Робб Старк Молодой волк

На горизонте вспыхнуло золото. Это не было солнце — это были знамена Баратеонов и Ланнистеров, сотни рыцарей, гвардейцев и слуг, растянувшихся по тракту, как живая золотая змея. Юг приехал на Север, пахнущий духами, вином и застарелой гордыней. Но Винтерфелл встретил их не цветами. Он встретил их сталью. Винтерфелл. Внутренний двор Ворота поднялись, и королевский кортеж втянулся во двор. Грохот карет и ржание южных коней казались здесь чужеродными, слишком громкими. Старки выстроились в ряд. Нед в центре, суровый и молчаливый. По правую руку — Робб и Алис, оба в тяжелых черных мехах, плечом к плечу, как две части одного щита. По левую — Санса, бледная и прямая, а за её спиной, опираясь на трость, стоял Домерик Болтон. Его раненое плечо было скрыто под плащом, но бледность лица и холодный взгляд выдавали в нем человека, только что вернувшегося с края могилы. Роберт Баратеон, тяжело дыша, сполз с коня. Он стал шире, обрюзг, его борода была всклокочена. Но глаза — глаза старого воина — мгновенно оценили обстановку. — Нед! — взревел он, заключая друга в медвежьи объятия. — Ты совсем не изменился, старый ты волк! Только оброс еще сильнее. Роберт отстранился и окинул двор взглядом. Его брови поползли вверх. Вместо нарядных пажей он видел хмурых гвардейцев Карстарков. Вместо тихих дам — Дейси Мормонт, которая стояла рядом с Малым Джоном, скрестив руки на груди и небрежно положив ладонь на эфес топора. — Что это у тебя за лагерь, Нед? — пробасил король, кивнув на вооруженных людей. — Я ехал на пир, а попал на военный совет? — Время сейчас такое, Роберт, — негромко ответил Нед. — Зима близко. Королева Серсея вышла из кареты, морщась от запаха псарни и мокрого камня. За ней спрыгнул Джоффри — в золотом дублете, с надменной улыбкой, уверенный, что сейчас он увидит свою «северную куколку», о которой так много слышал. Он подошел к Сансе, готовясь отвесить изящный поклон. — Леди Санса, — протянул он, ища её руку. — Моя мать говорила, что на Севере есть цветок, способный затмить южные розы. Санса сделала безупречный, но холодный реверанс. Она не опустила глаза. — Благодарю, принц Джоффри. Но боюсь, розы здесь не выживают. У нас ценят только то, что не боится мороза. Она сделала шаг в сторону, открывая Джоффри фигуру Домерика Болтона. — Позвольте представить вам моего жениха, милорда Домерика из дома Болтонов. Он недавно вернулся из похода за Стену… где спас жизнь моему отцу. Джоффри замер. Его улыбка превратилась в недоуменную гримасу. Он смотрел на бледного юношу с глазами цвета льда, который смотрел на принца не с почтением, а с едва скрываемым любопытством хищника, изучающего новую дичь. — Помолвлена? — голос Серсеи, подошедшей сзади, прозвучал как удар хлыста. Она перевела яростный взгляд на Неда. — Лорд Эддард, я полагала, что между нашими домами… — На Севере союзы скрепляются кровью, королева, — вмешался Робб, делая шаг вперед. — Домерик пролил свою за моего отца. Это выше любых планов. Роберт Баратеон посмотрел на Робба, на Алис, на раненого Болтона и вдруг… расхохотался. Громко, хрипло, хлопая себя по животу. — Ха! Слышишь, Серсея? — проревел он. — Не успели мы коней расседлать, а волки уже всех своих щенков распределили! Вот это я понимаю — порядок! Некогда им ждать твоих реверансов. Роберт подошел к Роббу и хлопнул его по плечу так, что тот едва пошатнулся. — Хорош, парень! Говорят, ты себе жену в бою взял? Кархолдская кровь? Вижу-вижу… Он посмотрел на Алис. — Будь с ним пожестче, девочка. Старкам иногда нужно, чтобы их кусали. Кейтилин стояла позади, чувствуя, как её последняя надежда на королевский союз растворяется в этом грубом хохоте Роберта. Король не был рассержен — он был восхищен. Ему, старому воину, этот ощетинившийся сталью Винтерфелл нравился куда больше, чем затянутая в шелка столица. — Веди меня в крипту, Нед! — скомандовал Роберт. — Хочу навестить Лианну. А потом — пир! Я хочу выпить с твоими новыми зятьями. Особенно с тем, кто теннов кинжалами режет! Южный кортеж начал распаковываться, но тишина в замке не вернулась. Болтоны, Карстарки и Амберы стояли на своих местах, и их взгляды провожали каждого южанина, словно предупреждая: «Вы здесь гости. Пока мы позволяем». Винтерфелл. Крипта Внизу, среди каменных королей и мертвых лордов, пахло сыростью и вечностью. Факел в руках Роберта дрожал, отбрасывая длинные, прыгающие тени на лик Лианны. Король долго молчал. Его плечи, когда-то могучие, теперь казались грузными и усталыми. — Я уже не помню её лица, Нед, — хрипло признался Роберт, и в его голосе прорезалась старая, не заживающая рана. — Только запах роз… и то, как она смеялась, когда я пытался быть галантным. Он обернулся к Неду, и его взгляд стал тяжелым. — Твоя невестка, Алис… — Роберт нахмурился. — Она не похожа на Лианну лицом. Лианна была… тоньше. Но в том, как эта девчонка Карстарков смотрит на мир, как она вцепилась в руку твоего сына и как она плюет на шелка твоей жены… Боги, Нед, в ней сидит тот самый бес, что жил в твоей сестре. Она не леди, она — буря. Роберт тяжело вздохнул, поднимаясь по ступеням обратно к свету. — И вторая твоя… как её? Арья? — Роберт остановился у самого выхода из крипты. — Я слышал она спорила сХорнвудом о крепости щитов. Те же глаза. Тот же упрямый подбородок. Он вдруг замер, осознав масштаб произошедшего в Винтерфелле за закрытыми дверями. — Подожди-ка, — пробасил король, и его голос эхом разнесся под сводами. — Санса обручена с раненым Болтоном, это я понял. А Арья? Что, тоже помолвлена?! Нед остановился, глядя на друга. — Да, Роберт. С Дарином Хорнвудом. Помолвка объявлена неделю назад. Роберт замер на месте. Он медленно перевел взгляд с Неда на вход в зал, где гремели кубки. — Что?! — взревел он, и это был не гнев, а оглушительное изумление. — С кем?! С Хорнвудом? Дарин — славный малый, я видел, но ей же десять лет, Нед! Ты что, решил выдать всех дочерей, пока я ехал по тракту? Ты хоть одну мне оставил?! — Я не «выдаю» их, Роберт, — спокойно ответил Нед. — На Севере сейчас не время для длинных ухаживаний. Халис Хорнвуд попросил союза, Арья сама выбрала парня во дворе. Мы дали слово. — Сама выбрала?! — Роберт расхохотался так, что пыль посыпалась с потолка. — Боги, Нед! Ты вырастил не дочерей, а стаю валькирий! Одна завалила волка, вторая выбрала себе мужа мечом, третья ушла к Болтону за кровь… Он хлопнул Неда по плечу, едва не сбив его с ног. — Ты сумасшедший, Старк. И сын твой сумасшедший. Вы сшили Север так плотно, что здесь даже королю сесть некуда! Я вез Джоффри принцессу, а нашел в Винтерфелле военный лагерь, где невесты точат топоры! Они вышли в зал. Роберт окинул взглядом столы. Он видел Арью, которая о чем-то яростно спорила с Дарином, размахивая куском хлеба. Видел Алис, которая негромко, но властно отдавала распоряжения слугам, не спрашивая Кейтилин. И видел Сансу, которая сидела рядом с Домериком, не сводя глаз с его перевязанного плеча. — Ты опоздал, Джоффри! — крикнул Роберт через весь зал сыну, который сидел с кислым лицом. — Здесь нет для тебя роз! Здесь одни шипы и волки! Пей, парень, сегодня мы пьем за Север, который не дождался королей! Роберт ожидал увидеть в Винтерфелле старого друга и его нарядных дочерей, но вместо этого он вошел в зал, где на столах вместо скатертей лежали карты, а лорды обсуждали не стихи, а толщину доспехов и запасы дегтя. Пир больше напоминал экстренный сбор дружины. Вместо менестрелей в углах шептались разведчики в грязных плащах, а мейстер Лювин то и дело подносил Неду новые свитки. Роберт сидел во главе стола, вертя в руках тяжелый кубок. Его взгляд метался от Робба, который чертил ножом на столе схему укреплений Волчьего леса, до Дарина Хорнвуда, обсуждавшего с Харрионом поставки зерна из Кархолда. — Что это, Нед? — Роберт со стуком поставил кубок. — Я проехал сотни миль, чтобы обнять брата, а попал на военный совет? Где твои шутки? Где эль, от которого ноги подкашиваются? Нед Старк медленно поднял глаза. Он не улыбался. — Шутки остались за Стеной, Роберт. Вместе с теми, кто не успел убежать. Нед подозвал Гловера. Маленький следопыт, всё еще бледный после вылазки, выложил на стол перед королем обломок обсидиана и клок жесткой, серой шерсти, которая пахла старой гнилью. — Одичалые — это полбеды, — негромко сказал Нед, пока в зале воцарялась ледяная тишина. — Манс Налетчик собрал сто тысяч. Но они не идут воевать с нами. Они бегут. За ними идет то, что мы считали сказками. Мы видели соблезубого медведя, который не боится огня. Мы видели великанов, которые выше твоих ворот. Роберт нахмурился, его рука непроизвольно легла на рукоять меча. — Великаны? Сказки старой Нэн, Нед! Ты перепил своего северного эля? — Домерик Болтон едва не погиб, закрывая меня от топора тенна, — отрезал Нед, указывая на раненого юношу рядом с Сансой. — Спроси его. Спроси моего сына. Спроси Карстарка. Мы все видели авангард армии, которая сотрет Север, если мы не будем готовы. Роберт перевел взгляд на Робба. Молодой Волк смотрел на короля без тени страха. — Мы не празднуем, ваша милость, — сказал Робб. — Мы вооружаемся. Мои сестры обручены с воинами, а не с придворными, потому что завтра нам понадобится каждый меч. Роберт тяжело выдохнул, глядя на своего друга. Он приехал за Десницей. Он приехал, чтобы забрать Неда на юг, в тепло и интриги Королевской Гавани. — Значит, ты не поедешь, — это не был вопрос. Это было горькое осознание. — Нет, Роберт, — твердо ответил Нед. — Я не оставлю Север в такой час. Мое место здесь, на Стене или в этих стенах. Ты просил меня стать Десницей, но сейчас я нужнее здесь как Хранитель. Роберт замолчал. Он обвел взглядом этот суровый зал, полный решительных людей, связанных узами крови и общей угрозы. Он увидел Алис, Дейси и Арью, которые смотрели на мир как воины. — Боги… — прошептал король. — Ты и вправду веришь, что Зима пришла. — Она уже здесь, Роберт, — Нед поднял свой кубок. — И если ты хочешь спасти свои Семь Королевств, тебе лучше перестать думать о Ланнистерах и начать думать о том, как накормить Стену. Роберт медленно поднялся, и в его глазах на мгновение вспыхнул тот самый огонь, который когда-то сокрушил Рейгара на Трезубце. — Ладно, Старк! Если ты зовешь меня на войну, а не на пир — пусть будет так! Я посмотрю на твоих великанов. Но горе им, если они решили, что старый Роберт разучился махать молотом!