Держи меня

Шум воды в ванной стих через десять минут. Шерлок вышел, опираясь рукой о стену. Его кожа приобрела серовато-восковой оттенок, а по лицу стекали капли ледяной воды, которые он даже не потрудился вытереть. Он был в одной тонкой футболке, и Джон увидел, как сильно его бьет крупная дрожь. — Я... я пойду к себе, — глухо произнес Шерлок, стараясь не смотреть Джону в глаза. — Стоять, — голос Джона был пугающе спокойным. Он держал в руке пальто Шерлока, которое только что обыскал в прихожей. На журнальном столике лежал небольшой стеклянный пузырек с прозрачной маслянистой жидкостью. Без этикетки, но Джон, как военный врач, по одному запаху пробки и вязкости понял, что это. — Это не «стимулятор», Шерлок. Это концентрированный синтетический опиат. Уличный «коктейль», который выжигает нервную систему за пару месяцев. Где ты его взял? Шерлок замер, его пальцы судорожно впились в дверной косяк. — Это... для химического анализа. Сравнение состава с тем, что используют наемники... — НЕ ВРИ МНЕ! — Джон сорвался. Он метнулся к Шерлоку, хватая его за плечи. — Ты едва стоишь! Твои зрачки не реагируют на свет, у тебя тахикардия, которую я слышу отсюда! Ты принял его, верно? Принял еще там, в притоне, прежде чем я вошел! Шерлок попытался оттолкнуть его, но его силы иссякли. Его ноги подогнулись, и он начал сползать по стене. — Джон... это... необходимо... для разума... мир слишком медленный... — Твой разум сейчас сгорает! — Джон тряхнул его, его лицо было багровым от ярости. — Я спасал тебя от пуль, я выхаживал тебя после пневмонии, я рисковал своей жизнью ради твоих безумных дел! А ты приносишь в наш дом ЭТО?! — Это не твое дело, Ватсон! — вдруг выплюнул Шерлок, его голос сорвался на хрип. Лихорадочный блеск в глазах стал злым. — Ты просто... временный спутник. Мой интеллект требует топлива, которое твой ограниченный мозг даже не может... Джон не дал ему договорить. Вспышка ярости была мгновенной и ослепляющей. Он не ударил его пощечиной, как в прошлый раз. На этот раз это был короткий, жесткий удар кулаком в скулу — удар солдата, доведенного до крайности. Голова Шерлока мотнулась назад, ударившись о косяк. Он затих, глядя на Джона широко открытыми, непонимающими глазами. По его губе потекла тонкая струйка крови. Джон стоял над ним, тяжело дыша, его кулак всё еще был сжат. — Ты... ты ничтожество, Холмс, — прошипел Джон, и в его голосе было столько боли, сколько Шерлок никогда раньше не слышал. — Ты самое талантливое и самое жалкое существо, которое я когда-либо встречал. Ты плюешь в лицо каждому, кто тебя любит. Шерлок хотел что-то ответить, но внезапно его лицо исказилось от судороги. Он схватился за грудь, его дыхание стало прерывистым и поверхностным. — Джон... — его голос превратился в тонкий свист. — Сердце... оно... слишком быстро... Гнев Джона мгновенно сменился профессиональным ужасом. Препарат начал давать побочный эффект — острую сердечную недостаточность на фоне истощения организма после болезни. — Черт! Черт, Шерлок! — Джон упал перед ним на колени, разрывая ворот его футболки. Шерлока вырвало прямо на ковер, его тело выгнулось в судороге. Кожа стала ледяной и мокрой от пота. Он хватал ртом воздух, глядя в потолок остекленевшим взглядом. — Посмотри на меня! Слышишь? Не смей отключаться! — Джон бил его по щекам, пытаясь удержать в сознании, пока одной рукой нащупывал пульс. Пульс был нитевидным, беспорядочным. — Ты не умрешь у меня на руках после того, как я тебя ударил! Ты слышишь меня, эгоистичный ты ублюдок?! Джон схватил со стола свою медицинскую сумку, которую всегда держал наготове. Он трясущимися руками набирал в шприц антидот и стимулятор сердечного ритма. — Давай... ну же... живи, ради всего святого... — шептал Джон, вводя иглу прямо в вену Шерлока. Шерлок содрогнулся, его грудная клетка резко поднялась. Он издал хриплый, мучительный стон и затих, тяжело и часто дыша. Судорога отпустила его тело, он обмяк в руках Джона, как тряпичная кукла. Прошло десять минут. Джон сидел на полу, прислонившись спиной к дивану, и держал голову Шерлока у себя на коленях. Его руки всё еще дрожали, а костяшки пальцев,которыми он ударил друга, саднили. Шерлок медленно открыл глаза. В них больше не было ни высокомерия, ни блеска наркотика. Только бесконечная пустота и стыд. Он почувствовал вкус крови на губе и тупую боль в скуле. — Ты... ударил меня, — прошептал он, едва шевеля губами. — И ударю еще раз, если ты снова это сделаешь, — голос Джона был севшим. — Я вызову скорую, Шерлок. На этот раз я не буду тебя покрывать. Тебе нужна детоксикация и клиника. Шерлок слабо покачал головой. — Нет... Майкрофт... он узнает... он заберет у меня дела... — МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ТВОИ ДЕЛА! — Джон снова закричал, и слезы злой беспомощности наконец брызнули из его глаз. — Я едва не убил тебя! Сначала ударом, а потом этим твоим... ядом! Ты понимаешь, что ты со мной делаешь?! Ты превращаешь меня в монстра! Шерлок замер. Он посмотрел на плачущего Джона — человека, который был его единственной связью с человечностью, — и осознал, какую глубокую рану он нанес. Глубже, чем любой нож или пуля. Детектив медленно поднял руку — ту самую, которая раньше так крепко держалась за Джона в бреду — и осторожно коснулся рукава его джемпера. — Прости, — это слово далось ему с трудом, словно он выталкивал из легких осколки стекла. — Джон... я... я не могу без этого «якоря». Пожалуйста. Не отдавай меня Майкрофту. Помоги мне... здесь. Джон посмотрел на него сверху вниз. Лицо Шерлока было разбито, его губа распухла, а под глазами залегли черные тени. Он выглядел сломленным. — Я помогу, — тихо сказал Джон, вытирая слезы рукавом. — Но я заберу все ключи. Я буду проверять твои вены каждый час. Я не оставлю тебя ни на минуту. Ты будешь ненавидеть меня, Шерлок. Я стану твоим тюремщиком. Шерлок закрыл глаза и прижался щекой к колену Джона, игнорируя боль в ушибленном лице. — Ты уже им стал, — прошептал он. — Давно. В ту ночь на Бейкер-стрит не горел свет. В гостиной на полу сидели двое мужчин: один — избитый и отравленный собственным гением, другой — раздавленный собственной преданностью. Они были связаны так крепко, что эта связь причиняла боль обоим, но ни один из них не был готов ее разорвать.