Аромат раненых трав

Что с моей жизнью сделал тот май?

Через ад я попал в рай,

Но жизнь не сказка, и я в ней бунтарь,

Ты только меня мне бросай.

МОЛОДОСТЬ ВНУТРИ – Все мои раны

***Ли Минхо*** Хёнджин сопел в моё плечо, доверчиво прижимаясь во сне. После истерики, его тело ослабло, и он выключился, успев раз десять попросить прощения и попросив не бросать его. Я едва смог совладать со своими феромонами, чтобы они не давили горечью на чуткий нюх течного омеги. Я моих руках был настоящий принц. Сломанный, униженный, озлобленный и отчаявшийся. Он пережил то, что мне даже представить сложно. Я видел множество людей, чья жизнь была к ним не столь снисходительна. Каждая история была неповторимой, даже если и находились похожие, разница была. Диагнозы ставились людям совершенно разным. Кто-то был «награждён» ими в довесок к остальному генетическому наследству, кто-то в связи с тяжёлыми жизненными обстоятельствами. Я уже встречался с теми, чьё состояние усугубилось из-за неправильного лечения или ошибочно поставленных диагнозов. Хёнджин напоминал мне их. Но в тоже время я видел в нём и предпосылки к тому, что это не ошибка, что он действительно обладает признаками маниакальной шизофрении. Альфа внутри меня рычал, что это ошибка, что наша Пара не может быть бракованной. Побитой, отчаянной, но не больной. Он был слишком сильным духом, слишком… Осознающим действительность. Стоило выяснить, что с ним происходит на самом деле. Разобраться лично. Телефон оказался в моих руках, и я покосился на Хёнджина. Спал крепко. Ему не стоило знать о том, что я хочу спросить, я мог потерять его доверие, а вернуть его, я уверен, будет практически невыполнимой задачей. Ли Минхо:

Мне нужны данные на пациента профессора Чхве. Имя Хван Хёнджин. И абсолютно всё, что сможешь найти в открытом доступе, удалённом и на серверах Хван-индастриз, на личных хранилищах Хван Тхемина.

Ответ пришёл незамедлительно. Ханни: Хё-ё-ён! Как ты? Где ты? Ты в порядке? Боже, я сейчас. Да, конечно, всё будет. Но ты же в курсе? У госпожи Син папка на Хванов куда полнее, чем то, что могу нарыть я. Ну, или мне нужно время. Я вздохнул. Мой омега, мой Ханни, он был талантливым малым и уже не раз мог иметь проблемы с представителями закона или же теневой стороны мира, залезая своим любопытным носом туда, куда не следовало. Хотя да, уже не мой. Точно. Если бы не Бан и его семья, у нас были бы проблемы ещё пару лет назад, а теперь Хан был любимцем госпожи Син — тётушки Чана. Её учеником, бриллиантом, который она ограняла день за днём, втянув в свой мир. Частью семьи. Официально. Ханни: Кто в наше время хранит данные пациентов, называя файлы их реальными именами? /прикреплённый файл «Х.Хёнджин, карта»/ Но, есть кое-что, что Син запретила тебе кидать. Чхве в работе. Ты знаешь, что это значит. У тебя будет минут десять. Жди, мне нужно хакнуть собственную систему безопасности. Ханни: Мне самому не по себе. Ханни: Чхве купленный, он прибирает грязь за Тхемином. Сообщение появилось и исчезло. Ханни: У него сотни компромата на своего «работодателя», переписки, переводы, но всё размыто. Дальше сообщения мелькали, давая время на чтение, буквально несколько секунд, и исчезали бесследно, будто их и не было. Ханни: Тхемин не дурак, он никогда не называл своих «жертв» их именами. Не за что притянуть. Если бы он знал, что Чхве хранит всё это, профессора бы уже убрали. Син уверенна, что Чхве должен облажаться, но нам нужен чистый способ вывести его на истину, а не краденные карты его пациентов. Мы решили проверить его рабочее место, мне нужен был прямой доступ. Я «типа» его пациент. Мы ищем шанс поймать его на прямом взаимодействии с Тхемином или его людьми. Уверен, мальчика пичкают подставными препаратами. Мы не скрывали, что Феликс брат Бана. Как и ожидалось, мне выписали какую-то паль, которая бы обострила ОКР. Выдаёт эту херню он лично из своих запасов. Пидорас. Что по мальчишке… Бесплатное «лечение» проплачено через благотворительный фонд Хван. Не знаю, что он сделал. Но его дискредитировали. Я видел парня позавчера у его кабинета, мы с Фелом ходим туда. Когда мы вышли, его уже не было. Вечером Син поймала звонок на запасной номер Тхемина. Чхве отчитался, что цель достигнута — парня запрут. Он отправит за ним санитаров. Сразу после его течки, он всегда проводит её дома с другом. Нашли альфу, которого он «задушит» в приступе в своей квартире. Предполагаю, задушат его мордовороты Тхемина. Это будет послезавтра. Его «побег» «подозрителен», для него готов новый фармоцевтический ад. Чхве упоминал, что так и не выяснил, где щенок хранит записи. Не знаю, о чём речь, но, чтобы это исчезло, они готовы заставить исчезнуть его. Мои зубы скрипнули. Хёнджин вздрогнул во сне и вжался носом в мою железу, чуть ли не потираясь. Я совладал с собой, убирая горечь ярости из своего запаха. Тело омеги расслабилось, а дыхание вернулось в спокойный ритм. Ханни: В карте нет адреса. Хёнджин нигде не зарегистрирован. Прячется от Тхемина, наверное. Даже я не знаю, где он. Если бы мы перехватили его раньше, возможно Его «записи» могли бы нам помочь. Ханни: Меня перехватила Син, мне теперь придётся объяснять ей, почему я заигрывал с тобой через закрытый канал. Феликс будет рассержен, но я так соскучился, мой дикий кот, что не сдержался. Я поднял бровь, подавив смешок. Вот же ж находчивая белка. Решил списать слив информации на флирт с бывшим? Ли Минхо:

А ты не изменился. Спасибо, Сонни.

Хёнджина дома нет.

Ханни: Откуда ты знаешь? Ли Минхо:

Он сейчас со мной.

Ханни: Его доставили к вам? Я скажу Син, она вышлет наших шкафчиков. Его НЕОБХОДИМО забрать к Банши. — Минхо? — спросил сонно Хёнджин, шлёпая губами и щурясь. — Ой, прости, я кажется… Омега стёр с моего плеча влажный след своей слюны. — Ничего страшного. Жар вернулся? Пить? Умыться? — обеспокоился я, убирая телефон в сторону. — Нет, хочу просто полежать, — потянулся Хёнджин и перевернулся на спину, освобождая мою затёкшую руку. — Если тебе неприятно со мной находиться, ты можешь уйти. Я пойму, — закрыл глаза омега, потирая впалый живот. Я положил ладонь поверх его, сжимая его пальцы своими. — Я не хочу уходить, и ты мне не противен. Мой альфа желает перегрызть шею тому ублюдку. Ты не виноват, — заверил я, целуя висок нервно сглотнувшего парня. — Но я… мне… мне же даже нравилось, — тихо признал Хёнджин, повернув ко мне голову и открыв глаза. — Физиология иногда бывает слишком жестокой к нам, — вздохнул, прижимая Хёнджина к себе обратно в крепкие объятия. — Ты правда готов ударить по нему? Использовать то, что имеешь. Показать это другим? — Я готов распять себя, если это будет гарантией того, что он за всё расплатится, — в голосе Хёнджина была выдержанная годами отчаянная ненависть и боль. Его зверь рычал, скаля зубы. — Но, любой, кто будет в это втянут, будет перемолот Хваном. В труху. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Только не ты, Минхо, — тёплая влажная ладонь легла на мою щеку, а губы прижались к губам. — Давай ты просто забудешь, хорошо? Это всего лишь одна течка со мной, ты ничего мне не должен. — Если бы я мог сокрушить его лично, я бы это сделал. Но я не могу, — признал я, выдохнув. Хёнджин улыбнулся понимающе. — Однако, я знаю тех, кто может откусить голову этому ублюдку. Я гарантирую, что они смогут. Ты готов рискнуть? Со мной? — Они не смогут. Никто не сможет, — усмехнулся Хёнджин, садясь. — Я же говорил, что единственное, чего боится мой дядя это некие Банши, о которых я знаю только то, что найти их невозможно, а их предупреждение видели все, кто потом был ими ликвидирован. Видео с кричащей ведьмой. Их фирменное предупреждение и оглашение вынесенного приговора. Давай закончим этот разговор. Хочу пить. Я послушно поднялся и принёс Хёнджину несколько бутылок на выбор. Телефон на кровати снова привлёк моё внимание. Нужен был способ показать Хёнджину, что он правда может доверять моей идее. Моим старшим, что охраняют эту страну и своих детей. Доверять Банши, что они реальны и куда ближе, чем он мог предполагать. Говорят, Случка, как и Великая Охота, инструменты, с помощью которых судьба находит тех, кто в ней нуждается. Спасти тех, кто отчаялся и дать свободу тем, кто её потерял. Сегодня я был готов в этом поверить всем сердцем. Пара движений пальцем по экрану, и исходящий звонок пробивается через тишину длительного радиомолчания. — Да, киса? — довольно тянет женский голос, пока Хёнджин допивает сок, вопросительно глядя на меня из своего гнезда. — Решил просить, чтобы я не сдавал ваш контакт Феликсу? Поздно, он в курсе. Ханни плохо себя вёл. Скажи честно, много он успел напеть? Я видела о чём вы начали говорить. — Информация для закрытого канала, госпожа. Ни слова. Вы же видите, где я? — спросил, слыша в ответ быстрый стрёкот клавиш. — Номер 1503. Излюбленный фокус можете провернуть? Только без звука, умоляю, пощадите наши уши. — А я послала людей в клинику. А вы на Случке? Боже, кошак, даже решая отпустить Хана ты выбрал для этого самого сложного омегу. У него приданное из головорезов по его душу и психопат-дядя на сдачу. Хан, не визжи. Нет, это не шутка, сам посмотри. Это отель компании. Ты правда думаешь, что я могла ошибиться с определением местоположения, щеночек? Плазма за моей спиной загорелась, включаясь сама по себе. Ну, так могло показаться. Я отошёл в сторону, глядя на серый экран, по которому пробежалась рябь, будто он был озёрной гладью. Экран потемнел, а потом снова показал картинку. В сером тумане стояла женщина, облачённая в зелёное длинное платье. Её плечи были накрыты серым плащом, а с её пальцев стекала кровь, капая на водную гладь под её ногами. Её прекрасное девичье лицо было скорбным, а глаза красными, как после долгого плача. Созданная двоичным кодом, она была воплощением дурной вести. Женщина подалась вперёд и закричала, но ни звука не раздалось. Экран погас, будто и не было ничего. — Я голос того, кого называют Банши, господин Хёнджин, — раздалось из динамиков, установленных под плазмой. — Если у вас есть информация, которая подпортит дела вашей семьи, мы гарантируем вам защиту и своё покровительство. Хёнджин вздрогнул всем телом, подтянувшись, и тут же подскочил ко мне, путаясь в гнезде, которое едва ли не было снесено прыгнувшим омегой. Его дрожащие пальцы вцепились в мою руку, перетягивая телефон к себе. Я нажал на громкую связь, но телефон не выпустил. — У меня несколько копий, если вы уничтожите эту, их ещё сотни, на дисках, хранилищах, флешках, — тараторил Хёнджин, зацепившись за шанс отомстить, стоило ему только стать реальным. — Хранилище на сайте «Фрейм-дарк-дистони». — Ну, если это выведет на его подпольный доход, мы сможем разрушить добрую часть его компаний, — хмыкнула Син, следуя маршруту, указанному Хёнджином. — Отличный выбор хранилища, его практически невозможно взломать, да и отследить посещение сложно. Нужны данные для входа, здесь миллиарды файлов, доступ к каждому взламывать отдельно. — Имя Сэм Блуд, пароль «Kill.the.12.molester». Это демонстрационная запись, была готова на случай, если я найду тех, кто сможет этим правильно распорядиться.  — Хм,… — Син замолчала, и все звуки замерли. — Ты, выйди. — Ну тётушка, — протянул Хан, возмущенно-просяще. — Я вами же назначен главным координатором… — Я сказала, выйди, — грубо отрезала женщина, не терпя никаких возражений. Судя по звукам на том конце провода, Ханни вышел, продолжая негодовать, что его так вот выставили прочь. — Это ведь не свидетельства его махинаций, Хёнджин? Когда сделана запись? — От шести до четырёх лет назад. Это вырезанные части, чтобы был понятен общий… Вес информации. Общий объём записей двадцать два часа, — ответил омега, отпуская мою руку. Его конечность безвольно повисла вдоль тела, а в глазах, что до этого пылали яростью, поселился страх и боль от пережитого. — Сука, — выругалась Син, что было для неё совершенно несвойственно. За все те годы, что я знал тётушку Син, она ни разу не прибегала к брани, даже когда ситуация была патовой. — Вот же ж ублюдок. Это, что господин Сону? — Он, — сглотнул Хёнджин, отводя взгляд от меня в сторону. Его пальцы дрожали. — И не только. Я выдохнул сквозь зубы. Эта мразь ещё и делилась? О, его дядюшка не умрёт, он будет жить долго. Мучительно долго. Я готов наплевать на этику и все клятвы, чтобы лично запихнуть ему в глотку такой коктейль, что его рассудок погрузится в агонию. Посадить его на ЭСТ без анестезии. — Что он… боже, — Син взвыла, явно поражённая увиденным. Что он ещё с ним делал? — Что ты пережил, мальчик… Минхо, я высылаю своих, вас заберут, когда сможете выйти. Я подумаю, как именно мы расправимся с этой мразью. И с остальными. Я объявляю боевую готовность, Золотым Голосам запрещено передвигаться без охраны. Чтобы он не добрался до парня через Чхве, запри его у себя в отделении, мы инициируем комиссию. Нужно снять с него диагноз. Будь на связи. Син отключилась не прощаясь, наверняка накинувшись на брошенный ей заточенный кинжал, что так удобно просился быть вогнутым в горло Тхемина. Хёнджин стоял, мелко дрожа и кусая губу. Его феромон, кислящий от страха, стал тяжелее, слаще, выдавая его состояние. Течка забирала власть над телом, заставляя вязкие сладкие капли смазки скатываться по бёдрам. — Ты позволишь помочь тебе? Я сделаю всё так, как ты захочешь, — спросил я омегу, мягко касаясь его плеча. — Ты течёшь, цветочек. — Есть вероятность, что я не переживу то, что только что начал. Я поступаю некрасиво, пользуясь тобой, но я всё осознаю и прошу тебя, Минхо… Повяжи меня.