Paint it Black

Гарри убегал. Под ногами хрустел снег, но за бешеным током собственной крови и заполошным боем сердца этого было не услышать. Глумливые выкрики преследователей тоже растворились за гулким шумом. К сожалению, Дадли с дружками, такими же безмозглыми и жестокими, хотя и не могли настигнуть, но и отставать всё никак не хотели. Голые холодные ветки, припорошенные снегом, то и дело хлестали по лицу, потому что уворачиваться от них не всегда удавалось: зрение замылилось из-за собирающихся в уголках глаз слёз, которые появились по вине бьющего в лицо морозного воздуха, даже несмотря на толстые стёкла очков, которые, казалось бы, должны защищать от этого. Заросший подлесок неожиданно оборвался склоном, и Гарри едва не полетел с него кубарем, однако успел среагировать и перегруппироваться, просто съехав по откосу, тут же снова оказавшись на ногах. Из-за бурлящего адреналина он едва ли обратил внимание на набравшийся за штанины и в ботинки снег. Осознавать происходящее вокруг получалось с переменным успехом, Гарри просто бежал, зная, что рано или поздно Дадли и его шайке надоест это преследование и они отстанут. А до тех пор нужно лишь не сбавлять скорость, стараться не натыкаться ни на что и избегать тупиков. Раньше, до школы, можно было бы перебраться через какую-нибудь кирпичную стену или глухой забор, и Дадли бы отстал, но теперь благодаря школе у него появились приятели, среди которых был такой же тощий и ловкий как Гарри Пирс Полкисс из-за чего прятаться на или за высокими конструкциями или деревьями больше не помогало. Мир неожиданно замедлил свой ритм, когда переставлять ноги и держать равновесие стало откровенно сложно. Гулко стучащее сердце стало замедлять свой ритм, давая возможность успокоится немного и оценить обстановку. Новая неловкая попытка сделать шаг подсказала в чём дело. Под ногами был лёд. Гарри встряхнул головой, а затем всё же на несколько мгновений стянул очки, чтобы стереть с глаз и раскрасневшихся щёк слёзы. Он замер, оглядывая прояснившимся взглядом мир вокруг. Дадли с дружками почти нагнали его, однако замерли на берегу, не решаясь выйти на обледеневшую реку. Место адреналина стремительно занимал страх и паника, однако пошевелиться Гарри не рискнул. Эта речка никогда не промерзала достаточно хорошо, так что переходить её даже особо холодными зимами никто не решался. По крайней мере, по словам тёти Петуньи, наказывающей Дадли избегать этого места и посреди лета. Раньше Гарри до сюда никогда не добегал, зная, что река – тупик, ведь до ближайшего моста далековато, а вдоль воды легко загнать в ловушку, предварительно отрезав пути к отступлению. На такой стратегический ход вполне способен и туповатый Дадли с прихвостнями. Но изменившийся вследствие снежной зимы пейзаж и неосторожность привели его сюда сегодня. Лёд не казался тонким или неустойчивым, но в голове всё равно всплывали строгие наставления тьютора перед зимними каникулами об обманчивости замёрзшей воды. С одной стороны, Гарри радовался каникулам – учиться было немного непривычно, а в школе, несмотря на бдительные взгляды тьюторов, Дадли всегда был слишком близко, ко всему прочему обзаведясь такими же злобными жестокими приятелями и доставляя проблемы в перерывах, а порой и на занятиях. Хотя, в сравнении с домом, можно сказать, что кузен его всё же практически не доставал. С другой, на самом деле, лучше бы этих каникул не было вовсе. В школе всё же было хоть какое-то ощущение безопасности и защиты: в отличие от дяди с тётей, учителя и тьюторы наказывали хулиганов, а не закрывали глаза на их выходки. Четыре года до поступления в начальную школу у Гарри не было взрослых, которые бы встали на его сторону, защитили бы, пусть сейчас они делали это исключительно из-за служебных обязанностей, а не вследствие каких-то тёплых чувств к нему. В школе между учениками не делали разницы кроме как на основании успехов в учёбе и поведении, для учителей они все были равны и поэтому там он чувствовал себя намного лучше, чем дома. В школе ему не было необходимости убегать в лес, чтобы спрятаться от Дадли и его дружков. И под приглядом тьюторов он бы точно не выбежал на тонкий речной лёд. Гарри сделал неуверенный маленький шаг, стараясь не отрывать ногу от прозрачной поверхности, к противоположному от кузена берегу. Он осторожно оглянулся и заметил, как Дадли с приятелями собрались в кучку, а затем быстро направились вдоль берега, кажется, в сторону моста. Замерев на месте, Гарри дождался, когда шайка хулиганов скроется из виду и осторожно развернулся обратно к тому берегу, с которого выбежал на лёд. Всё-таки Дадли был катастрофически тупым – к тому моменту как он доберется до противоположной стороны реки, сам Поттер уже убежит и спрячется так, чтобы кузен его точно не нашёл в ближайшее время. Осталось только в самом деле выбраться на берег и придумать, где бы скрыться. Гарри уверенно ступил вперед, подумав о том, что, возможно, зря так испугался льда: в сравнении с взрослым человеком, да даже тем же Дадли, он совсем лёгкий, так что едва ли прозрачная поверхность, какой бы толстой или тонкой она на самом деле не была, проломится под его весом. Однако новый шаг заставил сердце вновь забиться быстрее. Низкий гул и треск разнёсся подо льдом, хотя видимых трещин на нём не появилось. Гарри подавил желание просто побежать вперёд, помня предупреждение тьютора о том, что, если всё же оказался на льду, ни в коем случае нельзя делать резкие неосторожные движения. Все остальные инструкции растерялись в голове, остались лишь строгие предостережения, так что он с отчаянием осознал, что не помнит, как стоит правильно поступать в такой опасной ситуации. Скользящее движение по прозрачной поверхности вызвало новую волну треска и гула прямо под ногами. Гарри медленно двинулся дальше, чувствуя, как в глазах темнеет от страха, а тело не хочет поддаваться и готово просто замереть истуканом, но никак не идти вперед к берегу. Раздался новый треск, на этот раз без гула, словно бы кто-то рывками разрывает ткань. Гарри показалось, что под ногами завибрировало, а в глубине ледяного покрова стали расширяться и темнеть длинные разломы. Тело сковало ужасом, так что он не смог заставить себя сдвинуться с места и побежать, вопреки предупреждениям от учителей. Гарри зажмурился. Он не был готов, но ожидал, что в следующее мгновение лёд под его ногами расколется и холодная вода поглотит его, а на помощь никто не придёт. Не успеет. В следующее мгновение Гарри почувствовал рывок и весь сжался, однако ожидаемого холода не пришло. Вместо этого он уткнулся во что-то вполне мягкое и, кажется, даже тёплое. Под истерзанной морозом щекой чувствовалась плотная шерсть как та, из которой было сделано красивое зимнее пальто тёти Петуньи, которым та страшно гордилась. Гарри почудилось, что его держат или даже обнимают, несильно прижимая, не давая упасть на снег или в воду. Треска льда не слышалось. Он распахнул глаза, но увидел лишь тьму, однако в следующее мгновение она исчезла, словно бы растворилась в воздухе тёмным дымом вместе с чьим-то бесспорным присутствием, и Гарри, лишившись удерживающей силы, рухнул на заснеженный берег речки. Лёд в том месте, где он совершенно точно стоял несколько мгновений назад, лопнул и немного вздыбился над поверхностью темной воды острыми гранями. Гарри с заминкой отвернулся от реки и взглянул на склон и подлесок, но там не было никого, а на разворошённом его падением снеге следов теперь было не найти.