Усыновленный Злодеем, которому все еще недоплачивают

Дракон-Полукровка сидел на каменной стене на краю деревни, рассеянно перебирая пальцами маленький камешек. Светило солнце, воздух был теплым, и ему это место совершенно надоело. Он был здесь уже месяц. Целый месяц бродил по одним и тем же грунтовым дорогам, слушал одних и тех же деревенских жителей, говорящих о своих посевах, и ждал, когда же что-нибудь — хоть что-нибудь — произойдет. Но ничего не было. Просто кучка обычных людей, живущих обычной жизнью. Его миссия была бессмысленной. С вздохом он позволил своему взгляду блуждать по деревенской площади. Вот тогда он ее и увидел. Рыжеволосая дворянка. Она приходила сюда неделями, иногда одна, иногда с горничной. Она заходила, разговаривала с деревенскими жителями, улыбалась, смеялась, иногда раздавала маленькие подарки. Сначала он игнорировал это — дворяне делали все, что хотели, и это не было его проблемой. Но со временем он начал замечать кое-что. Она не просто навещала. Она знала этих людей. Спрашивала об их семьях, помнила детали прошлых разговоров. Она не была неловкой или скованной, как большинство людей, пытающихся казаться добрыми — она действительно вписывалась. Это было ненормально. Особенно для дворянки. Тем не менее, он не был достаточно подозрительным, чтобы заботиться об этом, но... что-то в этом всем было не так. Он потер висок. Если бы не приказы его господина, он бы и не подумал о ней. Но Белая Звезда был очень ясен в своих приказах: о любой рыжеволосой нужно докладывать. Тч. Он не хотел ее докладывать. Не потому, что ему было не все равно, а потому, что это означало бы вмешательство. Он просто хотел вернуться к себе. Эта деревня была скучной, люди были скучными, и если бы ему пришлось провести здесь еще неделю, он бы сошел с ума. Но... он также не мог вернуться с пустыми руками. Белая Звезда не любил неудач. Итак, ладно. Он доложит о ней. Важна она или нет, это не его проблема. Ему просто нужно было что-то предоставить, чтобы наконец уйти. Потянувшись, он встал, бросив последний взгляд на дворянку. Она присела на корточки, взъерошивая волосы какого-то ребенка, улыбаясь, разговаривая с ним. Она выглядела нормально. Дружелюбно. Безвредно. Но какая разница. Не его проблема. Он отвернулся, руки в карманах. Скучная миссия. Скучная деревня. По крайней мере, все закончилось. ───── ⋆⋅☆⋅⋆ ───── Поездка была тихой. Карета грохотала по грунтовой дороге, ровный гул колес заполнял тишину. Ким Рок Су лежал на руках у матери, почти желая рассмеяться. Почти. Ее руки были вокруг него, но это не имело значения. Ее прикосновение не было теплым, оно было просто... там? Если ей приходилось так сильно стараться, чтобы подделать это, то какой вообще смысл? «Ты сегодня такой тихий», — пробормотала она, ее голос был мягким, но Ким Рок Су мог сказать, что он был пустым. Он слышал это. Пустоту в ее словах. «Такой хороший малыш». Ким Рок Су не отреагировал. Реагировать было не на что. Какой смысл? Он устал. Глупая, ленивая жизнь. Это все, чего он хотел. Но боги или судьба или что-то еще, казалось, имели претензии к этому. Они уже бросили его в эту передрягу однажды. Что еще они могли сделать? На самом деле, не отвечайте на это. Его взгляд оставался прикованным к окну кареты, где мир размывался в тусклые зеленые и коричневые тона. Контур деревни становился все четче. Ким Рок Су не мог не думать о Кейле. Этот маленький наглец, надувающий щеки и издающий все эти нелепые воркующие звуки, чтобы привлечь внимание. Он не мог помочь. Его близнец был милым, и это было... раздражающе, в том смысле, который заставлял его закатывать глаза, но также хотел ущипнуть его пухлые щечки. Кейл был... его первым братом. Он должен был признать, что будет скучать по малышу. Даже если никогда не скажет этого вслух. Мать продолжала говорить, но Ким Рок Су не обращал на нее внимания. Что тут можно было сказать? Она просто заполняла тишину, пытаясь убедить себя, что делает что-то правильное. «Ты будешь здесь в безопасности, не так ли?» — мягко сказала она. Слова были не для него. Они были для нее самой. Ее руки крепче обняли его, всего на мгновение. Не из любви, не из сожаления. Просто колебание. Но этого было недостаточно, чтобы что-то изменить. Она бросала его. Он это знал. Деревня была уже близко. Дома были маленькими, скромными строениями, разбросанными вдоль грунтовых дорог. Он видел, как несколько деревенских жителей двигаются, занимаясь своими делами. Идеальное место, чтобы оставить ребенка. Карета замедлилась. Затем остановилась. Джур сдвинулась, поправляя его в руках, открыла дверь и вышла. Она держала голову низко, как будто скрывая лицо, чтобы ей было легче. Ким Рок Су молчал, пока она прижимала его к себе, пряча. Она отнесла его к дому на окраине деревни, достаточно далеко от людей, чтобы никто не заметил. Место, где никто не задавал вопросов. Мир вокруг него размывался, но его мысли оставались прежними. Но когда они добрались до маленького дома, мысль застряла в глубине его сознания. Может быть, просто может быть, в будущем, когда он будет старше, когда он будет не просто крошечным младенцем, он мог бы — просто мог бы — проверить Кейла. Он никогда не признается в этом вслух, конечно. Но, может быть, он будет искать. Не чтобы его нашли — просто чтобы наблюдать издалека. Просто чтобы убедиться, что с Кейлом все в порядке. В конце концов, Кейл — его брат. Даже если Кейл забудет о нем. Он закрыл глаза, его крошечные пальцы слегка сжались. Внезапно он был тронут. Ким Рок Су посмотрел вверх на свою мать, которая присела на корточки, ее холодные руки укладывали его в... корзину? Ее прикосновение не было мягким, в нем не было тепла — как будто он не был даже ее ребенком. Он не устраивал сцен, конечно. Какой смысл? Она все равно на него не смотрела. Ее руки немного дрожали, но она ничего не сказала, пока его взгляд оставался прикованным к ней. Его мать. Джур. Ким Рок Су едва издал звук. Мягкое, почти неслышное «Ммм» сорвалось с его губ, но это было ничто. Просто непроизвольный шум, маленький всхлип. Джур посмотрела на него, всего на секунду. Ее глаза едва встретились с его. В них ничего не было. Ни тепла, ни любви. Она ничего не сказала. Затем она повернулась и ушла. Он смотрел, как она уходит, продолжал смотреть на ее фигуру, пока она не стала невидимой для него. Ким Рок Су чувствовал себя ошеломленным, все произошло так быстро... что он только понял, что произошло... Она действительно это сделала. Она ушла. Она оставила меня здесь. Без единого слова. Его маленькие руки дернулись, пальцы сжались вокруг ткани одеяла, и что-то внутри него... треснуло. Эмоции, которые накапливались в его груди, которые он так тщательно скрывал, даже от самого себя, начали выливаться, он даже не заметил слез, которые теперь размывали его зрение. Это было слишком много, чтобы держать взаперти. Его дыхание слегка сбилось, но он не плакал. Ким Рок Су не будет плакать. Он не мог плакать... из-за того, кто его бросил. Даже если она была первой матерью, которая держала его во всех его жизнях. Его разум крутился вокруг этой мысли. Он не мог успокоиться, не мог смириться с тем фактом, что его снова бросили, хотя он прекрасно это осознавал. Но чем больше он думал об этом, тем больше его разум просто... опустошался. Я один. Ким Рок Су моргнул, его взгляд скользнул по пустой тропинке, по которой она ушла, но он на самом деле ее не видел. Все было просто... тихо. Пусто. И это было нормально. Может быть, просто может быть, это все, чего он когда-либо действительно хотел. Ему не нужно было ни о чем беспокоиться. Ну... может быть, о выживании, но это то, к чему он уже привык и через что прошел раньше. Он не знал, как долго он будет здесь, не знал, что произойдет дальше. Но пока это ощущалось как... свобода? Если уж на то пошло, то свобода, которую может понять только тот, кто был брошен. Ким Рок Су тихо выдохнул, его маленькая грудь поднималась и опускалась в ритме его мыслей. Медленно он расслабился, напряжение, которое нарастало внутри него в течение последних нескольких минут, начало таять. Он снова стал самим собой. Теперь ничего не имело значения. Ему не нужно было быть никем, кроме того, кем он был; безымянным ребенком, да, но тем, кто уже научился выживать в одиночку. И каким-то образом это делало все немного лучше. Его веки слегка прикрылись, легкий гул сна уносил его. Пока что все, чего он хотел, это отдохнуть. Когда он открыл глаза через секунду, перед ним стоял мужчина. У мужчины были рыжие волосы, как и у него. Цвет глаз тоже. Он был в белой маске. Часть его лица была закрыта, но Ким Рок Су было на это наплевать. Как он так внезапно появился? Он был там все время, а Ким Рок Су не обращал внимания? Незнакомец, казалось, не заботился, почему Ким Рок Су оставили там. На самом деле, его, казалось, мало что заботило. Он просто смотрел на него. Ким Рок Су издал тихий маленький звук. «Ваа», — пробормотал он, как младенец, которым он был. Его детский мозг уже начал мутнеть от усталости. Он инстинктивно протянул руку, его крошечная рука потянулась к лицу мужчины. Это было не так, как будто он знал, что делает. Его маленькие пальчики просто хотели прикоснуться к рыжим волосам, того же цвета, что и женщина, которая его бросила. Мужчина не отстранился. На самом деле, он сделал что-то странное. Он опустил лицо ближе к Ким Рок Су, и крошечная рука Ким Рок Су коснулась его лица. «Хм», — промычал мужчина, звук был низким и спокойным. В его голосе не было настоящих эмоций, просто... нейтральность. «Любопытная штучка, не так ли?» Ким Рок Су не совсем обращал внимание на то, что говорил мужчина. Он был так утомлен. Его маленькие глаза снова опухли, его крошечное тело уже поддавалось потребности в отдыхе. Последние несколько часов были слишком тяжелыми, его просто выбросили из роли богатого юного господина в сироту, хорошо? Мужчина еще мгновение смотрел на него, прежде чем наклониться и осторожно поднять его. Это было медленное движение, почти механическое, но в нем была нежность. Ким Рок Су почувствовал, как его тело сдвинулось, когда мужчина прижал его к себе. Он не знал почему, но что-то в объятиях мужчины заставляло его чувствовать себя... нормально. Он не чувствовал себя в безопасности, обязательно. Он не чувствовал себя счастливым. Но это было не так, как когда его держала Джур. Было чувство тепла, не было чувства отвержения. Просто... нейтральность. Что-то, чего он никогда раньше не чувствовал. Он зевнул, его крошечное тело все еще было неуверено во всем происходящем. Но прежде чем он успел это осознать, он снова начал засыпать. Все вокруг стало приглушенным, размытым шумом. Голос мужчины снова что-то пробормотал, но это не имело значения. Он не знал, кто этот человек. Он даже не знал, должен ли он ему доверять. Даже с кровавым видом, который имел мужчина, на который, честно говоря? Ким Рок Су решил пока не обращать внимания. Он сначала вздремнет, а потом подумает об этом. Кто вообще обидит ребенка? Ким Рок Су закрыл глаза и позволил сну овладеть им.