Спасенный варваром

Потребовалась целая неделя только для того, чтобы подобраться к стаду. Череда штормов замедляла нас, в то время как стадо уходило всё дальше на юг, когда земля становилась слишком грязной, чтобы они могли найти пищу. С каждым днем я раздражался всё сильнее. Я обещал Патрику, что вернусь быстро. Если столько времени ушло только на поиски стада, это не сулило скорого возвращения. Рат нырнул в наше временное укрытие; его длинные волосы промокли насквозь, а вид был раздосадованным. Я тяжело вздохнул. – Это ведь не закончится в ближайшее время, так? Он покачал головой, усаживаясь перед небольшим костром. Остальные были столь же недовольны, судя по их ворчанию. Поскольку грязь замедляла нас так же сильно, как и стадо, мы никогда не охотились в такую погоду. Но это лишь означало, что мы застряли здесь в ожидании, пока всё не пройдет. – Как думаешь, я проклят? Рат поднял взгляд, его брови сошлись в плотной хмурой складке. – Что? С чего ты это взял? Я начал лихорадочно жестикулировать, слова вылетали быстро и нервно: – С тех пор как я нашел Патрика, всё идет наперекосяк. Я не нашел его вовремя, до того как он покалечился; я напугал его при первой встрече и не смог защитить от злых слов Тавика. Ями пришлось вмешаться, потому что я слишком отвлекся, чтобы разобраться самому. Орторр до сих пор не дал согласия на мой союз с Патриком, и если он не разрешит, мне придется покинуть клан. А теперь еще и это. – я махнул рукой в сторону бушующей за стенами укрытия бури, которая ответила вспышкой молнии. Я нахмурился. – Мы не можем вернуться домой, пока не добудем для Морака то, что ему нужно, но шторм начался в тот самый день, когда мы уехали. Кажется, я действительно проклят. – А может, это Патрик проклят, и это перешло на тебя? – предположил Рос. Ужаснувшись, я резко повернул к нему голову. – С чего ты взял, что он проклят? Он повел плечом, развалившись на своем спальнике, и начал загибать пальцы: – Его выгнали из дома, он заблудился в лесу, за ним охотился теневой хищник, и он так сильно расшибся, что не может ходить – и всё это еще до того, как он встретил тебя. Как по мне, больше похоже на то, что проклят он, а не ты. Рат издал цокающий звук сквозь зубы. – Никто не проклят. Я думал то же самое, когда прибыл Финн. После нашего союза у него всё в порядке. Это пройдет. Орвак, сидевший у входа в качестве дозорного, оглянулся на нас через плечо. – Возможно, все горожане прокляты. Ты сказал, что у Финна всё наладилось после союза. Может быть, когда он стал братом по клану, проклятие было разрушено. Задумчиво поджав губы, я размышлял над этим. Многое из случившегося действительно вращалось вокруг Патрика. Я не хотел думать о том, что он проклят, потому что это только заставило бы меня еще больше беспокоиться, находясь так далеко от него. Но если Орвак прав, то у проблемы Патрика было простое решение. Мне нужно лишь заключить с ним союз, чтобы уберечь его. Конечно, это было легче сказать, чем сделать. Я всё еще не получил разрешения Орторра на союз с Патриком. Я даже не спрашивал самого Патрика, хочет ли он этого. Мне казалось, что он согласится – он выглядел счастливым со мной, – но какая-то часть меня боялась спрашивать. Что если он скажет «нет»? Рос сел, сердито глядя на дождь. – Я проголодался. Чья очередь охотиться на ужин? Хлеб, который испек нам Патрик, закончился несколько дней назад. Он говорил, что если быть бережливыми, его хватит надолго, но он был таким вкусным, что устоять было невозможно. Мы с братьями уже планировали попросить Патрика испечь еще для следующей охоты. Я пожалел, что проявил такую жадность в самом начале пути. Сейчас мне было бы куда спокойнее, будь у меня еще хоть кусочек. – Мы с Верусом сходим, – проворчал Рат. Я не стал с ним спорить. Возможно, охота поможет мне отвлечься от всего этого. В любом случае, сейчас я ничего не мог поделать ни с проклятиями, ни с чем-то подобным. Пока не вернусь к Патрику. Так как стадо было на равнинах, путь до ближайшего леса для охоты на мелкую дичь был неблизким. Мы старались устроить стоянку где-то посередине между лесом и стадом, но нам всё равно были нужны жеребцы, чтобы безопасно преодолеть это расстояние. Нам нужно было торопиться, пока в небе сверкали молнии, чтобы не пострадать, а на жеребцах это выходило быстрее. – Поторапливайся, Хэллгас. Погода против нас. Жеребец хмыкнул, явно не в восторге от того, что его так долго держали под дождем. Их укрытие было создано лишь для того, чтобы укрыть корм и их головы. Я немного опасался, что он откажется охотиться из-за такой обиды. – Я всё тебе компенсирую, когда будем дома, – пообещал я ему. Патрику я тоже собирался всё компенсировать по возвращении. Раздраженно тряхнув головой, Хэллгас последовал за жеребцом Рата галопом к деревьям. Дождь хлестал по коже, холодный и острый, но я изо всех сил старался его игнорировать. Если я сосредоточусь на нем, мне станет еще паршивее. Мы добрались до деревьев в рекордно короткие сроки; я спрыгнул со спины Хэллгаса и похлопал его по боку, пока мы с Ратом доставали луки. Конь легонько прикусил меня, когда уходил в сторону, но я не стал ничего говорить. Он имел право на раздражение. Я-то точно был раздражен. Нам не потребовалось много времени, чтобы найти нескольких еврахов, занятых трапезой. Шум дождя заглушал мои шаги, и я был практически вплотную к ним, когда наконец выпустил стрелу. Рат сделал то же самое в тот же миг, уложив двоих одного за другим. Легкость этой охоты удивила меня, и я бросил взгляд на Рата, который выглядел не менее пораженным. – Может, нам стоит пересмотреть отношение к охоте под дождем? – предложил я. Он хмыкнул, потянулся к евраху и резко свернул ему шею, чтобы убедиться, что тот мертв. – Давай обсудим это с остальными. Если это поможет нам вернуться скорее, я только за, но не когда в воздухе сверкают молнии. Это слишком большой риск. Верно, но молнии сверкали не постоянно. И плевать на грязь – я смогу поймать койваков. Возможно, это даже означало бы, что мы сможем поймать больше одного за раз. *** – Патрик? Глянув через плечо, я улыбнулся Финну, приглашая его войти. В кухонном шатре я был один. Старые кости Ямилет плохо переносили плохую погоду, и после того, как я доказал, что могу приготовить еду на всех, она наконец решила немного отдохнуть. Я медленно поджаривал мясо на ужин и по большей части оставался здесь, чтобы не возвращаться в шатер Веруса. Мне было грустно находиться там в полном одиночестве. Финн снял плащ, вытирая лицо рукавом туники. С тех пор как уехал Рат, он постоянно крутился возле меня и Зои, будучи слишком убитым горем, чтобы долго оставаться одному. Мне нравилась его компания, поэтому я никогда не отказывал ему в визитах; я указал на свободный табурет, приглашая его присоединиться. Я вручил ему корзину бобов, чтобы занять его руки делом, пока мы пережидаем шторм. – В этих краях всегда так много дождей? – спросил он наконец, придвигаясь поближе к огню, чтобы согреться. Я что-то промычал, подбрасывая в костер еще одно полено. – Весной – да. Там, откуда ты родом, по-другому? Он покачал головой. – Я жил южнее, неподалеку от Хартхейма. Мои брови удивленно взлетели вверх. – Из столицы? Я думал, они не участвуют в договоре. Он пожал плечами. – Мы были близко к ней, но всё же достаточно далеко, так что столица отказалась присылать солдат для нашей защиты. Понадобилось несколько дней, чтобы доставить меня в клан после того, как я стал добровольной данью. Я и не подозревал, что на севере погода будет настолько другой. Честно говоря, я тоже. Я никогда раньше не был на юге. Я и не осознавал, насколько близко наш город находился к зимним охотничьим угодьям варваров. Конечно, лес между нами был огромен, и я бродил по нему много дней, но всё же. Зимой между нашим городом и варварами стоял лишь лес. Интересно, что бы сделал мэр, узнай он об этом. Наверное, пришел бы в ужас. Финн немного сжался, его губы изогнулись в глубокой хмурой складке. – Рат обычно согревает меня по ночам. Без него трудно уснуть. Мне всегда холодно. – Я как раз собирался спросить, – признался я. Финн был крошечным, совсем без жировой прослойки, которая могла бы его согреть, а в шатрах еще не разводили костров, за исключением лекарского и кухонного. Даже мне было неуютно по ночам, хотя у Веруса было полно шкур, чтобы я не мерз. Оглядевшись, я взвесил наши варианты. – Мы могли бы остаться здесь? – предложил я. – Ями, может, и поворчит, но зато здесь будет тепло, и это избавит меня от необходимости тащиться обратно в шатер Веруса по такой грязи. – я с гримасой указал на костыли. Пробираться по размокшим тропам между шатрами было сущим мучением. Мне уже дважды приходилось просить о помощи, потому что я чуть не поскользнулся и не упал, пока просто шел к траншее. Если бы я мог избежать этого без крайней необходимости, я бы счел это победой. – Ты уверен? – спросил Финн, тревожно потирая пальцы. – Почему нет? Мой дом в городе находился прямо над моей лавкой. Чем это место отличается?