Пламя, которое не гаснет

Примечание к части: Кажется, очень долгожданная глава готова к прочтению! Очаровательного вам дня!))

***

Войдя в Большой зал, который уже был заполнен множеством студентов, искренне веселившихся в этой удивительной атмосфере, я на мгновение замерла у входа. Повсюду слышались громкие разговоры, звонкий смех, радостные выкрики и стук столовых приборов о тарелки. Беззаботные, счастливые лица мелькали со всех сторон. Казалось, будто никто здесь даже не задумывался о том, что совсем скоро могут наступить тёмные времена. Сейчас для них существовал только этот вечер, наполненный теплом, светом свечей и ощущением того, что рядом находятся близкие люди, способные поддержать в любую минуту. Потолок Большого зала, как всегда, завораживал своим великолепием. Тысячи свечей плавали в воздухе, мягко освещая длинные столы факультетов. За высокими окнами бушевала прохладная осенняя ночь, а внутри царила почти домашняя атмосфера. Аромат свежей выпечки, горячего мяса, сладостей и пряностей смешивался в воздухе, вызывая ещё больший голод после всего произошедшего в лесу. Пока я медленно направлялась к столу Слизерина, ощущая на себе десятки чужих взглядов, несколько парней из разных факультетов начали делать мне комплименты, предлагать познакомиться и даже звали присоединиться к ним за стол. Кто-то улыбался слишком самоуверенно, кто-то — смущённо, а кто-то просто не сводил с меня глаз. Я лишь вежливо улыбалась в ответ, стараясь не задерживать взгляд ни на ком слишком долго. Внезапно среди всего этого шума я услышала знакомый голос. — "Астелия!" Я обернулась и увидела Дина Томаса. Он сидел за столом Гриффиндора и приятно мне улыбался, слегка махнув рукой. Его тёплый взгляд сразу выделился среди остальных. Парень показал рукой на свободное место рядом с собой, явно приглашая меня присоединиться к ним. На мгновение я даже растерялась от такого открытого жеста. Подойдя к столу Слизерина и сев рядом с Теодором, я лишь мягко улыбнулась Дину в ответ и слегка покачала головой в знак вежливого отказа. У того на секунду промелькнула обида в глазах, совсем мимолётная, почти незаметная, но я всё же успела её уловить. Однако он быстро скрыл свои эмоции, натянув привычную дружелюбную улыбку, и отвернулся к своим друзьям, будто ничего не произошло. Я почувствовала на себе ещё один взгляд. Тяжёлый. Пристальный. Драко молча смотрел то на меня, то на Дина с таким равнодушным выражением лица, будто происходящее его совершенно не интересовало. Он лениво крутил в пальцах бокал, сидя чуть расслабленно, однако в его серых глазах было что-то странное. Что-то холодное. Осторожное. Почти опасное. И почему-то мне показалось, что он был... в ярости. Хотя внешне Малфой выглядел совершенно спокойным. — "Прекрасно выглядишь, Астелия", — заметил Теодор, чуть наклонившись ко мне. — "Согласен", — коротко прокомментировал Крэбб, кивая с серьёзным видом. — "Даже слишком", — хмыкнул Блейз, усмехнувшись уголком губ. Я невольно смутилась от такого количества внимания. Пэнси, которая буквально липла к Малфою весь вечер, тут же яростно посмотрела на меня. В её взгляде читалась плохо скрытая зависть, смешанная с раздражением. Она уже открыла рот, явно собираясь сказать какую-нибудь колкость, но, заметив выражение лица Драко, внезапно передумала и лишь раздражённо поджала губы. — "Спасибо за милость", — ответила я, стараясь говорить спокойно, хотя сама чуть не покраснела от всех этих комплиментов и взглядов. Теодор тихо усмехнулся. — "Смущается", — протянул он. — "Не начинай", — пробормотала я, отворачиваясь. В этот момент профессор Дамблдор поднялся со своего места. Постепенно шум в Большом зале начал стихать. Разговоры становились всё тише, пока наконец почти весь зал не замолчал. Директор поднял свой бокал. — "Дорогие ученики..." Я едва заметно вздохнула. Дамблдор начал говорить, как всегда, те же самые слова о единстве, доверии и о том, что школа должна оставаться местом света даже в самые тяжёлые времена. Он говорил о том, что скоро могут наступить тёмные дни, что мы должны поддерживать друг друга и помнить, насколько важна дружба между факультетами. "...бла-бла-бла..." — мысленно закончила я за него, устало уставившись в стол. После всего произошедшего в лесу у меня совершенно не было сил слушать длинные речи. Однако под конец директор неожиданно оживился. — "И, конечно же, завтра, в воскресенье, ученикам разрешается посетить Хогсмид!" Большой зал мгновенно взорвался радостными голосами. Кто-то закричал от восторга, кто-то тут же начал обсуждать планы, а младшекурсники чуть ли не подпрыгивали на своих местах. Я же почувствовала, насколько сильно проголодалась. Путешествие по лесу не только вымотало меня физически, но и морально. Всё произошедшее до сих пор неприятно крутилось в голове, вызывая тревогу. Внутри всё ещё оставалось мерзкое чувство страха, от которого никак не удавалось избавиться. Как только Дамблдор закончил свою речь, я сразу потянулась к стакану с водой и осушила его буквально за несколько секунд. Перед нами тут же появились десятки блюд. Как всегда, столы ломились от еды: жаркое, пироги, тушёные овощи, ароматные супы, различные сладости, свежий хлеб и напитки. От запахов кружилась голова. Студенты сразу же начали оживлённо накладывать себе еду, пользоваться вилками и ножами, переговариваться и смеяться. Первым нарушил тишину за нашим столом Забини. — "В Хогсмид все идут? Или у кого-нибудь другие планы?" — внезапно спросил он, обводя взглядом всех присутствующих: Малфоя, Нотта, Паркинсон, Крэбба, Гойла и меня. Почти все сразу согласно закивали. — "Разумеется", — хмыкнул Драко. — "Я уже неделю жду этого", — протянула Пэнси. — "Нужно купить сладостей", — пробормотал Гойл, заставив Крэбба согласно кивнуть. Я же задумчиво опустила взгляд в тарелку. В эти выходные встретиться с Виком всё равно не получится. Да и зачем мне идти? В компании слизеринцев я вряд ли смогу чувствовать себя по-настоящему комфортно, особенно учитывая присутствие Паркинсон. Но и проводить всё время с Гарри, Роном и Гермионой тоже казалось странным. Им втроём явно будет лучше вместе. Может, действительно лучше остаться в замке? — "Астелия?" — многозначительно воскликнул Блейз, заметив моё молчание. Я подняла голову. — "Я лучше останусь, извини... Мне нужно закончить проектную по истории магии." И в этот раз я не врала. Срок сдачи действительно стремительно приближался. — "А не можешь доделать потом?" — спросил Тео, чуть нахмурившись. — "Не успею, к сожалению..." — "Ну ладно", — пожал плечами Забини, хотя по его голосу было понятно, что он всё равно недоволен моим отказом. Драко ничего не сказал. Но почему-то я снова почувствовала на себе его взгляд. Когда ужин наконец закончился, студенты начали постепенно вставать со своих мест. Большой зал снова наполнился шумом голосов, скрипом лавок и шагами. Я уже собиралась уходить вместе с остальными слизеринцами, как вдруг заметила приближающихся Гарри, Рона и Гермиону. — "Ты пойдёшь с нами в Хогсмид?" — сразу спросил Гарри, как только подошёл ближе. В его голосе слышалась надежда. Я виновато улыбнулась. — "Извини, братец, не смогу. У меня проектная по истории магии, и мне срочно нужно её закончить. Правда извини." Я с сожалением посмотрела на них. Рон тут же разочарованно выдохнул. — "Жаль..." — "Но сегодня ты хотя бы забежишь к нам в башню?" — быстро добавил он. — "Близнецы Уизли хотели угостить тебя кое-чем." — "И чем же?" — я невольно улыбнулась, глядя на его воодушевлённое лицо. Рон загадочно ухмыльнулся. — "Придёшь — увидишь!" — "Это точно тебе понравится", — с улыбкой добавила Гермиона. — "Очень надеюсь, что после этого Хогвартс останется цел", — усмехнулся Гарри. — "Эй!" — возмутился Рон. — "Не драматизируй!" Я тихо рассмеялась, впервые за весь вечер почувствовав лёгкость. — "Хорошо", — наконец ответила я. — "Ждите меня." Я быстро поднялась в спальню, чувствуя, как после шумного Большого зала в ушах всё ещё звенят чужие голоса и смех. Сердце почему-то билось быстрее обычного, а внутри оставалось странное ощущение тревоги после всего произошедшего в лесу. Хотелось хотя бы ненадолго оказаться одной, перевести дыхание и просто избавиться от тяжёлой мантии, которая неприятно давила на плечи. Я поспешно сняла мантию, оставила сумку на кровати и, поправив слегка растрепавшиеся волосы, уже собиралась уходить обратно. Где-то в глубине души мне хотелось как можно скорее добраться до башни Гриффиндора и хотя бы ненадолго забыть обо всём, что произошло за этот день. Спустившись вниз в гостиную Слизерина, я сразу заметила их. Пэнси сидела слишком близко к Драко, почти прижимаясь к нему плечом, и что-то эмоционально тараторила, активно жестикулируя руками. Её голос эхом разносился по почти пустому помещению. Малфой же выглядел так, будто слушал её вполуха. Он откинулся на кресло, запрокинув голову назад и прикрыв глаза. Верхние пуговицы его рубашки были расстёгнуты, рукава небрежно закатаны до локтей, а платиновые волосы слегка растрепались, придавая ему ещё более уставший и одновременно опасный вид. Рядом в кресле сидел Блейз. Он молча наблюдал за этой сценой с таким хитрым выражением лица, будто происходящее невероятно его забавляло. Стоило мне сделать несколько шагов к выходу, как все три пары глаз тут же уставились на меня. Я мысленно выругалась. — "Куда ты собралась, Поттерша?" — вальяжно спросил Драко, даже не меняя расслабленной позы. Его голос прозвучал лениво, но в нём всё равно чувствовалось что-то тяжёлое. Опасное. Я остановилась лишь на секунду. — "Не твоё дело, Малфой", — безразлично ответила я и снова направилась к выходу. Но не успела сделать и пары шагов. — "Не смей. Уходить. Не ответив. На мой. Вопрос", — глухо произнёс он. Я резко остановилась. От его голоса по коже почему-то пробежали мурашки. — "И не смей говорить мне, что моё дело, а что — нет." В следующую секунду всё произошло слишком быстро. Драко резко поднялся с кресла, схватил меня за запястье и буквально впечатал в ближайшую стену. Я даже не успела понять, как это произошло. Холодный камень неприятно ударил по спине. — "Отпусти!" — воскликнула я, пытаясь вырваться. Но он лишь сильнее сжал моё запястье. Настолько сильно, что стало больно. В гостиной уже никого не осталось. Блейз, видимо почувствовав, что сейчас лучше уйти, молча поднялся с кресла. Пэнси попыталась возмутиться и остаться, но Забини буквально потащил её за собой к выходу, несмотря на её недовольное сопротивление. Через несколько секунд мы остались вдвоём. Только я и Драко. Тишина в гостиной стала почти давящей. — "Отвечай, Поттер", — жёстко проговорил он. Я подняла взгляд на него... и на мгновение потеряла способность нормально думать. Закатанные рукава рубашки открывали напряжённые мышцы рук, будто он едва сдерживал себя. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, открывая бледную кожу шеи. Платиновые волосы слегка спадали на лоб, а серые глаза внимательно следили за каждым моим движением. Слишком внимательно. Слишком близко. У меня внезапно пересохло в горле. На несколько секунд я просто замерла, глядя на него. А потом тихо произнесла: — "Отпусти... пожалуйста..." Мой голос предательски дрогнул. И это разозлило меня ещё больше. Почему я вообще испугалась? Но, кажется, Малфой понял всё по-своему. На его губах появилась лёгкая ухмылка. Он подумал, что я боюсь его. Я снова попыталась вырваться из его хватки, резко дёрнув рукой, и случайно задела его фамильное кольцо в виде змеи. Острый край металла тут же рассёк кожу. Я тихо вскрикнула. На руке мгновенно появился порез. Несколько капель крови упали на каменный пол. Мой взгляд невольно остановился на кольце. И в тот же момент мир вокруг будто исчез. Перед глазами всё потемнело. Холод. Туман. Тяжёлое серое небо, затянутое чёрными тучами. Я резко зажмурилась, чувствуя, как внутри всё начинает дрожать. А затем увидела её. Ту самую женщину. Ей было около тридцати. Красивые черты лица, длинные волосы, наполненные болью глаза... Именно её я видела во сне рядом с фамильным портретом. Она стояла неподалёку вместе со своим мужчиной. Оба отчаянно отбивались от чьих-то тёмных заклинаний, которые одно за другим рассекали воздух вокруг них. Вспышки света отражались в густом тумане, а вокруг слышались крики, грохот и звук разбивающегося камня. Я стояла неподвижно, совершенно ничего не понимая. Страх медленно сковывал всё тело. Когда поток заклинаний наконец ослаб, женщина резко повернулась ко мне и быстро подошла ближе. Её взгляд был наполнен тревогой... и безграничной любовью. — "О, дорогая... Всё будет хорошо, я тебе обещаю..." — тихо проговорила она. Женщина осторожно провела рукой по моей щеке. Её пальцы были тонкими и холодными. Именно тогда я заметила кольцо. Прекрасное кольцо с глубоким чёрным камнем. На нём был вырезан герб и красивая буква "А". Я резко опустила взгляд на свои руки. И увидела такое же кольцо на собственном маленьком пальце. Только рука была не моей. Слишком маленькой. Детской. Внутри всё похолодело. В чьём теле я сейчас нахожусь?.. Женщина вдруг крепко прижала меня к себе и начала плакать. Настояще. Отчаянно. — "Я люблю тебя... слышишь? Люблю больше всего на свете..." И в этот момент с моих губ сами собой сорвались слова. Не мои слова. Голос маленькой девочки дрожал от слёз и ужаса. — "Я люблю тебя, мамочка... Очень-очень люблю! Не оставляй меня, мамочка!!" Сердце болезненно сжалось. — "Аааааааааааааааааа!" В следующую секунду всё исчезло. Я будто провалилась в бесконечную чёрную бездну. Только женщина продолжала смотреть на меня. С печалью. С болью. С любовью. — "Я верю в тебя, дочь..." — услышала я её голос в последний момент. И резко очнулась. Я судорожно начала вырываться из чужой хватки. — "Отпусти! Мамааааааааа! Подожди!!" — "Эй! Успокойся!" — голос Драко прозвучал уже совсем рядом. Я тяжело дышала, не понимая, где нахожусь. Оказалось, мы уже сидели на полу. Он всё ещё держал меня, не ослабляя хватку, пока я пыталась вырваться, захлёбываясь слезами и паникой. — "Мама... вернись... Я должна пойти к маме... отпусти..." — "Всё хорошо... успокойся, Астелия... всё хорошо... всё уже позади..." Я замерла. Он впервые назвал меня по имени. Не "Поттер". Не насмешливо. Не холодно. Просто... Астелия. Его голос звучал непривычно тихо. Спокойно. Он начал повторять эти слова снова и снова, будто мантру, слегка покачиваясь вместе со мной из стороны в сторону. — "Всё хорошо... всё хорошо... я рядом..." Я продолжала плакать, но постепенно перестала вырываться. Голова кружилась. В груди всё болело так сильно, будто сердце сейчас разорвётся. Я сама не заметила, как внезапно прижалась к нему ближе, цепляясь за его рубашку дрожащими пальцами. Тепло. От него исходило странное тепло. Безопасность. И именно это окончательно сломало меня. Сознание начало медленно уплывать. Последнее, что я почувствовала перед тем, как потерять сознание — как рука Драко осторожно коснулась моих волос.

***

Он решил, что она наконец успокоилась. Её дыхание стало медленным и ровным, дрожь постепенно исчезала, а пальцы, которыми она совсем недавно судорожно сжимала его рубашку, медленно ослабли. Драко всё ещё держал её в своих руках, ощущая, как тяжело её голова лежит у него на плече. В гостиной Слизерина стояла полная тишина. Настолько глухая, что слышалось лишь тихое потрескивание огня в камине и редкие всплески воды за огромными окнами подземелья. После её криков эта тишина казалась почти ненастоящей. Он слегка отстранился, чтобы посмотреть на неё внимательнее. Несколько секунд его взгляд просто изучал её лицо, будто он пытался убедиться, что она действительно пришла в себя. Но затем его брови медленно нахмурились. Она была без сознания. Снова. Драко раздражённо прикрыл глаза и тяжело выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как внутри поднимается странное раздражение, смешанное с непонятным беспокойством. — "Чёрт подери, почему ты, Астелия Поттер, постоянно любишь притягивать неприятности в свою голову?" — прорычал он насмешливо, хотя голос прозвучал уже далеко не так жёстко, как обычно. Скорее устало. Даже обречённо. Он снова посмотрел на неё, и его взгляд невольно задержался дольше, чем следовало. Её лицо всё ещё было слегка влажным от слёз, длинные ресницы дрожали, а растрёпанные волосы беспорядочно падали на щёки и плечи. Сейчас в ней не было ничего от той язвительной и упрямой девушки, которая постоянно спорила с ним и выводила из себя одним своим существованием. Сейчас она выглядела слишком хрупкой. Почти беззащитной. И это почему-то ему совершенно не нравилось. Он раздражённо отвёл взгляд в сторону, будто пытался сбежать от собственных мыслей, но почти сразу снова посмотрел на неё. Перед глазами всё ещё стояло то, как она плакала, цеплялась за него и отчаянно звала мать так, будто действительно теряла её прямо у него на глазах. "Мамочка... не оставляй меня..." Эти слова до сих пор звучали в его голове. Драко нахмурился ещё сильнее. Что, чёрт возьми, вообще произошло? Это не было похоже на обычную истерику или кошмар. Нет. Всё выглядело слишком настоящим. Её взгляд в тот момент... полный ужаса, боли и отчаяния... будто она действительно находилась где-то далеко отсюда. Будто что-то увидела. Или вспомнила. Он невольно посмотрел на её руку, где всё ещё виднелся небольшой порез от его фамильного кольца. Несколько капель крови уже успели подсохнуть на её коже. Кольцо. Всё произошло именно после того, как она коснулась кольца. От этой мысли внутри неприятно кольнуло. Но сейчас ему совершенно не хотелось об этом думать. Он тяжело выдохнул и осторожно поднял её на руки. Уже третий раз. Какая ирония. И третий раз она была без сознания. Он даже невольно усмехнулся этой мысли, качнув головой. Словно судьба специально сталкивала их именно в такие моменты. Не тогда, когда она смотрела на него с вызовом или спорила, доводя до бешенства, а именно сейчас — когда вся её колкость исчезала, оставляя вместо себя только странную уязвимость, которую она, кажется, скрывала абсолютно ото всех. Даже от самой себя. Он медленно пошёл по пустому коридору подземелий, крепче прижимая её к себе. И только сейчас вдруг осознал, насколько она была лёгкой. Слишком лёгкой. Бордовое платье мягко спадало вниз, подчёркивая её фигуру так идеально, что Драко пришлось мысленно выругаться. Тонкая ткань обтягивала её талию, открывала шею и плечи, а длинные тёмные волосы рассыпались по его рукам и груди. Она выглядела слишком красивой. Опасно красивой. И именно это раздражало сильнее всего. Он сам не понял, почему вдруг сильнее прижал её к себе, будто действительно пытался спрятать от чужих взглядов её хрупкую фарфоровую фигуру. Хотя рядом уже никого не было. Коридоры давно опустели, а в подземельях стояла привычная ночная тишина. Только шаги Драко глухо разносились по каменному полу. Зелёные блики воды медленно скользили по стенам, потолку и его лицу, создавая странную, почти призрачную атмосферу. Обычно эта тишина успокаивала его, но сейчас мысли в голове были слишком громкими. Почему она так кричала? Почему звала мать? И почему, чёрт возьми, это так задело его? Он никогда раньше не видел её такой. Никогда. Сильная, язвительная, упрямая Астелия Поттер вдруг превратилась в испуганную девочку, которая плакала у него в руках. И это ощущение почему-то не отпускало его. Подойдя к двери её комнаты, он остановился лишь на секунду, после чего осторожно открыл дверь ногой и вошёл внутрь. Комната встретила его полумраком и тишиной. Лунный свет мягко проникал сквозь окна подземелья, отражаясь серебристыми бликами на стенах и мебели. Всё вокруг выглядело спокойно и тихо, будто ничего не произошло. Драко медленно подошёл к кровати и осторожно уложил её на простыни. Она едва заметно нахмурилась во сне, тихо вздохнув, словно даже сейчас продолжала видеть что-то тревожное. Он замер рядом. Просто стоял и смотрел на неё. Слишком долго. А потом неожиданно для самого себя аккуратно укрыл её одеялом, стараясь не потревожить. Несколько секунд он всё ещё не двигался с места. Уйти. Нужно было просто уйти. Но почему-то ноги будто приросли к полу. Его взгляд снова остановился на её лице. Лунные блики мягко скользили по её коже даже сквозь толщу воды за окнами подземелья, делая её почти нереальной. Сейчас она выглядела такой спокойной, что сложно было поверить, будто ещё совсем недавно она плакала и кричала у него на руках. Драко медленно опустился на пол рядом с её кроватью, прислонившись спиной к её краю. Сам не понимая зачем. Он снова начал разглядывать её лицо, будто пытался найти ответы на все вопросы, которые сейчас хаотично крутились в голове. Длинные ресницы, слегка растрёпанные волосы, приоткрытые губы... он замечал каждую мелочь. И чем дольше смотрел, тем сильнее внутри появлялось это странное чувство. Непривычное. Опасное. То, от которого ему хотелось избавиться как можно скорее. Но почему-то именно сейчас он не мог заставить себя уйти. Ему хотелось остаться. Убедиться, что с ней всё хорошо. Что она больше не закричит так отчаянно. Что ей больше ничего не угрожает. Сам того не замечая, Драко продолжал сидеть рядом с её кроватью, не сводя взгляда с её лица. Постепенно усталость начала брать верх. Глаза становились тяжелее, мысли путались, а тихий звук её дыхания неожиданно начал успокаивать. И в какой-то момент он сам не заметил, как уснул, продолжая смотреть на её прекрасные черты лица под серебристым светом луны. Драко проснулся от неприятно яркого солнечного света, который пробивался даже сквозь толщу глубокого озера и мягкими зелёными бликами скользил по стенам комнаты. Свет падал прямо ему на лицо, заставляя недовольно поморщиться. Несколько секунд он вообще не понимал, где находится. В голове всё ещё стояла сонная пустота, а тело неприятно затекло от неудобного положения. Он медленно открыл глаза и нахмурился. Холодный пол. Тишина. Чужая спальня. Осознание пришло резко. Малфой тут же выпрямился и быстро огляделся по сторонам, будто боялся, что кто-то мог застать его здесь. Сердце неприятно дёрнулось от одной только мысли, что кто-нибудь из слизеринцев мог увидеть наследника семьи Малфой, заснувшего ночью возле кровати Астелии Поттер. "Прекрасно." Он раздражённо провёл рукой по волосам, окончательно просыпаясь. Платиновые пряди тут же растрепались ещё сильнее, а рубашка после сна выглядела помятой и небрежной. Как он вообще умудрился здесь заснуть? Драко медленно поднялся с пола, чувствуя лёгкую тяжесть в спине, и почти сразу перевёл взгляд на кровать. Она всё ещё спала. Даже не заметила его присутствия. Несколько секунд он просто молча смотрел на неё, сам не понимая зачем. Утренний свет мягко ложился на её лицо, делая кожу почти фарфоровой. Тёмные волосы разметались по подушке, а длинные ресницы слегка дрожали во сне. Но что-то было не так. Он нахмурился сильнее. Даже во сне её лицо оставалось напряжённым. Брови были слегка сведены, а уголки губ опущены вниз, словно она снова видела что-то неприятное. Кошмары? Внутри неприятно кольнуло воспоминание о вчерашнем вечере. Её слёзы. Крики. То, как она отчаянно звала мать, будто действительно пыталась удержать кого-то уходящего от неё навсегда. Драко отвёл взгляд в сторону, раздражённо сжав челюсть. Почему его вообще это волнует? Он снова посмотрел на неё. Она тихо пошевелилась во сне, едва заметно нахмурившись ещё сильнее, и что-то неразборчиво прошептала себе под нос. От этого внутри снова появилось странное чувство беспокойства. Мерлин. Это начинало его раздражать. Драко резко отвернулся и направился к двери, стараясь больше не смотреть на неё. Ему определённо нужно было уйти отсюда до того, как она проснётся. Но уже у самого выхода он неожиданно остановился. Несколько секунд он стоял неподвижно, задумчиво смотря в пол, будто спорил сам с собой. А потом тихо, но чётко произнёс: — "Топси." В ту же секунду прямо перед ним с негромким хлопком появилась маленькая домовая эльфийка в аккуратной тёмной наволочке. Огромные глаза тут же поднялись на него с привычным почтением. — "Слушаю, мистер Малфой?" — пропищала она, слегка поклонившись. Драко бросил быстрый взгляд на спящую Астелию, после чего снова посмотрел на эльфийку. — "Принеси завтрак в эту спальню." Он сделал короткую паузу, а затем добавил уже более жёстко: — "И останься незамеченной." Топси тут же закивала своими большими ушами. — "Поняла, мистер Малфой." И уже через секунду с тихим хлопком исчезла. Драко остался стоять у двери в полной тишине. Он снова невольно посмотрел на Астелию. Солнечные блики продолжали медленно скользить по её лицу, а сама она всё ещё выглядела беспокойной даже во сне. Её пальцы слегка сжимали край одеяла, будто она цеплялась за что-то. И почему-то именно сейчас ему снова захотелось остаться рядом. Убедиться, что с ней всё в порядке. Хотя он прекрасно понимал, что не должен этого хотеть.

***

Утро. Или уже, скорее, обед. Я медленно открыла глаза, чувствуя странную тяжесть во всём теле, будто за ночь меня не отпустил сон, а наоборот — утянул ещё глубже в себя. Несколько секунд я просто лежала неподвижно, смотря в потолок и пытаясь понять, где вообще нахожусь и почему внутри такое мерзкое ощущение тревоги. Под одеялом было тепло, слишком тепло для того, чтобы заставить себя встать. Хотелось просто снова закрыть глаза и провалиться обратно в сон, даже несмотря на то, что эта ночь была одной из самых ужасных за последнее время. Я совершенно не помнила, как оказалась в своей комнате. В памяти всё смешалось в какой-то рваный, мутный поток образов. Перед глазами до сих пор всплывали обрывки вчерашнего вечера: тёмная гостиная Слизерина, чьи-то сильные руки, холод каменной стены, кровь на пальцах… и та женщина. Та самая женщина с портрета. Её лицо стояло перед глазами слишком отчётливо, словно это был не сон и не видение, а настоящее воспоминание. Её голос, полный боли и любви одновременно, до сих пор звучал где-то глубоко внутри меня. "Я верю в тебя, дочь…" Я резко зажмурилась и перевернулась на бок, пытаясь прогнать эти мысли. Сердце неприятно сжалось. А потом в памяти всплыло ещё кое-что. Драко. Я нахмурилась. Что вообще вчера произошло? Почему я вдруг начала кричать? Почему увидела ту женщину? И самое главное — чьё это было воспоминание? Неужели я действительно находилась в теле их дочери?.. Но как такое возможно? Чем больше я пыталась об этом думать, тем сильнее начинала болеть голова. Ночью мне снились кошмары. Настоящие, тяжёлые, липкие кошмары, от которых невозможно проснуться до конца. Мне снился огромный старинный дом тех самых богатых графов, объятый огнём. Я стояла где-то далеко и смотрела, как языки пламени пожирают стены, окна, картины, лестницы… слышала крики, но не могла никого спасти. Потом сон резко менялся, и уже рушился Хогвартс. Башни падали вниз, камни трескались, студенты кричали и бежали куда-то в панике, а небо становилось абсолютно чёрным. А затем всё превращалось во что-то ещё более ужасное. Во сне я видела саму себя. Но это была уже не я. Что-то тёмное, страшное, почти нечеловеческое. Будто внутри меня просыпался монстр, способный уничтожить всё вокруг. Я видела собственные руки, покрытые чёрными венами, слышала чужие крики и чувствовала, как тьма буквально поглощает людей рядом со мной. И самое ужасное — во сне мне это нравилось. От этого кошмара я проснулась в холодном поту, тяжело дыша и судорожно сжимая одеяло руками. Но потом каким-то чудом всё же смогла снова заснуть. Сейчас же комната казалась удивительно спокойной. За окнами было светло, хотя небо оставалось пасмурным. Серебристые лучи пробивались сквозь толщу воды за окнами подземелья, а по стеклу тихо барабанил дождь. Его звук эхом разносился по комнате, создавая странное ощущение уюта. Я тяжело вздохнула и всё-таки заставила себя подняться с кровати. Ноги неприятно коснулись холодного пола, из-за чего я недовольно поморщилась. Потянувшись, я медленно подошла ближе к столу и только сейчас заметила поднос с завтраком. Я удивлённо замерла. На подносе стоял стакан гранатового сока, ещё тёплый бутерброд с лёгким салатом и несколько фруктов. Всё выглядело так, будто принесли это совсем недавно. Но кто? Я нахмурилась ещё сильнее. Все ведь уже давно уехали в Хогсмид, а сейчас, судя по свету за окном, было уже далеко не раннее утро. — "Мерлин…" — тихо пробормотала я, взглянув на часы. Двенадцать. Я невольно усмехнулась самой себе. Да, кажется, в некоторых вещах я совершенно не меняюсь. Любовь ко сну всё ещё оставалась моей самой стабильной чертой характера. После короткого душа я быстро привела себя в порядок, умылась холодной водой, пытаясь окончательно проснуться, и переоделась в привычную одежду: чёрные конверсы, джинсовые брюки-клёш и облегающую футболку. Волосы я оставила распущенными, лишь слегка расчесав их пальцами. Вернувшись к столу, я села завтракать, всё ещё задумчиво смотря на поднос. Гранатовый сок. Мой любимый. Я медленно сделала глоток и нахмурилась ещё сильнее. Совпадение? Или кто-то действительно знал, что мне нравится? От этой мысли внутри стало как-то странно. Я быстро отвела взгляд и заставила себя переключиться на более важные вещи. "Чем я вообще буду сегодня заниматься?" Вопрос возник внезапно, но почти сразу за ним в голове появилась целая лавина других мыслей. Мне нужно было закончить домашние задания, в том числе и проектную по истории магии, которую я так и не успела доделать вчера вместе с Гермионой. Но, если честно, сейчас проектная волновала меня меньше всего. Меня пугало другое. Видения. Сны. Фамильные кольца. Ожоги, которые появились будто из ниоткуда. Та женщина. Те слова. И ощущение, будто всё это каким-то образом связано именно со мной. Но как? И почему? Я не знала. В голове роились сотни вопросов, на которые у меня совершенно не было ответов. И это начинало сводить с ума. Мне нужно было хоть что-нибудь выяснить. Хоть за что-то зацепиться. И единственным местом, где я могла попытаться найти ответы, была библиотека. Закончив завтрак, я быстро собралась и вышла из комнаты. Коридоры Хогвартса встретили меня почти полной тишиной. Из-за поездки в Хогсмид школа казалась непривычно пустой, будто огромный замок наконец остался наедине с самим собой. И, честно говоря… мне это нравилось. Я любила людей, любила шумные компании, разговоры и смех, но одиночество тоже всегда ценила по-особенному. У магглов в психологии таких людей называют амбивертами — тех, кто меняется в зависимости от настроения, окружения и собственного состояния. Наверное, именно такой я и была. Иногда мне хотелось быть среди людей, а иногда — исчезнуть ото всех хотя бы на день. Сегодня был именно такой день. Я медленно шла по пустым коридорам, слушая эхо собственных шагов и шум дождя за окнами. В Хогвартсе было удивительно спокойно. Даже портреты разговаривали тише обычного. Войдя в библиотеку, я сразу почувствовала знакомый запах старых книг, пергамента и пыли. Это место всегда действовало на меня странно успокаивающе. — "Здравствуйте, мадам Пинс", — тихо поздоровалась я. Она подняла на меня взгляд поверх своих очков и явно удивилась моему появлению. В её глазах даже мелькнуло лёгкое раздражение, будто своим присутствием я нарушила её идеальный тихий выходной. Ну да. Все студенты гуляют в Хогсмиде, преподаватели отдыхают, а я зачем-то добровольно пришла в библиотеку. Настоящая трагедия. Я едва заметно усмехнулась своим мыслям и пошла вдоль книжных полок, ища нужную литературу для проектной. Пальцы скользили по корешкам книг, пока я наконец не вытащила одну более-менее подходящую и не села за дальний стол. Проектная продвигалась медленно. Мысли постоянно ускользали куда-то совсем не туда. Я пыталась писать про историю магических восстаний, а в голове снова и снова всплывали кольцо, кровь и слова той женщины. Прошло около полутора часов. Я устало потёрла глаза и мельком посмотрела в сторону мадам Пинс. Та сидела за своим столом с чашкой чая и… читала любовный роман? Я удивлённо моргнула. Ладно. Этого я точно не ожидала. Убедившись, что она полностью увлечена чтением, я осторожно поднялась со своего места и максимально тихо направилась в сторону запретной секции. Сердце почему-то сразу начало биться быстрее. Мне очень нужно было найти хоть что-то, что объяснило бы всё происходящее. Хоть одну зацепку. Полки запретной секции выглядели мрачно даже при дневном свете. Здесь книги казались тяжелее, старше и… опаснее. Я медленно проходилась взглядом по названиям, пока вдруг не замерла. "Фамильные артефакты и их предназначения." Я тут же схватила книгу. Следом взгляд зацепился за другую. "Виды печатей и символов." Названия были подозрительно простыми для запретной секции, но интуиция буквально кричала, что мне нужны именно они. Не теряя времени, я быстро уменьшила обе книги заклинанием и спрятала их в сумку. После этого максимально спокойно направилась к выходу. — "До свидания, мисс Пинс!" — как можно непринуждённее произнесла я. Женщина подняла взгляд от книги и неожиданно даже улыбнулась. — "Приходите ещё, мисс Поттер." Я вошла в гостиную Слизерина, пробормотав банальный пароль. К счастью, в комнате никого не было. С тяжёлым вздохом я рухнула на один из диванов напротив камина. После целого дня над проектом тело гудело от усталости. Какое же это было облегчение — наконец-то остаться одной… Дверь внезапно скрипнула. Я резко повернула голову. На пороге стоял высокий старшекурсник. Увидев меня, он медленно улыбнулся — так, будто именно меня и рассчитывал здесь встретить. — Оу… Так и знал, что ты здесь, малышка. — Что? Ты кто? — я мгновенно подобралась. — Не имеет значения, — он закрыл за собой дверь. — Имеет значение только то, что я сейчас с тобой сделаю. Он ухмыльнулся и двинулся ко мне. В два шага преодолел расстояние между нами. Я выхватила палочку, но он оказался быстрее. Ловко увернулся от заклинания, вырвал палочку из моих пальцев и произнёс что-то на древнем языке. В ту же секунду на моих запястьях сомкнулись тяжёлые магические оковы — они подавляли магию и медленно высасывали силы. — Это чтобы ты не строптивилась, сука, — почти ласково проговорил он. В его глазах плясал недобрый, хищный огонёк. Он схватил меня за запястье и с силой швырнул на широкий диван. Я вскрикнула, ударившись об подлокотник. Он залез на меня, начал снимать одежду. — Отпусти меня, урод! Не смей! Что я тебе сделала? — я пыталась вырваться, но оковы не давали шанса. — Ты лично мне ничего не сделала, — усмехнулся он, — но я должен отплатить твоему дорогому брату. Представляешь, что с ним будет, когда узнает, что его любимую сестру изнасиловал я? — Козёл! Тебе не поздоровится... — я отчаянно пыталась сопротивляться. В отчаянии я резко укусила руку, которой он держал меня за плечо. Он издал резкий звук и ударил меня по лицу. — Ах ты ж грёбаная сука! Ну смотри... — с этими словами он завязал мои руки и рот, начал лапать меня, кусать губы и шею, сжимать бедра и грудь. Слёзы текли градом, а я не могла ничего сделать. Мычала, вырывалась, но он лишь улыбался, наслаждаясь моей беспомощностью. Он с силой начал сжимать моё бедро, показывая кто тут главный. Он разорвал мою футболку, и перед его глазами открылись мои тонкие лифчики. Я сжалась, пытаясь хоть как-то спрятаться от этого позора. Он открыл ширинку и хотел сунуть руку внутрь, но вдруг послышался скрип двери. В комнату ворвался Драко. Незнакомец соскочил с меня и попытался напасть на него, но Драко ловко увернулся и начал бить мерзавца. Несколько рёбер хрустнуло под ударами. Драко бил с такой злостью, что кровь проступила на костяшках пальцев. Я тем временем пыталась освободиться от верёвок. Попытки были тщетны, и я упала на пол. Подползла к камину и, собрав последние силы, поднесла руку к огню. Верёвка мгновенно сгорела, и я развязала рот. Села, свернувшись калачиком, слёз уже не было — только пустота и страх. Меня использовали, лапали, хотели изнасиловать... Мне хотелось просто исчезнуть. Драко, разобравшись с этим мудаком, подходил ко мне. В глазах помутнело неожиданно, и я услышала шаги, приближающиеся ко мне… Тяжёлые, уверенные, но в этот момент они почему-то звучали как угроза, даже если я не успевала понять, кто это. Попятившись, я сильнее сжалась к дивану, закрывая себя руками, будто это могло хоть как-то защитить меня от всего происходящего, от мира, от людей, от боли. Я дышала рвано, быстро, словно воздух вдруг стал слишком тяжёлым. Сердце стучало так громко, что казалось — его слышно в комнате. *У Драко округлились глаза, увидев, что она боится его. Он замер на секунду, будто не ожидал такой реакции, будто его ударили этим взглядом сильнее, чем он сам когда-либо бил кого-то словом или действием.* — "Эээй, это я," — мягко проговорил тот, чуть наклоняясь вперёд, стараясь не делать резких движений, будто разговаривал не с человеком, а с чем-то очень хрупким, что может рассыпаться от любого лишнего звука. Я взглянула на него и чуть расслабилась. Совсем немного. Как будто внутри меня что-то всё ещё не верило, но другая часть отчаянно хотела поверить. Он пробежался глазами по моему виду: глаза заплаканные, красные, губа разбита и в крови от пощёчины, волосы растрёпаны так, будто меня просто швыряли из стороны в сторону, футболка порвана пополам, на руках оковы… Я невольно сжалась, чувствуя себя использованной, сломанной, будто вещью, которую можно просто оставить в углу и забыть. Стыд накрыл меня с головой, хотя я не должна была его чувствовать. Но он был. Он сел рядом — осторожно, не касаясь сразу, давая мне пространство, будто понимал, что любое движение сейчас может стать лишним. — "Ты в порядке?" — многозначительно посмотрев, спросил Драко, и в его голосе было что-то странное: не насмешка, не привычная холодность, а осторожность, почти человеческая. — "Кажется, этот вопрос скорее неуместен в данный момент…" — тихо ответила я, и голос сорвался в конце, потому что говорить было трудно, потому что внутри всё ещё дрожало. Тот ухмыльнулся, услышав такой ответ, но это была не та ухмылка, что обычно — скорее растерянная, короткая, как попытка скрыть напряжение. Мы так сидели долго, не нарушая тишину. Она не была пустой — она была тяжёлой, густой, как дым, в котором застревают мысли. Я не могла пошевелиться, даже чтобы подняться и привести себя в порядок. Каждое движение казалось невозможным, будто тело больше не слушалось меня до конца. Я не могла не думать о моём прошлом, о видениях и кошмарах, о том, что со мной каждый раз происходит, будто я снова и снова возвращаюсь в одну и ту же точку боли. Неужели я такая неудачница, притягивающая лишь беды? Слёзы предательски тихо начали течь по щекам, почти незаметно, но от этого ещё больнее. В глазах Драко промелькнула боль и сочувствие, он хотел было дотронуться до меня, чтобы успокоить, но я от страха рефлекторно попятилась, не желая, чтобы меня снова использовали, не желая повторения того, что уже однажды сломало внутри доверие. — "Эй, Астелия, я не причиню тебе боли. Это я, Драко!" — тот лишь снова повторил те же слова мягким голосом, которому, казалось, просто невозможно было не поверить. В его интонации не было давления — только попытка достучаться, осторожно, шаг за шагом. Я снова встала в ту позу рядом с Драко, но уже не так резко, как раньше. Тело всё ещё дрожало, но страх начал медленно уступать место усталости. Тот снова положил руку на моё плечо, от чего я вздрогнула, но уже не сопротивлялась. Мне нужно было утешение. Хоть какое-то. Пусть даже слабое, пусть даже чужое. Он приобнял меня, и я наконец позволила себе не держаться. Я положила голову на его грудь, чувствуя тепло, которое было почти непривычным. Ревела. Ревела. Ревела. Но никак не засыпала. Слёзы будто не заканчивались, они просто продолжали идти, как будто внутри открылось что-то, что слишком долго было закрыто. Мне было страшно опять видеть те сны. Страшно закрывать глаза. Страшно оставаться одной даже в собственных мыслях. — "Может, поспишь?" — бархатным голосом спросил Драко, чуть тише, чем раньше, словно боялся спугнуть даже тишину. — "Не могу. Страшно." — слабо буркнула я, не поднимая головы. Тот, кажется, понял. Осознал не просто слова, а то, что за ними стоит. — "Я буду рядом, не бойся. Если что-то пойдёт не так, я тебя разбужу!" — сказал он уверенно, но мягко, будто давал обещание не миру, а именно мне. Я посмотрела в его глаза, чтобы удостовериться, что это не попытка поиздеваться надо мной, не очередной обман, не новая ловушка. Но нет — его глаза показывали лишь нежность и сочувствие, без прежней надменной искорки, без холода, который я, возможно, когда-то в нём видела. — "Обещаешь, что не бросишь меня в кошмарах?" — "Обещаю." И в этот момент что-то внутри меня дрогнуло. Я всё же решила довериться своему врагу и попытаться заснуть. И впервые за долгое время страх не был единственным, что я чувствовала рядом с закрывающимися глазами.

***

Она выглядела очень бледной, измученной, уставшей до такой степени, словно не спала уже несколько недель подряд, но при этом всё такой же невероятно красивой, такой хрупкой, такой настоящей… Мерлин, что за мысли вообще лезут в мою голову? Что со мной происходит рядом с ней? Мне нельзя думать о ней так. Нельзя смотреть на неё так. Нельзя позволять себе чувствовать всё это. Я должен ненавидеть её. Должен презирать. Она — сестра Поттера. Сестра человека, который является прямым врагом моей семьи, врагом всего, во что меня учили верить с самого детства. Так почему же каждый раз, когда я вижу её боль, внутри меня будто что-то ломается? Почему меня начинает душить ярость от одной только мысли, что кто-то посмел её обидеть? Почему мне хочется уничтожить каждого, кто заставляет её плакать? Чёрт возьми, я готов бросить весь мир к её ногам только ради того, чтобы ей больше никогда не снились эти проклятые кошмары. Готов сделать всё что угодно, лишь бы она перестала так дрожать во сне, перестала сжимать простыни так, словно пытается удержаться за последнюю ниточку реальности. Я никому не позволю причинить ей боль. Никому. Только я имею право отпускать колкости в её сторону, только я могу издеваться над ней так, как делал это раньше. Но никто другой не смеет даже смотреть на неё косо, не смеет повышать на неё голос, не смеет заставлять её чувствовать страх. И уж точно никто не имеет права поступать с ней так, как поступил этот жалкий ублюдок Эрни. При одной только мысли о нём мои руки невольно сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу ладоней. Перед глазами снова вспыхнула та картина — её испуганный взгляд, дрожащие пальцы, сбившееся дыхание. Меня до сих пор выворачивало от осознания того, что я не оказался рядом раньше. Нужно срочно сообщить об этом инциденте. Таких мерзавцев должно становиться меньше. Намного меньше. И если никто не захочет разбираться с этим — я разберусь сам. В комнате было тихо. Слишком тихо. Лишь слабый треск огня в камине нарушал эту давящую тишину. Тени дрожали на стенах, делая комнату ещё мрачнее, а воздух казался тяжёлым и холодным. Я сидел рядом с ней, не сводя взгляда с её лица. Даже во сне она выглядела напряжённой, словно продолжала бороться с кем-то в своих кошмарах. И вдруг её губы дрогнули. — "Нет… я не монстр… Я не монстр, отец…" — начала бормотать Астелия едва слышно, срывающимся голосом. — "Прошу, отец… нет… Нееет…" Моё сердце болезненно сжалось. На её коже начали проступать тёмные вены, медленно расползаясь под бледной кожей, словно ядовитые трещины. Лицо стало почти серым, а на лбу выступил холодный пот. Она начала тяжело дышать, метаться по постели, будто пыталась убежать от чего-то ужасного, невидимого для меня. Мерлин… Я должен срочно вытащить её из этого кошмара. — "Астелия… Астелия…" — как можно спокойнее прошептал я ей на ухо, осторожно касаясь её плеча. — "Ты слышишь меня? Всё хорошо…" Но она будто меня не слышала. — "Драко, уходи! Ты не должен находиться здесь, Драко!" Её голос был полон ужаса. Настоящего, животного страха. Она дрожала так сильно, словно замерзала изнутри. — "Астелия, я здесь, успокойся. Всё будет хорошо, слышишь? Я рядом. Я никуда не уйду." Я осторожно взял её за руку. Её пальцы были ледяными. — "Драко…" Она произнесла моё имя так тихо и так отчаянно, что внутри у меня всё перевернулось. — "Открой глаза, принцесса…" — прошептал я уже совсем тихо, наклоняясь ближе. — "Пожалуйста… открой глаза." Она резко вздрогнула, будто вынырнула из глубины ледяной воды, и её дыхание сбилось окончательно. Ресницы дрогнули, пальцы судорожно вцепились в мою руку, а затем её глаза медленно открылись.

***

Я еле открыла глаза, чувствуя, как веки стали тяжёлыми, будто налитыми свинцом. Перед глазами всё расплывалось, свет неприятно резал зрение, заставляя щуриться и морщиться от лёгкой боли в висках. Несколько секунд я просто пыталась понять, где нахожусь и почему моё сердце так бешено колотится в груди после этого жуткого сна. Точнее… Это был не совсем сон. Слишком реальный. Слишком пугающий. Я медленно адаптировалась к свету и только спустя пару мгновений поняла одну очень странную вещь — я лежала прямо на руках Малфоя. Его рука всё ещё осторожно придерживала меня за талию, словно он боялся, что я снова потеряю сознание или начну задыхаться от кошмара. От него пахло чем-то холодным, дорогим, с лёгкой ноткой мяты и дыма от камина. И почему-то этот запах успокаивал. Мерлин… Я резко поднялась, пытаясь отстраниться от него как можно быстрее, но голова тут же закружилась. Перед глазами потемнело, а ноги предательски подкосились. Я едва не упала прямо на пол, но Малфой моментально схватил меня за локоть, удерживая рядом с собой. — "Осторожнее, Поттер," — протянул он тихо, с привычной ленивой насмешкой в голосе. — "Неужели так не терпится сбежать от меня?" Я нахмурилась, всё ещё пытаясь прийти в себя. — "Что… что я здесь делаю?" — спросила я недоумённо, оглядывая комнату и пытаясь собрать мысли в кучу. — "Как я вообще здесь оказалась?" Он ничего не ответил сразу. Только медленно, до невозможности медленно, подошёл ближе. Слишком близко. Настолько, что я почувствовала его дыхание возле своей щеки. А затем он слегка наклонился к моему уху и томно, почти мурлыча, произнёс: — "Ты заснула со словами: "О, Драко… этот момент с тобой был очаровательным. Буду рада, если снова воспользуешься мной…" Он специально сделал акцент на последних словах, растягивая их с откровенным удовольствием. Мои глаза расширились. Щёки мгновенно вспыхнули таким жаром, что мне показалось — ещё немного, и я просто сгорю со стыда прямо здесь. Нет. Нет-нет-нет. Я не могла сказать ЭТО. Только не ему. Только не Малфою. — "Что?!" — я резко отшатнулась от него, чувствуя, как внутри всё переворачивается от ужаса. — "Я такого не говорила!" Малфой лишь невинно приподнял бровь, хотя в его серых глазах уже плясали откровенно довольные смешинки. — "Правда?" — лениво протянул он. — "А звучало очень даже искренне." — "Что ты делал со мной?" — выпалила я, всё ещё красная как помидор. — "Ты что, снимал меня?!" — "О-о-о, нет," — протянул он с этой своей невозможной, раздражающе красивой ухмылкой. — "Хотя, знаешь… стоило бы." Я задохнулась от возмущения. — "Малфой!" Он только тихо усмехнулся, явно наслаждаясь моей реакцией. — "Ещё раз спрашиваю…" — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как внутри начинает закипать злость. — "Что. Ты. Делал. Со мной?" На секунду он замолчал, внимательно рассматривая меня сверху вниз. И почему-то от этого взгляда стало ещё более неловко. Словно он видел намного больше, чем должен был. — "Ну…" — протянул он спокойно. — "Что поделаешь, если у тебя пробелы в памяти? Тут я уже ничем помочь не смогу." В конце он надменно ухмыльнулся — той самой фирменной малфоевской ухмылкой, от которой одновременно хотелось и ударить его, и почему-то смотреть ещё дольше. А затем просто развернулся и пошёл к выходу из комнаты, засунув руки в карманы мантии так, будто вообще ничего необычного сейчас не произошло. — "Малфой!" — раздражённо крикнула я ему вслед. Но он даже не обернулся. Лишь лениво махнул рукой через плечо. — "Не перенапрягайся, принцесса. А то снова начнёшь признаваться мне в любви во сне." — "ИДИОТ!" Тихий смешок донёсся уже от двери. А я так и осталась стоять посреди комнаты в полном ступоре, пытаясь понять, где правда, а где очередная его дурацкая игра. Может… Может, у меня и правда были провалы в памяти? Я нервно закусила губу, пытаясь вспомнить хоть что-то после кошмара, но в голове была сплошная каша. Обрывки сна, чей-то голос, чувство страха… и руки Малфоя. Мерлин. Нет. Мне срочно нужно к мадам Помфри. Потому что либо со мной действительно что-то не так… Либо Драко Малфой окончательно сводит меня с ума...