любовь дороже жизни

На следующий день на съемках царил переполох. Паша не вышел на связь. Сначала думали — проспал. Потом выяснили, что он не вернулся домой ночью. Его нашли через три дня в его же собственной квартире.

Влад, естественно, был на площадке, когда пришла новость. Он сидел в кресле, положив руку на колено Олегу, который пил зеленый чай. — Его накрыло, — шептались гримерши. — Говорят, страшное было. Вся квартира в какой-то черной плесени, хотя санэпидемстанция потом сказала, что это не биологический материал. А сам… Он выглядел так, будто… — Хватит сплетен, — холодно оборвал Влад, не повышая голоса, но в воздухе повисло давление, заставившее женщин замолчать. Олег вздрогнул и посмотрел на Влада. В его глазах промелькнула тень. Как медиум, он чувствовал эхо смерти. Там, где прошлась черная магия такого калибра, всегда остается привкус пепла на языке. — Влад, — тихо сказал Олег, — этот оператор… Паша. Он ведь… — Умер, — спокойно закончил Влад, помешивая свой кофе. — Жаль. Он был талантлив, говорят. — Он посмотрел на Олега в упор. — Но это не значит, что ты должен расстраиваться. Такие вещи случаются. Олег хотел возразить, хотел спросить, но Влад придвинулся ближе, взял его за подбородок, заставляя смотреть в глаза. Взгляд чернокнижника был глубоким, как колодец, полный звездного неба, но в этом небе не было света — только бесконечная, всепоглощающая любовь. — Тебя это не касается, — мягко, но стально произнес Влад. — Ты под моей защитой. Всегда. Олег проглотил комок в горле. Рациональный ум кричал ему, что это не совпадение. Слишком пристально Влад смотрел на Пашу, слишком явно ощущалась в воздухе сера в последние дни. Но Олег был пассивен по натуре. Он привык доверять Владу, тонуть в его заботе, которая иногда была удушающей, как смола. — Я хочу домой, — только и сказал Олег, устало откидываясь на спинку стула.