Из книги «Чужаки в Нью-Йорке». Сборник блогов Мэдди Грей, Грани льда

Из книги «Чужаки в Нью-Йорке». Сборник блогов Мэдди Грей

28 марта 2026 г., 12:20

Настройки

Из книги «Чужаки в Нью-Йорке»

Сборник блогов Мэдди Грей

«СТАРЫЕ ГЛАЗА» Сегодня на мусорном баке возле моего дома в Уильямсбурге, прямо рядом с автосервисом, сидела старуха. Она тихонько напевала что-то своим сумкам с барахлом — хаотичной куче одеял, одежды, газет и пищевых оберток. Фальшивя и сверкая прорехами в зубах, она мерно раскачивалась в такт. Растрепанный белый одуванчик на ветру: местами облысевший, но неукротимый. В перевернутой шляпе перед ней тускло поблескивало несколько монет. Когда я проходила мимо, то осознала, что одна из «сумок» на самом деле была маленьким ребенком. У девочки лет десяти были старые, невыносимо старые глаза. Она не улыбнулась ни мне, ни женщине рядом. Она просто смотрела в пустоту. Я замерла, поймав ритм их песни, а потом бросила в шляпу несколько купюр. В ответ я получила широкую беззубую улыбку. «Береги её», — подумала я. И уже уходя, поймала себя на мысли, что не знаю, к кому из них двоих это относилось. «НЕСБЫВШИЕСЯ ОБЕЩАНИЯ» Они обещали приехать. Но не приехали. Причины копятся, как неоплаченные счета. Я всё понимаю. Они заняты. Жизнь закрутила. Но я тоскую по дуновению родного дома и мечтаю, чтобы у меня хватило денег на билет обратно. Я хочу услышать в их протяжном акценте стрекот цикад летом и мягкое «тик-тик-тик» садовых опрыскивателей на заднем дворе. Я хочу, чтобы их запах напомнил мне о соленом воздухе Бондай-Бич вперемешку с резким ароматом уксуса от «фиш-энд-чипс», разложенных на крафтовой бумаге прямо на песке. Мне нужен этот дух свежескошенной травы и эвкалиптов, и едва уловимый запах дезинфекции в поезде до Бондай-Джанкшен — звук, который всегда означал начало выходных. Я хочу почувствовать их вкус. В поцелуе при встрече, коснувшись загорелых щек, я хочу ощутить тот уникальный, почти пыльный вкус воздуха моей родины. Когда они обещали приехать — была ли это осознанная ложь? Неужели они думают, что раз мой лучший друг здесь, то они мне больше не нужны? Даже если не брать в расчет наши разные смены, мой сосед по квартире впитал Нью-Йорк каждой порой своей кожи. Он стал частью этого города, от которого я отстраняюсь. Я скучаю по ним. «ОЖИДАНИЯ» Ожидания — одна из самых мощных и невидимых сил в жизни. Они сдавливают горло туже любого галстука. Мы противимся им, отрицаем их существование, притворяемся, что нам плевать, но при этом не можем без них жить. Ожидания меняют наш мир. Из-за них можно получить или потерять работу, любимого человека, выиграть суд или лишиться жизни. Мы — рабы ожиданий. Что касается меня, я — настоящий наркоман ожиданий. Посмотрите на меня: живу той жизнью, которой от меня ждут. Я могла бы счастливо терпеть крах дома, но вместо этого я мучительно добиваюсь успеха здесь. Я знаю, что зацикленность на ожиданиях — бессмысленная трата душевных ресурсов. Они нереальны. Они существуют только в нашей голове. И всё же я раз за разом возвращаюсь за новой дозой. Почему? «МАСКИ» Кто-то однажды сказал: «Будь собой, остальные роли уже заняты». Наверное, это самый трудновыполнимый совет в истории. Мы все носим маски. Мы все — опытные лжецы, аккуратно редактирующие себя в угоду окружающим. Это ведь естественно, правда? Мы не хотим, чтобы незнакомцы знали, как сильно мы нервничаем, как мы застенчивы, напуганы или трусливы. Что нам не хватает смелости, ума или денег, или что мы едва держимся на плаву. Поэтому мы симулируем легкость и безупречность. Я первая признаю, что постила сияющее селфи с Таймс-сквер с хэштегом #цельжизни. Я мошенница. Потому что хэштеги #медленнотону или #потерянаиопозорена звучат не так броско. Никогда не узнаешь, что под маской, пока не подцепишь край и не начнешь её снимать. Меня поражает, что кто-то вообще позволяет другому человеку проделать такое с собой. Добровольно сказать: «Слушай, вот такая я на самом деле. Я тебе всё еще нравлюсь?» Совет, может, и правильный, но, боже мой, как многого он от нас требует. «УЛЫБКА» Я помню, как училась ездить на велосипеде. Я оттолкнулась от бордюра у нашего старого дома на Митчелл-стрит в Южном Пенрите. Меня шатало из стороны в сторону. Старший брат покатывался со смеху и обзывал меня, а мама велела ему замолчать и подбадривала меня. Я упала. Было больно. Я села снова. Опять упала. Стало еще больнее. Я снова залезла на него. Когда люди говорят, что «это как ездить на велосипеде», я думаю, они имеют в виду, что иногда будет больно, но в конце концов станет лучше. Сегодня я вспомнила, как улыбаться. Интересно, станет ли мне больно потом? «ИЗМЕНИТЬ МИР» Бруно, механик из мастерской по соседству, как-то сказал мне: «Когда мир становится слишком неподъемным, а проблемы — слишком масштабными, просто измени свой маленький уголок». Я попыталась. В час ночи я держала за руку плачущего молодого человека и дала ему обещание, которое изменит его жизнь. Я пошла домой и написала его историю. Через день она будет принадлежать всему миру. Что мир с ней сделает? Исправит ли он несправедливость или сделает из меня лгунью? Бруно также говорит, что нужно чаще менять масло в двигателе. Понимайте это как хотите. «В ПОДЗЕМКЕ» Самое одинокое место на земле, как мне кажется, — это нью-йоркское метро после полуночи. И дело не только в таких людях, как я, возвращающихся после поздних смен и смотрящих пустыми, усталыми глазами в окно, уходя в себя всё глубже и глубже. Дело в других. В людях, которым больше некуда идти. Они здесь ради тепла или ради побега. Видите ли, как только ты выходишь из поезда, у тебя должна быть цель. Пункт назначения. Но в вагоне можно просто сидеть и размышлять, и никто не требует от тебя никаких действий. Иногда мне кажется, что я слишком долго просто сидела, глядя на тени, пролетающие мимо со скоростью света, не желая выходить и оказываться там, где мне положено быть. Быть пассажиром легко. Жизнь — это цель, а не неподвижное сидение на месте. Ужасно осознавать, что я позволила всему своему существованию превратиться в нечто, за чем наблюдают с потертого сиденья поезда. На прошлой неделе я начала замечать краски снаружи. Когда они стали такими яркими? А сегодня я проснулась и не могла дождаться начала дня. У меня была напечатанная история, которой я гордилась, идея для продолжения, которая могла что-то изменить, и одна потрясающая женщина, встречи с которой я ждала с нетерпением. Я посмотрела на себя в зеркало в ванной и не узнала ту, что смотрела на меня в ответ. Кажется, я слишком долго каталась по рельсам, разглядывая мир через стекло. Самое время сойти на станции. Что ты со мной делаешь, Нью-Йорк? Играешь моими чувствами? Смотри, я ведь могу и полюбить тебя, если продолжишь в том же духе. «ПРОЩАЙ, НЬЮ-ЙОРК» Прощай, Нью-Йорк. Извини, что я так и не поняла тебя, как ни старалась. Но у нас ведь были свои моменты, правда? Помнишь ту смеющуюся старушку у Сакс на Пятой авеню, которая пыталась обнять каждого встречного и называла всех Салли? Я часто гадала, кем была эта Салли. Потерянной дочерью? Ушедшей любовницей? Это неважно; мы все на миг становились Салли и получали объятие, пахнущее мокрой шерстяной кофтой и мускатным орехом. Я думаю, жизнь этой женщины — сплошной восторг, потому что, куда бы она ни повернулась, она находит именно то, что ищет. Жаль, что со мной всё было иначе. Я приехала в Нью-Йорк в надежде на Мечту. Я уезжаю сейчас, потеряв частичку себя, обретя частичку себя и усвоив несколько горьких истин о том, как ошибочно полагать, будто все видят мир и дружбу так же, как я. Но без слез, Нью-Йорк. Дело не в тебе, дело во мне. Я буду притворяться, что мы были лучшими друзьями, если кто-нибудь спросит. А они обязательно спросят.