних. Правая поверх левой — для покойников. Я уставилась на них. — Тогда... я что, похожа на покойника? — Ты похожа на того, кто проиграл спор, — сказал Томоэ. — На желание. — Какое желание? — Ты выполняешь моё желание. Без вопросов. — Ладно. Что ты хочешь?— начала я, уже жалея о своей вспыльчивости. Томоэ отложил палочки. — Ты станцуешь. Обрядный танец. На фестивале. — Это подло! — выпалила я. — Ты специально подловил! — Спор есть спор, Дзиё. Завтра начинаем. Я выдохнула. «Бля-я, я всего-то хотела выпить» — Считай тебя повезло, что я согласилась, — сказала я злобно смотря на эту наглую морду. — Завтра жду тебя в семь. — Ты сдурел? Я ж не встану — Я подсоблю К черту. Я в испорченном настроении покинула холл. Прихватив свою бутылку. И уже не стесняясь отхлебала из горла. Дерьмо. *** Пробуждение было не из приятных, от слова совсем. Меня просто скинули с футона сорвав одеяло. — Ещё пять минут, — пробормотал я спросонья, не до конца осознавая происходящее. Но меня не церемонясь потащили тренироваться. Ненавижу. Следующая неделя превратилась в ад для меня. Всё началось с того что мне всучили сузу — священные бубенцы. И пошло поехало. — Ногу выше, — сказал он, ставя подсечку. Я шлёпнулась. Я не танцевать собираюсь как будто, а в концлагерь. И то я думаю там более щадящая программа. — Руку выше. Ты держишь сузу как дубину. — Это почти оружие! — Это священный инструмент. Мягче. На этот раз прилетело по спине. — Я всегда знала, что ты садист. Тебе просто нравиться мутузить меня. Признай. — Не неси чушь. Ещё раз. Я начала. Это было ужасно. Я не танцевала. Я сражалась с бубенцами. Каждое движение было резким. Угловатым. Я рубила воздух, топала ногами, трясла сузой как оружием. — Стоп, — сказал он. — Ты слишком напрягаешься. — Тебе кажется, — чуть ли не рыча. — Расслабься. — Не могу! Он подошёл ближе. Взял меня за руку. — Вот так. Мягче. Плавнее. Я дёрнулась, вызвав руку. — Я и без тебя знаю. — Тогда делай правильно. — Я делаю! — Нет ты даже не стараешься. Я уставилась на него. — Ооо, так вот оно как, раз такой умный то сам и покажи как надо. Учить каждым дурак может. И вообще достал. Мог бы хоть раз похвалить, я стараюсь так-то. Я что бревно. — Ладно, признаю, ты теперь тянешь на широко профильного дилетанта. — Почту, за честь Мы тренировались каждый день. Я злилась. Огрызалась. Но делала. Потому что я не проигрываю. Никому, а себе тем более. *** Через неделю я выбралась проветриться. Просто не выдержала. И пошла в город. Пять минут. Мне нужно было пять минут тишины. Без бубенцов. Без Томоэ. Без его веера. Села на скамейку в парке. Закрыла глаза. И почувствовала. Воздух изменился. Стал тяжёлым. Липким. Тёмным. Он шёл от храма. «Я же русским языком сказала не портить мне воздух. Отошла на пять минут называется» *** И чё Нанами так долго с ним возилась, ах да у неё же не было света. Свет рассеивал тьму и я старательно держала оборону. Да не быстро, а вы, что хотели? Отори знатно навонял здесь. И тут появился Паук. Как я могла забыть про него? Большой. Лохматый. Ему было вообще до фени на мои фокусы. Ладно, раз припёрли, то придётся. Мне пришлось плясать. С бубенчиками. Представь картину: Бог Земли, легендарная Дзикуза, прыгает с бубенчиками, отбиваясь от ёкая. Дзинь-дзинь-дзинь. Я кружилась. Трясла сузу. Свет лился из бубенцов. Паук отступал. «Да, я прям хороша, за финальное па и...» «Накаркала» Я споткнулась. Упала. Томоэ на периферии рвался в гущу, ага щас, пожинай плоды. Русские не сдаются. Лапа грозилась попасть по мне, но телепортация решает. Начала сначала. Дзинь-дзинь-дзинь. Финальное па, давай.. Паук взвыл. Свет обжёг его. Испепеляя. Я стояла, запыхавшись. Сузу в руке. Я вытерла пот со лба. — А ты говорил, я безнадёжна, — смотря на Томоэ, что бежал ко мне со всех ног. — Безрассудная Госпожа, — прошептал он мне в макушку заключая в объятия. *** Фестиваль начался вечером. Я помогал ей облачиться. Я догадывался, конечно, что она не смыслит в традиционной одежде, но чтоб настолько? Меня хватил культурный шок. Она вообще ничего не знала про церемониальную одежду. Как она жила раньше? Хотя вспоминая Дзикузу там и близко не пахло традициями. Когда я завязывал пояс. Она стояла, сопела. — Слишком туго. — Так положено. — Я не смогу дышать и упаду от кислородного голодания. — Не упадёшь, дилетантка. Я поправил ворот. Всё было идеально. Я знал эти правила лучше, чем кто-либо. — Готова? — Нет. — А тебя никто и не спрашивал, — сказал я трепя её по голове, уши, к которым я там претерпел были скрыты. — Эй, ты сейчас причёску испортишь. И правда, ещё одна моя гордость все её непослушные кудри, в которых явно прослеживался характер хозяйки, были аккуратно собраны в пучок и заколоты шпилькой. Фестиваль был, что надо почти весь город собрался. Мы организовали всё в лучшем виде и конечно же не обошлось без руки Дзи. Дизайн, музыка, еда всё было организовано и лично подтверждено ею. Но это было не главное. Главной звездой этого вечера была она. Ей несомненно шло. Я привыкший видеть её лишь в людском трепье, даже сначала потерял дар речи. Дзи была неотразима. Она вышла на сцену. В руке — сузу. Народ замер. Она начала. Да, движения были не идеальны. Но в них была сила и в этом прослеживалась её суть. Дзинь-дзинь-дзинь. Бубенцы пели. Свет лился. Под конец танца появилась бабочка Микаге. Коснулась кимоно, меняя цвет. Из светло-голубоватого кимоно расцвело кроваво-красным, винным цветом, и что уж греха таить он чертовски ей шёл. Люди ахнули. Она закончила. Поклон. Тишина, а после аплодисменты. *** Мы сидели на веранде. Она была в том самом кимоно. Но уже на распашку, словно в халате. Пояс развязан. Рукава закатаны. И ушки, она их не скрывала. — Ты же только что выступала, — сказал я. — Устала, — буркнула она. — Снимать долго. — Богиня так и должна выглядеть, — сказал я нравоучительно. Она посмотрела на меня. — Ты сейчас серьёзно? — Да. Она фыркнула. — Ладно, тогда я уйду. Она начала вставать. Но я притянул её к себе, она не сопротивлялась. Лишь молча положила голову мне на плечо. Мы сидели в тишине. Вдалеке раздавался шум фестиваля, но моё сознание всецело было здесь. С этой невероятной женщиной, таящей в себе столько секретов которые мне ещё предстоит узнать. Всё было хорошо. Теперь я точно знал. Что никому не отдам её, ведь.. Она моя. А я... Я её. И мне это чертовски нравится.