smalltown boy

западный техас ошибок не прощает. особенно летом, когда температура неумолимо пересекает черту в +30 градусов. особенно когда ты обкуренный почти что ползешь по нескончаемому пустырю к проклятой автомастерской.  вообще-то у уилла выходной. он собирался встать с утра пораньше, несколько часов потратить на рисование эскизов для портфолио, а все оставшееся время - валяться перед телевизором в гостиной, будучи накуренным до тошноты.  и он почти выполнил планы. почти потому что как только уилл ощутил, как его тело медленно растекается по дивану в кайфе, ему позвонил лонни и попросил, нет, поставил перед фактом, что уилл должен посидеть в автомастерской пару часов, потому что папашке куда-то срочно понадобилось свинтить.  разговор окончился, и в трубке послышались гудки. в голове послышалось желание пару раз хорошенько приложиться о стенку, в которую уилл уперся лбом.  у него выходной, блядь.  он две недели почти весь день торчал на работе в видеопрокате, где самым веселым развлечением было - смотреть спектакль от тринадцатиледки, старательно корчащего из себя старшеклассника, чтобы ему продали кассету с пометкой «18+».  конечно дальше у уилла будет две недели ночных смен, на которые выходить ощутимо приятнее: людей толком нет, камеры в это время не смотрят, так что до утра можно смотреть кассеты с прилавков. и все равно, это не отменяет того факта, что он устает на работе. ему нужны были эти несчастные три дня выходных. и разумеется папаша, видимо почуяв, что сын наконец расслабился, решил запрячь его.  хуже всего то, что уиллу некуда деваться. он не из тех подростков, которые могут сказать "нет" своим родителям. его "нет" просто не слышали. если он не делал то, что хочет лонни, то в лучшем случае весь вечер выслушивал про себя наихудшие эпитеты в представлении убежденного республиканца. выходной уже испорчен, но окончательно гадить себе настроение очередной руганью не хотелось. так что байерс, задыхаясь от жары, тащится на работу к отцу. 

***

футболка липла к телу и ощущалась как влажная, тяжелая вторая кожа. парень забыл взять воды и, во-первых, проклинает себя за это всю дорогу, во-вторых, уже считает секунды до обморока.  техас летом не щадит. в голове каша, раскаленная жарой. тело движется на автомате, пока уилл прикладывает все усилия, чтобы держать глаза открытыми. по ощущениям вены в висках взбухли настолько, что вот-вот взорвутся, и он уже почти не против такой участи.  возможно отец все же не не знал, что около полугода назад у его сыновей появилось еще одно общее пристрастие. возможно он просто закрывал глаза на подозрительное поведение младшего, но теперь решил избавиться от него, заставив вылезти обкуренным в адскую жару на улицу.  наконец показалась ненавистная мастерская, и уилл про себя взмолился о наличии работающих кондиционеров в помещении.  на улице под крышей работало всего несколько человек. ну как работало. кажется, там всего один был занят машиной, остальные трое болтали чуть поодаль. послышался гогот, который узнавался даже сейчас, на грани сознания.  сраный робби хауэлл. мерзкого вида басота с восьмью классами образования и раздражающе активной гражданской позицией. будучи фанатичным республиканцем и баптистом южной конвенции, он имел мнение по любому вопросу, и, конечно же, о личности уилла байерса тоже. впервые робби додумался пошутить про то, что уилл гей, когда мальчику было десять. лонни, как настоящий отец, абсолютно никак это не пресек. и с тех пор приходилось регулярно выслушивать шутки про фей, гомиков, заднеприводных, голубых, содомитов и так далее. робби знал поразительно много названий для людей, которых, как он считал, нужно стереть с лица земли.  уилл шел поближе к стене, искренне желая слиться с ней или хотя бы выглядеть не так заметно. ему просто нужно пройти немного вперед до нужной двери, он даже здороваться ни с кем не собирался.  — какие люди! — восклицает мерзкий, булькающий голос. будто жир с подбородка робби застрял у него прямо в горле.    уилл даже не пытается скрыть, что закатил глаза. он услышал прямо перед собой шорох колес, будто кто-то выкатился на подкатной лежанке из-под машины, специально чтобы взглянуть кому робби вдруг так обрадовался.  байерс глаза не опустил, а продолжал уперто таранить взглядом дверь вовнутрь здания.  — чего ты хмурый такой, уильям? опять парень бросил? — добавляет робби, и вместе со своими дружками, стоящими по бокам от него, разражается смехом.  уиллу хотелось уметь, как джонатан - сорваться и устроить драку. плевать, что хауэлл имеет преимущество в весе и росте. он был готов остаться без зубов только чтобы доказать старому хрену, что он не такой безобидный, каким кажется. возможно ему даже удалось бы совершить пару удачных ударов - он, на радость отцу, в прошлом году все же увлекся спортом. теперь его тело имеет форму и рельеф. но не имеет ни малейшего представления о том, как бить. и уилл очень хотел бы уметь, как джонатан. но он не умеет.  конечная цель - дверь вовнутрь здания - достигнута. байерс, игнорируя головокружение, движется в самый конец коридора. там кабинет лонни. там кондиционер. в идеале там есть вода или хоть что-то жидкое. а еще там телефон. уилл не попрется в таком состоянии по духоте обратно домой, иначе сдохнет на полпути. нужно набрать джонатана, попросить подбросить до дома. тем более тот только приехал из колледжа, и уиллу хотелось видеть брата почаще, после разлуки длиной в год.  парень вваливается в кабинет и сразу хватает единственный пульт со стола. тычет в кнопку, даже не направив на кондиционер, но тот все равно включается.  почувствовав как первая прохлада касается тела, он выдохнул и упал в кресло за отцовским столом. около минуты уилл просто растекался по стулу, с удовольствием лишаясь тепла из перегретого организма. каша в голове постепенно остывала, оставляя после себя лишь неприятную ноющую боль в висках. но гул кондиционера и прохлада уже были причиной облегченно простонать.  а вот воды нигде не было… не то чтоб парень прям встал, прошелся и поискал, нет, ему смертельно лень совершать столько действий за раз. на видимых местах вообще не было ни воды, ни газировки, ничего. не верилось, конечно, что лонни весь рабочий день стойко терпел обезвоживание.  уилл фыркнул: подзабыл, что алкоголизм приучил его отца к тому, чтобы все жидкости держать во фляжке. той самой, что, казалось, была припаяна к руке мужчины.  вода, впрочем, стала единственным из-за чего байерс расстроился бы, если б месиво в его голове не лишало нервную систему способности выдавать эмоции. зато был телефон на столе, и уилл поспешил набрать брата.  ладно, "поспешил" громко сказано. ему понадобилось примерно полминуты, чтобы вспомнить номер джонатана. — будь дома, будь дома, будь дома… — бормочет он, прижимая трубку к уху.  гудок оборвался: — ало? — это уилл, привет, — парень облегченно выдохнул и подпер лоб рукой.  — что с тобой? — моментами чуткость джонатана окрыляла уилла, давала чувство, что по прежнему в мире есть к кому прибиться, кто о нем волнуется. моментами вспоминались рассказы от самого брата, что он пьет антидепрессанты от тревожного расстройства. с другой стороны, любовь таблетками не лечится, и джонатан просто внимательный-ответственный-вовлеченный старший брат. так ведь?  — я буквально три слова сказал… — хрипит уилл и усмехается. у него не было сил устраивать спектакль и делать вид, что он хорошо себя чувствует.  — ты звучишь так, как будто сейчас умрешь.  — браво, пять баллов за… — чуть не вырвалось "наблюдательность". из горла раздался еще один смешок. типо, какая к черту наблюдательность, это телефонный разговор. —… проницательность. ваш приз - забрать полумертвого братишку с работы отца и подвезти домой. через, эм, три часа.  — уилл, что с тобой? — не унимался старший. то либо тревожное расстройство в нем начинало играть с новой силой по приезде домой, либо он излишней участливостью пытался компенсировать свое отсутствие на протяжении всего учебного года. — ты у лонни? он с тобой? мне приехать сейчас?  от количества вопросов за раз мозг опять начинал потихоньку закипать.  — нет, нет, подожди… — уилл постучал по виску, будто это действительно помогло бы ему упорядочить мысли. — я был дома, потом он позвонил мне, сказал приехать и побыть здесь, пока ему нужно куда-то смотаться. но на улице так… ужасно. я думал, что умру по пути! и мне не очень хочется… не хочу проверять вывезу ли я пешком дорогу обратно, так что… заберешь меня?  — давай я приеду сейчас? у тебя есть вода с собой? — парень был уверен, что брат сейчас оглядывается по сторонам, ища ключи от машины или от дома.  в мутном сознании вдруг промелькнула пугающая перспектива остаться без компании брата еще на неопределенный срок. джонатан совсем недавно что-то говорил про то, что они с отцом опять разругались прямо перед приездом, соответственно: а) робби, на правах любимчика, уже знал в подробностях об очередном конфликте; б) лонни, скорее всего, до сих пор злился. — не надо, тут робби. он настучит сразу, как отец вернется.  лонни, на самом деле, не смотря на их крайне натянутые отношения с джонатаном, было плевать общается с ним уилл после его поступления или нет. он наверняка даже не знал, что старший сын вернулся в город. просто мужчина, напившись и сцепившись с уиллом, каждый раз неизменно опускался до угроз приложить максимум усилий, чтобы обрубить братьям все контакты. на трезвую он об этом даже не вспоминал и реальных действий никогда не предпринимал. но уилл всегда настораживался от этих слов и иногда загонялся достаточно, чтобы начать верить его угрозам. уилл параноик. тем более, когда еле соображает. — слушай, все не так плохо, ладно? тут кондиционер, а попить если что схожу куплю.. да, уилл, отличная идея. еще один смертельный марш-бросок пешком теперь уже до ближайшей заправки. тем более, что при себе нет ни цента.  черт, травка делает с мозгами что-то невообразимое.  — мне просто нужно, чтобы ты остановился где-то неподалеку и потом отвез меня домой.  —… ты же позвонишь, если станет совсем плохо? — само собой.  уилл молился, чтобы этого не пришлось делать.  — ладно. через три часа подъеду.  — спасибо большое, увидимся.  телефон звякнул, когда парень положил трубку. и звук этот ощущался, как запущенный таймер ровно на три часа. три, мать его, часа. он мог бы, не глядя, три часа потратить на просмотр фильмов. на книжки. на рисование. теперь из перспектив: три часа сидеть тут и дохнуть от безделья, либо три часа сидеть в мастерской и дохнуть от шуток робби.  в целом, уиллу так плохо, что он может постараться задремать.  да, хорошая мысль.  он сложил руки на столе и опустил на них голову. пожалуйста, пусть мозг будет перегружен достаточно, чтобы просто выключиться. уилл заслужил отдых, и пускай этот отдых по факту будет отключкой. у него выходной. послезавтра начнутся две рабочие недели, пять через два, только ночные смены с просмотрами новых фильмов до самого утра. он развалится на небольшом диванчике в подсобке, вытащит кассету с записью с камер с дневной смены (в этом нет ничего такого, так делают все сотрудники проката, остающиеся на ночной смене), вставит свою кассету и до утра будет топиться в эскапизме. раз в час-полтора будут заходить люди. с восьми вечера до девяти это будут еще нормальные покупатели, они будут брать ромкомы, детективы и фантастику. к десяти и до одиннадцати вечера - будут компании молодых ребят, собравшихся повеселиться, и, скорее всего, они возьмут ужастик, но и фантастика в это время все еще актуальна. с двенадцати до четырех утра - порно. в плане, приходят только за ним. уилл вытащит в зал из подсобки коробку и на все вопросы ("а это о чем?", "а тут что происходит?") будет неизменно отвечать: "не знаю, не смотрел". и ровно в промежуток с четырех утра до пяти приходят постоянники, каждого из которых уилл знает в лицо, и они его тоже. им он молча выставит другую коробку, тоже под завязку набитую кассетами с порно. только в тех фильмах не задействовано ни одной женщины.  уилл в такие моменты чувствовал себя контрабандистом. ведь это техас, красный штат, на дворе восьмидесятые, когда только мертвый ничего не слышал о спиде и о том, что именно "гомики" являются носителями и распространителями смертельного вируса.  на весь персонал в прокате, было только двое, к кому приходили за этими фильмами: байерс и еще одна девчонка, имя которой хоть убей не запоминалось. их работодатель - почетный прислужник капитализма и не чурался заработать деньги там, где другие отказывались по понятным причинам. и доверил этот секретный товар двум самым закрытым и необщительным ребятам.  под собственный поток мыслей уилл начал дремать, как прямо перед ним что-то металлическое громко стукнуло о стол.  уилл вздрогнул и поднял голову.  перед глазами синяя банка пепси, холодная, с каплями конденсата на металле. капли на свету блестели так соблазнительно, что в этой смертельной жаре их хотелось слизать языком.  уилл поднял голову повыше.  над ним высился парень, его ровесник, с озабоченным выражением лица. руки сложены на груди, на запястьях и пальцах видно грязь, отпечатками такая же осталась на банке. темные вьющиеся волосы прилипли ко лбу и вискам. брови слегка нахмуренны, а карие глаза изучают прямым, направленным взглядом.  а тело… ох, боже. на нем черная висящая майка, совсем не оставляющая места для фантазии. парень не тощий, явно подтянутый и сухой, будто мускулатура развивается не за счет спорта, а за счет физически затратной работы. такой… природный рельеф. плечи подгорели на солнце, по шее стекает пот и блестит в ложбинке меж ключицами. еще блестит грудь и плечи. на ногах рабочие штаны, по странному гармонично сочетающиеся с майкой.  — привет. — раздалось сверху, и уилл только сейчас вспомнил, что должен был хоть что-то сказать.  — привет? — эм… она еще холодная, считай только что купил, — незнакомец кивает на банку, но оторвать взгляд от брюнета все никак не получается. — увидел тебя, когда ты шел сюда… подумал тебе нужнее. тебе, видимо, плохо?  незнакомец немного нервничал. уилл это уловил, потому что не мог перестать смотреть на постоянно поджимающиеся в нерешительности губы. наверное, это странно? нет, потому что он все еще под кайфом.  возможно это странно только если этот парень думает, что глаза у уилла покраснели от жары.  — мне… плохо? — байерс так растягивал буквы, будто совсем не слышал что ему говорят и он пытался угадать, читая по губам. в целом, так почти и было. — ты шел, держась за стенку, чувак.  кажется уилл поверил в бога. по крайней мере, в ангелов, ведь один самый красивый из них прямо сейчас стоял над ним, отдав свою банку газировки. еще холодную.  — вау.. — выдыхает шатен, глядя вверх прямо благоговейно. лицо над ним меняется в растерянности - не в плане "фу, блядь", а в плане "о нет, ему совсем плохо". только тогда парень сглатывает вязкую от обезвоживания слюну и переводит взгляд на пепси прямо перед носом.  — вау, типо, ты спас мне жизнь, — продолжает уилл, разглядывая отпечатки грязи с чужих пальцев на банке, — спасибо, да. это было очень кстати.  он хватается за свое спасение и ногтем подцепляет край крышки. раздается хруст, потом шипение газа из напитка. в унисон ему удовлетворенно шипит мозг парня. холодная приторная жидкость стекает по пищеводу в желудок, и уиллу хочется плакать от того, сколько жизненных сил один глоток ему придал.  — твоего спасителя зовут майк, кстати.  твоего спасителя зовут майк. фраза прозвучала настолько непринужденно, что уилл, оставив банку на полпути ко рту, вновь взглянул на майка.  майк. майкл. имя так плавно перекатывалось на языке, что хотелось повторить его еще десяток раз, чтобы распробовать.  майк увидел его, едва живого, пару минут назад. майк забеспокоился. майк отдал ему свою газировку, наплевав на миниатюру ада на улице, ведь в моменте майку показалось, что не дать уиллу умереть важнее. майк стоит здесь и называет свое имя. майк с ним знакомится.  — твоего должника зовут уилл, — ухмылка тронула его губы, что сам парень заметил только когда майк улыбнулся ему в ответ.  — круто. — круто.  каннабис делает из людей кретинов, кстати. уилл убедился в этом вот сейчас, и вот это открытие вообще некстати. вероятно на него так подействовала жара или майк, либо уилл докурился до этого, но прямо сейчас его кайф провоцировал достаточно опасную ситуацию. в плане, за семнадцать лет жизни байерс выучил, что в их яме под эль-пасо если один парень пялится на другого, то либо сам планирует напасть, либо напрашивается на нападение, потому что "пялиться на мужиков просто так - по-гейски". и именно на это его подтолкнула трава. но майк… не выглядит оскорбленным или злым или отвращенным. неловким, да. и скорее всего такой непрерывный зрительный контакт со стороны байерса внес в его состояние свою лепту, но, помимо этого, как выяснилось секундой позже, он просто думал о чем им поболтать.  — я тебя тут никогда не видел, уилл… голос в голове провизжал: "назови мое имя еще раз!!! и еще!!! никто его так никогда не произносил!!!" так. надо прийти в себя, потому что, еще немного, и настоящий голос и внутренний синхронизируются.  — я, эм, — уилл крутит банку в руке, стараясь сосредоточиться на том, как внутри алюминия плескается жидкость, — я и не бываю тут часто. нет необходимости, да и не особо люблю в мастерской находиться. ну типа… скучно. но отец попросил побыть здесь немного, пока его нет, так что… — он неопределенно махнул рукой, мол "и вот я здесь".  — отец? — переспросил майк, склонив голову набок. ему правда интересно? — да, лонни мой отец. — голос звучал так, будто речь шла не о родителе, а о судимости. что, в целом, далеко от правды не было. в смысле, факт родственной связи с лонни ощущался, как приговор, а вся последующая жизнь с этим клеймом - как наказание.  — здорово. — уилл непроизвольно щурится. — в плане, он выглядит таким… расслабленным. много шутит, голову не парит и дает работать. он, вроде, неплохой мужик? — ага… — глухо отзывается парень, оставив банку в покое. теперь его внимание занимал уже испаряющийся конденсат. — ты давно тут работаешь?  портить майку настроение своей кислой миной и отбивать у него желание общаться совсем не хотелось. да и к тому же, уилл знал, что лонни умел производить первое впечатление, так что было бы наоборот странно, если бы его собеседник первым делом начал ругать отца. вообще странно ругаться на работодателя, когда ты говоришь с его сыном. может майк так пытается утвердиться здесь и получить расположение начальства, но на самом деле лонни ему тоже не нравится.  хотя с чего майк обязательно должен понимать уилла? черт, они просто болтают.  ебучая травка и сентиментальность.  — недели три где-то… — майк отвел глаза в сторону и потер кончик носа, — да, около того. переехал я месяц назад, получается, и, ха, буквально сразу нашел работу.  — о, — уилл кивнул, вновь поднеся банку ко рту. показалось, что брюнет внимательно проследил за этим жестом. — и откуда ты?  что это за место, от которого захотелось уехать сюда?  — хоукинс, индиана, — парень потупил взглядом в пол, — отстойный город с отстойными людьми, ничего особенного.  майк сжался в плечах, и теперь выглядел так, будто обнимал себя. кажется, они оба случайно зашли на личную, опасную территорию друг друга и выглядели неловко. наступила пауза. каждая секунда молчания ощущалась как точка, после которой они разойдутся, как минимум, очень надолго. потому что уилл протрезвеет, может быть даже не вспомнит о майке, но абсолютно точно добровольно на отцовскую работу не вернется.  в тишине четко слышалось, как в мастерскую на улице заехала машина. уилл вздрогнул.  — уходишь?  — нет.  они оба выпалили слова быстро. и когда поняли это - неловко улыбнулись друг другу.  — в смысле, этим придуркам пора работать, — майк фыркает, но улыбка с лица не пропадает, — они весь день только и делают, что обсуждают новости, политику и все такое. за пару часов приехало две машины, и кряхтел над ними я. так что пошли они, им пора заняться делом.