Это не должно было случиться

Тишина в мастерской, возникшая после обвинений Питера, была прервана не словами, а резким звуком разбитого стекла на верхних этажах. Пятница мгновенно вывела красные голограммы. — Сэр, несанкционированное проникновение в жилой сектор. Наемники Озкорпа используют стелс-костюмы. Цель — захват биологических данных из лаборатории. Питер среагировал быстрее системы безопасности. Его лицо, еще секунду назад выражавшее обиду, превратилось в маску сосредоточенности. Он не ждал команды. — Паркер, стоять! — рявкнул Тони, когда на его тело начали наплывать наночастицы Марка-50. — Это не твоя война. Уходи, живо! — Там мои записи! Если они заберут формулу, которую я вывел вчера, у них будет сыворотка, — Питер уже выскочил в коридор, двигаясь по стенам с такой скоростью, что камера едва фиксировала его тень. Тони выругался под шлемом. Вместо того чтобы лететь на перехват основной группы, он был вынужден маневрировать в узких проходах, прикрывая тыл этого самоубийцы. В лаборатории уже вовсю шел бой. Наемники были экипированы по последнему слову техники: плазменные резаки, магнитные захваты. Питер ворвался в зал, сбивая двоих с ног одним рывком. Он работал жестко, без своих обычных шуток. — Пятница, заблокируй лифты! — скомандовал Тони, влитая в помещение. Один из наемников вскинул тяжелую пушку, целясь прямо в голову Паркеру, который был занят дезактивацией сервера. Тони не раздумывал. Он выпустил микро-ракеты, создавая заградительный огонь прямо перед Питером. — Уходи отсюда! — Тони встал между Питером и стрелком, принимая на щит очередь из крупнокалиберного оружия. — Хватай свои диски и проваливай в шахту лифта! — Я вас не оставлю, — бросил Питер, вырывая из рук наемника плазменную винтовку и сминая ее в металлолом. — Это не просьба, пацан! — Тони резко развернулся, отталкивая Питера к вентиляционному люку, пока сам отражал энергетический залп. — Ты хотел «профессиональных отношений»? Вот они. Моя работа — вытащить твою задницу живой. Твоя — не мешаться под ногами. Беги! Тони действовал грубо. Он прикрывал Питера огнем, намеренно подставляясь под мелкие рикошеты, чтобы Паркер мог безопасно добраться до выхода. Когда последняя группа наемников была отброшена к панорамным окнам, а Питер скрылся в шахте, Тони активировал мощный репульсорный импульс, вынося захватчиков за пределы здания. Час спустя. Лаборатория была разгромлена. Тони сидел на обломках стола, броня на его плече дымилась. Питер стоял у окна, сжимая в руках спасенный жесткий диск. Между ними снова была дистанция, но теперь она ощущалась иначе. — Ты нарушил три протокола безопасности, — сухо произнес Тони, не глядя на него. Он копался в поврежденном наруче. — Ты мог пострадать. — Вы тоже, — ответил Питер. — Зачем вы подставились под тот залп? Броня же не бесконечная. Тони наконец поднял голову. Его взгляд был жестким, но в нем читалось то, чего он не мог сказать вслух. — Потому что если с тобой что-то случиться, все эти железки не будут иметь смысла. И не надо на меня так смотреть. Это сухая логика. Питер усмехнулся. Впервые за долгое время это была настоящая, немного дерзкая улыбка. — Сухая логика? — Питер сделал шаг ближе. — Вы все это время строили из себя ледяного босса, а сейчас едва не остались без руки, потому что боялись, что в меня попадет пара искр. Тони замер. Он хотел съязвить, но вместо этого просто устало откинулся назад. — Ты невыносим, Паркер. — Так вы ответите зачем это делаете? — повторил Питер свой вопрос из мастерской, но теперь без горечи. Тони шумно выдохнул, чувствуя, как внутри закипает раздражение — на наемников, на Озборна и больше всего на этого проницательного парня. — Знаешь в чем твоя проблема? Ты ищешь скрытый смысл там, где его нет. Я просто не привык бросать своих людей под обстрелом. И точка. — Значит, это просто «профессиональный этикет»? — Питер прищурился, в его голосе промелькнул вызов. — Именно, — Тони встал, превозмогая боль в обожженном плече. Он прошел мимо Питера, намеренно задев его здоровым плечом. — Сдай диск в архив и иди к себе в комнату. И не смей думать, что этот инцидент что-то меняет в наших правилах. Питер посмотрел ему в спину. Он видел, как Старк едва заметно морщится от боли, но всё равно держит спину прямой. — Ясно. Хорошо. Но в следующий раз... постарайтесь, чтобы ваш этикет был не такой очевидный, мистер Старк. Тони замер у дверей, но не обернулся. — Иди уже, Пит. Пока я не передумал насчет твоей стипендии. После того как за Питером закрылась дверь, Тони еще долго стоял, упершись лбом в холодный металл косяка. Плечо нещадно дергало болью, но в голове было еще шумнее. «Пит». Он назвал его так впервые. Случайно, на автомате. — Сэр, уровень адреналина в крови снижается, — подала голос Пятница. — Рекомендую медицинский блок. И, если позволите... ваша «этика» действительно дает погрешность в 98%. — Отключись, — огрызнулся Тони, но беззлобно. Он прошел к своему креслу и тяжело опустился в него. Питер ушел, оставив после себя запах озона, адреналина и ту самую дерзкую улыбку, которая не выходила у Тони из головы. Старк понимал: Питер теперь знал его слабость. И самое паршивое — Тони больше не хотелось эту слабость прятать На следующее утро Питер подошёл в мастерскую вовремя. Он не выглядел виноватым или напуганным. Наоборот, в его движениях появилась новая уверенность. Он молча поставил на стол Тони стакан с его любимым кофе и сел за свой верстак. Тони покосился на него через линзы очков. — И что это? Подкуп должностного лица? — Просто этикет, сэр, — Питер даже не поднял головы от чертежа, но уголок его губ дрогнул. Тони замер с поднесенным к губам стаканом. Он почувствовал, как внутри против воли поднимается волна тепла. Этот мальчишка издевался над ним. Тонко, технично, используя его же собственное оружие. — Паркер, — произнес Тони, ставя кофе обратно. — Если ты думаешь, что вчерашнее дает тебе право на сарказм... — Нет, что вы, — Питер наконец поднял взгляд. В нем не было вызова, только странная, тихая нежность. — Вчерашнее просто дало мне понять, что я не ошибся в своем наставнике. Даже если он сам в себе иногда сомневается. Тони хотел сказать что-то резкое. Хотел напомнить про субординацию. Но вместо этого он просто вздохнул и вернулся к работе. — Работай уже, философ. День тянулся медленно, заполненный лишь тихим гулом серверов и ритмичным постукиванием инструментов. После утреннего кофе и того короткого, но важного разговора, они с Питером почти не разговаривали. Это была та редкая для Башни тишина, когда слова не нужны — каждый знал свою задачу, и каждый чувствовал присутствие другого как некий стабилизатор. К восьми вечера за окнами мастерской окончательно стемнело, Куинс расцвел огнями, а Тони, чей организм все еще боролся с последствиями вчерашней встряски и обезболивающих, незаметно для самого себя начал сдавать позиции. Он откинулся в кресле, планируя просто закрыть глаза на минуту, чтобы дать передышку воспаленному зрению... Наташа Романофф вошла в мастерскую спустя полчаса. Она двигалась бесшумно, как тень, намеренно обходя зоны активных датчиков — привычка, которую Тони так и не смог в ней победить. Она зашла, чтобы проверить состояние Старка после доклада Пятницы о «критическом повреждении брони», но замерла у входа, сложив руки на груди. Картина была слишком... нетипичной для этого места. Тони сидел в своем кресле, откинувшись на спинку, и... спал. Его лицо, обычно напряженное даже во сне, сейчас выглядело на удивление спокойным. А рядом, на краю верстака, сидел Питер. Он очень тихо, стараясь не звенеть металлом, перебирал детали поврежденного наруча Марка-50. Парень работал сосредоточенно, время от времени бросая быстрый, почти оберегающий взгляд на спящего наставника. — Давно он вырубился? — негромко спросила Наташа. Питер вздрогнул, едва не выронив отвертку, и резко обернулся. Увидев Романофф, он прижал палец к губам и облегченно выдохнул. — Мисс Романофф... Напугали. Минут двадцать назад. Он полночи калибровал серверы, а потом еще пытался спорить со мной о свойствах полимеров. Наташа подошла ближе, каблуки её сапог глухо цокали по бетонному полу. Она окинула взглядом пустые стаканы из-под кофе и коробку с пончиками. — «Профессиональные отношения», значит? — она изогнула бровь, глядя на Питера с той самой понимающей полуулыбкой, от которой Паркеру всегда хотелось провалиться сквозь землю. — Мы просто работаем, — быстро зашептал Питер, — Вчера было нападение, мистер Старк пострадал, я просто помогаю с ремонтом... — Питер, я шпионка — сухо напомнила Наташа. — И насколько я знаю, Тони не подпускает к своей броне никого, кроме Пеппер и Роуди. Даже Хэппи запрещено трогать отвертки. Питер замолчал, не зная, что ответить. Он снова посмотрел на Тони. Тот во сне едва заметно поморщился, и Питер инстинктивно потянулся, чтобы поправить плед, наброшенный на плечи Старка, но вовремя одернул руку под пристальным взглядом Наташи. — Он изменился, — продолжала Романофф, её голос стал серьезнее. — Последние две недели он был похож на заведенную бомбу. Срывался на всех, закрылся здесь. А сейчас... — она кивнула на мирно спящего Тони. — Кажется, предохранитель наконец-то встал на место. — Я не хочу чтобы он ставил черту между нами... — тихо признался Питер. — Он строит эти стены, называя это «этикетом», но это ведь глупо. — Это Тони, — Наташа подошла к столу и взяла один из оставшихся пончиков. — Думаю, он сам еще боится признаться себе в том что ты ему не безразличен. В этот момент Тони шевельнулся и медленно открыл глаза. Его взгляд сначала сфокусировался на Питере, и на секунду в нем промелькнуло что-то теплое и беззащитное, но как только он заметил Наташу, маска «Железного человека» мгновенно вернулась на место. — Романофф, — Тони выпрямился, потирая затекшую шею и шипя от боли в плече. — Ты что, опять взломала код доступа? Пятница, я же говорил поставить на неё отдельную сирену. — Ты спал, Тони. Причем довольно мило, — Наташа откусила пончик. — И твой стажер отлично справляется с твоей работой. Может, мне стоит нанять его в ЩИТ? Там ценят людей, которые умеют усмирять стихийные бедствия вроде тебя. Тони покосился на Питера, который старательно делал вид, что очень занят изучением микросхемы. — Паркер? В ЩИТ? Не смеши меня. Он слишком... — Тони запнулся, подбирая слово. — Чистоплотный для ваших интриг. И вообще, у него грант. Он собственность Старк Индастриз. — Собственность? — Наташа рассмеялась, направляясь к выходу. — Ну-ну. Пойду скажу Роуди, что ты нашел себе нового телохранителя. Только не перетяни гайки, Тони. Материал хрупкий, хоть и прочный. Когда дверь за ней закрылась, в мастерской снова повисла тишина. Тони посмотрел на Питера, который всё еще не поднимал глаз. — Она долго здесь была? — Достаточно, чтобы съесть ваш пончик, — Питер наконец улыбнулся и протянул Тони отремонтированный наруч. — Вот. Я всё поправил. Математически точно, мистер Старк. Тони принял деталь, его пальцы на секунду коснулись пальцев Питера. Он не отдернул руку сразу. — Спасибо за помощь, паучок. Уже поздно, так что иди к себе. И... — Тони замялся на секунду, подбирая слова. — Завтра принеси нормальный кофе. Тот «этикет», который ты притащил сегодня, отдает жженой резиной. Питер рассмеялся — легко и искренне. Он подхватил свой рюкзак, закидывая его на одно плечо. — Договорились. Завтра в восемь, мистер Старк? — В девять, Паркер. Когда двери лифта закрылись и Питер исчез, Тони еще долго смотрел на пустой коридор. Он коснулся здоровой рукой поврежденного плеча, где всё еще чувствовалось тепло от наброшенного парнем худи. — Пятница, — тихо позвал он. — Да, сэр? — Обнови протоколы допуска. Паркер может входить в мастерскую в любое время. Без предварительного уведомления. — Принято, сэр. Вы уверены? — Математически точно, Пятница. Абсолютно уверен.