Падший

      Аластор бродил по закоулкам Ада, устроив себе небольшое ознакомительное турне. Он методично помечал в памяти бары, высматривал улицы, куда лучше не соваться без веской причины, и с любопытством изучал грешников, чей внешний вид поражал своим безумным разнообразием. С некоторыми из них он успел расправиться по пути — впрочем, это были лишь незначительные эпизоды. Падший мгновенно усвоил главное правило этого места: ты либо сгинешь в безвестности, либо заставишь всех выучить твоё имя. Разумеется, он выбрал второе. Кому захочется влачить существование бродячей собаки, выпрашивая гроши и копаясь в помойках?       Осознание собственной мощи пришло не сразу, но эффектно. Расправившись с одним из Оверлордов и каким-то чудом заполучив его душу вместе с душами его прихвостней, Аластор быстро смекнул: способностями нужно пользоваться, причём с размахом. За первой победой последовали другие. Это был роскошный пир, где в меню значились не только Повелители, но и простые грешники с любопытной магией или те, кому просто пришло время окончательно исчезнуть. Каждый акт насилия, каждая капля пролитой крови разжигали в груди Аластора невероятный азарт. Хотелось пробовать это снова и снова, проверяя пределы своих новых возможностей.       Тысячи эмоций переполняли его, а страх, который он начал внушать окружающим, пьянил лучше любого вина. Всего за одну ночь весть о нём разнеслась по всему Пентаграмм-Сити. Аластор прозвал себя Радио-демоном. Смакуя каждое мгновение, он начал транслировать крики своих жертв на всю округу, превращая чужую агонию в захватывающий радиоспектакль. Он даже начал прикидывать сценарии для следующих выпусков — возможно, чуть менее кровавых, но не менее эффектных. Впрочем, эстетика радио настолько пришлась ему по душе, что он оставил бы себе это прозвище, даже если бы в эфире звучал только джаз.       На следующее утро Аластор обнаружил себя в превосходном расположении духа. Даже несмотря на то, что ночевать пришлось в сомнительном переулке, настроение было на высоте. Шагая по улицам, он смаковал важную деталь: грешники его боялись. Они шарахались в стороны, затихали и испуганно перешёптывались, едва он проходил мимо. Это приносило почти физическое удовлетворение.       Однако кое-что в облике города начало всерьёз раздражать. Вчерашний триумф слегка померк перед вездесущим логотипом — буквой «V», пульсирующей, как ломаная линия кардиограммы. Она была повсюду: на зданиях, на неоновых вывесках, на каждом новомодном гаджете. И лица... Их было трое. Очаровательная темнокожая леди, фиолетовый мотылёк в вычурной шубе и — настоящий кошмар на ножках. Не потому, что у парня был телевизор вместо головы, а потому, что это был он. Тот самый объект его шальной стрелы теперь взирал на Аластора с каждого экрана, словно за подопытным кроликом. Это рождало липкое, неприятное чувство, будто радио-хост оказался в клетке без стен: куда ни глянь, на тебя пялится холодный стеклянный глаз. Хотелось немедленно избавиться от этого надзора, но теледемон, казалось, оккупировал каждый угол Пентаграмм-Сити.       Настоящий удар ждал его вечером. Прогуливаясь по улице, Аластор едва не попал под колёса пролетающего мимо лимузина. Первым делом он хотел было разорвать водителя на куски, но замер, заметив в салоне медиа-оверлорда, увлечённо болтающего с партнёрами. Как назло, машина затормозила прямо перед Аластором. Теледемон вышел первым: вальяжно поправил лацканы, огляделся — и его взгляд намертво сцепился с оленеподобным грешником.       Вокс застыл. Аластор, этот невозмутимый джентльмен, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Недолго думая, он обратился в тень и скрылся в ближайшем переулке, как последний трус. Теледемон так и остался стоять у машины, игнорируя вопросы своих спутников. В его голове, гулким эхом в пустой комнате, билась одна-единственная мысль: Это он.       Вокс моргнул, фокусируя алый взгляд на пустом месте, где только что стоял незнакомец. Он хрипло хохотнул, потирая экран. Уже галлюцинации на почве этой помешанности начались? — пронеслось в мыслях у Медиа-демона.

***

      Вокс уже все уши прожужжал своим партнёрам, раз за разом пересказывая одну и ту же навязчивую фантазию. Образ того самого парня с вишнёвыми глазами засел в его голове так глубоко, что никакие перезагрузки не помогали. Стоило Воксу на секунду прикрыть глаза, как сердце начинало выбивать бешеный ритм, а на экране, вопреки всем настройкам, проступал предательский бирюзовый румянец. — Мы уже поняли, какой он охуенный, Вокс, честное слово! Но ты уверен, что он тебе не приснился? Ты помешался на пустом месте, — бросил кто-то из Ви, явно теряя терпение.       Винсент лишь сдавленно кивнул и разочарованно простонал. Он так надеялся услышать, что кто-то ещё видел это «небесное чудо» в их грязном, насквозь порочном городе. Но нет, тишина. Телепортировавшись в свою комнату, Вокс рухнул на кровать, искря от перенапряжения. Он яростно пытался «вырубить питание», но образ ангела засел в процессоре как грёбаный вирус. Неудаляемый файл, который сжигал систему изнутри, заставляя Медиа-Оверлорда чувствовать себя беспомощным перед лицом собственной одержимости.

***

      Что-то во всём этом казалось чертовски странным. Вокс был готов поклясться, что помнил этого парня другим... и в то же время точно таким же. Словно кто-то грубо вскрыл его файлы и подменил часть данных. Смуглокожий незнакомец выглядел иначе — как-то «не так». Но цветовая схема, эти ушки, костюм... всё совпадало с первоначальным образом. Что же тогда изменилось?       Вокс тряхнул головой, выкидывая лишний мусор из процессора, и повернулся к своим партнёрам. Вельветт уже привычно уткнулась в телефон, а Вал каким-то чёртом умудрился нахерачиться невесть откуда взявшейся наркотой. Из горла Вокса вырвалось лишь одно короткое предложение: — Я увидел его.       Вел приподняла бровь, не отрываясь от экрана, но через секунду всё же соизволила уточнить: — Кого это «его»? — Того парня из моей фантазии.       Модница изумлённо вскинула брови, и уже через мгновение на её лице расплылась предвкушающая, почти хищная ухмылка. Она бесцеремонно затащила Вокса обратно в салон лимузина и принялась щебетать, попутно устраивая ему настоящий перекрёстный допрос. — Я же говорила, что он где-то ошивается! Не могла эта одержимость взяться из ниоткуда, — Вельветт игриво подтолкнула раскрасневшегося Вокса в плечо. — Едем домой, а потом выследим его, и ты с ним каким-нибудь хуем подружишься. А дальше всё само завертится, поверь мне!       Водитель незаметно, но тяжко вздохнул и направил машину в сторону башни Ви. Шоу только начиналось.       Наконец, салон лимузина погрузился в относительную тишину. Слышался лишь мерный гул мотора, чужое дыхание и бессвязный лепет обдолбанного Вала. Атмосфера дружелюбия между Воксом и Вельветт быстро испарилась, и каждый уткнулся в свои дела. Вот только один из них никак не мог сосредоточиться. Окружающий мир словно сошёл с ума: звуки казались то невыносимо громкими, то пугающе тихими. Мысли, как зацикленная плёнка, крутились вокруг одного-единственного силуэта — того, кто заставил самоуверенный «ящик с картинками» помутиться рассудком.       Взяв себя в руки, Винсент принялся лихорадочно прочёсывать медиа-пространство Ада. Он искал хоть какую-то зацепку о загадочном аловолосом незнакомце, но интернет молчал. Словно назло, ни одной фотографии, ни единой строчки. Это выводило теледемона из себя: в Аду можно было нарыть досье на любого грешника, даже самого ничтожного, а этот тип будто с небес свалился — ни прошлого, ни следов.       И вдруг Вселенная решила сжалиться. Перед глазами всплыла плашка «В тренде», а рядом — заголовок о новом Оверлорде. Никаких фото, только сухой текст, но и его хватило, чтобы процессор Вокса заискрил. Красновласый демон с оленьими ушками, чёрные кончики локонов, алый сюртук и галстук-бабочка... Винсент впился в статью глазами. Парень нигде не появляется, но уже числится в Оверлордах? Звучит как бред, но сейчас это было неважно.       Информации кот наплакал — сплошная «вода», но крупицы фактов заставили его сердце биться чаще. Прозвище — Радиодемон. Чрезмерно жесток. Ведёт эфиры (пока под вопросом, но допустим). Имя неизвестно, но начинается на «А». Олень. О наличии хвоста, так интриговавшего Вокса, в статье не упоминалось, что вызвало лёгкое разочарование. Однако даже эта капля информации в море неизвестности была для него бесценным сокровищем. То, что Вокс определённо использует в будущем.       Ему было жизненно необходимо познакомиться с этим загадочным мужчиной. Стать ближе. Подружиться, а возможно... и нечто большее. С этими мыслями грешник наконец провалился в сон, погружаясь в омут сладостных фантазий о будущей жизни с оленёнком, который уже получил в его голове забавное прозвище «Бэмби».