Держи меня

Ночь на Бейкер-стрит была наполнена тихим шорохом страниц и мерным тиканьем часов. Прошло еще несколько дней. Внешне Шерлок почти восстановился, если не считать бледности и легкого тремора пальцев, который он тщательно пытался скрыть, закладывая руки за спину или пряча их в карманы халата. Джон сидел в своем кресле, делая вид, что читает книгу, но на самом деле он краем глаза следил за Шерлоком. Тот сидел за столом, уставившись в микроскоп, но уже десять минут не менял предметное стекло. — Шерлок, три часа ночи, — негромко сказал Джон. — Твоя концентрация на нуле. Иди спать. — Моя концентрация в норме, Джон. Я просто... систематизирую данные, — голос Шерлока был сухим, но в нем проскальзывали нотки усталости, которые он не мог скрыть. — Ты систематизируешь пустоту. Марш в кровать. Шерлок резко выпрямился, и стул под ним жалобно скрипнул. — Перестань командовать! Ты не в армии, а я не твой рядовой. Весь этот режим «заботливой мамочки» начинает меня раздражать. Я — Шерлок Холмс, и если мне нужно бодрствовать сорок восемь часов, чтобы поймать убийцу, я буду это делать! Он попытался порывисто встать, но его тело, еще не оправившееся от двойного удара — болезни и наркотиков — предало его. В глазах потемнело, и он тяжело осел обратно на стул, едва не смахнув микроскоп. Джон мгновенно оказался рядом. Он положил руку на плечо Шерлока, пытаясь удержать его. — Ты упрямый осел, Холмс. Ты едва не упал в обморок. — Отпусти меня! — Шерлок дернул плечом, сбрасывая руку Джона. — Не трогай меня! Твои прикосновения... они напоминают мне о том, как я был слаб. Я ненавижу это чувство. Я ненавижу то, что ты видел меня таким. Он снова попытался встать, на этот раз более осторожно, и направился к дивану. Его походка была неуверенной, он слегка покачивался. Джон шел следом, готовый подстраховать. — Я не уйду, Шерлок, — твердо сказал Джон. — И мне плевать, что ты там ненавидишь. Я видел тебя при смерти, и по сравнению с этим твои капризы — пустой звук. Шерлок дошел до дивана и буквально рухнул на него, не потрудившись даже снять халат. Он отвернулся к спинке, всем своим видом демонстрируя пренебрежение. — Уходи в свою комнату, Джон. Ты мне не нужен. Джон вздохнул, сел в кресло рядом с диваном и вытянул ноги. — Нет. Я посижу здесь. Наступила тишина. Прошло около двадцати минут. Джон уже начал думать, что Шерлок уснул, как вдруг почувствовал слабое движение. Длинная, холодная рука Шерлока медленно высунулась из-под полы халата. Она неуверенно пошарила по воздуху, словно что-то ища, и наконец наткнулась на колено Джона. Пальцы Шерлока мгновенно сжались, вцепившись в плотную ткань джинсов. — Ты всё еще здесь? — прошептал Шерлок, не оборачиваясь. Его голос был лишен прежней спеси. — Здесь, — ответил Джон, положив свою ладонь поверх руки Шерлока. Пальцы детектива под его рукой заметно дрожали. Хватка была такой сильной, что Джону стало немного больно, но он не шевельнулся. — «Уроборос»... — пробормотал Шерлок, и его голос начал вибрировать от подступающего панического приступа, который часто случался у него после той «передозировки» в камере. — Змея, кусающая свой хвост... цикл боли... Джон, я вижу их, когда закрываю глаза. Они не уходят. — Это просто эхо, Шерлок. Галлюцинации давно вышли из твоей системы. Это просто память мозга. — Мой мозг — это я! — Шерлок резко развернулся на диване, его глаза были широко открыты и полны первобытного ужаса. Он не отпустил руку Джона, наоборот — он схватил его за предплечье обеими руками и притянул к себе, практически заставляя Джона склониться над ним. — Помоги мне заглушить их. Они слишком громкие. Шерлок вцепился в куртку Джона, сминая ее, и уткнулся лбом в его грудь. Его трясло. Всё его напускное высокомерие и нежелание повиноваться исчезли под гнетом посттравматического кошмара. — Тише, тише... — Джон обнял его, прижимая к себе, как ребенка. — Я здесь. Слушай мое сердце. Оно бьется ровно. Слышишь? Ритм. Один... два... один... два... Шерлок замер, прислушиваясь. Его пальцы на спине Джона постепенно расслабились, но он по-прежнему крепко держал край его одежды. — Ты... ты невыносимо скучный, Джон, — пробормотал Шерлок через некоторое время. Его дыхание начало выравниваться. — Твой пульс... такой предсказуемый. Такой обычный. — Именно это тебе сейчас и нужно, — усмехнулся Джон, не выпуская его из объятий. — Немного скуки в твоем безумном мире. — Пообещай... — Шерлок поднял голову, глядя на Джона снизу вверх. В его глазах снова блеснула искра того самого холодного интеллекта, но на дне всё еще плескалась уязвимость. — Пообещай, что если я снова... если я снова уйду за черту... ты остановишь меня. Любым способом. Даже если я буду кричать на тебя. Даже если я буду тебя ненавидеть. Джон серьезно посмотрел на него. Он вспомнил ту пощечину в спальне и тот тяжелый удар в гостиной. Его рука невольно коснулась скулы Шерлока, где еще оставался след. — Я остановлю тебя, Шерлок. Чего бы мне это ни стоило. Но постарайся больше не доводить до этого. Шерлок слабо кивнул и, наконец, разжал пальцы, отпуская куртку Джона. Но вместо того чтобы отодвинуться, он просто положил свою руку поверх руки Ватсона, переплетая их пальцы. — Я... я постараюсь повиноваться твоим медицинским распоряжениям, — нехотя выдавил он. — Но только до тех пор, пока у меня не появится новая зацепка по делу. — Договорились, — улыбнулся Джон. — А теперь — спать. И это не обсуждается. Шерлок закрыл глаза. На этот раз его сон был глубоким и спокойным. Он знал, что пока его рука чувствует тепло руки Джона, никакие змеи не посмеют вернуться в его чертоги. «Якорь» держал крепко, и корабль наконец-то стоял в тихой гавани.