Часть 2: Чёрный вызов и белая зависть
23 марта 2026 г., 03:18
Испытание в глухой деревне под Псковом давило на плечи не хуже могильной плиты. Свинцовое небо, покосившиеся избы и шёпот местных, которые видели в экстрасенсах то ли спасителей, то ли исчадий ада.
Дима стоял у края старого колодца, чувствуя, как ледяной сквозняк лезет под куртку. Ему нужно было сосредоточиться на фантоме утонувшей девушки, но мысли путались. Рядом, прислонившись к гнилому забору, Влад демонстративно крутил в пальцах тяжёлый нож, его глаза лихорадочно блестели — он явно «поймал волну» и наслаждался чужим страхом.
— Ну что, Матвеев? Видишь её или тебе очки протереть? — голос Череватого разрезал тишину, как бритва. — Пока ты тут медитируешь, я уже всё понял. Толик говорит, девка сама прыгнула. От любви, Димочка. От такой же больной и кривой, как у некоторых здесь.
Дима стиснул зубы, игнорируя колкость. Но тут из-за угла дома вышел Олег. Он только что закончил свой проход и выглядел измотанным, но при виде того, как Влад буквально нависает над Димой, его лицо окаменело.
— Влад, отойди от него. Ты мешаешь работать, — холодно бросил Олег, подходя ближе.
— Ой, защитник выискался! — Влад рассмеялся, делая шаг навстречу младшему Шепсу. — Что, боишься, я его испорчу? Так он и сам не против, посмотри на него. У него на лице написано, что он хочет грешить, а не свечки ставить.
— Прекратите оба! — Дима резко развернулся, и его голос сорвался на рык. — Мы на задании. Нас люди ждут. Саша, Вика... они там, за забором, смотрят на нас как на идиотов!
— Плевать на них, — отрезал Олег, сокращая дистанцию. Он проигнорировал Влада и посмотрел прямо в глаза Диме. — Ты побледнел. Тебе нужно прерваться.
Олег потянулся, чтобы коснуться лба Димы, проверить температуру или просто передать немного своего спокойствия, но Череватый перехватил его руку на полпути.
— Не смей, — прошипел Влад. В его голосе больше не было стёба, только голая, первобытная ревность. — Ты со своей светлой энергетикой только всё портишь. Он мой напарник по тьме, не твой.
— Он не вещь, Влад, — голос Олега стал опасно тихим. — И если ты ещё раз позволишь себе так с ним разговаривать или использовать его как батарейку для своего Толика, я забуду про камеры и про то, что мы коллеги.
Воздух вокруг них сгустился. Дима чувствовал, как его затягивает в этот воронку: с одной стороны — хаотичный, неуправляемый огонь Череватого, с другой — тяжелая, как земля, уверенность Шепса.
— Хватит… — выдохнул Матвеев, чувствуя, как кружится голова. — Вы меня на части разорвете.
Он развернулся и пошёл прочь, в сторону леса, надеясь, что хотя бы там голоса мёртвых заглушат этот невыносимый шум их чувств. Но за спиной он услышал одновременный шаг. Они не отпустят.
Вечером в отеле их ждал один номер на троих — бюджет съемочной группы не предполагал люксов для всех в такой глуши. И Дима знал: эта ночь будет длиннее самого сложного испытания.
