Судьба Среди Врагов

Мелоди вырвалась из дома, словно ураган, и, не оглядываясь, поспешила в сторону национального парка Эссенсфилда. Этот парк, с его зелеными просторами и таинственными лесами, располагался всего в нескольких километрах от "ЭГШ", их маленького, но уютного города. Ветер нежно теребил её коротко стриженные рыжие волосы, создавая ощущение свободы. С каждым шагом, с каждым вдохом свежего воздуха Мелоди чувствовала, как её мысли проясняются. Она вновь прокручивала в голове все события утра. Слова родителей о "фэралисах", странных существах, о которых они говорили так, будто это были не просто мифы, а нечто реальное и опасное. Но правда ли все, что они ей сказали? Мелоди не могла избавиться от ощущения, что что-то не так, что за словами скрывается нечто большее. Когда она, наконец, добежала до парка, её взгляд сразу же упал на знакомые лица. Однако, прежде чем она успела подойти ближе, раздался резкий крик, от которого её сердце невольно сжалось. Это был голос Финна. И хотя Мелоди не могла точно расслышать слова, она сразу поняла — Финн был в гневе. Его голос дрожал от ярости. Мелоди пошла дальше, к месту, где обычно играли её друзья, и вскоре увидела их. Это были Никс и Эстелла. Они весело играли в футбол, но атмосфера была не такой уж беззаботной. Финн, явно раздраженный, стоял в стороне и продолжал кричать на сестру: — Да куда ж ты мяч пинаешь? Ты играешь хуже нашей «принцессочки»! Эстелла, обычно спокойная и уравновешенная, теперь заметно злилась. Её голос, хоть и сохранял сдержанность, был полон недовольства: — Перестань меня так называть! Я же не называю тебя «пингвином»! На этих словах Финн резко повернулся к ней и посмотрел на неё так, будто её не существовало, а был лишь объект для его раздражения. Он стоял, в буквальном смысле, сверху вниз, насмешливо наблюдая за её реакцией. Никс, стоявшая рядом, сохраняла полное спокойствие. Её лицо было абсолютно невозмутимым, словно всё происходящее её не касалось. Казалось, что она даже не замечала всей этой сцены. На самом деле, Никс всегда оставалась в стороне, как бы создавая иллюзии, что её никто не может потревожить. Но, несмотря на её внешнее спокойствие, Мелоди знала, что Никс всегда была готова вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. — Успокойтесь… Ну же, ребят, мы же друзья… — пробовал вмешаться Эван, растерянно глядя на спорящих. — А футбол — это всего-навсего игра… Ну, ребят… Но никто не обратил на него внимания. Голоса становились всё громче, и атмосфера накалялась с каждой секундой. Только Лили, как всегда чуткая, подошла к нему, положила ладонь на плечо, мягко и ободряюще, как бы говоря: «Не переживай. Всё образуется. Они скоро остынут». В этот момент к ребятам подошла Мелоди. Её шаги были легкими, но уверенными, и только теперь друзья, поглощённые своими эмоциями, заметили её присутствие. Вокруг на миг воцарилась тишина — такая, что слышно было, как ветер шелестит листвой. Появление Мелоди вызвало у всех смешанные чувства: тревогу, радость, даже легкую неловкость. — Ох… Мелли! — вскрикнула Эвина и тут же кинулась к подруге, крепко обняв её, словно боялась отпустить. — Когда ты потеряла сознание… мы так испугались! А эти трое начали насмехаться, мол, ты слабачка и… — Эвина! — оборвали её хором ребята. — Ой… — девочка смутилась, щёки её покрылись румянцем, и она неловко прикрыла рот рукой. — Что-то не так? — удивилась Мелоди, глядя на друзей по очереди. — Ну… не то чтобы совсем не так, — начал Эван, понизив голос. — Просто… Эрион, Рейвен и Сиора… — Давай по существу, — резко перебил его Финн оборачиваясь к Мелоди. — Твои супермагические махинации пошли коту под хвост! Эван стиснул зубы, но промолчал. В его взгляде мелькнула боль — не от слов Финна, а от того, что их общая цель, их надежда, могла рухнуть. Мелоди почувствовала, как что-то холодное сжало её изнутри. Что же на самом деле произошло в её отсутствие? И при чём тут магия? Тем более магия Мелоди…или не только ее магия. — Ну… — начала Эстелла, — когда ты потеряла сознание, эта троица поняла, что им больше ничего не угрожает. И, конечно, не упустили шанс поиздеваться над нами. — Финн… — девочка бросила неодобрительный взгляд в его сторону, — хотел… ну… — Мозги им напудрить, — вмешался мальчишка, — чтобы неповадно было. — Да… — сдержанно подтвердила Эстелла. — Но Эван его вовремя остановил. — Правильно и сделал, — тихо сказал он. — Если бы Финн снова влез в драку, его бы точно исключили. — Расслабься, — сказал Финн, — всё пучком. — Нет, не пучком, — холодно отрезала Никс. — Ты же сам понимаешь, что отец… — Так, — перебил он сестру, — не вдавайся в подробности. Мелоди, глядя на друзей, немного помедлила. Сомнение отразилось на её лице, но, собравшись с духом, она всё-таки заговорила: — А… вы что-нибудь слышали о… — тут она запнулась, — о Фэралисах? Все, как по команде, резко обернулись в сторону рыжеволосой девочки. Финн и Никс переглянулись, Эван и Эвина сжались, будто от холода, прижав плечи к ушам, а Эстелла, напротив, выпрямилась, и её взгляд стал холодным, как застывший горный поток. Только Лили в недоумении озиралась на друзей, пытаясь понять, что вызвало такую реакцию. Эстелла вышла вперёд. Она подняла голову, и в её глазах не было страха или замешательства, как у остальных. Вместо этого в них затаилась боль — глубокая, старая, едва сдерживаемая. — Фэралисы… — сказала она, и голос её звучал как выстрел, — это гнусные и отвратительные существа. Вот кто они. Мелоди ещё никогда не видела свою подругу такой серьёзной. — Почему ты так о них думаешь? — удивлённо спросила Мелоди. — Я думала, они… — Да потому что это правда! — выкрикнула Эстелла, и в голосе её звенела боль. — Ты не знаешь их. Они мерзкие и отвратительные... они... — Эстелла! — раздался знакомый голос. Из-за кустов вышла девушка лет девятнадцати-двадцати с короткими, густыми русыми кудрявыми волосами и чёлкой, чуть закрывающей брови. Это была Далия Филиансс. Ребята, увидев подругу, просияли и бросились к ней навстречу. Далия была не просто их подруга. Она являлась индивидуальной ученицей самой королевы Селестины и поступила в Обсидиановую Башню раньше большинства своих сверстников. Сейчас она усердно готовилась к финальному экзамену, по результатам которого могла бы стать завучем младшей группы в Обсидиановой Башне — самым молодым завучем и преподавателем за всю историю школы. Но сейчас, в отсутствие своих родителей и в период отсутствия королевы Тейлоры, Далия временно присматривала за Эстеллой и Элизией, словно была их старшей сестрой и наставницей одновременно. — Так, отвечайте, почему я опять слышала ваши ссоры? — строго, но без укора сказала Далия. — Эстелла, нам пора домой. Через полчаса у тебя занятия музыкой. Хей… — она вдруг заметила, в каком настроении были ребята. — А что это вы такие смурные? Это из-за того, что произошло сегодня в школе? Я уже наслышана о ваших… гм… подвигах. — Дали… — скромно позвала её Лили, неуверенно поднимая взгляд. — А кто такие Фэралисы? С лица Далии в одно мгновение сошли все краски. Она побледнела, будто внезапно вспомнила нечто ужасающее. На мгновение застыла, и в её взгляде вспыхнули страх и тревога. Медленно оглядев всех присутствующих, она остановила взгляд на Мелоди. Уставившись на девочку, Далия еле слышно прошептала, едва шевеля губами: — Откуда?.. Откуда ты про них слышала?.. Мелоди невольно поежилась, когда почувствовала на себе пронзительный взгляд старшей подруги — Далии. Девочка исподлобья посмотрела на неё, стараясь скрыть своё волнение, но слова всё равно вырвались: — Я… ну… папа сказал… — Что именно он сказал? — голос Далии стал настойчивым, почти требовательным. — Мелоди, ты знаешь, я не отстану, пока не узнаю правду. В глазах Мелоди застыла лёгкая паника. Она боялась разочаровать подругу, боялась, что правда будет слишком тяжёлой. Её голос дрожал, когда она тихо прошептала: — Я в книжке прочитала… — и сразу почувствовала, как слова выглядят неправдой, но соврать было проще, чем рассказать всё, как есть. — Потом спросила у папы про них… Далия внимательно посмотрела на девочку, словно пытаясь прочесть каждое её движение, каждую эмоцию. Потом медленно кивнула, словно поверив. — И что он ответил? — её голос стал мягче, но в нём всё равно звучал скрытый упрёк. Мелоди опустила взгляд, играя кончиками пальцев на рукаве кофты. Её голос едва слышно дрогнул: — Он сказал, что не хочет об этом говорить… — пауза — — Поэтому я и решила спросить у ребят… Далия снова подняла глаза и перевела взгляд на остальных детей, словно приглашая их к обсуждению. — Так… вы хотите узнать про фэралисов? В этот момент Эстелла резко прервала: — Я — нет! — её голос прозвучал холодно и решительно. — Все знают, кто они такие. А кто не знает — пусть спрашивает родителей. Я не хочу слышать о них ни слова. С этими словами девочка топнула ногой, с яростью сжала ремень блестящего фиолетового ранца и, не оглядываясь, побежала прочь. Её резкий уход словно разрезал воздух, заставив всех замереть. Далия поспешила за ней, едва успев попрощаться с остальными ребятами. Их молчание после этого стало почти ощутимым, словно между ними повисла тяжесть незримого напряжения. Ребята сидели, погруженные в свои мысли, каждый боролся с чувствами и сомнениями. Тишину наконец нарушил голос Эвана: — Ну… нам с Эвиной, наверное, пора. Мама дома ждёт… Эвина кивнула, поднялась, и вместе они помахали всем на прощание. Через десять минут ушли Никс с Финном, и скоро Лили с Мелоди остались вдвоём. Они стояли, словно не решаясь сдвинуться с места, пока Лили, как обычно, не пробила молчание своим бодрым голосом: — Проводить тебя? Мелоди подняла удивленные глаза. — Меня? — её голос звучал немного растерянно. — А тебя родители дома не ждут? Лили улыбнулась, но в её глазах мелькнула грусть. — Ну… с тех пор, как родились тройняшки, у них почти нет времени на меня… Ты разве не заметила, что я стала дольше гулять с вами? Мелоди посмотрела на подругу с искренним сожалением. Ей было больно думать о том, как Лили, такая яркая и веселая, могла чувствовать себя одинокой и забытой. В её сердце застучала жалость и тихая тревога. — Наверное… — тихо сказала она, словно пытаясь подобрать слова, чтобы выразить свою поддержку. В тишине, наполненной не произнесенными словами и непонятными чувствами, Лили наконец нарушила паузу: — Ну что, пошли? Мелоди улыбнулась, чувствуя, что в этот момент им обеим нужна была именно эта простая радость — вместе идти домой, не думая о сложных вопросах. — Пошли! — бодро ответила она, и их шаги слились с вечерним шумом города, растворяясь в лёгком ветре и мягком свете уличных фонарей.