Его тихая война. Мы учимся жить

Утро после той новости не стало громче. Оно не изменилось резко, не наполнилось какими-то особыми звуками или событиями — наоборот, всё осталось почти таким же. Океан всё так же дышал у берега, волны мягко касались песка, клан жил своим ритмом, в котором не было места резким переменам. Но внутри... внутри всё уже было другим. Нетейам проснулся раньше, потому что тело больше не отпускало его в тот глубокий покой, в который он проваливался раньше. Он открыл глаза и какое-то время не двигался, давая себе привыкнуть к утру, к свету, к этому тихому ощущению рядом. Элайни спала как всегда — ближе, чем нужно, почти вплотную, её дыхание было ровным, спокойным, а ладонь снова лежала поверх его руки... на животе. Это уже стало привычным. Настолько, что он даже не помнил, когда это началось. Он не убрал руку. Наоборот чуть сильнее прижал ладонь, почти незаметно, словно проверяя, что это всё ещё там... что это не сон, не мысль, не то, что может исчезнуть. Внутри неё — жизнь. Мысль снова отозвалась слишком ясно. Он медленно выдохнул, не отводя взгляда от неё. Его глаза скользнули по её лицу — по расслабленным чертам, по чуть приоткрытым губам, по тому, как свет ложился на кожу... и на секунду в нём мелькнуло что-то совсем тихое... Страх. Он осторожно убрал прядь волос с её лица, проводя пальцами медленно, почти невесомо, чтобы не разбудить. Но она всё равно чуть пошевелилась, дыхание изменилось, и через секунду её ресницы дрогнули. — Мм... — тихо выдохнула она, ещё не открывая глаз. Он замер, но не отстранился. Она медленно открыла глаза и сразу нашла его взгляд. И в этом не было удивления. Как будто она знала, что он смотрит. — Ты давно не спишь? — спросила она тихо, голос ещё мягкий от сна. — Нет, — ответил он так же тихо. Это была не совсем правда. Она чуть прищурилась, глядя на него внимательнее. — Врёшь, — пробормотала она с едва заметной улыбкой. — Может быть, — Нетейам слабо усмехнулся. Она выдохнула, чуть сдвинулась ближе, устраиваясь удобнее, и на секунду просто закрыла глаза снова, словно собирая себя обратно из сна. Её рука сама легла поверх его. Он почувствовал это сразу. И в этот момент его пальцы чуть сжались. — Ты снова не спал нормально, — сказала она уже тише, не открывая глаз. Он не сразу ответил. Пауза затянулась ровно настолько, чтобы она всё поняла без слов. Элайни медленно открыла глаза снова и подняла на него взгляд — уже не сонный, а внимательный. — Нетейам... — позвала она тихо и он отвёл взгляд на секунду. Она приподнялась на локте, чуть ближе к нему, и свободной рукой коснулась его лица, проводя по щеке медленно. — Это из-за сна? — спросила она мягко. — Нет, — сказал он и сжал челюсть едва заметно. И снова это было не совсем правда. Элайни не спорила и не стала настаивать. Только задержала ладонь у его лица дольше, чем обычно, будто давая ему время самому сказать, если он захочет. Он не сказал. Вместо этого его рука снова легла на её живот уже увереннее. Уже... привычнее. И именно это выдало его сильнее любых слов. Элайни опустила взгляд его руки. И на секунду в её глазах мелькнуло что-то тёплое... и понимающее. — Мы не исчезнем, — сказала она тихо, Нетейам сразу посмотрел на неё. — Я знаю, — ответил он. Но в его голосе не было той уверенности, которую он хотел там услышать. Она чуть грустно улыбнулась. — Ты слишком много думаешь, — добавила она, проводя пальцами по его запястью. — А ты слишком спокойно к этому относишься, — ответил он сразу. И в этот раз в его голосе впервые появилась тень напряжения. Элайни не отпрянула от него.... Только чуть наклонила голову, глядя на него внимательнее. — Потому что я чувствую... что всё хорошо, — сказала она тихо. — Поверь мне... Нетейам медленно выдохнул. И тогда она сделала то, что всегда срабатывало. Подалась ближе и коснулась его губ своими — мягко, без спешки, но так, чтобы он не мог остаться в своих мыслях. Он ответил сразу, почти с облегчением. Его рука на её талии притянула её ближе, а вторая... осталась там же, на её животе. Когда она отстранилась, их лбы соприкоснулись. — Мы справимся со всем, — прошептала она. Нетейам закрыл глаза на секунду и кивнул. Но в этот раз... Он не отпустил её даже после этого. И не потому что боялся, а потому что теперь это стало ответственностью, которую он только начинал учиться нести. И наконец чуть отстранился, но не далеко — настолько, чтобы видеть её лицо, её взгляд, который всё ещё держал его спокойно, без лишних слов. Снаружи уже слышались голоса. День начинался. Элайни первой повернула голову в сторону выхода, затем снова посмотрела на него. — Нам пора вставать, — сказала она тихо и он кивнул. И на этот раз без паузы поднялся вместе с ней. Они вышли наружу не спеша. Свет уже стал ярче, тёплый, ровный, лагуна ожила — где-то смеялись, где-то говорили, вода двигалась мягко, без волнения. Элайни вдохнула глубже, на секунду закрывая глаза, будто ловя это утро полностью. Нетейам стоял рядом, не трогая её сразу. Просто наблюдал, а потом его рука всё же нашла её — легко, почти невесомо коснулась пальцев, не удерживая, а лишь обозначая, что он здесь. Она переплела пальцы в ответ и они пошли вдоль берега, не торопясь. Песок был тёплым, вода касалась ступней, и всё вокруг было таким обычным, что от этого становилось даже спокойнее. Элайни шла чуть впереди, иногда замедляясь, чтобы волна накрыла ступни, и каждый раз невольно улыбалась этому ощущению. Нетейам смотрел на неё не в открытую. Лишь краем взгляда, замечая всё — как она двигается, как дышит, как свет ложится на её кожу. Но в этом не было напряжения. Только... внимание. Они подошли ближе к воде, где уже были остальные. Кири сидела, перебирая что-то в руках, Тук крутилась рядом, Ло'ак с Пауком о чём-то спорили, перебивая друг друга... Всё было живым. И в эту самую минуту к ним подошла Цирея. Тихо, почти незаметно — как она и делала всегда, но Ло'ак заметил сразу. Его взгляд на секунду сменился, в нём исчезла эта привычная насмешка, и он шагнул к ней сам, не дожидаясь. Они остановились рядом — слишком близко, чтобы это было случайно — и он, не говоря ни слова, просто притянул её к себе. Она не удивилась, только выдохнула тихо и уткнулась лбом в его плечо, обнимая в ответ. И это было так просто... что никто не стал это комментировать. Тук только на секунду замолчала, Кири чуть улыбнулась, даже Паук сдержался. Но дальше их внимание сместилось само. Сначала взгляд Кири, затем Ло'ака и остальных... Со стороны тропы к ним шли. Аонунг, а рядом с ним... Ротхо. Он шёл медленно. Плечи держались ровно, но в движениях всё ещё оставалась тяжесть, осторожность, словно каждый шаг он сначала проверял внутри себя. Раны уже не были открытыми, но их след оставался — в походке, в дыхании, в том, как он держал корпус. И всё равно... он шёл сам, без опоры. — РОТХО! — голос Тук взлетел выше обычного, и она тут же сорвалась с места, даже не думая. Подбежала к нему, остановилась слишком близко, будто не знала можно ли обнять, можно ли задеть, и в итоге просто начала говорить. Быстро, сбивчиво, руками, глазами — сразу обо всём. Ротхо сначала не ответил, просто смотрел на неё. А потом уголки его губ чуть дрогнули. Кири подошла следом, спокойнее, но взгляд её был внимательным, мягким. Ло'ак с Циреей тоже приблизились, уже без прежней лёгкости, но с той самой сдержанной радостью, которая приходит, когда возвращается тот, кого могли потерять. Аонунг остановился рядом, чуть позади, но не отстраняясь. Он смотрел на Ротхо. И в этом взгляде не было ни шутки, ни привычной уверенности — только тихое, упрямое облегчение, которое он даже не пытался скрыть. Элайни и Нетейам остались чуть в стороне. Элайни выдохнула медленно, почти незаметно, и её пальцы чуть сильнее сжали руку Нетейама. — Он встал... — прошептала она, Нетейам кивнул. Его взгляд был спокойным, но в нём тоже появилось то самое — тихое, глубокое облегчение. — Да, — ответил он негромко и на секунду они просто смотрели. На то, как Ротхо стоит среди них Как Тук всё ещё говорит, не давая ему вставить ни слова. Как Кири касается его руки, проверяя, чувствуя. Как Ло'ак уже что-то бросает, явно пытаясь вернуть привычный ритм. Как Цирея стоит рядом, не отходя. Жизнь возвращалась не громко, не сразу. Но... возвращалась. Элайни чуть повернула голову к Нетейаму и улыбнулась. — Смотри, — тихо сказала Элайни, чуть сжав его руку. Он проследил за её взглядом. Тук продолжала что-то увлечённо объяснять Кири, размахивая руками, и та, сдерживая улыбку, кивала, делая вид, что понимает. — Она никогда не меняется, — пробормотал он, усмехнувшись. — И слава Эйве, — ответила Элайни так же тихо, и на секунду они просто задержались там, где стояли — в этом коротком, спокойном моменте, когда ничего не требовало движения. Но он не растянулся надолго. Элайни первой чуть сдвинулась с места. — ЭЛАЙНИ! — радостно выкрикнула Тук и сразу сорвалась с места. Элайни даже не успела среагировать— только выдохнула тихо и сделала шаг навстречу, уже зная, что сейчас будет. Тук влетела в неё, как всегда, без расчёта, обнимая крепко, всем телом, и от этого Элайни невольно засмеялась, чуть покачнувшись назад. Нетейам среагировал сразу, его рука легла ей на спину, удерживая, не давая потерять равновесие, но без резкости, почти автоматически. — Осторожнее, Тук, — сказал он, но в голосе не было строгости. — Я осторожно, — возмущённо отозвалась она, даже не думая отпускать. Элайни только покачала головой с улыбкой и мягко провела рукой по её волосам. — Я вижу, — тихо ответила она. Тук наконец чуть отстранилась, но не полностью — всё ещё держалась за неё, как будто боялась, что она исчезнет, если отпустить. — Ты сегодня с нами? — сразу же спросила она, глаза горели, голос спешил вперёд мыслей. — С вами, — кивнула Элайни, и в её голосе было то спокойствие, которое сразу передаётся. — Но недолго, — подправил Нетейам. — Ей нельзя долго не дышать, — Тук довольно кивнула, как будто именно этого и ждала, и только после этого отпустила её окончательно. Кири подошла следом, не так резко, не спеша — но её присутствие ощущалось сразу. Она остановилась рядом, её взгляд скользнул по Элайни — внимательный, тихий, почти ощущающий. — Ты хорошо спала? — спросила она мягко. — Да, — Элайни кивнула. Кири ещё секунду смотрела на неё, будто проверяя не слова, а состояние... и только потом чуть улыбнулась. — Хорошо, — повторила она тише. Ло'ак появился рядом уже с другой стороны, закинув руку на плечо Паука, и остановился чуть в стороне, оценивающе глядя на них. — Ну что, — протянул он с привычной ленцой, — сегодня без приключений? — Попробуй устроить, — спокойно ответил Нетейам, делая шаг ближе к Элайни. — Я подумаю, — Ло'ак усмехнулся. Паук тихо фыркнул рядом, но ничего не сказал, только кивнул Элайни, с той простой, спокойной улыбкой, которая у него появлялась всё чаще. — Я рада тебя видеть, Ротхо, — сказала Элайни мягко, смотря на юношу.'Её голос не был громким, но в нём было то самое тепло, которое чувствуется сильнее слов. Ротхо перевёл на неё взгляд, задержался на секунду, будто собирая силы не только в теле, но и в себе, а затем кивнул. — Я тоже рад... — ответил он, и голос его был немного ниже обычного, будто ещё не до конца вернулся. Уголок губ дрогнул в лёгкой усмешке. — Я устал лежать, — добавил он уже проще. — Хочу в воду... наконец, — Тук тут же вскинула голову. — Да! Пойдём! — она почти подпрыгнула, но тут же остановилась, вспоминая, что теперь не всё можно так просто. Элайни на секунду замолчала. Её взгляд скользнул к воде — туда, где поверхность мягко переливалась под солнцем, где всё было живым и спокойным. И что-то внутри откликнулось сразу. — Я тоже хочу... — сказала она тише, почти для себя, но все услышали. Затем она повернулась к Нетейаму, и в её взгляде появилось то самое мягкое упрямство, которое он уже знал. — Я соскучилась по Та'нок... — добавила она, чуть наклоняя голову. — И... мне нужно ей кое-что рассказать, — он посмотрел на неё внимательно, не строго. Но чуть дольше, чем обычно. — Недолго, — сказал он наконец, спокойно, но с тем оттенком, который не оставляет места для спора. Элайни сразу улыбнулась. — Да-да, — закивала она быстро, почти слишком легко, и в этой реакции уже было понятно, что она всё равно сделает по-своему... но в пределах, которые он обозначил. Он только выдохнул едва заметно. — Я с тобой, — добавил он. — Конечно, — она чуть сжала его руку, уже разворачиваясь к воде. — Я тоже! — Тук не стала ждать разрешения и тут же сорвалась с места, побежав вперёд, поднимая песок босыми ногами. — Тук... — Кири попыталась окликнуть, но уже без особой надежды. Элайни тихо рассмеялась и потянула Нетейама за собой. Они побежали не сразу — сначала шаг, затем быстрее, и вот уже песок сменился прохладой воды, которая мягко обхватила ступни, затем выше, до колен, до бёдер... И ещё мгновение — и они нырнули. Вода приняла их сразу. Охватила, приглушила звуки, оставила только движение, дыхание и свет, который рассеивался сверху мягкими лучами. Элайни ушла глубже, скользя вперёд легко, как будто тело само вспомнило этот ритм. Рядом двигался Нетейам — чуть ближе, чем нужно, не касаясь, но не отпуская. Тук мелькнула где-то сбоку, уже смеясь под водой, поднимая пузырьки. Элайни оглянулась и почти сразу почувствовала её. Та'нок. Огромное тело медленно двигалось в стороне, плавно, спокойно, как часть самого океана. Она не приближалась резко — только изменила направление, её движение стало мягче, направленнее, потому что узнала. Элайни замедлилась и подплыла ближе. Её рука вытянулась вперёд, касаясь гладкой, тёплой поверхности кожи тулкуна, и в этом прикосновении не было ни спешки, ни напряжения. Только... встреча. Та'нок ответила. Её звук прошёл сквозь воду глубоко, низко, почти ощущением, а не слухом. Элайни закрыла глаза на секунду, позволяя этому пройти через неё. Она открыла глаза и медленно положила вторую руку себе на живот, осознанно, словно подтверждая это не только для себя, но и для неё. Тулкун замерла... Её движение почти остановилось, осталось лишь плавное покачивание тела в воде, похожее на дыхание. Внимание тулкуна сосредоточилось на Элайни — на её руках, на том месте, где они лежали. Элайни выдохнула, пузырьки сорвались с губ, и она показала — сначала на себя, затем на живот, задерживая ладонь чуть дольше, а потом сделала мягкий жест вперёд, как будто давая понять: там есть кто-то ещё. Это не были слова, не язык — но смысл прошёл. Та'нок издала звук и он был другим — глубже, тише, мягче. Элайни почувствовала, как этот отклик проходит через неё не как звук, а как вибрация, ложится в грудь, в ладони, в то место, где она держала себя. Вода вокруг словно стала гуще, плотнее, удерживая этот момент, не давая ему рассеяться. Она не отводила рук, не двигалась резко — только оставалась в этом положении, позволяя Та'нок почувствовать всё до конца, без спешки и без лишнего движения. Рядом с ней тихо приблизился Нетейам. Он не вторгался в этот контакт, не касался тулкуна, но его присутствие ощущалось сразу — в тепле у её спины, в том, как его рука мягко легла на её бок, удерживая, выравнивая её в воде. Он не пытался направить или остановить, только был рядом, и от этого её дыхание стало спокойнее, ровнее, движения — увереннее. Та'нок медленно приблизилась ещё. Не резко — почти незаметно, но расстояние между ними сократилось настолько, что её огромное тело заполнило собой всё пространство перед Элайни. Её голова опустилась ниже, и на этот раз она не просто коснулась — она задержалась, позволяя этому прикосновению стать длиннее, глубже. Край её кожи мягко скользнул по рукам Элайни, по тому месту, где она держала живот, и в этом движении не было ни давления, ни силы — только осторожное, осознанное внимание. Элайни чуть подалась вперёд. Её пальцы сжались сильнее, будто она хотела удержать этот момент, не дать ему уйти слишком быстро. Затем она снова показала — медленно, чтобы не потерять смысл: сначала на себя, затем на живот, задержала ладонь, и после этого провела рукой чуть вперёд, в пространство между ними стало мягче, почти как продолжение, а не объяснение. Та'нок не двинулась сразу. Её тело осталось неподвижным, но это была не остановка — это было внимание, сосредоточенное, глубокое. Затем она издала ещё один звук — уже ниже, протяжнее, и он прошёл через воду так, что Элайни почувствовала его всем телом. Нетейам рядом замер. Он видел, как это происходит, и его рука на её боку чуть сжалась, затем скользнула вперёд, накрывая её ладонь поверх. Он не пытался вмешаться в контакт с Та'нок — он присоединился к Элайни. Его пальцы легли поверх её руки, там, где она держала живот, и остались, не двигаясь, как будто подтверждая это вместе с ней. Элайни на секунду закрыла глаза. И в этот момент всё стало очень тихо. Не потому что исчезли звуки — а потому что внутри стало спокойно. Она медленно открыла глаза снова и провела рукой по коже Та'нок, уже не показывая, не объясняя — просто касаясь, как к тому, кто понял. Та'нок ответила движением. Её тело чуть отклонилось назад, но не отдаляясь полностью, а освобождая пространство, давая им возможность остаться в этом ощущении без давления её присутствия. Её взгляд всё ещё держался на Элайни, на её руках, на том месте, где теперь лежали уже две ладони — её и Нетейама. И только после этого она медленно начала уходить глубже, её силуэт растворялся в воде, становился частью того же пространства, из которого она появилась. Элайни ещё секунду оставалась неподвижной. Затем повернула голову. Нетейам был рядом. Его взгляд был на ней, и в нём не было ни вопроса, ни сомнения — только тихое, ясное понимание. Его пальцы всё ещё держали её руку, и он чуть сжал их, прежде чем отпустить. Она ответила тем же. И только после этого они оба медленно двинулись вверх, к свету, который пробивался сквозь воду. *** Свет к вечеру стал мягче, тише, будто сам день замедлялся вместе с ними. В маруи было спокойно — тепло уже не давило, воздух держал в себе запах моря и свежих листьев, а звуки снаружи доходили приглушённо, как будто через воду. Пока Нетейам точил стрелы, Элайни сидела, чуть поджав ноги, пальцами лениво перебирая край плетёного настила, и время от времени ловила себя на том, что просто слушает — не слова, не шум, а это ровное ощущение рядом. Нетейам поднялся первым. Не резко — просто встал, потянулся слегка, будто сбрасывая с тела остатки дня, и на секунду задержался, глядя на неё. — Я быстро, — сказал он спокойно. — Принесу что-нибудь вкусного. — Я с тобой, — Элайни сразу подняла на него взгляд и, не задумываясь, тоже начала подниматься. Он шагнул ближе почти автоматически. Его руки мягко легли ей на талию, обхватывая с обеих сторон, удерживая не сильно, но достаточно, чтобы остановить её движение. Он наклонился чуть ниже, чтобы быть на одном уровне с её взглядом, и в его глазах появилась та самая мягкая серьёзность, которую она уже знала. — Может, ты здесь посидишь... подождёшь? — сказал он тише. Элайни нахмурилась почти сразу чуть по-детски. — Нет, — ответила она, и в этом коротком слове было столько упрямства, что он даже не сразу нашёл, что сказать. Она чуть подалась вперёд, будто уже собиралась пройти мимо него. — Я хочу с тобой. Он выдохнул тихо, почти беззвучно. И на секунду его руки на её талии задержались дольше, чем нужно, пальцы чуть сжались, словно он хотел удержать не её движение... а этот момент. — Ты невозможна, — пробормотал он с лёгкой усмешкой. — Я знаю, — так же тихо ответила она, и в её голосе уже появилась улыбка. Он не отстранился сразу. Наоборот — притянул её чуть ближе, почти вплотную, и на секунду просто задержался так, глядя на неё, как будто проверяя, не передумает ли она. Его большой палец скользнул по её боку, едва заметно, почти невесомо. Она не отступила, только подняла взгляд чуть выше. И в этот момент... — ЭЛАЙНИ! — Голос ворвался в маруи резко, звонко, как всегда без предупреждения. Они оба отреагировали одновременно. Чуть отстранились друг от друга, почти синхронно, как будто это было отработано раньше, чем они успели это осознать. Его руки исчезли с её талии, она шагнула на полшага назад, и к тому моменту, как Тук уже влетела внутрь, они стояли рядом... но уже не так близко. Тук остановилась перед ними, сияя. — Мы пришли! — выдохнула она, будто это было чем-то неожиданным и невероятно важным одновременно. Следом за ней зашла Кири. Спокойнее, тише, но в её взгляде уже была лёгкая улыбка, как будто она всё поняла ещё до того, как вошла. В руках у неё был свёрток — листья, аккуратно сложенные, внутри которых чувствовался запах еды. — Мама передала, — сказала она, протягивая его Элайни. — Сказала, что вы, скорее всего, опять не покушаете нормально, а Элайни нужно питаться за двоих... — Она слишком хорошо нас знает, — Нетейам тихо усмехнулся. — Но, я только что собирался выйти за едой... Элайни приняла свёрток осторожно, развернула, и сразу потянулся запах — тёплый, свежий, с примесью трав и чего-то сладкого. Она на секунду закрыла глаза, вдохнув глубже. — Это так вкусно пахнет... — Конечно, — Тук уже опустилась рядом, заглядывая внутрь. — Я помогала! — Ты слопала половину, — спокойно добавила Кири, устраиваясь рядом с другой стороны. — Я просто проверяла! — возмутилась Тук, но тут же потянулась за кусочком. Они сели вместе. Тесно, почти вплотную, как это всегда получалось само собой. Нетейам оказался рядом с Элайни, чуть позади, и его рука почти сразу легла за её спиной, не обнимая, но оставаясь там, где он мог её чувствовать. Он не тянулся к еде сразу, сначала дождался, пока она возьмёт. Элайни улыбнулась краем губ, заметив это, и не сразу потянулась к себе. Вместо этого она аккуратно отломила кусочек, поднесла к его губам, чуть задержав руку, словно проверяя — примет ли он это так же, как давал ей утром. Нетейам на секунду замер, а затем в его взгляде появилась тёплая, почти тихая улыбка, и он подался вперёд, принимая, не отводя глаз от неё. Её пальцы остались рядом на мгновение дольше, чем нужно. Он тихо выдохнул через нос, почти усмехнувшись, и покачал головой едва заметно. — Теперь ты... — начал он негромко. — Мм, — перебила она мягко, уже отводя руку и только после этого беря кусочек для себя. Она попробовала. Вкус оказался мягким, насыщенным, и она чуть прикрыла глаза, наслаждаясь, но теперь на её губах осталась уже другая улыбка — теплее, глубже, чем секунду назад. — Очень вкусно, — сказала она тише. — Я же говорила, — Тук довольно кивнула, уже с полным ртом. Разговор шёл легко без напряжения. Они говорили о мелочах — о том, как прошёл день, о том, как Ротхо снова вышел к воде, Тук перебивала, Кири иногда поправляла её, Нетейам вставлял короткие реплики, больше слушая, чем говоря. И в этом не было ничего особенного. Именно поэтому это было таким важным. Элайни сидела, прислонившись чуть ближе к нему, почти незаметно, и время от времени его пальцы касались её спины, проводя вверх-вниз медленно, будто он даже не замечал этого движения. Кири заметила, но ничего не сказала. Только улыбнулась чуть тише. Когда еда закончилась, разговор постепенно стих сам. Тук потянулась, зевнула широко и тут же вскочила на ноги. — Мы уже пойдём, — объявила она, как будто это было решение, принятое давно. — Конечно, — кивнула Элайни с мягкой улыбкой. Кири поднялась следом, задержалась на секунду, глядя на них. — Отдыхайте, — сказала она тихо и они ушли. Так же, как пришли — сначала Тук, шумно, быстро, потом Кири, тише, но не отставая. Когда ткань у входа снова опустилась, внутри стало тихо. Нетейам повернул голову к Элайни. И в его взгляде снова появилась та самая мягкость, которую не нужно было прятать. Она поймала этот взгляд почти сразу и не отвела. — Я хотела... — начала она тихо, чуть повернувшись к нему, — завтра собрать плоды... и приготовить что-нибудь для вашей семьи, — он чуть приподнял бровь, но улыбка уже появилась. — Для нас? — переспросил он, мягко, будто давая ей продолжить, Элайни кивнула. — У нас в лесу готовили... — она на секунду задумалась, подбирая слова, — мягкие плоды, запечённые в листьях кельру, с соком тивары... и добавляли измельчённые семена юра. Они дают вкус... тёплый, чуть сладкий, — её голос стал тише, мягче, будто она уже не просто объясняла, а вспоминала. — Мы готовили это, когда... — она запнулась на мгновение, но не из-за боли, а из-за глубины воспоминания, — когда хотели собрать всех вместе, — Нетейам слушал, не перебивая. Его рука мягко коснулась её, скользнула к её талии, и он чуть притянул её к себе. — И ты хочешь сделать это здесь, — сказал он негромко. — Мм, — она кивнула, уже ближе к нему, чем была секунду назад. — Для вас... для всех, — он не ответил сразу.бВместо этого аккуратно уложил её на настил, медленно, без резких движений, как будто она могла устать от лишнего. Сам опустился рядом, чуть повернувшись к ней, так, чтобы видеть её лицо. — Расскажешь, как это готовить? — спросил он тихо, с лёгкой улыбкой. Элайни устроилась удобнее, её голова почти сразу оказалась ближе к его плечу. Она повернулась к нему, собираясь объяснить, и её пальцы невольно нашли его руку. — Сначала нужно собрать тивару... но не любую, а ту, что мягче, почти прозрачную... — она говорила медленно, не торопясь, словно перебирала в голове каждое действие. — Потом листья... их нужно прогреть, чтобы они стали... — она чуть нахмурилась, подбирая слово, — податливыми... и тогда... тогда можно завернуть... — ее голос стал тише, а слова начали растягиваться. Пальцы, которые держали его руку, чуть ослабли. — И потом... их кладут ближе к огню, но не прямо... чтобы сок... — она сделала короткий вдох, и он стал глубже, медленнее, — она не договорила, просто замолчала. Нетейам смотрел на неё ещё секунду, не сразу понимая, что произошло, а затем его взгляд смягчился окончательно. Он чуть наклонил голову, наблюдая, как её дыхание выравнивается, как расслабляются черты лица, как она незаметно проваливается в сон прямо посреди своей мысли. Уголок его губ дрогнул. Он осторожно убрал прядь волос с её лица, проводя пальцами медленно, чтобы не разбудить, и задержал ладонь у её щеки на мгновение дольше, чем нужно. — Расскажешь потом, — прошептал он едва слышно, больше для себя, чем для неё. Его рука скользнула ниже, остановилась на её животе, уже привычно, почти автоматически. Он не сжал её, не надавил — просто оставил ладонь там, как будто это было самым правильным местом для неё. — Я не знаю, мальчик ты или девочка, — тизо сказал он, — кем бы ни был... я... Папа тебя очень любит, — Нетейам оставил мягкий поцелуй на ее животе, затем лёг обратно. Он не сразу закрыл глаза. Сначала просто лежал рядом, чувствуя её — не думая об этом, а именно ощущая: тепло её тела, ровное дыхание, то, как она устроилась ближе к нему, даже во сне не отдаляясь. Его ладонь всё ещё лежала на её животе, и он не убирал её — не потому что нужно было держать, а потому что теперь это стало естественным, как дыхание. Нетейам чуть сдвинулся, совсем немного, позволяя ей удобнее лечь, и осторожно провёл пальцами по её боку, выравнивая её положение, чтобы ей было мягче. Она не проснулась, только глубже выдохнула, и это движение отозвалось в нём спокойствием, которое постепенно вытесняло всё остальное. Он опустил взгляд на её лицо. Долго не отводил. Смотрел не спеша, будто запоминал — как она выглядит в тишине, без слов, без движения, когда не нужно ничего держать внутри. Его пальцы на мгновение чуть сильнее сжались, затем снова расслабились, возвращаясь к этому тихому, бережному касанию. Мысли ещё были, но уже не цеплялись. Они проходили через него медленно, не задевая, не оставляя следа, и вместо них оставалось только это ощущение — что она рядом, что всё на своих местах, что ему не нужно сейчас никуда идти, ничего решать, ничего удерживать. Он выдохнул глубже и закрыл лаза. Сначала просто прислушивался — к ней, к звукам снаружи, к тому, как вечер окончательно стихает. Его тело ещё не отпускало полностью, но напряжения уже не было — только остаточная собранность, которая не мешала, а держала его ровно. Постепенно дыхание стало медленнее. Он чуть наклонил голову, почти незаметно, касаясь её виска, и замер так на секунду, как будто проверяя, что это всё действительно здесь. Затем окончательно отпустил. Сон пришёл не резко. Нетейам не провалился — просто тихо перешёл в него, сохраняя это последнее ощущение: её под рукой, её рядом, её дыхание, которое он всё ещё чувствовал даже во сне. И больше ему ничего не было нужно.