Держи меня

Прошло три дня после того страшного вечера. Джон буквально не отходил от Шерлока: он спал в кресле у его кровати, сам готовил ему еду и лично проверял каждый миллиметр его кожи на наличие новых следов от игл. Шерлок казался смирившимся — он молчал, послушно пил лекарства и целыми днями смотрел в окно, погруженный в свои Чертоги разума. Но Джон недооценил одержимость Шерлока делом «Уробороса». На четвертую ночь Джон, измотанный бессонницей, провалился в глубокий сон. Шерлок, который всё это время лишь имитировал слабость, бесшумно поднялся. Его тело всё еще ныло от недавнего срыва, а скула была темно-фиолетовой после удара Джона, но разум требовал завершения дела. Он оставил короткую записку: «Не ищи. Я должен закончить это», — и исчез в ночном Лондоне. Он не знал, что «Уроборос» только и ждал, когда детектив выйдет из-под защиты своего «якоря». * Майкрофт Холмс стоял посреди гостиной на Бейкер-стрит, опираясь на свой неизменный зонт. Его лицо было бледным, а глаза метали молнии. Джон, взъерошенный и доведенный до отчаяния, мерил комнату шагами. — Вы его упустили, доктор Ватсон. Снова, — голос Майкрофта вибрировал от сдерживаемого гнева. — Я доверил вам безопасность своего брата, зная его наклонности, а вы... вы просто уснули! — Оставьте свои нотации при себе, Майкрофт! — сорвался Джон. — Он не собака на поводке! Он взрослый человек, который решил совершить самоубийство! Если я его найду, клянусь, я сам сдам его в самую охраняемую лечебницу страны! — Если вы его найдете живым, — холодно поправил Майкрофт. — Мои люди прочесали все притоны. Его нигде нет. Но час назад поступил сигнал из полицейского участка в Тауэр-Хэмлетс. Они задержали «неадекватного бродягу» при попытке взлома склада. Его избили охранники, а потом... — Майкрофт запнулся. — Экспертиза показала в его крови коктейль, от которого лошадь бы не выжила. Его бросили в камеру до выяснения личности. — Везите меня туда. Сейчас же! — прорычал Джон. По дороге он сжимал кулаки так, что белели суставы. Он представлял, как будет кричать на Шерлока, как выскажет ему всё о его эгоизме, о том, как он растоптал их дружбу. * Полицейский участок встретил их запахом дешевого кофе и хлорки. Начальник участка, узнав Майкрофта, задрожал мелкой дрожью и лично повел их в подвальные камеры. — Мы не знали, кто он... он сопротивлялся, нес какой-то бред про змей и химические формулы... Охранники склада немного... переусердствовали... — оправдывался полицейский. Дверь камеры со скрипом открылась. Джон ворвался внутрь, уже открыв рот, чтобы начать кричать, но слова застряли у него в горле. Майкрофт, стоявший за его спиной, судорожно выдохнул, и его зонт со стуком упал на бетонный пол. Шерлок не сидел. Он лежал на ледяном полу, свернувшись калачиком в углу, прямо под текущей трубой. На нем не было его знаменитого пальто — только тонкая рубашка, разорванная на груди. Его лицо... Джона передернуло. Один глаз полностью заплыл от гематомы, губа была рассечена так глубоко, что виднелась кость, а по спутанным кудрям стекала засохшая кровь. Но хуже всего было его состояние. Шерлока трясло в такой жуткой конвульсии, что его зубы громко стучали друг о друга. Он царапал бетонные стены короткими, обломанными ногтями, оставляя кровавые полосы. — Змеи... они везде... Джон, они... в стенах... — шептал он, не видя вошедших. Его зрачки бегали, он не мог сфокусировать взгляд. — Пожалуйста... не бей... я... я всё скажу... не надо больше игл... Джон упал на колени в грязную лужу рядом с ним. Вся его ярость, вся ненависть и желание наказать Шерлока мгновенно испарились, сменившись ледяным ужасом и невыносимой жалостью. — Шерлок... Боже, Шерлок, это я. Это Джон, — он попытался коснуться его плеча, но детектив с истошным криком отпрянул, забиваясь еще глубже в угол. — Нет! Нет! Я не... я не... — он задыхался, его легкие, еще не оправившиеся от пневмонии, снова начали хрипеть. Майкрофт подошел ближе. Его «ледяная» маска треснула и осыпалась. Он смотрел на своего младшего брата — гордость и боль семьи Холмсов — и его губы дрожали. — Шерлок, — голос Майкрофта был тихим и надтреснутым. — Брат мой... что же они с тобой сделали? Джон, отбросив всякую осторожность, обхватил Шерлока руками, прижимая его к себе. Шерлок сначала отбивался, его удары были слабыми и хаотичными, но почувствовав знакомый запах джемпера Джона и тепло его тела, он внезапно затих. Его пальцы, холодные как лед, судорожно вцепились в куртку Джона, сминая ткань. — Джон? — голос Шерлока был едва слышным стоном. — Ты... ты пришел? Ты не ушел? — Я здесь, — Джон гладил его по окровавленной голове, чувствуя, как его собственные слезы капают на лоб друга. — Я здесь, глупый ты идиот. Я никогда не уйду. Шерлок уткнулся лицом в плечо Джона, и из его горла вырвался не то всхлип, не то вой раненого зверя. Его накачали мощнейшими галлюциногенами, его избили до полусмерти, его бросили в клетку, как преступника, но самым страшным для него было то, что он подвел Джона. — Майкрофт, вызывай реанимацию. Немедленно! — скомандовал Джон, и в его голосе больше не было злости на брата Шерлока. — У него отек мозга может начаться. И скажи своим людям... если хоть один волос упадет с тех, кто это сделал, пока я до них не добрался... — он не закончил. Майкрофт кивнул, уже набирая номер по спецсвязи. Его взгляд был направлен на начальника участка, и в этом взгляде читался смертный приговор для карьеры каждого, кто допустил это в стенах участка. — Мы забираем его домой, — твердо сказал Джон, поднимая Шерлока на руки. Тот был пугающе легким, почти невесомым. — Домой на Бейкер-стрит. И на этот раз, Майкрофт, я прикую его к себе цепями, если понадобится. Шерлок, находясь в полубреду, снова нащупал руку Джона и сжал ее со всей силой, на которую был способен. Это была та самая хватка «якоря», без которой он просто не мог существовать. И Джон держал его в ответ, обещая себе, что больше никогда не поднимет на него руку — только для того, чтобы защитить или поддержать.