Hot Strawberry

      В колледже было настолько много спортивных профессиональных отраслей, подлежащий изучению, что удивить могло только наличие факультетов, не направленных на спортивное образование. 70% от преподаваемого было различными спортивными направленностями: профилактические медицинские практики, гимнастика, атлетика, игровые виды спорта, единоборства, профессиональная подготовка тренеров и даже педагогика — детская и взрослая. И только 30% из них были не по теме спорта или только частично сопутствовали им, как, например, художественные и театральные направленности, где училась Мокка. И где-то в конце были логистика, бухгалтерия, журналистика, основы медицины (для тату мастеров, косметологов и прочих) и ещё куча мелких специальностей, основы которых преподавались всего за год. ‎      Это было очень удобно для студентов, которые не хотели долго учиться или нуждались в срочной корочке. Дальше с ней можно было повышать квалификацию различными путями, что Гуфи, отцу Макса, играло на руку, учитывая последние обстоятельства — увольнение с дальнейшим отсутствием подходящих вакансий. Без оконченного образования его не могли устроить на нормальную работу, а нищенствовать — не очень-то и хотелось. Учитывая, что его сын только выпорхнул из гнезда. ‎      Гуфи решил, что нужно добить старое неоконченное бухгалтерское образование — пусть с математикой он в самом деле был не в ладах, пришлось из всех ладов варганить оладьи. В учёбе ему очень помогала Сильвия, прекрасная библиотекарша, отбирающая для него полезные материалы и уберегающая от пустого шума. После суматохи и всех соревнований Гуф наконец смог спокойно посвящать время учёбе, и, учитывая, какие чудесные и тëплые отношения завязались между ним и мисс Марпоул, он всецело перестал насаждать Максу своей чрезмерной заботой, да и смог наконец смотреть на сына, как на взрослого и не переусердствовать. Он оставался глупеньким отцом, однако наконец смог сместить спектр на себя. Теперь Макс жил и развивался сам. В прочем, как изначально того и хотел.       Гуфи даже съехал в январе к Сильвии, покинув общажный дом, где Макс с друзьями остались втроём. Очень удобно, не так ли? Да и с Сильвией завязались довольно хорошие отношения, и теперь она называла библиотеку не просто мастерской знаний, но и ещё одним домом, где Максу особенно рады. Не хотел бы Макс селиться в библиотеке, но вся ситуация получалась ужасно милой, и от такого отношения теплела душа. Как если бы та была его мамой.       В эту среду, в отличие от понедельника, умственной работы было много — проходили тестирования, подытоживающие месяц, и Макс к ним готовился.       Что любопытно, учёба никогда не давалась ему тяжело, но он и не ломал над ней голову — без скрипов и подножек учился хорошо. В колледже отношение осталось прежним, разве что только с бо́льшим осознанием для чего всё это делается, потому спускать всё на самотёк просто не удавалось. Пи-Джей держал планку, однако, как и со школы, иногда тормозил на точных науках — был его мозг больше предназначен для мыслей, нежели чем для расчётов. Не зря теперь в колледже прослыл он поэтом, раскрывшись благодаря Мокка. А что до Бобби — Бобби, словно бы, чиллосил каждый день, а когда наставало время напрягаться — суматошно над всем корпел.       Сейчас же корпели все трое.       — Эта ваша история спорта вводит меня в тоску и уныние... — Бобби вздыхал и показывал зубы, почти скрипел ими, не находя смысла в учебнике, который держал в руках.       — Ты не той стороной держишь, — поправил Макс, переворачивая книгу в руках друга.       — О, какие спортсменки, — произнёс Бобби и ухмыльнулся.       — Это мужчины. — теперь Макс хмыкнул, а Бобби замычал.       — Тоже хорошо.       Макс не нашёл, что ему ответить. Его это только коротко насмешило.       После пар перед ребятами встал выбор: либо отправиться заниматься домой, либо остаться в колледже, дабы ничего не отвлекало. Сейчас же Макс с Бобби сидели на стульях в вестибюле, дожидаясь Пи-Джея, который должен был воротиться от Мокка. О чём-то им нужно было пообщаться.       Макс скучал, возя под ногами свой скейт, глазами бегая по студентам, бродившим туда-сюда, изредка замечая знакомых. Бобби что-то пыхтел, и тот ему что-то отвечал.       — Вот и я! — Воодушевлённый Пи-Джей нарисовался перед ними, в хорошем настроении и со смазанным помадным поцелуем на щеке.       — Славно, — Макс склонил голову в его сторону, и чёлка упала ему на глаза. — Я смотрю, у тебя всё хорошо прошло. — он ехидно улыбнулся.       — Ой, — Пи-Джей коснулся рукой своей щеки, и тогда пигмент красной помады окрасил и его ладонь. — Ну да, это правда. — он смутился и захлопал глазами.       Макс изобразил беспечность, а после задал вопрос друзьям: — Мы куда идём? — подразумевая либо дом, либо библиотеку, о чём друзья знали.       В библиотеке всегда было тихо и мирно, и почти ничего не могло нарушить концентрацию. Максу там было удобно, хотя он мог заниматься и дома. Просто не было желания тащить с собой методички и учебники, когда всё можно сделать в колледже и в нём же оставить.       — Ну, не-е-ет, — жалостливо протянул Бобби. — Мне на сегодня колляги хватит. Я и дома подготовлюсь. Там моё место силы! — Он поднялся с места и с чувством приложился кулаком к сердцу, что даже послышался звук удара. — Хочу побыть в мирном месте, пока не оказался среди своих прожорливых до советов предков. Как вы будете без меня, други мои? Целых два дня! А как я без вас?! — Бобби артистично взмахнул руками, драматизируя, изрекая свои мысли, почти выкрикивая их.       Несколько студентов в округе невольно обратили на него внимание, пожали плечи и странно покосились. Но, в прочем, Бобби об этом не переживал.       — Не имею ни малейшего понятия, — Макс ответил ему. — Будем только надеться, что ты вернёшься без рубашки, галстука и прямых штанов.       — Только не прямые штаны! — заверещал Бобби.       — Ну, покараулим тёплое гнездо вдвоём. Да, Пи-Дж? — проговорил Макс с улыбкой, тут же хлопая упитанного друга по плечу.       — О, эм… — тут Пи-Джей неловко улыбнулся и побагровел. — Тут такое дело…       — Какое? Не томи.       — Мокка пригласила меня к себе на выходные, а такое пропустить я не могу, — поделился Пи-Джей, и показался он в эту минуту таким довольным и счастливым, что не порадоваться за него было бы грубо.       — О-о-ох, да вы реально бросаете меня? — Макс разочарованно протянул.       — Ты расстроился? — Пи-Джей заговорил тише. В эту минуту он вспомнил, что, когда договаривался с Мокка, забыл, что уже условился о планах на выходные с Максом, и стало ему как-то совестно.       — Как бы да, но как бы нет, — Макс ответил, не держа негативного настроя. — Просто мы договаривались пойти в скейт-парк, и тут вы оба отваливаетесь.       — Ай-й-й, дружище-е-е, — Бобби приобнял Макса за плечо. — Не переживай, в нашей жизни будет столько выходных. Но сейчас нужно побыть одиноким волком, ау-у-у! — завыл он и макушкой боднул друга в ухо, и тогда тот всё же улыбнулся.       Макс действительно немного расстроился, ведь был настроен на посещение парка с друзьями, но раз такое дело — будет один. Не было трагедии во всём этом, просто так сложились обстоятельства. Его не смутил момент с Пи-Джеем и Мокка, учитывая, что ревности к другу не имел и тот ему честно обо всём сказал.       — Хах, волком. — Макс повторил слова Бобби, находя их забавными, а потом обратил внимание на какое-то переживание на лице Пи-Джея. — Ты только не думай, Пи-Дж, — он пошёл на опережение, желая объяснить свои слова. — Не каждый день ночуешь у девушки. Отрывайся.       — Везучий пёс, — Бобби наморщил нос и шуточно подразнил Пи-Джея.       — Ой, да ладно вам. — Тот заметно расслабился и смутился, однако не возражал тому, что происходит.       — Так, а ты ответишь куда идёшь — со мной или с Бобби? — Макс решил добиться от него ответа.       — О, Макс, я, наверное, пойду с Бобби, — честно ответил Пи-Джей. — Сегодня и так с самого утра в колледже, хочется немного выйти из социума и отдохнуть от постоянных контактов и уединиться. — загнул он.       И тогда Макс вздохнул через нос и недовольно поджал один уголок губы. — Ну, как хотите. А я, всё-таки, пойду. — Он не стал отказываться от своего личного желания и выбрал тихую библиотеку. Зато поздоровается с мисс Марпоул.       — Лады, братиш, мы тебя дома ждём. Смотри, чтоб тебя не сожрали книжные черви! — Бобби пропел последние слова, изобразил танцевальное движение пальцами и стал скакать к выходу, под своими словами подразумевая не читающих студентов, а реальных пожирающих червей.       Парни распрощались, и Макс вновь ушёл вглубь колледжа.

***

      Библиотека ощущалась как целый отдельный корпус — была она довольно большой и обширной, делилась на секции по разным жанрам и направленностям, и даже имела компьютерный зал. При входе встречал стенд с журналами, газетами и бюллетенями, а за ним стол администрации, где восседала мисс Марпоул, которая неотрывно была занята своей работой, со всем вниманием и точностью относясь к ней.       — Добрый день, мисс Марпоул! — Максу пришлось вмешаться в её пространство, чтобы дружелюбно поздороваться.       Сильвия медленно подняла голову, уже готовясь выступать серьёзной работницей библиотеки, но, когда увидела Макса, оживилась и улыбнулась.       — Оу, добрый день, Макс, — она добро сверкнула глазами. — Сколько раз тебе говорить, что можно не так официально? — она не сердилась, скорее, отшучивалась.       — Ну, вы же на рабочем месте, не могу же я вас по-всякому кликать, — объяснился Макс.       — И то верно, — Сильвия коротко хихикнула. — Ты один? Где твои товарищи?       — О, эм... — Макс не думал, что она спросит. — Ушли домой к тестам готовиться. А я решил прийти сюда.       — Ясно, — одобрительно ответила Сильвия. Она не нашла ничего примечательного в словах Макса, просто была рада видеть его, но и на работе забалтываться тоже не хотела. — Славно, что ты пришёл, была рада тебя повидать. Занимайся. А я вернусь к своей волоките. — прозвучала она с тактом и заботой, и тогда Макс смог спокойно идти дальше.       Его интересовала литература о спортивных достижениях, и он знал, где её искать. Макс не спеша добрёл до нужной секции, которую уже выучил наизусть, ведь обращаться к ней приходилось не раз, и выискал тот же самый учебник, что взял домой для подготовки Бобби, только был он более старого издания.       Знание истории предполагало знание фактов и дат, имён и достижений. И чтобы запомнить что-то, приходилось относиться к этому, как к досугу — когда тебя мало-мальски интересует то, чем ты занят, в голове это откладывается лучше. Особенно после того, как ненароком часть пары прошляпил, придремав. Какую-то часть Макс уже успел усвоить, сложности были лишь с фактами, ведь наш мозг очень любит подменять одно другим, однако здесь можно было подвязать разные ассоциации, чтобы всё лучше запомнилось.       Среди всемирных достижений обнаруживались уникальные случаи из женского спорта, зарождение новых направлений, случаи дружбы между двумя разными командами и наоборот — полной борьбы, агрессивной и несправедливой. Самые нетривиальные случаи — были самыми интересными. В прочем, как оно в жизни всегда и бывает.       Застыв сидя за столом для чтения, Макс не уловил, что время стало перекатываться за час, пока его глаза бегали по строкам и фотографиям в издании. Сообщило ему об этом тело — когда заболела шея от статичного сидения. Он поднял глаза от учебника, от выстроенных спортсменов, и захрустел шеей. Откинув голову назад, приводя в движение мышцы, ему показалось, что за спиной кто-то есть. Вернее, там наверняка кто-то был — во всей библиотеке были и другие студенты, однако зацепил его шелохнувшийся силуэт, от коротко глаза нашли чужой бок и плечо.       Макс уронил голову вперёд и уже на стуле развернулся, желая выяснить кто там был, и заметил только ускользнувший в сторону хвост. Долго его не цепляло. Он лишь обнаружил, что на сегодня насытился заданной темой и готов со спокойной душой возвращаться домой.       Он поднялся, поместил учебник назад, и стал выходить из читательского закутка, невольно обратившись взглядом в сторону, куда только что кто-то ушёл. Ему стало любопытно, и правым глазом заглянув за следующий поворот, нашёл Брэдли, который неподвижно стоял, словно хоронясь, обратив на Макса только зенки, не шевеля головой, будто надеясь, что тот его не заметит. Но попытка оказалась неудачной.       — О, привет, — Макс немного удивлённо поприветствовал его.       — Н-да, и тебе привет. — В голосе Брэдли прозвучало какое-то разочарование, словно он в самом деле хотел всеми путями избежать этой встречи.       — Чего шкеришься?       — Кто? Я? Да зачем мне это? — Брэдли натянуто улыбнулся, желая скрыть напряжение, однако ему это не очень-то удавалось.       Макс издевательски ухмыльнулся, погрузив руки в карманы, зажимая под мышкой скейтборд. — Да кто тебя знает? Высматриваешь тут что-то.       — Ничего я не высматриваю. Я занят. — Брэдли отрезал и обошёл Макса стороной, воротился в закуток, в котором тот только что занимался, и со знанием что-то быстро достал с одной из полок. Больше он ничего не сказал и ушёл к другим читательским столикам, где стояли специальные лампы.       Макс пронаблюдал всю эту процессию, вскинув бровь и думая, что выглядит всё это до жути нелепо — странное и неясное избегание. До него довольно быстро дошло, что Брэдли изначально заметил его, но хотел тихонечко забрать нужную книгу, чтобы не пересекаться. Однако не смог этого сделать и теперь прямо показывал, что контактировать не хочет.       Он задумался. Взглянул на чужую голову, прячущуюся за невысокой стенкой стола, и развернулся, чтобы уйти.       Стал уходить. Призадумался… оглянулся на столик, не сбавляя шагу.       Подумал ещё раз… А потом передумал, развернулся и стал идти назад.       Макс тихонечко подошёл спереди — легко заметить его мешали стенки и полочки стола, что огораживали сидящего, зато он мог увидеть того достаточно.       — Брэд. — коротко вымолвил Макс.       Тот мгновенно поднял голову, скорее, недоумённо, нежели чем откликаясь, обнаруживая, что его надежды на покой разрушены. Брэдли сморщился, ничего не ответил и опустил нос назад.       — Я на чужое имя не отзываюсь. — изрёк он, и тогда Макс цокнул.       — Ох, Господи... — он громко вздохнул. — Ну Брэдли.       — Да? — тот словно бы издевался, когда теперь поднял более навострённый и якобы заинтересованный взгляд.       Макс недовольно выпятил нижнюю губу, но приглядевшись понял, что в лице Брэдли что-то значительно поменялось. Вернее, был на его носу неожиданный и словно бы инородный предмет. ‎      — Это у тебя очки? — пальцем Макс ткнул того в оправу.       Брэдли возмущённо ахнул и тут же шлёпнул Макса по руке. — Нельзя так делать! — прозвучало это довольно громко.       Из каждого угла на Брэдли строго шикнули, и он скомковался. Ему не понравилось, как поступают с его личным пространством, и ощутилось это двояко — раньше тот сам нарушал границы, как только возможно, теперь же огораживался от Макса, как от заразы. Ещё и дерëтся. Макс только посмотрел на ладонь, по которой пришлось чужое возмущение, и с лицом терпения опустил её в карман подальше от тумаков.       — Представь, очки. — Брэдли заговорил тише. Он снял их, демонстрируя в руке — окуляры с чёрной оправой квадратной формы. ‎      — Спасибо, мистер Очевидность, — Макс ухмыльнулся ему. — Ой! Я ж совсем забыл! ‎      Брэдли недоверчиво покосился на него. ‎      — Можно занять твоё время? — Макс, изображая вежливого и послушного мальчика, сложил руки за спиной, спрашивая это, прижимая скейтборд в горизонтальном положении к спине. ‎      — Пфф, — Брэдли профырчал. — Поздно ты со своим вопросом.       — Ну так можно или нет? — Макс переспросил, желая услышать прямой ответ.       Брэдли прищурился на него, потомил, но в конце концов нехотя ответил:       — Можно. ‎      — Ой, а я и не надеялся. — Макс довольно улыбнулся. Обошёл стол, и придвинув соседний стул, сел рядом. — Почему я не видел тебя в очках? ‎      — Ну-у-у, наверное, ты недостаточно хорошо следил за мной, — Брэдли издевательски улыбнулся. ‎      — Чего?.. — Макс не понял смысла его слов. Разве он создаёт впечатление слежки? ‎      — Ах, Боже мой, — Брэдли с нетерпением вздохнул и неожиданно принялся объяснять. — В первой половине дня я ношу линзы, чтобы не морочиться с очками. Но долго носить их нельзя, потому я их снимаю, а когда нужно — надеваю. ‎      — В одних твоих словах больше мороки, чем в очках. — высказался Макс, находя всё это сложным и замудрённым. ‎      — Мы в спортивном колледже, Макс. Мне очки на резиночке, как детсадовцу носить, по-твоему? — Показался Брэдли довольно саркастичным. В Максе что-то метнулось, когда тот с заедом произнёс его имя, однако общее настроение собеседника его больше веселило. ‎      — Нет, зачем же? Можно сразу скотчем приклеить, — он издевался. Вспомнил Макс, как одно время и сам носил окуляры в средней школе. Поставили ему тогда возрастной астигматизм, который удалось со временем побороть. Сейчас у него не было жалоб на зрение. ‎      Брэдли было хотел вспылить, но придержал себя, только лишь с укором направив на Макса палец, на котором задержалась реплика. ‎      — Я тебя не слышал. — Он отвернулся и сделал вид, будто тот ему безразличен.       Макс пронаблюдал, как тот делает какие-то бессмысленные движения руками, передавая ручку из одной руки в другу. И тут его осенило осознание. ‎      — О, теперь я понял, почему ты меня тогда проигнорировал, — Макс щëлкнул пальцами. — Ты просто не понял, кто к тебе идёт и к тебе ли вообще. ‎      — О-о-оу, да ты чертовски догадливый, — Брэдли вскинул брови, с напускным восторгом произнося эти слова. Может быть, и не было это правдой. По шуму доски можно было догадаться какой-то скейтбордист катил к нему, но, вероятно, сталкиваться так же не хотелось. ‎      — А чем ты вообще занят? — Макс игнорировал его сарказм, и было хотел вытянуть что-нибудь у него из-под рук, но Брэдли не позволил этого сделать. ‎      — Мы в библиотеке. В колледже. Учёбой, наверное? — Брэдли собрал в руки стопку журналов и постучал ими о стол, чтобы выровнять и заодно отпугнуть чужую руку. ‎      — Ну, некоторые используют компьютерный зал, чтобы выйти в Интернет. Послушать музыку, например. — размышлял Макс. ‎      — Другие пусть делают, что хотят. Мне библиотека из-за обучающей функции нужна. ‎      — Ц-ц-ц, ты такой покладистый студент, — Макс потешался, но не зло, поддерживая какой-то уровень раздражения между ними. Интересные здесь книжные черви обитают, однако... Хотя о Брэдли такого не скажешь — Макс вообще впервые видел, чтобы тот учился. Его картина о нём одновременно рушилась и расширялась. ‎      Брэдли продемонстрировал взгляд, который очень красноречиво говорил: «Придержи эти потуги при себе». И тогда Макс изменил тему. ‎      — Это у тебя доклад какой-то? ‎      Брэдли быстро ответил, — Курсовая работа на тему «Аэробные упражнения как средство невралгической реабилитации», — словно профессор, не сделав ни одной запинки. ‎      — Как всё серьёзно, — кивнул Макс. ‎      — Вообще-то да. Аэробика не меньшая наука, чем иной другой вид спорта. Полезное развлечение. — Брэдли будто бы хвастался своими знаниями и осведомлённостью в теме, однако выглядел и звучал настолько естественно, что от его слов не хотелось плеваться.       Только сейчас Макс задумался, а на каком вообще направлении тот обучается? Он не думал о Брэдли, как о студенте, его не волновало, как тот учится, что тот там делает на своих занятиях. Он думал о нём, как о фигуре, которая для него сейчас работала примером реального искупления. Макс попросту не задумывался о том, что тот занимается вполне себе тем же самым, чем и он, и стало это неожиданным, пусть и очень очевидным, но открытием. Он даже удивился, что тот сам пишет свою курсовую. Подумал он, что у такого популярного студента, должно быть, не особо-то много времени на домашнее, и что тот его попросту покупает у тех, кто реально учится.       И вот это впечатление оказалось абсолютно неверным. Сам же Макс обучался на потоке, который подготавливал легкоатлетов, в курсе с подготовкой тренеров.       — Да ты прямо цитату выдал, — с нотой одобрения в голосе прокомментировал Макс. — Классно. Мне кажется, аэробика даже как-то подходит тебе. Коррелирует, что ли, - вспоминая, как думал об этом. ‎      Брэдли выразил неоднозначное изумление — удивлёние смешанное с непониманием: ‎      — Хм, какое слово ты использовал, — он словно бы показал сомнение, мол, в каком смысле подходит? и укол, но по задумчивому взгляду было ясно, что высказывание его не задело. ‎      — У меня всё в порядке с языком, если ты не понял. Просто не вижу смысла морочиться каждую минуту, — объяснился Макс, в потоке этого абсолютно спонтанного вымученного диалога наконец расслабляясь. ‎      — Вижу. — Сейчас Брэдли выглядел спокойнее. Не было ощущения, что тот растопырил иглы во все стороны и сейчас же ужалит. Неожиданно им обоим даже понравилась выстроившаяся линия диалога.       Правда, Макс решил, что больше про аэробику говорить не хочет — вспомнил, как высмеял Брэда с Бобби, и стало ему снова тошно от себя.       Он невольно вспомнил историю ожесточённого соперничества между двумя гимнастами из книги — ведь они с Брэдли были соперниками раньше. Теперь они просто... они. У них не было статуса. Но врагами точно быть перестали.       Макс успокоился, почувствовал, как спали какие-то оковы и неловкость от странной встречи ушла. Теперь они сидели и умничали друг перед другом. И неожиданно ему в голову забрела одна идея. ‎      — Слушь… Ты ходишь в общественные скейт-парки? Не хочешь составить мне компанию на выходных в одном таком? ‎      Брэдли удивился услышанному, и всем видом это показал — его плечи воротились в другую сторону, подскочили брови и вопросительно застыла губа. ‎      — Обычно я посещаю закрытые места... — Брэдли непонятливо зажался. — Твои друзья разве не составят тебе компанию? — изрёк он, вполне логично предположив, что те тоже должны быть там. ‎      — Не-а, — быстро ответил Макс. — Пи-Джей и Бобби будут заняты. Один распланировал выходные с девушкой, а другой и вовсе уедет к семье. — Он не стал скрывать скуки, что одному было бы не так весело, потому откинулся на стуле и свесил одну руку через спинку. ‎      — Других приятелей нет? — стал спрашивать Брэдли.       И тогда Макс вопросительно глянул на него. ‎      — А ты так не хочешь со мной идти? — задал он прямой вопрос. ‎      — Ах, ну не знаю… — Брэдли задумался. Макса поразило, что тот однозначно не ответил «Нет». Неужели сомневается? — Как-то непривычно такое слышать. ‎      — Ну, а мне непривычно такое спрашивать. Поровну, как мне кажется. — Макс дружелюбно улыбнулся, произнося это, и заметил, как сомнение Брэдли только удваивается.       На самом деле, Макс и сам не был до конца уверен в том, что делает. Посетила его эта идея спонтанно, смешиваясь со старыми мыслями и убеждениями. Он услышал вопросы Брэдли, увидел его смятение, и сам в моменте задумался — а что они вообще будут делать? Ясен-красен, что скейт-парк нужен для развлечения, тренировок, досуга, но зачем ему там Брэдли? Наверное, для очередного примирения. Верно же? Едва ли это будет вредно. Да?..       — Хм… — Брэдли задумался вновь. Сел прямо, сложил руки на столе и стал постукивать в размышлениях пальцами по нему. — Наверное, — наконец изрёк он, — можно попробовать.       Внутри Макс зажёгся, когда услышал его ответ. Однако снаружи был более сдержанным.       — Класс. Суббота или воскресенье? — тут он уточнил.       — Давай в субботу, — не томя ответил Брэдли. — Только я возьму ролики, — предупредил он, замечая, как Макс таскает с собой свой скейт. — Мне они больше нравятся.       — Да без проблем, — быстро ответил Макс, пожимая плечами. — Даже веселее будет.       Брэдли улыбнулся, но не стал смотреть на него.       — Во второй половине дня?       — Только если в три, — попросил Брэдли.       — Встретимся на переулке?       — Нет, — ответ был отрицательным. — На остановке за кофейней.       — Лады. Как скажешь. Тогда договорились. — Макс не стал придавать значения его просьбе — таковой он воспринял слова Брэдли — и просто согласился. — Оставляю тебя с твоей аэробикой. Только не переусердствуй! — Макс щёлкнул пальцами вновь, поддерживая положительный настрой, внедряя в своё прощание толику юмора.       Произнёс он это довольно громко, что шикать теперь стали и на него. Макс коротко напружинился, тихонечко извинился, но не стал выглядеть менее воодушевлённо, поднимаясь со стула.       — Хах, спасибо. — без раздражения Брэдли закатил глаза.       Макс ушёл, Брэдли остался заниматься, и стало обоим удивительно легко.