Лечебная лактация

Они продолжали видеться даже после того, как месячные вернулись.  Но через год Алиса поступила в университет в другой город. Александр Игоревич сказал, что будет приезжать, когда сможет. Она сказала, что будет ждать. Он не приезжал. И скорее всего даже не планировал приезжать.  Через месяц Алиса познакомилась с парнем, своим ровесником. Он был добрым, нежным, говорил, что любит. Когда он целовал ее грудь, она закрывала глаза и представляла другого. Когда он входил в нее, она сжималась, вспоминая, как было с другим. Когда он говорил «я тебя люблю», она думала о том, что Александр Игоревич никогда не говорил этих слов. Она не звонила ему. Он не звонил ей. Без его ласк молоко пропало через два месяца. Грудь перестала наливаться, соски перестали болеть, а тело перестало откликаться на воспоминания. Однажды, листая ленту новостей, она увидела его фотографию. Статья о лучших врачах города. Он стоял в белом халате, серьезный, сдержанный. Рядом — женщина. Жена. Она смотрела на его лицо и чувствовала, как соски твердеют, а между ног становится влажно. Тело все же помнило. Она убрала телефон, зашла на кухню. Налила чай и села у окна. За окном был чужой город, чужая жизнь, чужой парень, который скоро придет и скажет, что любит ее.  Алиса потянулась к телефону. Набрала номер, который помнила наизусть. — Алло, — его голос был таким же, каким она его запомнила. — Здравствуйте, Александр Игоревич, — сказала она. — Это Алиса Соколова. Мне нужно... полечиться. Он помолчал. — Когда вы можете приехать?  — В субботу. — Жду, — и он сразу сбросил вызов.  Через три дня она приедет к нему. Через три дня все начнется сначала.