Семья. Долг. Смерть.

      Риза неспешно двинулась тем же путём обратно. Левая рука всё ещё мелко подрагивала от разрядов, которыми она оглушила Анориата, а в голове ещё стоял образ умирающей жертвы. Риза не получала удовольствия от убийств, но этот её трюк с электрическими разрядами показался ей довольно увлекательным. На миг она представила, как рассказывает об этом своей новой семье и как Фестус одобрительно кивает, затем утаскивает её в свой уголок безумного гения, чтобы узнать подробности.       Вскоре она снова оказалась у дома молодого тана. В окне всё ещё горел свет. У ворот вдалеке стояли трое стражников, лениво переговариваясь между собой. Они совершенно не видели, как маленькая тень скользит от таверны охотников на противоположную сторону улицы. Риза скользнула по их силуэтам взглядом и двинулась вдоль стены дома, огибая окно, в том же направлении, откуда пришла.       Тело обнаружат утром и скорее всего довольно быстро. Пока никто не сможет связать убийство с ней, но если она прямо сейчас покинет город за второй своей жертвой, то это уже могло вызвать вопросы. И, возможно, они смогут определить магическое воздействие на организм босмера. Смерть покажется более чем загадочной, но если определят остатки магии, то круг подозреваемых сузится до тех, кто обладает магией. Открыто она не показывала своих способностей, но для нордов данмеры по-умолчанию все маги.       Риза прошло несколько шагов и внезапно остановилась. Мысль, посетившая её голову в этот момент оказалась неожиданно простой и раздражающе логичной. Почему бы не воспользоваться той маленькой легендой, которую они с Мориа сами случайно создали? Половина таверны уже решила, что между ними что-то есть. И если утром она выйдет из дома молодого тана это будет выглядеть совершенно естественно.       Риза медленно перевела взгляд на освещённое окно. По Мориа не было похоже, что он непременно попытается затащить её в постель. Скорее… Ему действительно было достаточно просто компании, разговора. Присутствия рядом «красивой данмерки», которой можно восхищаться без всякого скрытого умысла. И именно это смущало Ризу сильнее всего, потому что использовать того, кто искренне к тебе расположен, всегда ощущалось гораздо неприятнее, чем использовать врага или просто случайно встретившегося человека. Но это действительно было самым логичным выходом.       Тихо выругавшись себе под нос — на себя, на Братство и заодно на всех Даэдра, которым, похоже, нравилось издеваться над её жизнью, — она снова двинулась к дому тана. Она тенью скользнула вдоль стены, ловя на себе лунный свет и быстро оказалась под знакомым окном. Риза осторожно пригнулась, заглядывая внутрь.       Мориа всё ещё не спал. Он сидел прямо на полу, спиной к окну. Огонь мягко освещал комнату, отбрасывая тёплые отблески на светлые волосы босмера и разбросанные вокруг несколько книг. Рядом стояла кружка, из которой он пару раз отпил. Мориа выглядел удивительно спокойным. Сидел, подтянув одно колено к груди и задумчиво вертя что-то в пальцах. Со стороны казалось, будто он просто задумался и совершенно потерял счёт времени.       Риза задумалась. После только что совершённого убийства эта сцена ощущалась почти нереальной. Слишком тёплой и живой. И почему-то именно сейчас она особенно остро почувствовала слабый запах крови, всё ещё оставшийся на её перчатках и маленькими каплями на рукавах, не смотря на холод ночного воздуха. Она выждала ещё мгновение и легко постучала костяшками пальцев по стеклу. Звук вышел негромким, но в тихой комнате прозвучал достаточно отчётливо.       Мориа дёрнулся. Он развернулся вполоборота, будто сначала решил, что ему показалось. Несколько секунд он неподвижно смотрел в одну точку. Потом медленно развернулся и замер. С той стороны стекла на него смотрела знакомое лицо из-под капюшона. Босмер уставился на неё совершенно ошарашенно. Рот чуть приоткрылся, зелёные глаза расширились. На лице читался полный набор мыслей, ни одна из которых, кажется, не успевала оформиться в слова.       Риза в привычном жесте подняла одну бровь и это, наконец, вывело его из оцепенения. Мориа вскочил на ноги так резко, что едва не задел свою кружку, и в пару шагов оказался у окна. Он распахнул его, впуская в комнату холодный воздух.       — Риза? — голос прозвучал почти шёпотом. Потом он быстро оглянулся в сторону двери и снова посмотрел на неё. — Ты… Почему ты в окне?       Риза спокойно удержала его взгляд.       — Решила не пользоваться дверью, — коротко пожала она плечом.       На лице Мориа медленно расплылась кривая, совершенно ошарашенная улыбка. Будто он до сих пор не верил, что всё происходящее реально. Несколько секунд босмер просто смотрел на неё, явно пытаясь осмыслить картину. А потом спохватился и быстро протянул руку Ризе, одновременно отступая на полшага назад, освобождая место у окна.       Риза сразу приняла её — скорее для вида, чем действительно принимая помощь. Одним лёгким движением она вскочила на подоконник и присела на корточки, всё ещё удерживая его ладонь. Мориа снова застыл, кажется, на мгновение забыв, что вообще собирался делать дальше. Риза чуть склонила голову набор.       — Может, подвинешься ещё немного? — в голосе не было раздражения, только лёгкая насмешка.       Мориа моргнул, потом ещё раз. Будто только сейчас понял, насколько близко стоит.       — А… Да, конечно, — он поспешно отступил ещё на полшага назад, окончательно освобождая проход.       Риза мягко, практически бесшумно, спрыгнула внутрь комнаты. И только теперь Мориа, кажется, окончательно осознал происходящее. Потому что смотрел на неё сейчас так, будто опасался моргнуть и случайно обнаружить, что всё это ему просто приснилось.             Риза выпрямилась, спокойно глядя на босмера снизу вверх. Мориа всё ещё держал её руку и продолжал совершенно глупо моргать, будто разум ещё безуспешно пытается догнать происходящее. Только через пару секунд он наконец понял, что держит её слишком долго.       — Эм… — он тихо кашлянул в кулак, явно пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие нормального поведения. — Вообще-то, можно было воспользоваться дверью, — последние слова прозвучали почти растерянно, будто он сам не знал, зачем вообще это сказал.       Риза невозмутимо сняла капюшон и перчатки, коротко проведя рукой по пепельным волосам, после чего убрала перчатки в подсумок.       — Не хотела, чтобы стражники видели, как в твой дом входит «красивая данмерка».       На мгновение Мориа просто смотрел на неё. А потом всё-таки тихо рассмеялся своим этим мягким смехом, который звучал удивительно тепло в полутёмной комнате.       — Да, это было бы ужасно, — он чуть прищурился, всё ещё улыбаясь. — Моя репутация могла бы пострадать.       Риза едва заметно фыркнула и почему-то только сейчас окончательно осознала, насколько безумно выглядит вся эта ситуация. Несколько минут назад она стояла над ещё тёплым трупом. А теперь спокойно разговаривала у очага с полураздетым босмером, который выглядел так, будто если он сделает один неверный шаг и его казнят. Она мельком глянула на ключицы Мориа и сразу отвела взгляд, позволяя себе, наконец, внимательнее осмотреть комнату. Дом молодого тана оказался не таким роскошным, как она ожидала. Но просторным и живым.       В центре комнаты, ближе ко входу, находился очаг, возле которого совсем недавно сидел Мориа. Огонь в нём уже начал понемногу прогорать, заполняя помещение мягким теплом и запахом древесного дыма. У противоположной стены стоял большой деревянный стол с парой стульев и скамьёй по центру. На столе были разбросаны книги, какие-то бумаги и недопитая бутылка вина. Чуть дальше — буфет и небольшой комод.       Слева вверх уходила деревянная лестница. Наверху виднелся небольшой участок второго этажа и закрытая дверь по левую сторону. За самой лестницей скрывалась остальная часть дома: стеллажи, скамьи, какие-то мешки и ещё одна дверь в дальней части комнаты. Всё выглядело обжитым, но слегка хаотичным. Словно хозяин дома искренне пытался поддерживать порядок и постоянно проигрывал эту битву.       Тем временем, Мориа наконец будто полностью осознал, в каком виде находится. Он резко прикрыл рукой торс, словно пытаясь прикрыть свою наготу, но это было, очевидно, бессмысленно. Риза едва заметно подняла одну бровь. Сам же босмер, осознав пустые попытки прикрыться ладонью, метнулся искать рубашку.       — Где она вообще… — он быстро оглядел комнату, заметно нервничая уже скорее от собственного смущения, и одновременно поднимая кружку с пола, ставя её рядом с полупустой бутылкой. Рубашка обнаружилась под лестнице. — А, — он с крайне серьёзным видом поднял её, потом поспешно натянул через голову, всё ещё явно не зная, как именно себя вести в присутствии данмерки, внезапно появившейся у него в окне посреди ночи.       — Почему ты пришла? — решился спросить Мориа, приглаживая невидимые складки на животе. Он выглядел немного растерянным, но хотя бы начал снова походить на того, кто способен связно думать. — Нет, это не упрёк, — быстро добавил он. — Просто я правда не ждал такого… почти эпичного появления.       — В таверне слишком шумно. Да и мужичьё разгулялось, — соврала Риза. — Не люблю выпивох, — она чуть поморщилась.       Мориа тут же виновато поднёс пальцы к губам.       — А я выпил немного, — тон у него был настолько осторожным и почти извиняющимся, что Риза невольно посмотрела на него с лёгким удивлением. Он действительно переживал, что это может её раздражать.       — Ты не похож на тех, кто валяется под столом и орёт песни про коз, — спокойно ответила она.       — Хорошо, — заметно расслабился Мориа, облегчённо вздохнув. — Потому что я знаю только две песни про коз. И обе ужасные.       Риза тихо фыркнула от смеха прежде, чем успела себя остановить. Мориа тут же просиял, явно восприняв это как личную победу.       — Всё-таки я начинаю думать, что ты умеешь улыбаться чаще одного раза в сутки.       — Не привыкай, — иронично ответила данмерка.       — Уже поздно, — он сказал это слишком быстро и только после этого сам понял, насколько двусмысленно прозвучала фраза. Он медленно кашлянул в кулак. — Я имел ввиду… разговор.       — Конечно, — Риза не скрывала лёгкой усмешки.       Явно забавляясь его неловкостью, Риза неспешно подошла ближе к очагу. Она протянула руки к теплу, будто действительно замёрзла после ночной улицы. Плащ так и оставался на плечах. Она не позволяла себе проходить дальше. Не потому что боялась. Скорее по привычке. Чужое пространство оставалось чужим, пока хозяин сам не позволял войти глубже.       И, кажется, Мориа это понял. Он быстро указал рукой в сторону скамьи у стола.       — Ты можешь присесть, если хочешь, — шлёпая босыми ногами по каменному полу, он подошёл к скамье и зачем-то стряхнул с неё невидимую пыль. — Или мы можем пойти в мою комнату и… — на этих словах он резко оборвал сам себя. — Это не то, что ты могла подумать. Я не собирался тебя звать в свою комнату, — он начинал заметно нервничать и говорить быстрее, словно опережая ход своих мыслей. — Точнее, собирался… Точнее, уже позвал, но не с плохим умыслом. То есть… это не плохо, но я не за этим… — он снова прервал себя, прикусив нижнюю губу. В комнате повисла короткая, почти звенящая тишина. Босмер медленно моргнул. Потом закрыл глаза и с тихим стоном ударил себя ладонью по лбу. — Боги… — он схватился за волосы, слегка оттягивая их назад и быстро развернулся спиной к Ризе. — Что я несу… — почти шатаясь от собственного стыда, Мориа направился за лестницу, продолжая бормотать себе под нос. — Просто заткнись уже, Мо… Пожалуйста.       Риза молча смотрела ему вслед, в лёгком удивлении подняв брови. И неожиданно поняла, что ей действительно весело. Не из-за возможного флирта или ситуации. А потому что этот парень был до невозможности настоящим в каждом своём смущении. И довольно забавным, если задуматься.       Постояв немного в темноте за лестницей, Мориа всё-таки вернулся. Выглядел он так, будто пытался мысленно переиграть последние несколько минут жизни и проигрывал всё сильнее.       — Просто Лидия уже давно спит в своей комнате, — начал он оправдываться, стараясь говорить спокойно. — А в моей спальне большая кровать и удобнее будет… — и снова замолчал.       Риза заметила, как он снова прикусил губу, беспомощно глядя на неё. А затем произошло нечто ещё более удивительное — у Мориа буквально поплыл взгляд, будто он находился в одном неудачном слове от того, чтобы просто рухнуть на пол и умереть от собственного смущения в слезах. Риза поняла одно — свидетелем подобного она быть не хотела. Поэтому мягко произнесла:       — Мы можем пойти в комнату. Если там действительно удобнее, — она смерила взглядом застывшего босмера и почти увидела, как в его голове одновременно сталкиваются десятки мыслей, ни одна из которых не справлялась. — Говорить, конечно же, — добавила она с лёгкой усмешкой.       Мориа медленно прикрыл лицо руками.       — Спасибо, что уточнила, — голос прозвучал приглушённо и абсолютно обречённо.       Риза тихо фыркнула от смеха. Сам же босмер глубоко вдохнул, словно собираясь с силами перед особенно опасным испытанием.       — Хорошо, — он отнял руки от лица и уже гораздо осторожнее посмотрел на неё. — Тогда… Пойдём наверх, — и, чуть помедлив, всё-таки добавил. — Я очень постараюсь больше не позориться.       — Не обещай невозможного, — прыснула в кулак Риза.       На этих словах Мориа тихо простонал себе под нос что-то про «жестоких данмерок», окончательно сдаваясь её насмешкам.       — У тебя есть чай? — буднично спросила Риза понизив голос, чтобы не мешать спящей женщине в комнате у лестницы, пока они поднимались наверх. Деревянные ступени тихо поскрипывали под ногами. Мориа шёл чуть впереди, то и дело оглядываясь на Ризу, словно всё ещё опасался, что она внезапно исчезнет так же неожиданно, как появилась. Наверху они свернули направо и в конце небольшого коридора находилась спальня босмера. Дверь была открыта.       — А-а… — Мориа тихо усмехнулся. — Я всегда знал, что данмеры не представляют жизни без чая, — он осторожно провёл рукой по стене, будто пытаясь нащупать в темноте нужную мысль. — Как и каджиты, впрочем, — он чуть помолчал. — Хотя, кажется, их чай обычно дурманит.       — Так есть? — невозмутимо уточнила Риза.       Мориа медленно моргнул.       — Есть, — он быстро кивнул. — Где-то должен быть.       Риза едва заметно усмехнулась уголком губ. Сама она совершенно не ощущала того смущения, в котором утопал босмер. Во всяком случае — внешне. Внутри было всё гораздо сложнее. Её не покидали мысли о двусмысленности ситуации с самого начала. Меньше часа назад она выслеживала жертву, потом убила. Теперь поднимается ночью в спальню почти незнакомого мужчины, обсуждая чай так, будто это обычный вечер.       «Нет, я правда схожу с ума» — думала Риза.       Мориа, не поднимая глаз на Ризу, скрылся в темноте коридора, тихо шлёпая босыми ногами обратно вниз. Риза проводила его взглядом, затем спокойно осмотрела комнату.       Спальня оказалась просторной, но обставленной довольно скромно, без лишней роскоши. В центре стояла большая деревянная кровать с тяжёлым изголовьем. По обе стороны от изголовья две небольшие тумбы, на одной из которых лежала раскрытая книга и криво поставленный подсвечник. Над кроватью висел стенд для оружия. На нём покоился большой двуручный топор. Слева находился комод, на нём стояла ваза со свежими цветами. Это деталь почему-то сразу показалась Ризе неожиданной. Справа стоял высокий шкаф, небольшой столик и пара кресел возле стены. Именно в одно из них Риза и опустилась, наконец снимая плащ, откладывая его на спинку кресла.       Сейчас, в тепле комнаты, она окончательно почувствовала усталость. Адреналин постепенно отпустил тело, заменяясь тягучим чувством тяжести. Риза медленно откинулась на спинку кресла, прикрывая глаза всего на секунду. Мориа не было довольно долго и она не заметила, как начала проваливаться в дрёму. Тепло комнаты, тихое потрескивание огня где-то внизу и усталость после дороги и ночного убийства. Всё это медленно утягивало сознание в сонливую пустоту.       Разбудил её тихий шорох ткани и едва слышный топот босых нос по деревянному полу. А ещё запах: что-то ягодно-пряное, тёплое. Риза медленно открыла глаза. Мориа стоял посреди комнаты с подносом в руках. На нём находились две кружки, маленький чайник и небольшое блюдце с разрезанным сладким рулетом. Сам босмер молчал, только смотрел на неё, чуть покусывая нижнюю губу. Вид у него при этом был такой осторожный, будто он боялся случайно разбудить дикое животное.       Риза медленно выпрямилась в кресле.       — Ты действительно пошёл искать чай.       Мориа моргнул, словно только сейчас понял, что всё это время стоял и просто смотрел на неё.       — Ну… да, — он чуть неловко поднял поднос выше. — И рулет нашёл.       Риза невольно скользнула взглядом по его лицу. Светлые волосы слегка растрепались, рубашка была надета кое-как, один рукав подвёрнут выше другого, ткань помятая. Он осторожно поставил поднос на небольшой столик между креслами, после чего устроился во втором кресле напротив Ризы, поджав одну ногу под себя.       Комната сразу наполнилась запахом горячего ягодно-пряного настоя, с лёгкой древесной горечью. Мориа взял чайник и медленно налил чай в кружку Ризы, старательно не пролив не одной капли. Она сразу отметила одну деталь — он не налил чай себе. Взгляд данмерки сразу стал внимательнее и Мориа поймал его почти мгновенно и быстро заговорил:       — Это чай из собачьего корня с можжевельником… и немного Корня Нирна, — он виновато улыбнулся. — Я понимаю, насколько подозрительно это выглядит, — босмер неловко потёр шею. — Но мне просто не нравится вкус чая, — Риза молча продолжала смотреть на него и босмер обречённо вздохнул — Если ты не против… Я допью своё вино, — он осторожно поднял свою кружку с подноса и там действительно плескалась тёмная жидкость, в тени кружки почти чёрная.       Несколько мгновений между ними стояла тишина, а потом Риза всё же взяла кружку с чаем. Запах казался приятным, успокаивающим. Она сделала маленький глоток, не сводя взгляда с Мориа. Босмер в этот момент выглядел так, будто только что успешно избежал казни.       Некоторое время они молчали. Тишина в комнате не казалась неловкой, скорее осторожной. Риза медленно пила чай, время от времени остужая его тихим дыханием. Мориа в это время сидел с кружкой вина и украдкой косился в сторону данмерки. Каждый раз когда Риза поднимала взгляд, он тут же делал вид, будто внимательно изучает огонь свечи, собственную кружку или вообще устройство мироздания. Но говорить первым он явно не решался, что было даже удивительно. Поэтому Риза сама нарушила молчание.       — Откуда у тебя чай, если тебе не нравится его вкус?       Мориа дёрнулся почти испуганно, будто не ожидал, что она вообще заговорит. Потом быстро моргнул и чуть расслабился.       — Это подарок от хускарла, — тихо ответил он.       — Лидии?       Мориа кивнул. На его лице появилась мягкая улыбка. Совсем другая. Не озорная или насмешливая, а тёплая.       — Она почему-то уверена, что чай поможет мне «успокоить голову», — он задумчиво покрутил кружку в пальцах. — Хотя я, кажется, становлюсь только болтливее.       — Это возможно?       — Вот видишь, — тихо фыркнул от смеха Мориа. — Ты уже начинаешь шутить надо мной автоматически.       Риза сделала ещё один глоток чая, скрывая за кружкой усмешку.       Они снова замолчали. Тишина комнаты теперь ощущалась мягкой и сонной. Снизу доносился только редкий треск догорающего очага. Иногда из комнаты у лестницы слышалось шуршание ткани и скрип дерева, когда хускарл меняла позу во сне. За окном по-прежнему стояла глубокая ночь. Риза постепенно начала чувствовать, как сонливость всё сильнее тянет её вниз — тепло комнаты и усталость наконец начали брать своё. Чтобы окончательно не провалиться в сон прямо в кресле, она снова заговорила:       — Почему ты не спишь так поздно? — она подняла взгляд на Мориа и только сейчас заметила, что его глаза слегка поплыли от вина. Либо она не замечала этого раньше, либо босмер успел выпил добрую половину бутылки, пытаясь немного успокоить собственные нервы.       Мориа некоторое время молчал, смотрел куда-то в кружку. А потом тихо ответил:       — Мысли… мешают, — Риза чуть прищурилась. Ответ прозвучал неожиданно серьёзно и как-то даже обречённо. Мориа медленно провёл пальцем по краю кружки. — Иногда в голове слишком шумно, — он коротко усмехнулся себе под нос, но улыбка вышла уставшей. — Особенно ночью.       Риза молча смотрела на него и неожиданно даже для себя самой спросила:       — И о чём этот шум?       Мориа поднял на неё взгляд и на этот раз он не отвёл глаза сразу. Взгляд босмера медленно скользнул по её лицу, остановился на шраме, потом снова вернулся к глазам. Он несколько секунд молчал, будто снова потерялся в собственных мыслях.       — У тебя красивые глаза… — тихо проговорил он почти в прострации.       Риза чуть склонила голову.       — Мориа?       Он резко моргнул, словно вынырнул из воды.       — Да, прости, — он быстро потёр лицо ладонью. — Опят задумался, — коротко усмехнулся себе под нос слегка виноватой усмешкой, — Ну вот, собственно… что-то подобное, — и почти сразу спохватился. — Нет, я не думаю ночами о тебе! — резко выпрямившись в кресле он прикусил губу и слегка поморщился, осознавая, насколько ужасно это звучит. — То есть… Сегодня — возможно, — он зажмурился на секунду. — Нет, я не это хотел сказать… — теперь уже было видно, как он начал путаться в своих мыслях. — Мы недавно познакомились и я не мог думать о тебе до этого, — он снова нервно выдохнул.       Риза молча наблюдала за его внутренней катастрофой ещё несколько секунд, а потом спокойно положила руку поверх его ладони в успокаивающем жесте. И это сработало мгновенно — Мориа замолчал. Сначала он просто уставился на её руку так, будто она только что материализовалась из воздуха. Потом медленно глубоко вдохнул. И только после этого снова поднял взгляд на Ризу и на этот раз в его глазах было гораздо меньше паники.       — На меня многое свалилось за столь короткое время, — он говорил медленно, без привычной лёгкости. — Я же просто молодой босмер, который недавно выпустился из Гильдии магов в Сиродиле, — он чуть дёрнул уголком губ. — Хороший маг, просто отличный парень и красавчик, — Риза тихо фыркнула в кружку. Мориа коротко улыбнулся в ответ, но улыбка почти сразу угасла. — А теперь… такое…       Он снова замолчал. Взгляд босмера медленно опустился на её руку, всё ещё лежащую поверх его ладони. Он неожиданно осторожно взял её обоими руками — не сжимая, просто касаясь пальцев, будто действительно изучал их. Риза замерла, не пытаясь одёрнуть руку и только наблюдая за движением чужих пальцев. Мориа задумчиво провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони, затем вернулся к пальцам, поглаживая костяшки.       — Я пока не готов рассказать об этом, — голос стал совсем тихим. — Не сейчас, — он коротко прикрыл глаза. — По крайней мере, пока я пьян.       Риза внимательно посмотрела на него и затем спокойно ответила:       — Ну, ты пока ещё не начал петь про коз, — она мягко освободила ладонь из его рук. — И на том спасибо.       Несколько секунд Мориа смотрел на опустевшие пальцы, а потом тихо рассмеялся.       — Удивительно, — он поднял взгляд на Ризу. — Обычно я начинаю петь про коз раньше.       Риза медленно опустила кружку на столик. Тёплый чай окончательно расслабил тело, теперь она уже не могла игнорировать усталость. После неровной дороги в трясущейся телеге, бессонной ночи и отступившего адреналина после убийства силы, наконец, закончились. Пытаясь подавить зевок она сделала только хуже. Мориа заметил это сразу и мгновенно понял, насколько она измотана.       Босмер резко подскочил с места. Сначала начал оглядывать комнату так, будто что-то искал. Потом замер посреди комнаты, явно внутренне борясь с самим собой. Риза почти физически ощущала, как он пытается подобрать слова так, чтобы снова не сказать что-нибудь двусмысленное.       Наконец Мориа осторожно проговорил:       — Ты устала, — он коротко сглотнул. — Ты можешь лечь на мою кровать…       Риза подняла на него уставший взгляд, потом перевела глаза на кровать. Конечно, она могла бы подумать, что босмер мог подмешать в чай сонное зелье, но она не ощущала в теле посторонних воздействий. Только чистая усталость и чувство тепла от чая и прогретого дома. Она коротко кивнула и медленно поднялась с кресла. Мориа тут же отшатнулся на полшага назад. Потом словно понял, насколько странно это выглядело, и неловко вернулся обратно. Спешно кинувшись к изголовью кровати с одной стороны, он начал суетиться там, торопливо расправляя покрывало.       — Прости, — быстро говорил он. — Я совсем тебя заболтал, — он поправил подушку. Потом зачем-то снова поправил её ещё раз. — Я даже не думал, что ты устала.       Риза подошла ближе и остановилась в паре шагов от него. Мориа замер, словно пытался понять, что делать дальше. Она посмотрела на него и снова едва усмехнулась.       — Если ты не против, я пройду.       Мориа моргнул, но с места почему-то не сдвинулся. Он снова начал нервно кусать нижнюю кубу, напряжённо сведя брови, будто внутри него происходила какая-то борьба. Затем он медленно подошёл ближе. Слишком близко. И почти сразу замер. Риза не сводила с него глаз, спокойных внешне. Но внутри тело уже привычно готовилось в обороне. Неважно, насколько безобидным, неловким и до боли смущённым он выглядел. Мориа всё ещё оставался мужчиной. Данмерка понимала, что она сама пришла ночью в его дом, в его комнату. И также она понимала, что если у него есть такие желания, он может посчитать себя в праве воспользоваться ситуацией. И тогда эта уютная, тёплая и почти невинная атмосфера разрушиться, чего она не хотела где-то в подсознании.       Мориа стоял перед ней несколько долгих секунд, не переставая насиловать свою нижнюю губу зубами. А потом вдруг очень осторожно поднял руку, после чего Риза внутренне мгновенно напряглась. Но вместо попытки коснуться, босмер протянул руку куда-то мимо, под пристальным взглядом огненных глаз, и отвёл длинный край её одеяния, зацепившийся за угол кровати.       — Вот, — он тихо прочистил горло и тут же сделал шаг назад, словно осознав насколько близко он стоит и испугавшись этого. — Теперь проход свободен.       Риза смотрела на него, немного сведя брови, медленно осознавая одну странную вещь — Мориа нервничал сейчас гораздо сильнее неё. Она проследила, как босмер отошёл ещё немного в сторону, окончательно освобождая ей путь и создавая ещё большую дистанцию.       Данмерка спокойно прошла к кровати и присела на край. Кровать тихо скрипнула и матрас мягко прогнулся под её весом. Потянувшись к своим сапогам, с целью их снять, она заметила, что Мориа так и остался стоять на том же месте. Он явно не понимал, что делать дальше. Не решался ни выйти, ни лечь на собственную кровать, ни даже просто сесть. Он открывать и закрывал рот, будто пытался подобрать слова. Потом начал нервно покусывать ноготь на большом пальце, слегка ссутулившись и подперев второй рукой локоть.       Риза молча наблюдала за ним. Сапоги она уже сняла и поставила аккуратно у прикроватной тумбочки. Она снова почти физически ощущала мыслительный процесс в светлой голове босмера. Это заставило уголок губ дёрнуться, вспоминая слова Назира о той же проблеме самой данмерки.       — Риза, — голос прозвучал внезапно, очень осторожно. Почти обречённо. — Прости. Я знаю, что то, что я сейчас скажу, будет звучать вообще не двусмысленно, но… — он запнулся. Потом он медленно подошёл ближе и неожиданно опустился на корточки возле её ног. Это заставило Ризу снова напрячься. Мориа поднял на неё глаза. Зелёные. Почти такие же, как у того наглого вора из Рифтена. Но до болезненного честные. — Можно… — он сглотнул. — Я поцелую тебя? — и тут же снова прикусил многострадальную губу, напряжённо сведя брови, будто заранее ожидал, что только что всё испортил. Он сразу вскочил на ноги, отходя от Ризы. — Прости, — Мориа схватился за голову и заметался по комнате. — Правда, прости… — голос становился всё тише и злее на самого себя. — Я сейчас выгляжу как какой-то мужлан, — нервно провёл рукой по лицу. — Тупое животное.       Теперь он уже почти сердито ругал себя, явно не замечая, насколько абсурдно это выглядит со стороны. А потом он резко остановился, потому что не заметил в свою сторону ни гневных тирад, ни ударов по лицу кулаком данмерки, ни даже брошенной в его сторону подушки или сапога, который так удобно стоял под рукой. Риза сидела на прежнем месте и на её лице читалось удивление в смеси с замешательством, которые выражались взлетевшими на лоб бровями, взглядом из-под лёгкого наклона головы и сжатыми губами.       Мориа неловко переминался с ноги на ногу, явно не зная, куда деть себя после столь наглой просьбы. А потом вдруг тихо усмехнулся, запустив руку в растрепавшиеся волосы на макушке.       — То, что я сейчас скажу, прозвучит ещё глупее, но… — он посмотрел на Ризу уже спокойнее, без прежней паники. — Это совершенно не то, чем кажется. Просто… Я слышал, что поцелуй с красивым мером успокаивает душевные терзания, — Риза не сдержала короткого смешка. Она медленно моргнула, почесав кончик носа и быстро вернула лицу спокойное выражение лица. Но лёгкая, слегка ироничная улыбка так и играла на её губах. Но Мориа не улыбался в ответ. Брови у него всё ещё оставались напряжёнными. Немного пожевав губы он продолжил. — Я чувствую запах крови от тебя. Слабый, не слишком явный, — слова прозвучали более, чем спокойно, очень тихо. Но в них не слышалось ни обвинения, ни страха. Просто как констатация факта. И он резко добавил. — Я не осуждаю, — он чуть качнул головой. — И не собираюсь выпытывать подробности, — снова подойдя ближе, Мориа опустился на корточки возле кровати, рядом с Ризой. — Но ты пришла сюда… Значит у тебя были причины, — он отвёл взгляд. — А у меня… душевный раздрай от нынешней ситуации в моей жизни. Мы… — он снова запнулся.       — Можем помочь друг другу. Я права? — усмехнувшись, продолжила за него Риза.       Мориа закрыл глаза и тихо простонал себе под нос:       — Да, — он коротко кивнул. — Прости. Это правда звучит тупо.       Босмер уже собирался снова подняться и начать в очередной раз извиняться за собственное существование, но вдруг почувствовал руку Ризы на своём плече. Он замер. Риза смотрела на него спокойно, устало. Но внимательно.       — Ты правда веришь в это? — она убрала руку с его плеча. В голосе не было насмешки. Только лишь искренний интерес.       — Ну… — Мориа слегка замялся, потупив взгляд и уставившись на свои руки. Он скрестил пальцы между собой и нервно крутил фалангами больших пальцев. — Да.       — Ты действительно самый странный мер, которого я когда-то встречала, Мориа, — усмехнувшись констатировала Риза, вызвав короткий смешок со стороны босмера.       Неожиданно для себя, она поняла, что этой сквозящей от босмера искренности ей почему-то хотелось верить. Даже не смотря на всю абсурдность ситуации. Он почти поймал её за руку после убийства, хоть сам и не догадывался пока. Любой другой на его месте мог бы испугаться, начать задавать вопросы, или попытаться использовать это против неё. Но Мориа не выглядел так, будто собирается что-то предпринимать. Скорее наоборот.       Казалось, он совершенно искренне верил в эту нелепую мысль о том, что поцелуй «с красивым мером» способен хоть немного заглушить внутреннюю боль и терзания. Это было наивно, почти по-детски. Но при этом он не производил впечатления глупого ребёнка. Скорее человека, который отчаянно ищет хоть что-то, способное ненадолго успокоить собственные мысли.       Риза задумалась ненадолго. Она не испытывает жгучей потребности «исцелиться», как Мориа. Убийство не вызывало у неё ни жалости, ни страха, только лёгкое волнение от факта почти раскрытия. Но она и не теряет ничего и от одного поцелуя не случиться ничего страшного. К тому же, босмер был действительно красив. А если уж никаких магических свойств в этом нет… то хотя бы приятные ощущения получить можно. А если он решит зайти дальше допустимых границ, то можно будет оглушить открывшимся навыком пускать через тело противника электрические разряды. Не убивая, конечно.       Эти размышления казались нелепыми и почти смешными, но Риза всё же коротко кивнула. И в тот же миг в глазах Мориа появилось настолько неподдельное удивление, что она едва снова не рассмеялась. Он буквально застыл, чуть приоткрыв рот в изумлении. Будто до последнего ждал отказ и совершенно не понимал, что делать с неожиданным согласием. Он ещё несколько секунд просто смотрел на неё, не до конца веря, что его не отвергли и до сих не пустили ничего в лицо. А потом он резко поддался вперёд, опуская колени на пол возле кровати, подвинулся чуть ближе к девушке и замер в нескольких сантиметрах он неё.       Мориа оказался так близко, что Риза ощутила запах пряного вина. Эта близость не вызывала отклика в теле и даже малейшего трепета в груди. Она вообще ощущала себя странно от странности самой ситуации и что вообще в принципе согласилась.       Босмер не двигался, напряжённо заглядывая в огненные глаза напротив. Будто давал последний шанс передумать. Риза смотрела на него спокойно, не отстраняясь. Тогда он очень осторожно поднял руку и коснулся её щеки кончиками пальцев. Настолько бережно, словно боялся, что она исчезнет от слишком резкого движения. И только после этого наклонился ближе, прикрывая глаза.       Их губы встретились. Поцелуй вышел мягким, одними губами, нерешительным первые секунды. Но при этом удивительно искренним. Сначала он просто приложил губы в лёгком касании и когда Риза так же легко ответила, он слегка углубил поцелуй, однако не переходя черту, без напора и без попытки взять больше. Будто Мориа действительно пытался найти в этом не желание, а какое-то утешение. Риза ощущала тепло его губ, лёгкий вкус вина, небольшие ранки на истерзанной нижней губе и едва заметную дрожь в пальцах, которыми он всё ещё касался её лица.       Через несколько мгновений Мориа медленно отстранился, открывая глаза и опуская руку. Взгляд его оставался удивительно тихим, будто внутри него и вправду что-то ненадолго успокоилось. Когда между ними наконец снова появилось расстояние, он просто смотрел несколько мгновений, затем мягко улыбнулся, почти растерянно, опуская глаза на свои руки. Риза как бы невзначай бросила взгляд вниз и удовлетворённо отметила, что босмер не был возбуждён, дышал он ровно и только был заметен лёгкий румянец на веснушчатых щеках.       — Кажется… — тихо проговорил он. — Это действительно работает.       — Исцеляющая сила меров? — хмыкнув, спросила Риза.       — Да, — он кивнул с такой серьёзностью, что она снова едва не рассмеялась.       Риза бросила взгляд в окно, где всё ещё царствовала глубокая ночь. В небольшом окне комнаты на втором этаже дома тана был виден только небольшой участок стены и край соседнего дома, который был подсвечен холодным светом лун. В этот момент она словно вспомнила о своей усталости и не смогла подавить зевок, который не ускользнул от внимания босмера.       — Прости, — тихо сказал он, приподнимаясь, чтобы сменить позу. Он сел на пол, облокотившись спиной о кровать чуть дальше от Ризы, давая ей больше пространства. Согнув ноги в коленях и сложив на них локти, он сцепив пальцы между собой и вздохнул и уставился на свои руки, потом перевёл взгляд на уставшую данмерку. — Я снова тебя задерживаю. Ложись спать, — он коротко улыбнулся, возвращая взгляд к своим пальцам.       Риза медленно залезла с ногами на кровать, просовывая их под расправленное одеяло из тёплых шкур, которое Мориа заранее расправил, когда суетился у кровати. Она опустила голову на подушку, ощутив тепло и мягкость, ещё больше расслабившие её. Данмерка прикрыла глаза на несколько секунд. Не услышав со стороны Мориа никаких звуков, она повернулась на бок, рассматривая светлую макушку босмера.       Поняв, что его рассматривают, Мориа неловко повёл плечами и разрушил тишину своим голосом:       — Знаешь, — он провёл глазами по тёмной комнате, слабо освещённую догорающими свечами. — Это, наверное, самая странная ночь в моей жизни.       Риза снова прикрыла глаза, борясь с сонливостью, которая стала только сильнее от соприкосновения головы с мягкой подушкой.       — А у меня были ночи и страннее.       — Почему-то я даже не сомневаюсь, — хмыкнул ответил Мориа.       — Ты так и собираешься спать на полу? — приоткрыв один глаз, спросила Риза.       — Я… — немного замявшись, начал босмер. — Вообще-то я собирался сторожить твой сон.       — От кого? — усмехнувшись, Риза приподняла одну бровь в привычном жесте.       — От… — он задумался. — От душевных терзаний.       Риза снова прикрыла глаза, тихо рассмеявшись. Несколько мгновений ничего не происходило, потом она услышала, как Мориа начал возиться на своём месте. Кажется, он действительно собирался устроиться на полу. Эта мысль показалась ей настолько глупой, что даже сквозь сонливость она не смогла её проигнорировать. Не открывая глаз она пробормотала:       — Мориа…       — Мм? — настороженно промычал босмер, затихнув.       — Это твоя кровать.        Несколько секунд было тихо, а потом до неё донеслось растерянное бормотание Мориа:       — Эм… Ты уверена? — он нервно посмеялся. — Это как-то… Неприлично…? — то ли спрашивая, то ли уточняя закончил он.       Это позабавило её, заставив открыть глаза и иронично посмотреть на босмера. Мориа застыл в позе, будто он только собирался лечь на пол, и смотрел куда-то мимо Ризы.       — Было бы неприлично, если бы после всего этого ты полез ко мне в штаны, — бесстрастно проговорила Риза. — Но тогда ты бы уже лежал под лестницей, — не став уточнять в каком виде он был лежал под лестницей, она многозначительно дёрнула бровью.       Мориа завис, уставившись на данмерку, которая уже вернулась в исходное положение, опустив голову глубже в подушку и закрыв глаза. На какое-то время повисла тишина, а затем он тихо рассмеялся. Он ещё немного помедлил, явно сомневаясь. Затем начал медленно подниматься, шурша тканью и опираясь на кровать рукой. Риза слышала, как он прошлёпал босыми ногами по деревянному полу, обходя кровать. Босмер осторожно залез на кровать с противоположной стороны, устраиваясь поверх одеяла. Он лёг на спину, сложив руки на животе, ближе к краю, оставляя между ними приличное расстояние. Снова повисла тишина, которую снова нарушил Мориа уже сонным голосом:       — Знаешь…       — Да? — не открывая глаз, Риза приподняла брови, чего не мог видеть Мориа.       — Спать рядом с красивым мером тоже своего рода терапия…       — Спи уже, босмер, — фыркнув в подушку, сонно проговорила Риза.       — Да, госпожа данмерка, — не менее сонно ответил Мориа, поворачиваясь на бок.       Вскоре комната окончательно погрузилась в тишину, разбиваясь лишь мерным дыханием двух спящих меров. Очаг на первом этаже давно погас, перестав потрескивать поленьями. Ветер за окном лениво шуршал между крышами домов и с улицы раздавался едва слышный звук шагов патрулирующих стражников.       И перед тем, как окончательно погрузиться в сон, Риза уловила себя на том, что её впервые не одолевает тревога, не смотря даже на то, что в соседнем доме от дома тана лежит, истекая кровью, её первый контракт.

***

      Риза проснулась не сразу. Сначала пришло ощущение тепла и некоего уюта, мягкости кровати и непривычного спокойствия. Потом — звуки. С улицы доносился шум проснувшегося Вайтрана: голоса жителей, далёкие окрики стражников у ворот, пение местных птиц и стук молота по наковальне со стороны близко расположившейся кузницы. Свет утреннего солнца уже свободно лился через окно, золотя деревянные стены комнаты.       Риза лежала с закрытыми глазами, вспоминая события минувшей ночи. Она поняла, что лежит в кровати одна. Нахмурив брови, вспоминая поцелуй с босмером и ощущая некое чувство неловкости, она открыла глаза. Лежала она лицом к тому месту, где уснул хозяин дома, но рядом его действительно не оказалось. Только слегка примятая подушка и заправленное в попытке создать некое подобие порядка одеяло.       Затем до неё донеслось деликатное покашливание со стороны двери. Риза почти инстинктивно насторожилась. Повернув голову на звук, она увидела в дверном проёме высокую темноволосую нордку в стальной броне, гармонично обтекающей тело и создавая внушительный вид. Женщина выглядела грозно даже без оружия в руках: широкие плечи, которые выглядели массивнее из-за покрывающих их наплечников; свободно лежащие чёрные волосы, чуть смягчающие черты спокойного, но серьёзного лица; на лице почти не было шрамов, только пара тоненьких розовых линий на щеке и пересекающий бровь более крупный.       Мгновенно Риза вспомнила, что в доме они находились не одни и сейчас на неё смотрела хускарл тана Мориа — Лидия. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. А потом Лидия совершенно невозмутимо произнесла:       — Доброе утро, — в её голосе не было ни осуждения, ни удивления. Только совершенное понимание и принятие человека, который давно смирился с выходками своего тана. Риза подумала, медленно садясь на кровати, что если бы на её месте хускарл обнаружила грязевого краба, то приняла бы это с тем же лицом. И только поднявшись, она увидела в руках женщины поднос. — Мой тан просил передать вам завтрак, — на этих словах в уголках губ нордки мелькнула лёгкая усмешка. — И просил передать извинения, если он сделал что-то недопустимое ночью.       Эти слова заставили Ризу слегка смутиться, окончательно понимая всю абсурдность и неловкость своего положения. Она тихо поблагодарила Лидию, опуская босые ноги на пол. Нордка лишь коротко кивнула в ответ.       Лидия спокойно прошла внутрь комнаты и поставила поднос на тот самый столик, за которым они с Мориа разговаривали ночью. От горячей еды поднимался пар, пахло свежим хлебом, жареным мясом и травами. Рядом с тарелкой стояла кружка, из которой тоже поднимался пар. Закончив, Лидия вернулась к дверному проёму и осталась стоять там, не уходя. Риза проводила её взглядом и когда та остановилась, она заметила, что хускарл как будто чего-то ждёт. Или о чём-то размышляет…       — А где сам тан? — поинтересовалась данмерка, чтобы чем-то занять неловкую тишину. Лидия слегка выпрямилась.       — Он просил также передать, что у него появились важные дела в Драконьем Пределе, — она повела плечом. — Не стал уточнять.       Повисла снова тишина. Риза тоже не сдвинулась с места, изучая взглядом комнату, освящённую утренним солнцем. Она оказалась точно такой, какой она её запомнила перед тем, как погрузиться в сон. И на удивление чистая, даже паутины по углам не наблюдалось.       Потом Лидия неожиданно добавила:       — Если честно… — она сделала паузу, не сводя глаз с данмерки. — Думаю, это связано с убийством в «Пьяном охотнике».       Риза почувствовала, как внутри всё мгновенно напряглось, но внешне она этого никак не показала. Конечно, она понимала, что тело обнаружат быстро. Но почему-то сама новость ударила неприятным холодом. Она медленно перевела взгляд на Лидию и спокойно, изображая лёгкое удивление, проговорила:       — Вот как… — она чуть нахмурилась. — Убийцу ещё не нашли?       Лидия ответила не сразу. Несколько мгновений она внимательно изучала лицо данмерки. Спокойно и слишком внимательно. Ризу не отпускало внутреннее напряжение, которое подкреплялось осознанием, что эта женщина не так проста, как кажется. Она выглядела как человек, который замечает гораздо больше, чем говорит. Но при этом в её взгляде не было враждебности. Скорее, понимание того, кто не привык лезть в чужие дела и только принимает как факт то, что у всех есть свои скелеты. Или, по крайней мере, пока нет прямых доказательств.       Наконец нордка спокойно ответила:       — Пока нет, — она чуть склонила голову. — Насколько я слышала, убийца не оставил следов, — после этих слов она неожиданно бросила взгляд на плащ Ризы, лежащий на кресле и на рукавах которой оставались маленькие подсохшие капельки крови. Потом она снова вернула глаза к данмерке и ничего больше не сказала по этому поводу. Вместо этого она тем же невозмутимым тоном, будто они не говорили только что об убийстве в соседнем здании. — Тан ещё просил передать, что не опоздает на встречу, — она чуть усмехнулась. — По крайней мере, надеется на это.       — Хорошо, — Риза едва заметно качнула головой.       Этого ответа хускарлу оказалось достаточно и коротко кивнув она покинула дверной проём комнаты Мориа. Дождавшись, пока тяжёлые шаги нордки окончательно стихнут где-то на первом этаже, Риза натянула на ноги сапоги, что оставались стоять у изголовья кровати, и поднялась с кровати. Она быстро подошла к окну, ступая почти бесшумно, и осторожно выглянула наружу. Из окна открывался вид прямиком на ворота города, где выглядело всё спокойно. Не было никакой суеты, никаких криков, или обысков, и количество стражников не увеличилось. Город жил обычным утром: бодрая бретонка без устали отстукивала своим молотом по наковальне; какой-то фермер перекинулся парой слов со стражниками, после чего покинул город через ворота; два высоких светловолосых норда приблизились к кузнице, оторвав бретонку от работы, обращаясь к ней.       Риза медленно выдохнула. Задерживаться здесь дольше действительно не стоило. Она быстро прошла к столику, где на кресле рядом всё ещё лежала её мантия. Она привычным движением накинула его на плечи и быстро затянула завязки. Уже собираясь уходить, она бросила взгляд на завтрак, отмечая для себя, что, возможно, Мориа готовил это сам. Мясо было аккуратно поджарено, хлеб выглядел недавно испечённым, чай в кружке свежий и ещё не остывший до конца. Эта мысль неожиданно кольнула чем-то тёплым и неприятно мягким одновременно. Она молча взяла пару кусочков мяса, отправляя их в рот. Прожевав сочное, но слегка пресное, мясо, она пригубила чай. Тот самый, ягодно-пряный вкус снова разлился теплом по телу. Постояв с мгновение она направилась к выходу из комнаты, мысленно благодаря босмера за эту странную, неожиданную заботу.       На первом этаже она обнаружила Лидию. Хускарл сидела за столом всё с тем же невозмутимым видом. Перед ней стояла почти пустая тарелка, на которой лежали косточки и кусочки светлого мяса, остатки от печёного картофеля и лука порей. На столе рядом до сих пор лежали раскрытые книги и какие-то бумаги, оставшиеся не тронутыми со вчерашнего вечера, или находящиеся там с только Богам известно каких пор. Этот беспорядок совершенно никак не беспокоил женщину.       Услышав шаги, Лидия повернула голову в сторону данмерки, обращая к ней ничего не выражающий взгляд. Риза остановилась на последней ступени лестницы, наблюдая за тем, как молчавшая нордка несколько секунд изучала её, затем неторопливо отложила приборы и начала медленно подниматься из-за стола, переступая через скамью. Данмерка внутренне напряглась почти автоматически. Хускарл была выше, крупнее и двигалась с той самой тяжёлой уверенностью человека, умеющего убивать быстро и без лишних эмоций. В частности, по приказу, но если она вдруг решит, что гостья тана кажется слишком уж подозрительной и едва заметные капельки крови на рукавах её тёмного плаща это кровь того самого босмера из «Пьяного охотника», то у Ризы не будет практически никаких шансов против этой внушительной женщины в ограниченном пространстве дома Мориа.       Риза никак внешне не показала своего внутреннего напряжения и опасений по поводу своего раскрытия, и помедлив лишь мгновение, она спокойно направилась к двери. Где-то глубоко внутри жило опасение, что прямо сейчас хускарл остановит её. Задаст вопрос или просто скажет: «Я знаю». Но Лидия лишь молча пошла следом. Она остановилась в паре шагов позади в тот момент, когда Риза взялась за ручку двери.       Повисла короткая тишина, после чего нордка спокойно спросила:       — Что-то желаете передать тану?       — Нет, спасибо, — Риза задумалась, слегка нахмурившись. — Хотя… — она усмехнулась уголком губ. — Скажи, что я вышла через дверь.       Лидия медленно подняла одну бровь в слабом удивлении. Впервые за всё утро на её лице появилось что-то похожее на живую эмоцию. Риза лишь коротко улыбнулась в ответ, затем открыла дверь и вышла наружу.       Вайтран встретил данмерку привычной для города суетой: по улицам сновали горожане, кто-то тащил мешки к рынку, у кузницы разворачивался спор между светловолосыми нордами и бретонкой-кузнецом. Внутренне напряжение не отступало окончательно. Риза бросила взгляд в сторону «Пьяного охотника», заметив тихую, но напряжённую по ощущениям картину.       Там стоял стражник. Рядом с ним — невысокий лысеющей бретонец в дорогой одежде и ещё один мужчина в броне, похожей на доспехи городской стражи, более качественной и на вид легче. Риза сразу поняла, что это капитан стражи. Мужчины о чём-то тихо переговаривались. Бретонец выглядел заметно нервным — постоянно поправлял рукава и быстро оглядывался по сторонам. Через несколько минут они скрылись внутри таверны, оставив снаружи стражника. Тот лениво облокотился на стену возле двери и окинул глазами улицу.       Риза заметила, как он ненадолго задержал взгляд на ней. Она спокойно отвела глаза первой и неспешно двинулась в сторону ворот. Только тогда она начала отмечать любопытные взгляды мимо проходящих людей. Кто-то украдкой поглядывал на вышедшую из дома тана девушку, кто-то в открытую глазел, а кто-то из проходящих мимо мужчин тихо присвистнул, проговорив что-то про «везучего мальчишку тана», после чего кто-то хохотнул в ответ. Данмерка никак не отреагировала, понимая, что её план по отводу глаз от её личности в другое русло работал. Но внутри всё равно грыз совестливый червячок от того, что ей пришлось использовать Мориа в своих целях.       У кузницы один из нордов, более молодой, уже заметно начинал выходить из себя. Подходя ближе Риза уловила отрывок его высказывания:       — …не станет Серая Грива ковать мечи для Легиона.       Все трое бросили на проходящую мимо Ризу короткие взгляды: раздражённый взгляд говорившего, хмурый и тяжёлый от старше на вид норда, со схожими чертами лица с молодым, и усталый от бретонки-кузнеца, отвечающей нервному мужчине:       — Будь по-твоему. Я возьму заказ, но не жди от меня чуда.       Сцена у кузницы осталась позади и Риза уже приближалась к воротам. Внутренне она приготовилась к возможным вопросам, проверке или осмотру. Но ничего не произошло. Стражники не пытались её остановить. Один из них лениво скользнул по ней взглядом, второй продолжал слушать рассказ какого-то торговца. Данмерка беспрепятственно покинула Вайтран, ощущая за спиной шум города. Напряжение от ожидания подозрений в её сторону начало медленно уходить и окончательно сошло, когда она отдалилась от конюшни за городом.