Семья. Долг. Смерть.

      Риза проснулась в полной тишине. На мгновение ей понадобилось время, чтобы вспомнить, где именно она находится. Никакого света из окна, никакого ветра, только холодный воздух убежища и тяжёлый запах камня. Под землёй время ощущалось иначе. Здесь нельзя было понять до конца утро сейчас, день или же вечер.       Несколько секунд Риза просто лежала неподвижно, прислушиваясь. В комнате никого не было — видимо все уже давно проснулись. Убежище жило. Где-то вдалеке кто-то раздражённо спорил. Голоса были приглушёнными, слов разобрать не удавалось, но один из собеседников явно начинал выходить из себя. Через мгновение всё резко стихло.       Потом из соседнего коридора донёсся странный шорох, будто кто-то быстро двигался вдоль стены. Риза нахмурилась, пытаясь выловить шаги в этом шорохе, но не выходило. Шорох оборвался и следом раздался скрип двери, сменившийся глухим хлопком. Снова тишина.       Она медленно села, провела рукой по лицу, отгоняя остатки сна и поднялась. В этот раз не было никаких странных снов и в теле ощущалась лишь лёгкость. Поправив на себе одежду и прочесав волосы деревянным гребнем, оставленным чьей-то заботливой рукой на тумбе, она направилась в сторону обеденного зала.       Внизу оказался только Назир. Он сидел расслабленно, медленно потягивая что-то из кружки. Из соседнего помещения с садиком доносились голоса Фестуса и Габриэллы. Они о чём-то спокойно разговаривали, но слов разобрать не удавалось — их заглушали каменные стены и потрескивание огня.       Завидев спускающуюся Ризу, Назир отставил кружку чуть в сторону и поднимаясь поприветствовал её.       — С пробуждением, Сестра, — когда данмерка спустилась, он подошёл ближе и устроился на краю стола напротив неё. Сейчас она могла рассмотреть его более детально.       Назир выглядел старше, чем показался ей вначале. Он представлял из себя мужчину примерно сорока пяти лет. Лицо алик’рца пересекали тонкие морщинки и старые шрамы, почти теряющиеся среди смуглой кожи. На голове присутствовала всё та же чёрно-красная обмотка, скрывающая волосы и часть шеи, спадая на плечи и образовывая складки. Его тёмное алик’рский одеяние свободного кроя доходило до колен, разделяясь на две части у широкого пояса, который свободными концами свисал ровно посередине. Ноги покрывали широкие шаровары, стянутые ниже икр кожаными сапогами. Его образ выглядел непривычным для Скайрима, но двигался он в нём абсолютно бесшумно.       Сам Назир тем временем изучал Ризу с не меньшим интересом. Спокойно и как-то подозрительно внимательно. Скользя взглядом от ног до самого лица он на долю секунды задержал глаза на шраме, затем перевёл их в огненные глаза данмерки и прервал молчание.       — Астрид сказала, что для полноценного принятия тебя в Семью тебе нужно выполнить пару контрактов.       — Да, что-то такое она говорила, — спокойно ответила Риза.       — У меня как раз есть несколько не особо важных, — он повёл слегка плечом. — Они довольно мелкие, но вполне годятся для первого раза.       — У вас ко всем новичкам относятся как к незрелым детям?       Это неожиданно рассмешило Назира. Он негромко, но сухо посмеялся, делая снисходительный вид.       — Не пойми превратно, но ты не похожа на убийцу, — он чуть наклонил голову, продолжая внимательно смотреть на неё. — Я бы и сам, будь я главой, поручил тебе что-нибудь мелкое. Чтобы оценить твои способности и если провалишься, то хотя бы не так обидно было.       Риза спокойно выдержала его взгляд и ответила.       — Я знаю, что делаю.       Несколько секунд он молчал, затем усмехнулся уголком губ.       — Хорошо, — коротко ответил и потянулся к небольшой сумке на столе. Вытащил оттуда несколько скрученных листов бумаги и развернул их один за другим. — Вот твои первые контракты. Не бойся, котят топить не придётся, — снова усмешка и постучав по верхнему листу пальцем продолжил. — Как новичку, я отобрал тех, до кого не придётся добираться сутками через половину Скайрима, — убедившись, что данмерка слушает он начал перечислять, вчитываясь в имена, будто не видел их до этого и сворачивая один за другим листки обратно. — Нищий Нарфи из Айварстеда, болтливый босмер из Вайтрана и ещё одна старушка на твоём счету — служанка Агнис из форта Греймур, — он поднял взгляд на Ризу. — Выбирай сама, с кого начнёшь.       — Есть ограничения по времени?       — Нет, ограничений никаких нет, — протягивая свёртки девушке ответил он.       — Особые указания? — она приняла их, аккуратно сжимая в руках.       — Тоже нет. Но было бы неплохо, если бы сделала всё чисто и без лишнего шума.       Риза медленно развернула один из листков, вчитываясь в детали контракта.       — И кто из них заслужил смерти настолько срочно?       Назир тихо хмыкнул.       — Если начнёшь задавать такие вопросы, долго у нас не проживёшь.       Из соседнего помещения донёсся короткий смешок Габриэллы, будто она услышала последние слова. Фестус что-то раздражённо буркнул в ответ. Назир продолжал внимательно наблюдать за Ризой.             — В Братстве редко спрашивают «почему», — наконец произнёс он. — Кто-то провёл Чёрное Таинство, поползли слухи, мы услышали и пришли. Деньги уплачены и этого обычно достаточно.       Риза нахмурилась, разворачивая последний листок. Авентус Аретино тоже проводил Чёрное Таинство и она тогда думала, что Тёмное Братство не придёт на его зов. Но они продолжают функционировать, улавливая в слухах о тех, кто пытается связаться с ними. Её взгляд скользнул по бумагам: Нарфи, Анориат, Агнис. Три незнакомца. Три смерти. Она убивала тех, за чью жизнь было уплачено золотом и это не пугало её. Но она не могла избавиться от некоего диссонанса.       Тёмное Братство не интересовалось моралью заказов. Только оплатой и желаемым способом выполнения заказа. Это было почти привычно, но всё же отличалось от Моранг Тонг. Там убийство всегда оставалось частью системы. Законом. Инструментом. Здесь же контракты ощущались иначе. Более личными, словно каждая смерть принадлежала не организации, а самой Пустоте.       — Ты слишком много думаешь, — неожиданно заговорил снова Назир.       Риза подняла на него взгляд, вопросительно приподняв одну бровь.       — Это не упрёк, — спокойно добавил алик’рец. — Просто наблюдение, — он чуть постучал пальцем по столу и пожевав нижнюю губу продолжил. — Люди вроде Арнбьёрна убивают потому, что умеют. Фестус — потому что ему интересно наблюдать, как жертва умирает от его ядов или корчатся в пламени его магии. Астрид — потому что Братство вся её жизнь. Бабетта просто имеет лишний способ питаться или просто ради развлечения, — он чуть прищурился. — А ты пока ещё пытаешься найти для себя причину. Как со старухой Грелод, м?       Риза молча смотрела в карие глаза алик’рца, отчётливо понимая насколько точно он это сказал. Она опустила взгляд в пол, словно обдумывая сказанное. Потом вернула к нему взгляд и спросила:       — А ты нашёл свою?       Он не сразу ответил, изучая красивое лицо данмерки.       — Когда живёшь достаточно долго, причины перестают иметь значение, — он чуть пожал плечом. — Остаётся только то, кем ты являешься на самом деле. Тёмное Братство спасло меня и мне этого достаточно, чтобы служить.       Слова повисли между ними. Слишком тяжёлые, слишком честные. Риза хотела спросить что-то ещё, но из соседнего помещения донёсся резкий голос Габриэллы.       — Если ты ещё раз перепутаешь ингредиенты, старый идиот, я заставлю тебя самого пить свои зелья.       — Это был эксперимент! — возмущённо ответил Фестус.       Назир устало прикрыл глаза.       — Иногда мне кажется, что Ситис наказывает меня именно ими.       Неожиданно для себя Риза усмехнулась, поднимая голову в сторону комнаты с садиком. Она сложила аккуратно все три листка и положила в подсумок на поясе, и направилась в сторону лестницы, ведущей в комнату со спорящими. Назир не стал её задерживать, коротко пожелав не умереть.       Поднявшись по лестнице и оказавшись в помещении, Риза наконец увидела Фестуса и Габриэллу. Комната была похожа на что-то между алхимической лабораторией и мастерской безумца. Стол в середине комнаты и небольшие столики в алхимическом уголке были заставлены склянками, сушёными ингредиентами и раскрытыми книгами. В воздухе стоял терпкий запах трав, масла и чего-то подозрительно едкого. Глаз улавливал еле заметную дымку. Фестус раздражённо перебирал какие-то бутылочки, что-то бормоча себе под нос. Габриэлла стояла рядом, скрестив руки на груди.       — Я тебе говорю, оно не должно было дымиться, — проворчал старик.       — Оно прожгло стол, Фестус, — и действительно на краю стола вырисовывалась ямка, выглядящая так, будто на на неё вылили какую-то кислоту.       — Это не одно и то же!       Габриэлла заметила Ризу первой. Она лишь коротко усмехнулась уголком губ, но ничего не сказала. Фестус и вовсе не замечал никого постороннего, судорожно листая какую-то книгу. Риза пошла дальше, оставляя их спорить.       Главный зал встретил её привычным эхом воды, тихим потрескиванием факелов и свистом стали. В тренировочной зоне она обнаружила Визару, размеренно отрабатывающего удары на манекене. Он двигался плавно, резко, размахивая своим крепким хвостом. Он заметил данмерку почти сразу, остановив удар на середине движения. Ящер повернул голову в её сторону. Жёлтые глаза внимательно изучили её, а затем коротко кивнул.       — Привет тебе, Ссестра, — его шипящий голос был спокойным, дружелюбным.       Риза слегка склонила голову и коротко ответила.       — И тебе привет.       Визара больше ничего не добавил, возвращаясь к своему занятию. Зал снова наполнился приглушёнными ударами о манекен из набитой соломой мешковины. Риза направилась дальше, мимо пустой остывшей кузницы, тёмной воды озера, прямиком к коридору, ведущему к своеобразному кабинету Астрид.       Глава была уже там. Она сидела на своём трон-кресле в расслабленной позе нога на ногу. Одна рука подпирала висок, вторая держала какой-то лист бумаги. Астрид внимательно вчитывалась в него, пока не заметила подошедшую Ризу, остановившуюся у стола в паре шагов.       — А-а, наша пташка проснулась? — вместо приветствия проговорила нордка, скручивая лист и откладывая в сторону. — Уже уходишь?       — Да, Назир дал мне несколько контрактов, — проигнорировав обращение «пташка» спокойно ответила Риза.       — Отлично. Хочешь дам совет? — почти участливо.       — Думаю, не помешает.       — Если тебе пришлось в ходе выполнения контракта прикончить кого-то ещё, то обставь всё так, будто это сделал не кто-то посторонний. Так слухи об убийстве будут интереснее, — коротко посмеявшись, заключила Астрид.       — Спасибо, учту, — ответила Риза.       Краем глаза она уловила движение в комнате с раскрытой дверью. Кинув туда взгляд, она сразу отвернулась, прожигая взглядом пол, но успела увидеть уже достаточно. В центре комнаты стоял нагой Арнбьёрн, разминая мышцы рук. Он, конечно, сразу увидел данмерку и то, что она его видела тоже, но совершенно не пытался прикрыть своё внушительное естество.       Астрид, заметившая реакцию Ризы, с интересом заглянула в комнату и увидела приближающегося в их сторону мужа, без стеснения сверкающим наготой. Это вызвало у неё весёлый смешок и она поднялась, вставая в проёме перед вервольфом.       — Кого ты пытаешься соблазнить, волк? — заигрывающе задала она вопрос.       Риза машинально подняла глаза на движение Астрид и поймала на себе потемневший взгляд Арнбьёрна, целующего шею жены. Замерев под этим взглядом, словно добыча перед хищником, она заметила как рука Астрид совершенно недвусмысленно медленно двигалась между их телами. Решив, что увидела достаточно и даже больше, чем нужно было, она резко двинулась с места в сторону выхода, услышав за спиной гортанный смех вервольфа. Оказавшись в слабом свете коридора, она ускорила шаг и вскоре покинула убежище. Чёрная дверь за её спиной закрылась с глухим каменным звуком, отсекая холод подземелья.       Снаружи был уже полдень, но фолкритский лес умудрялся выглядеть сумрачным даже днём. Свет пробивался сквозь кроны неровными полосами, дробясь о ветви и старые стволы. Густые сосны поднимались плотно, что небо между ними казалось далёким и чужим. Воздух был влажным после недавнего дождя. В нём витали запахи сырой земли, хвои, мха и старой древесины.       Отгоняя от себя образы плотских утех Главы и её мужа, невольным свидетелем которых она стала, Риза начала отдаляться от убежища. Днём она смогла увидеть то, чего не увидела в вечерней темноте. Недалеко от убежища, в десятке шагов, она заметила маленькое озеро, больше похожее на большую лужу. Вода в ней слегка бурлила и была чёрной, словно кто-то пролил бочку кипящей смолы. Рассматривая необычное явление, Риза мельком подумала, что вполне могла провалиться в неё в темноте вечернего леса. Слегка поёжившись, она пошла дальше.       Лес шумел тихо, спокойно. Где-то высоко качались ветви, слышался далёкий стук дятла. Внизу в траве что-то быстро прошуршало и исчезло. Здесь всё казалось живым и одновременно слишком старым, чтобы замечать присутствие человека. Риза медленно двигалась по едва заметной тропе, больше опираясь на память. Под ногами мягко пружинил влажный мох. Иногда среди корней попадались старые камни, почти полностью ушедшие в землю. Она невольно сравнила это место с Морфалом. Там природа ощущалась чужой, почти больной. Фолкритский лес же был другим. Он не отталкивал, но и не принимал. Данмерка поправила пояс, проверяя по привычке оружие, слушая живые звуки леса. К дороге она вышла довольно быстро, двигаясь в сторону города.       Фолкрит встретил её всё той же тяжёлой, сонной атмосферой. Город не собирался меняться в своей мрачности знаменитого кладбищем места, смешавшийся с живостью леса. Риза не стала задерживаться. Сначала она направилась к конюшне, чтобы проведать Дымку. Лошадь встретила её тихим фырканьем и недовольным движением ушей, словно уже устала от долгого простоя. Риза усмехнулась уголком губ, проводя ладонью по тёмной шее животного.       — Потерпи ещё немного, — ласково проговорила она.       Конюх, как и в прошлые разы, светился радостью и любовью к этой жизни. Он принял монеты за дополнительный день стоянки и коротко кивнул, заверив, что о Дымке хорошо заботятся.       Риза решила не брать с собой Дымку, чтобы не создавать лишний раз видимость своего появления в городе и непонятного исчезновения. От конюшен она направилась ко вторым воротам Фолкрита, чтобы найти там извозчика. Повозка нашлась быстро. Старый бретонец-извозчик сидел на козлах, лениво пережёвывая что-то и кутаясь в меховую накидку, несмотря на дневное время. Заметив приблизившуюся Ризу он прищурился.       — Куда путь держишь?       — Вайтран, — коротко ответила данмерка.       — Пятьдесят септимов, — хмыкнул мужчина. — Все сейчас едут туда. Будто город от драконов спасёт.       Риза ничего не ответила, оплатив половину суммы и молча забралась в повозку. Через пару минут колёса уже медленно покатились по дороге прочь из Фолкрита. Постепенно лес начал редеть, а впереди ждали первые контракты Тёмного Братства. И почему-то мысль об этом больше не казалась ей неправильной.

***

      До Вайтрана они добрались уже вечером. К этому времени небо потемнело, оставляя над городом глубокий синий сумрак, разбавляемый мягким светом Массера и Секунды. Повозка медленно подкатила к конюшням, что расположились за пределами города. Доплатив остаток суммы, Риза попрощалась с извозчиком и направилась к воротам города, проходя через высокую каменную арку и чуть дальше минуя откидной мост.       Стражники пропустили её без лишних вопросов, только проводили долгими настороженными взглядами. Риза ничего не сказала, только натянула капюшон поглубже и вошла в город.       Мысль пришла неожиданно. Неделю назад она именно здесь собиралась осесть. Вайтран казался удобным: живым, богатым, достаточно большим, чтобы затеряться среди людей. Но теперь она прибыла сюда совсем по другой причине. Но от этого она не ощущала, вопреки ожиданиям, никакой горечи или сожаления.       Вечерний Вайтран встретил её живой тишиной. Не той глухой неподвижностью, которой дышал Фолкрит. Здесь город продолжал жить даже ночью.       Где-то хлопали двери. Слышались отдалённые разговоры. Редкие прохожие пересекали улицы, спеша домой или в сторону таверны. Почти у самых ворот, за мостом, всё ещё работала кузница. Жар от горна резко выделялся среди вечерней прохлады. Невысокая женщина бретонка с крепкими руками работала молотом, будто не замечая позднего часа. Заметив приближающуюся фигурку от ворот, она мельком посмотрела на неё, тяжело утёрла пот со лба предплечьем и почти сразу вернулась к работе. Молот снова громко ударился о наковальню. Риза ненадолго задержала взгляд на кузнице и направилась дальше. Первым делом она собиралась отправиться в таверну — лучшее место для слухов и лучший способ узнать что-то о своей цели.       Таверна располагалась у самой торговой площади в нижнем районе города. Свет из окон тёплыми пятнами ложился на камень по периметру. Изнутри уже доносились голоса, звон кружек и запах жареного мяса. Риза поднялась по ступеням и остановилась на секунду перед дверью. Анориат. Босмер. Торговец мясом. Медленно выдохнув, она вошла внутрь.       Таверна встретила данмерку теплом, шумом и запахом еды. Внутри было людно. Не настолько, чтобы не было места, но достаточно, чтобы помещение жило собственной жизнью.       У центрального очага собралась шумная компания. Кто-то громко смеялся, кто-то уже спорил, перебивая друг друга через ползала. Над всем этим звучала бодрая игра барда — быстрый мотив на лютне легко растворялся в гуле голосов и звоне кружек.       И никто даже не не посмотрел на вошедшую Ризу. Это её устроило. Она спокойно направилась к стойке. За ней стояла нордка лет сорока с тёплым, уставшим лицом и удивительно живыми глазами. Заметив Ризу она сразу приветливо улыбнулась.       — Привет-привет! Меня зовут Хульда. Что хочешь заказать?       Риза ответила лёгкой улыбкой, устраиваясь на высоком стуле у стойки.       — У вас есть чай? — задала она неизменный вопрос.       Хульда тихо усмехнулась.       — Ох, чая нет, милая, — прозвучало почти сочувствующе. — Но могу предложить свежий сок из снежных ягод по моему особому рецепту. Совсем не хмельной.       Очередная новость об отсутствии чая заставила лишь разочарованно поджать губы и едва заметно выдохнуть. Риза уже поняла, что люди в Скайриме чаще предпочитают хмельное и такие простые напитки, как чай, не пользуются популярностью. Заказав «сок по особому рецепту» и лёгкий ужин из крольчатины и печённого картофеля, данмерка осталась ждать свой заказ у стойки. Молодая редгарка, спешно лавируя между отдыхающими людьми, скрылась за дверью кухни, которая находилась в противоположной части помещения. Риза тем временем скользила взглядом по залу. Люди были в основном местные: наёмники, пара торговцев, стражник без шлема, уже явно выпивший больше нормы. Никто не выглядел опасным, но почти каждый казался уставшим и почти никто не обращал внимания на новые лица.       Когда заказ был готов, Риза забрала графин и тарелку, и направивилась к свободному столу подальше от шумной компании, расположившейся в центре. Стол находился почти у самого входа с хорошим обзором на весь зал — идеальное место, чтобы наблюдать. Она только успела сесть, как у очага снова повысились голоса.       — Я тебе говорю, что это был мой выигрыш!       — Твой? Да ты едва на ногах стоишь!       Кто-то громко захохотал. Стул скрипнул, потом ещё один. Разгорячённые мужчины уже толкались, пытаясь схватить друг друга за одежду, когда из-за стойки вышла Хульда, оказавшись рядом с ними.       — А ну сели оба, идиоты! — не дожидаясь реакции, она со всей силы отхлестала обоих тряпкой, которой до этого протирала кружки. Один из мужчин ошарашенно прикрыл голову рукой. Второй попытался возмутиться, но тут же получил ещё раз. По таверне прокатился смех, даже бард сбился с ритма от хохота. — Будете драться — ночевать отправлю на улицу. — грозно заявила Хульда, переводя глаза с одного провинившегося на другого.       Мужчины быстро успокоились под новый взрыв смеха окружающих. Хульда удовлетворённо фыркнула, предупреждающе пробежалась глазами по всей компашке и вернулась за стойку, будто ничего необычного не произошло. Риза молча наблюдала за этим поверх кружки и неожиданно поймала себя на мысли, что ей даже нравится такая обстановка и впервые за долгое время не ждёт удара в спину каждую секунду.       Компания у очага быстро вернулась к прежнему ритму, будто потасовка была такой же привычной частью вечера, как эль или музыка. Снова послышался смех. Кто-то громко потребовал ещё выпивки. Только бард больше не играл. Он поставил одну ногу на скамью у очага, уложив лютню на ней, и что-то оживлённо рассказывал слушателям, активно жестикулирую и вызывая у компании очередной взрыв хохота. А потом он кинул взгляд на Ризу и прервался на середине фразы. Его взгляд задержался чуть дольше, чем следовало. На лице сразу появилась самодовольная улыбка человека, привыкшего к собственной привлекательности. Риза мысленно уже поняла, что сейчас произойдёт и это вызвало у неё тяжёлый вздох ещё до того, как он подошёл.       Не теряя времени, бард направился к её столу. Легко, уверенно, как человек, которому редко отказывают.       — Как давно не было в нашем городе столь прекрасных созданий, — томно проговорил он, усаживаясь напротив Ризы. Свою лютню он вертикально поставил на колено, — Меня зовут Микаэль, милая девушка.       Риза спокойно отложила приборы, оставляя свой ужин не тронутым.       — Я не собираюсь заказывать у тебя песню, бард, — она откинулась на спинку стула, положив ладони на стол.       Моментальный отказ кажется только развеселил его.       — О, мой голос способен усладить твои острые ушки, красавица, — он поиграл светлыми бровями и чуть поддался вперёд. Его чёлка опустилась на глаза, прикрывая боковой обзор. — Или, может, ты усладишь мой слух своим милым голоском?       Риза смотрела на него внимательно, чуть прищурив глаза. Светлые волосы, смазливый, хорошо одетый. Слишком уверенный в собственной улыбке и обаянии. Из тех мужчин, которые принимают женское молчание за приглашение. Она уже встречала таких раньше. Слишком много раз.       — Ты всегда так разговариваешь с незнакомыми женщинами? — голос звучал ровно, без тени смущения или злости. Она взяла вилку и стала крутить её в пальцах, не сводя глаз с барда.       — Только с красивыми, — Микаэль нагло усмехнулся и дёрнул головой, откидывая чёлку с лица. Кто-то из компании уже начал с интересом наблюдать за происходящим. Пара человек тихо хихикнула. Хульда за стойкой только устало закатила глаза, явно прекрасно зная своего барда.       Риза положила вилку и медленно взяла кружку. Облокотившись на стол, она сделала небольшой глоток и только потом снова посмотрела на него.       — Тогда удивительно, что ты до сих пор жив.       Микаэль замер. Совсем ненадолго, но этого хватило, чтобы самодовольная улыбка на его лице дёрнулась.       — Что?.. — он явно не ожидал такого ответа. Лицо барда слегка скривилось в непонимании, пока он пытался решить — оскорбили его сейчас или заигрывают. Именно в этот момент на его плечо легка чужая рука.       — Кажется, Хульда сейчас и тебя тряпкой отстегает, если ты не перестанешь отпугивать её клиентов, Микаэль, — голос был спокойным, даже мягким. Но пальцы, сжавшие плечо барда, достаточно ясно намекали, что спорить не стоит.       Риза подняла взгляд. Позади Микаэля стоял молодой босмер. Невысокий, примерно на пол головы выше самой Ризы. Светлые волосы были собраны в хвост на затылке, открывая узкое лицо с резкой линией челюсти. Более короткие прядки свободно свисали, смягчая черты лица. На щеках едва проступали веснушки, зелёные глаза смотрели спокойно, но с плохо скрываемым раздражением. Одежда босмера была простой: тёмная рубаха, лёгкая многослойная мантия с позолоченными узорами, кожаные ремни, следы пыли после дороги. На предплечьях и ладонях виднелось множество хаотично разбросанных тонких шрамов, давно затянутых и почти побелевших.       Микаэль раздражённо цыкнул и поднялся с места. Теперь он смотрел на босмера сверху вниз, явно недовольный вмешательством.       — Тебя вообще кто спрашивал? — бард вздёрнул подбородок, смотря на босмера высокомерно.       — Никто, — спокойно ответил босмер, пожав плечом. — Но ты слишком громко позоришься, чтобы это игнорировать.       За соседними столами кто-то тихо прыснул со смеху. Микаэль бросил быстрый взгляд на окружающих и заметно помрачнел. Похоже, продолжать эту сцену при публике ему уже не хотелось.       — Да катись ты к Даэдра, — буркнул он наконец, забирая лютню. Проходя мимо стойки он поймал насмешливый взгляд Хульды и окончательно сник под новый смешок посетителей.       Босмер проводил барда взглядом, затем спокойно повернулся к Ризе. Несколько секунд он молчал, словно оценивая, не станет ли теперь уже она посылать его вслед за бардом.       — Надеюсь, он не слишком испортил тебе вечер, — голос у него оказался неожиданно приятным, спокойным. С лёгкой хрипотцой, словно после сна.       Риза внимательно смотрела на него. В отличие от Микаэля, этот не пытался понравится. И именно поэтому производил куда более сильное впечатление. А ещё он был босмером. Возможно, тем самым босмером.       Он спокойно занял место, где ещё недавно сидел Микаэль. Без лишней фамильярности. Просто откинулся на спинку стула, устроившись удивительно расслабленно для того, кто только что вмешался в чужой разговор. Его лицо сохраняло спокойствие, но в зелёных глазах уже играла лёгкая задоринка. Словно происходящее искренне его забавляло.       — Представь себе, я как-то задал ему трёпку, — с ехидным смешком сказал босмер. Он коротко кивнул в сторону барда, уже снова пытавшегося развлекать публику у очага. — Он точно так же приставал к Изольде — торговке на площади, — он чуть усмехнулся. — Поэтому так быстро и сдулся.       Риза скользнула по нему взглядом внимательнее. И действительно не сразу смогла представить, как этот мер вообще способен ввязаться в драку. Внешность босмера была… слишком изящной. Тонкие черты лица, не сильно выдающиеся как у воина, но крепкие плечи. Длинные светлые волосы, собранные в хвост. Даже его руки выглядели скорее руками мага или писца, чем как у того, кто способен кому-то «задать трёпку». Но при этом в нём совершенно не ощущалось слабости. Скорее, опасная лёгкость.       — Меня Мориа зовут, кстати, — на этих словах он протянул руку через стол.       Риза ответила не сразу, но всё же пожала её. Хватка у него оказалась крепкой, уверенной, но удивительно деликатной — без попытки давить или демонстрировать силу.       — Риза, — коротко представилась она.       — Красивое имя, — улыбнулся Мориа, возвращая руку назад. Сказано это было без той липкой самоуверенности, которой пользовался бард. Просто спокойно, как наблюдение.       — А у тебя необычное имя для босмера, — с лёгкой усмешкой заметила Риза. От него всё ещё не ощущалось опасности. Только живой, совершенно искренний интерес. И почему-то это расслабляло куда сильнее, чем должно было. Даже факт того, что он не является тем босмером, который ей нужен, не разочаровал.       На её слова Мориа внезапно рассмеялся. Легко, почти бархатно.       — Не поверишь, — продолжая смеяться, ответил он. — Но моё имя придумал мой чокнутый папаша в пылу пьянства, — он устроился поудобнее, явно наслаждаясь собственно историей. — Он тогда кутил с местными пьяницами и парой шлюх. Отмечал моё рождение, — он чуть приподнял бровь. — Одну из них звали Моруан. Ну вот он и нарёк меня в честь неё — Мориа. По крайней мере, насколько запомнил его, — босмер снова прыснул со смеху.       И Риза сама всё-таки тихо рассмеялась.       — Наверное, тяжело жить с осознанием, что отец назвал тебя в честь местной шлюхи, — сквозь улыбку проговорила данмерка.       — Напротив, — живо ответил Мориа. В его глазах тут же вспыхнул озорной блеск. — Это немного весело, — он наклонился ближе, понизив голос, почти заговорщически, — Но ещё веселее поджаривать задницы тем, кто считает, что меня можно этим задеть, — на последних словах он снова начал смеяться — уже чуть сильнее, прикрывая рукой красивую улыбку.       Риза поймала себя на том, что продолжает рассматривать его. Он казался… странным. Слишком миловидный для своего голоса. Слишком спокойный для того, кто несколько минут назад без колебаний был готов вступить в драку с самоуверенным бардом. И в этом его поведении было что-то почти детское. Не инфантильное. Скорее — живое, озорное. Будто внутри этого удивительно собранного мера до сих пор сидел десятилетний мальчишка, которому искренне весело наблюдать за чужим раздражением. И почему-то всё это совершенно не вязалось в голове Ризы. Но именно поэтому от него становилось сложно отвести взгляд.       — Почему ты вмешался, Мориа? — прервала минутное молчание после того, как приступ веселья у босмера закончился.       Он пожал плечами, будто вопрос был самым обычным.       — Мне показалось, что если я этого не сделаю, ты его прирежешь, — ответ прозвучал настолько просто, что Риза даже не сразу поняла, шутит он или нет. Но Мориа уже продолжал. — А вообще, я не видел тебя здесь раньше, — он лениво покрутил пустую кружку в пальцах. — Я сам недавно прибыл. И мне нравится этот город, — на этих словах он чуть улыбнулся. Тепло, почти по-мальчишески. — Поэтому не хотел, чтобы у тебя сложилось плохое впечатление о нём, — он на секунду замолчал, разглядывая данмерку внимательнее. Слишком открыто, без стеснения. — А ещё ты очень необычная и красивая.       Риза медленно подняла одну бровь. Он действительно говорил всё, что думает. Без фильтров, без осторожности. И, кажется, только сейчас сам понял, как это прозвучало.       — Ничего такого не подумай, — быстро проговорил Мориа, поднимая руки в примиряющем жесте. На лице появилась виновато-весёлая улыбка. — Я просто ценю красоту, — он чуть наклонил голову набок. — А у тебя довольно необычная внешность для данмера, — зелёные глаза прищурились чуть хитрее. — Красивых меров вообще мало. Мне кажется, мы должны держаться вместе, — последние слова он закончил с лёгким смешком и выразительно подмигнул, явно намекая прежде всего на самого себя.       Риза невольно отвела взгляд в сторону, чтобы скрыть едва заметную усмешку. Он самоуверенный, но не так, как Микаэль. В Мориа не чувствовалось желания произвести впечатление любой ценой. Скорее, он просто искренне считал себя очаровательным. И, вероятно, он был прав.       — Хочешь покажу город? — Мориа чуть подался вперёд, опираясь локтями о стол. В его голосе снова появилась та живая лёгкость, будто он действительно только сейчас придумал эту идею и уже успел ей обрадоваться. — В вечернем Вайтране тоже есть на что посмотреть. Один Драконий Предел чего стоит.       Риза едва заметно качнула головой.              — Прости, но я не собираюсь задерживаться надолго. Завтра мне уже нужно уходить.       — Правда? — на красивом лице босмера мелькнуло почти искреннее разочарование. Он тихо выдохнул через нос. — Жаль.       Почему-то это прозвучало настолько честно, что Риза на секунду растерялась. Несколько мгновений между ними повисло молчание. Шум таверны вокруг продолжал жить своей жизнью: смех, звон кружек, обрывки песен.       А потом Риза неожиданно для себя спросила:       — Ты многих знаешь в этом городе?       Мориа тут же оживился. Будто только и ждал возможности снова заговорить, но не решаясь начать первым.       — Конечно! — он устроился удобнее, явно собираясь рассказывать долго и с удовольствием.       — Много в городе босмеров, как ты?       На этих словах он самодовольно усмехнулся и почти кокетливо поправил светлый хвост за плечом.       — Таких как я точно нет, — сказано это было с настолько серьёзным видом, что Риза тихо фыркнула от смеха. Мориа явно остался доволен произведённым эффектом. — Но парочка есть, — продолжил он уже спокойнее. — Элриндир держит пивнушку для охотников недалеко от ворот, — он чуть задумался. — А его брат, Анориат, совладелец. Хотя чаще торчит на площади и торгует дичью.       Имя сразу зацепилось в мыслях Ризы. Анориат. Она внешне никак не изменилась, только медленно подняла кружку с соком к губам. Первый контракт внезапно оказался ближе, чем она ожидала и найти жертву оказалось проще.       — А когда ты уезжаешь? — внезапно спросил Мориа.       Риза на секунду задумалась, прежде чем ответить.       — Завтра днём. Если не раньше, — она машинально провела пальцами по краю кружки. — Нужно закончить кое-какие дела в пределах Вайтрана. А потом отправлюсь в Айварстед, — и только договорив, она вдруг поняла, что сказала слишком много и это было странно. Обычно Риза не любила распространяться о своих планах. Тем более с незнакомцами. Но рядом с этим странным босмером настороженность почему-то давала трещины. Не исчезла полностью, просто ослабевала. Она заметила, как Мориа буквально оживился на глазах.       — Так мне тоже нужно в Айварстед! — он широко раскрыл глаза, подаваясь вперёд через стол резко, будто боялся упустить момент. — Значит мы можем поехать вместе, — на последних словах его голос прозвучал почти с надеждой. — Можем же?       Риза внимательно посмотрела на него. Любой другой на его месте уже начал бы раздражать. Слишком навязчивый, слишком быстрый и слишком открытый. Но Мориа не пытался давить. Не пытался очаровывать её намеренно. Он просто… искренне хотел узнать чуть больше о новой знакомой и хотел даже поехать вместе. И это обезоруживало.       Риза слегка прищурилась.       — А если я скажу «нет»?       Мориа трагично выдохнул и откинулся на спинку стула.       — Тогда мне придётся ехать одному и страдать от одиночества всю дорогу, — он сделал короткую паузу. — А ещё отбиваться от волков без красивой данмерки рядом, — Риза всё-таки усмехнулась и Мориа тут же просиял так, будто уже воспринял это как победу.       — Хорошо, — коротко ответила данмерка. И почти сразу заметила, как Мориа уже собирается что-то восторженно выкрикнуть. Она быстро остановила его лёгким жестом руки. Босмер сразу же замер с приоткрытым ртом. Настолько резко, что ей не удалось сдержать улыбку. — Не шуми, пожалуйста, — мягко проговорила она.       Несколько секунд Мориа смотрел на неё совершенно неподвижно. А потом медленно закрыл рот и растянул его в такой искренней счастливой улыбке, будто ему только что сообщили нечто действительно важное. Риза неожиданно поймала себя на мысли, что он вообще не скрывал свои эмоции. После людей вроде её бывшего мужа, после осторожности Моранг Тонг и даже Тёмного Братства… После постоянной необходимости читать скрытый смысл в каждом слове… Это ощущалось непривычно.       — Завтра после полудня, — продолжила Риза. — Встретимся на перекрёстке у медоварни.       Мориа быстро закивал.       — Я буду там, — потом чуть прищурился с лукавой улыбкой. — И даже постараюсь не опоздать.       — Это угроза или обещание? — хмыкнула данмерка.       — Скорее чудо, — пожав плечами ответил Мориа.       Таверна вокруг продолжала шуметь. Кто-то снова потребовал песню, Хульда ругалась на пьяного норда, который тяжело уронил голову на стойку ти кажется уснул в таком неудобном положении, а у очага громко хохотали. Сейчас это всё ощущалось чем-то удивительно далёким. Риза смотрела на сидящего напротив босмера и никак не могла понять одну простую вещь — почему рядом с ним настолько легко.       Они просидели вместе ещё какое-то время, заказав у помощницы Хульды ещё кувшин сока, отчего Мориа слегка поморщился, но получив отказ на предложение выпить что-то более серьёзное, успокоился. В основном говорил он. Легко, почти без остановки. Он говорил о каких-то совершенно незначительных вещах: о слухах в городе, о торговцах на площади, о стражниках, которые, по его мнению, слишком серьёзно относились к собственной службе. Отдельно досталось и Микаэлю.       — Он буквально пытается залезть под юбку каждой женщине, которая хотя бы раз посмотрела в его сторону, — Мориа задумчиво покрутил кружку. — Иногда мне кажется, что даже курицы на рынке начинают нервничать, когда он проходит мимо.       Риза тихо фыркнула в кружку. Потом разговор плавно перешёл к Соратникам.       — Вайтран ими гордится, — с лёгкой насмешкой рассказывал Мориа. — Хотя по сути это просто очень дорогие наёмники с красивой историей. Мне довелось с ними пообщаться, но вступать в их ряды я бы не стал.       Он говорил много. Очень много. Но почему-то его болтовня не утомляла Ризу так, как обычно утомляли люди. Может быть потому, что в ней не было напряжения. Не было скрытых попыток что-то выведать с его стороны, не было давления. Мориа просто делился мыслями как человек, которому нравится сам процесс разговора.       И всё же Риза понимала — задерживаться слишком долго нельзя. Особенно теперь, когда у неё появилась цель и когда этот странный босмер неожиданно начал становиться удобным прикрытием. Если завтра она исчезнет вместе с ним, то это не вызовет лишних вопросов. Эта мысль мелькнула в голове быстро, профессионально, почти автоматически. Риза незаметно подавила внутренне раздражение от самой себя.       Наконец она чуть устало выдохнула и поднялась из-за стола.       — Я, пожалуй, пойду. Уже поздно.       — О, у меня, кстати, есть дом в городе, — как бы между прочим заметил Мориа. Риза медленно повернула к нему голову. — Можешь остаться у меня, — и почти сразу он понял, как это прозвучало. — Я не это имел ввиду! — он тут же поднял руки в оправдывающемся жесте. — То есть… не только это…       Риза уже откровенно сдерживала улыбку.       — Я живу с Лидией, моим хускарлом, — быстро продолжил Мориа. — Вы можете с ней лечь в моей спальне, а я в лаборатории или в гостиной.       — Хускарлом? — удивлённо переспросила Риза.       — А я не говорил? — не менее удивлённо моргнул Мориа. И тут же с абсолютно серьёзным видом выпрямился на стуле. — Перед тобой сидит молодой и прекрасный тан Ярла Балгруфа, — последние слова он произнёс с такой напускной важностью, что за соседним столом кто-то тихо хрюкнул от смеха. Сам Мориа при этом выглядел до смешного довольным собой, что не могло не вызвать улыбку.       Несколько секунд Риза просто смотрела на него. Мориа сидел напротив с совершенно довольным видом, будто только что сообщил нечто действительно впечатляющее и, очевидно, ждал реакции. Риза медленно качнула головой, отворачиваясь. Взгляд скользнул в сторону очага. Шумная компания заметно притихла, хотя разговоры всё ещё продолжались. Микаэль снова сидел рядом с ними, перебирая струны лютни, но время от времени бросал в сторону Ризы и Мориа крайне недовольные взгляды.       Риза тихо усмехнулась себе под нос, а затем снова посмотрела на босмера. Тот сложил руки на коленях и теперь смотрел на неё почти по-щенячьи, ожидая ответ. Это выглядело настолько искренне, что становилось почти опасным.       — Я, пожалуй, откажусь, — она заметила, как на лице Мориа вмиг мелькнуло короткое разочарование, но прежде чем он успел что-то сказать, она добавила. — Ты же не хочешь, чтобы Микаэля хватил приступ от осознания, что его очередная «жертва» ушла вместе с таном Ярла?       Мориа замер, будто задумался, а потом тихо рассмеялся своим мягким, бархатным смехом. Он прикрыл рот рукой, качнув головой.       — О-о, теперь я почти жалею, что ты отказалась, — в зелёных глазах снова появился озорной блеск. — Представляешь, какой у него был бы взгляд?       — Подозреваю, трагичный, — усмехнувшись ответила данмерка.       — Скорее смертельно оскорблённый.       Риза неожиданно поняла, что рядом с этим мером улыбается чаще, чем за последнее время. Эта мысль заставила её внутренне напрячься. Её напрягали не слова Мориа или он сам, а то, как легко ему удалось пробиться сквозь её привычную осторожность.       «Либо я теряю сноровку, либо я сошла с ума» — иронично заключила она про себя.       Мориа медленно поднялся со своего места. Риза не двигалась, просто проводила его взглядом, ожидая очередной странности. И почти сразу заметила это выражение на его лице, будто прямо сейчас в его голове родилась какая-то мелкая шалость, которую он уже не собирался останавливать. Босмер коротко покосился в сторону Микаэля. Бард всё ещё исподлобья наблюдал от очага. В этот момент губы Мориа дрогнули в едва сдерживаемой улыбке. Он сделал шаг ближе к Ризе. Мягко, без резкости. Потом осторожно взял её руку. Пальцы были тёплыми, аккуратными. Риза не стала сопротивляться из любопытства. Ей вдруг стало действительно интересно, что именно он задумал.       Мориа чуть склонился, поднося её руку к лицу и мягко коснулся губами кончиков пальцев, прикрывая глаза. Длинные светлые ресницы дрогнули в тёплом свете таверны, делая эту сцену почти театральной. Риза медленно подняла одну бровь, продолжая наблюдать за этим спектаклем. Через мгновение зелёные глаза босмера открылись. Он посмотрел прямо на неё и затем лукаво подмигнул. В тот же момент со стороны очага донёсся резкий звук лопнувшей струны и Мориа всё-таки не выдержал, растягивая губы в широкой, абсолютно довольной улыбке. Риза прикрыла губы рукой, тихо и искренне рассмеявшись.       У очага кто-то громко заржал. Микаэль же сидел с абсолютно убитым выражением лица, глядя на свою лютню так, будто она лично его предала. Наконец Мориа отпустил руку Ризы и отступил на шаг. На его лице читалось совершенно детское довольство собой, будто только ради этого звука лопнувшей струны он и устроил весь этот спектакль. Он всё ещё улыбался, когда коротко поклонился Ризе и затем расслабленно сделал несколько шагов назад, не сводя с неё взгляда. А потом, словно вспомнив о чём-то важном, повернул голову в сторону очага. Микаэль всё ещё смотрел на него с выражением человека, который прямо сейчас совершает убийство. Убедившись, что бард действительно смотрит, Мориа широко улыбнулся и демонстративно подмигнул ему. Где-то рядом кто-то снова прыснул от смеха. Микаэль же медленно опустил взгляд на несчастную лютню, явно пытаясь решить, кого ненавидит больше: Мориа или оборвавшуюся струну.       Босмер выглядел до отвратительного довольным собой. Наконец он снова повернулся к Ризе и уже гораздо мягче произнёс:       — Доброй ночи, Риза.       После этого развернулся и направился к выходу. Дверь таверны открылась, впуская внутрь короткий порыв прохладного ночного воздуха. На мгновение свет факелов скользнул по светлым волосам босмера, а затем он исчез за дверью. Почему-то после его ухода таверна вдруг показалась Ризе намного тише, чем было до этого.       Сняв комнату у всё ещё заметно впечатлённой разыгравшейся сценой Хульды, Риза направилась вслед за Садией. Редгардка молча проводила её на второй этаж, освещённый редкими свечами и приглушённым тёплым светом из-под дверей. Наверху был гораздо тише. Шум таверны теперь доносился снизу приглушённым гулом. Садия остановилась у одной из дверей.       — Если понадобится что-то ещё — скажи Хульде, — спокойно произнесла она и тихо удалилась.       Риза проводила взглядом эту удивительно тихую девушку и вошла в комнату. Когда дверь за ней закрылась, комната погрузилась в приятную тишину, которая слабо перебивалась звуками с первого этажа. Комната была небольшой, простой, но чистой. Данмерка сразу подошла к окну. Оно выходило прямо на торговую площадь.       Ночной Вайтран казался удивительно спокойным. В свете двух лун и редких факелов рыночная площадь поблёскивала бледным серебром. Торговцы давно разошлись, оставив только пустые прилавки и затихающий ветер между ними. Среди этой почти сонной улицы Риза заметила знакомый силуэт. Мориа спокойно шёл в сторону ворот, сложив руки за спиной и чуть покачиваясь с пятки на носок, будто всё ещё находился где-то в собственных мыслях. Со стороны он выглядел удивительно беззаботно. Почти слишком живым для этого сурового города. Риза задержала взгляд чуть дольше, чем собиралась, а потом отошла от окна.       Мысли о странном босмере всё ещё не отпускали её. Он не был похож на того, кто пытался охмурить её. Он не вёл себя так, не давил и не пытался понравится любой ценой. Но совершенно очевидно собирался сблизиться хотя бы до уровня дружбы. Риза медленно сняла беспалые перчатки, откладывая их на стол. Тот спектакль перед уходом тоже оказался полезен. Теперь половина таверны наверняка решила, что между ней и молодым таном что-то есть. А значит… никто не удивится, если позже кто-то обнаружит пустую комнату. Ненужных вопросов будет гораздо меньше. Эта мысль не в первый раз уже пришла к ней слишком быстро, слишком привычно. Она тихо выдохнула, устало проводя рукой по лицу. Иногда ей казалось, что она уже не умеет воспринимать людей иначе, кроме как через призму пользы, угрозы или возможных последствий. Почему-то именно рядом с этим странным босмером это ощущалось особенно неприятно.       Просидев в комнате около часа, Риза наконец поднялась с кровати. Она приоткрыла дверь, прислушиваясь. За это время таверна заметно стихла. Громкий смех внизу сменился приглушёнными разговорами, бард больше не играл и только иногда снизу доносился скрип стула или звон посуды, которую убирала Хульда.       Риза подошла к окну ещё раз. Ночная площадь почти опустела, только редкие стражники лениво прохаживались вдоль улиц. Она ненадолго задумалась: можно было бы попытаться выбраться через окно, но она слишком плохо знала местность вокруг таверны. В темноте было легко неудачно спрыгнуть, подвернуть ногу или вообще свернуть себе шею на каком-нибудь ящике, а глупо покалечиться на первом контракте, не дойдя до жертвы, было бы особенно унизительно. Поэтому она выбрала более простой путь. К тому же, Мориа оставил ей крайне удобное прикрытие.       Риза накинула плащ, натянула капюшон и спокойно вышла из комнаты, надевая обратно перчатки. Когда она спустилась вниз, несколько человек действительно проводили её заинтересованными взглядам. Кто-то даже одобрительно хмыкнул себе под нос. Хульда, протиравшая кружки за стойкой, подняла на Ризу взгляд. На её лице мелькнула едва заметная улыбка человека, который уже всё для себя решил.       Риза спокойно прошла через зал и вышла через главную дверь таверны. Снаружи её встретила ночная прохлада. После душного тепла таверны воздух показался почти ледяным. Ночной Вайтран казался тихим, пустым. Редкие факелы отбрасывали длинные тени на каменную мостовую, где-то вдали лениво переговаривались стражники. Ветер неспешно гулял между домами, принося запах дыма, лошадей и холодного камня. Риза медленно выдохнула, чувствуя, как привычное спокойствие снова возвращается на своё место. Тёплая атмосфера таверны осталась позади и у неё снова была только цель.       Решив особо не привлекать к себе внимания, Риза направилась в сторону ворот, обходя центральную площадь. Среди низких, более бедных домов, тишина ночного города ощущалась более отчётливо. Людей не было, только редкие огни за окнами и далёкие шаги стражников где-то на стенах. Риза двигалась спокойно, бесшумно. Вскоре показалось нужное место, где предположительно находилась та самая «пивнушка».       Риза остановилась у стены двухэтажного дома, из одного окна которого всё ещё лился тёплый свет. На противоположной стороне улицы, на естественном земельном возвышении, расположилось небольшое здание с вывеской «Пьяный охотник». Даже с этого расстояния были слышны приглушённые голоса и редкий смех. Левее от здания улица уходила вверх через арку, которая вела в верхний район города.       Постояв немного, разглядывая здание напротив она осторожно заглянула в окно дома, у стены которого затаилась, и почти сразу резко одёрнулась назад. Внутри комнаты, освещённой огнём очага и парой масляных светильников, совершенно спокойно расхаживал Мориа. Он был без рубашки, босой, в одних тёмных свободных штанах. Риза снова заглянула, не выдавая своего присутствия. Босмер ничего не замечал вокруг. Он лениво перебирал что-то на столе, время от времени проводя рукой по волосам, свободно свисающим на лицо. Без многослойной дорожной одежды он выглядел совсем иначе. Худее, но неожиданно крепче, чем казалось раньше. Под тонкой светлой кожей хорошо просматривались сухие мышцы рук и плеч — не массивные, как у воина, а скорее натренированные постоянным движением и выживанием. На предплечьях можно было детальнее разглядеть старые шрамы. Некоторые тонкие, некоторые — явно оставленные чем-то серьёзнее обычного ножа. Риза чуть нахмурилась. Странный босмер всё меньше походил на обычного болтливого путешественника.       Риза уже более спокойно отвела взгляд от окна и присела, чтобы тёплый свет не попадал на неё. Она уже собиралась двигаться дальше, когда дверь «Пьяного охотника» внезапно распахнулась. Она замерла. На улицу вышли двое. Один был невысоким редгардом в длинном камзоле, явно не дешёвом. Второй оказался босмером в простой крестьянской одежде, опрятный. Они о чём-то спокойно разговаривали у двери. Риза не слышала слов, только обрывки интонаций и редкие смешки. А потом до неё донеслось имя.       — …Элриндир… — после чего редгард по-дружески похлопал своего собеседника по плечу.       Риза чуть внимательнее прищурилась, рассматривая босмера, чтобы выцепить для себя какие-нибудь отличительные черты, которые помогут отличить его от его брата Анориата. Редгард наконец попрощался и двинулся вниз по улице. Элриндир ещё ненадолго задержался у двери, потянулся и бросил короткий взгляд на ночной город. Затем вернулся внутрь, закрывая за собой дверь. Риза выдохнула. Теперь она хотя бы знала, кого искать.       Данмерка ещё раз коротко заглянула в окно — Мориа всё ещё не заметил её. Он стоял спиной к окну, лениво потягиваясь. Свет очага мягко скользнул по его светлой коже и длинным волосам. На плече она заметила ещё несколько тонких шрамов тянущихся вдоль. Старые и не выглядевшие случайными.       «Всё-таки он странный» — подумала Риза, сдвинувшись с места, стараясь не попадать под свет.       Она встала у самого края дома. Выждав несколько секунд и убедившись, что ближайший стражник отвлёкся на разговор у ворот, Риза быстро двинулась вперёд в полуприседе. Она не стала идти напрямую к зданию — каменная лестница и главный вход были слишком открыты. Вместо этого данмерка свернула чуть правее, взбираясь по земляному возвышению. Влажная отчего-то земля тихо осыпалась под сапогами, но двигалась она достаточно осторожно, чтобы не поднять лишнего шума. Через несколько мгновений она уже оказалась у окна заведения.       Изнутри лился тёплый жёлтый свет, пахло жареной олениной, элем и древесным дымом. Риза осторожно заглянула внутрь. Помещение оказалось небольшим, но оживлённым. Несколько охотников сидели за столами с кружками, кто-то громко спорил, кто-то разделывал тушу прямо у дальней стены. За стойкой стоял босмер похожий на Элриндира, но моложе: волосы чуть длиннее, лицо мягче и двигался заметно живее, постоянно переговариваясь с посетителями. Анориат. Он как раз смеялся над чьей-то шуткой, раскладывая на стойке какие-то свёртки. Совершенно не подозревая, что за окном на него смотрит та, кому поручили его смерть.       Риза стояла неподвижно, скрываясь в тени стены. Анориат тем временем продолжал работать за стойкой, легко перебрасываясь словами с посетителями. Он выглядел расслабленным, беспечным. Риза не слышала слов, только интонации. Через некоторое время одна из дверей в дальней части помещения открылась и из неё показался Элриндир. Несколько человек окликнули его, кто-то поднял кружку в приветствии. По интонациям произношения имени Риза окончательно убедилась, что это именно он. Босмер только коротко махнул рукой и подошёл к стойке.       Братья быстро о чём-то заговорили. Анориат сначала закатил глаза, потом усмехнулся в ответ на что-то сказанное братом. Затем он вышел из-за стойки и направился в дальнюю часть помещения ко второй двери и скрылся за ней. Риза прищурилась и тихо выдохнула. Кажется, ей только что дали шанс.       Быстро оценив расположение комнаты, Риза бесшумно двинулась вдоль стены здания. С этой стороны света почти не было, только редкие отблески из окон да бледный лунный свет, скользящий по доскам. Данмерка двигалась медленно, стараясь держаться там, где тени были гуще.       Наконец за поворотом показалось нужное окно. Она осторожно приблизилась и заглянула внутрь. Комната была небольшой. Похоже на личное помещение или склад. У противоположной стены стояли ящики и подвешенные связки сушёных трав, виднелся небольшой участок койки. На столе напротив окна горел одинокий светильник. Анориат находился один. Сейчас он стоял спиной к окну, перебирая какие-то бумаги и время от времени делая пометки углём прямо на краю стола. Рядом лежал охотничий нож, но сам босмер выглядел расслабленным.       Риза наблюдала за ним ещё несколько мгновений и потом заметила, как Анориат начал разворачиваться в сторону окна. Реакция пришла раньше мысли. Данмерка резко села, моментально прижимаясь спиной к холодной стене под самым окном. Сверху донеслись шаги и через секунду распахнулось окно. Риза застыла.       Анориат тяжело опёрся локтями о подоконник прямо над ней. Настолько близко, что она слышала его дыхание. Несколько долгих секунд ничего не происходило. Риза почти перестала дышать, прислушиваясь к каждому звуку. Анориат с чем-то возился у окна, потом послышался тихий щелчок пальца о палец и почти сразу до носа донёсся резкий, едкий запах табака. Босмер протяжно затянулся и выдохнул дым в ночной воздух. Сверху послышался скрип дерева подоконника, когда он удобнее устроился, явно собираясь задержаться здесь надолго.       Положение было почти идеальным. Анориат находился прямо над ней, безоружный, расслабленный, совершенно не ожидающий опасности. Стоило только резко подняться — и всё закончилось бы за несколько секунд. Но она почему-то медлила. Глубоко в подсознании она понимала, что не успеет вытащить клинок раньше, чем босмер испугается и успеет навести шуму. Парализующий яд, которым она смазала лезвие перед выходом, не успеет сработать настолько быстро, как хотелось бы. Лишний шум ей не нужен был, если она хотела уйти раньше, чем обнаружат тело.       Сверху снова донёсся тихий звук затяжки. Анориат и не подозревал, насколько близко находится к смерти. Ночной воздух у окна постепенно пропитывался запахом жжёного табака. Риза осторожно приподняла голову и скользнула взглядом вверх. Тень босмера нависала прямо над ней. Одна рука лежала на подоконнике, вторая держала самокрутку. Затем всё изменилось мгновенно. Сверху послышалось резкое шипение Анориата и затем он грязно выругался, поминая Даэдра и выпрямляясь. По дёрнувшейся тени Риза поняла, что он стряхивал с жилетки упавший пепел от самокрутки. Это был шанс.       Риза сорвалась с места одновременно с движением руки к клинку. Анориат заметил движение, но было уже поздно. Данмерка вскочила на подоконник и схватила не успевшего отшатнуться босмера за горло, пуская через пальцы разряд электричества. Анориат замер, тело его сотрясалось мелкой дрожью, губы плотно сжались, а в широко распахнутых глазах показалась боль. Не став медлить, Риза резким движением руки вонзила клинок под рёбра почти по самую рукоять, прекращая пускать потоки электричества в тело босмера. Он дёрнулся, резко втягивая воздух. Кричать он не мог, так как шок от разрядов электричества не отпустил до конца, а действие яда начало действовать, попав в кровь.       Риза бесшумно спрыгнула в комнату, не отпуская горло своей жертвы. Она с силой вынула клинок и воткнула его туда, где находилось сердце. Анориат быстро обмяк, заваливаясь на свою убийцу. Она удержала его и медленно, стараясь не уронить и не создавать лишнего шума, опустила тело на пол. Вынув клинок и обтерев лезвие о жилетку босмера, она ловким движение вернула его на место. Тёмная кровь быстро впиталась в одежду. Несколько капель из раны попали на рукава и перчатки Ризы.       Она замерла, прислушиваясь. Голоса из зала всё ещё звучали где-то за стеной и никаких шагов в сторону комнаты. Пока никто ничего не заметил. Риза ещё раз окинула взглядом тело, затем бесшумно выбралась обратно через окно на улицу.       Ночной воздух сразу ударил прохладой в лицо. В носу всё ещё стоял железный запах крови, но холод быстро отрезвлял мысли. Первый контракт выполнен. Первая жизнь от её рук отправилась в Пустоту.