Почему ты вернулся?

Утром Миши уже не было, впрочем, как и всегда. Иногда Анфисе казалось, что провести с ним больше одного вечера просто невозможно. Но она даже не хотела спрашивать об этом, ведь и так знала его ответ. В доме было непривычно тихо. Она даже проверила, закрыта ли дверь конечно же, закрыта. Все дела Анфиса делала медленно, никуда не спешила. Приняла душ, и, выходя из ванной, услышала странный шум на кухне. В сердце мелькнула надежда: вдруг это Миша вернулся? Может, он всё-таки решил провести с ней день, раз теперь за ней никто не будет следить. Но, к её удивлению, у плиты стоял Дима и что-то готовил. — Что ты тут делаешь? Впрочем, это был не единственный вопрос, который её волновал. Куда больше ее интересовало то, почему у него до сих пор были ключи и успел ли Миша вообще с ним поговорить. Она смотрела на Диму, а внутри разрасталось неприятное, тревожное чувство. Ей было не по себе. Дима обернулся, будто её появление его совсем не удивило. Он выглядел спокойно, даже слишком спокойно, и продолжал помешивать что-то в сковороде. — Доброе утро, — бросил он, словно ничего странного не происходило. — Завтрак готовлю. Анфиса нахмурилась, не двигаясь с места. Дима чуть вздохнул, отложил лопатку и повернулся к ней полностью. — Я, как и раньше, буду присматривать за тобой, — добавил он, уже возвращаясь к плите. — Ничего не изменилось. Анфиса молча смотрела на него, чувствуя, как это спокойствие звучит неестественно. Слишком гладко. Слишком просто. И от этого становилось только тревожнее.  — Миша просил вечером привезти тебя, в одно место… Ну знаешь, сюрприз, все дела. — Пожал он плечами, так спокойно и уверенно об этом говорил, что на секунду Анфиса и правда поверила в его слова.  — Он ничего не говорил…  — Анфиса, не будь такой глупой, я же говорю, сюрприз. — Улыбнулся парень. Миша проснулся как по будильнику, почти ровно в девять. Рядом мирно спала Анфиса, её дыхание было ровным и спокойным. Вчерашний вечер всё ещё тяжёлым грузом лежал на плечах. Её страх, её обвинения, её слезы. А потом это признание о Диме. Он верил ей. И это понимание кипело в нём, превращаясь в холодную ярость. Не убивать, нет. Не сейчас. Но преподать урок, который не забудет никто. Он встал, стараясь не разбудить её. Быстро принял душ, оделся. Срочное дело. Встреча, которую нельзя отложить, иначе потери будут слишком велики. Он хотел как можно скорее переговорить с мужиками с Кушелевки. Обычная рутина, но сегодня она казалась особенно неуместной. Оставлять Анфису одну после всего. Он не хотел, но выбора не было. Он должен был поехать. Решение по Диме созрело, но не сейчас. Это требовало немного времени, чтобы все обдумать, чтобы все было рассчитано и неповадно другим. Миша бросил последний взгляд на Анфису перед выходом и покинул квартиру. Дмитрий же выслеживал Михаила чуть поодаль от его подъезда, находясь в своей машине. Он знал: Анфиса слышала их шуточки про баню и то, как Дима на нее засматривается. А Миша... Миша вчера вернулся домой злой, как черт. Дима не был идиотом. Он понимал, что если девчонка открыла рот, то его дни на счету. У него был только один шанс. Перехватить инициативу. Сделать Анфису своим щитом. Ключи до сих пор оставались у него и если Дмитрий будет медлить и откладывать, то весь его план обрушится. Увидев, как черный "БМВ" Миши скрывается за углом, тот подождал еще пару минут, дабы убедиться, что тот уехал с концами и принялся за дело. Вошел он в квартиру тихо, не звеня ключами, которые до сих пор оставались при нем.  Парень встал за плиту, он должен был выглядеть обыденно, чтобы не вызвать подозрений раньше времени. Когда она вышла сонная, беззащитная, в одном халате, внутри него на секунду вспыхнуло то самое "развлечение", о котором он нередко задумывался. Но он тут же подавил его. Сейчас не до похоти. ... — Мы едем сейчас, — Дима резко выключил плиту. — Одевайся. Он хочет, чтобы ты была готова, когда он приедет.  Он смотрел на нее пронзительно и уверенно, словно приказывая ей выполнить его просьбу. Как только девушка скрылась за дверным проемом, парень кивнул самому себе, словно помечая, что один пункт выполнен.  Он ждет ее на стуле в кухне и когда та выходит разодетая, сразу поднимается, направляясь в прихожую.  На улице стоял ничем не примечательный черный седан, он открыл ей дверь, усадив за пассажирское, а сам сел за руль. — Всё, готова? — Взглянул на нее с ухмылкой, но не дождавшись ответа, вжал педаль газа.  Горшенёв с Гордеевым и парой калининских, вели переговоры с Кушелевкой, насчет перевозки. В кармане завибрировал телефон и указав жестом, что тот скоро придет, отошел в сторону.  На маленьком экранчике высветился незнакомый номер.  — Слушаю. — Твердо, как обычно, холодно произнес старший. — Михаил, дело серьезное. — Голос на той стороне трубки был взволнован, но тщательно перекрывался навязанной уверенностью. — Я на дороге у заправки, где раньше шиномонтажку вы разгромили, машину проезжающую увидел.  — Ну, и че, по каждой машине мне теперь звонить надо? Я на переговорах, ближе к делу.  — Черный седан, семь семь номер. За рулем, вроде ваш, Калининский. — Мужчина проглатывает ком в горле, делая паузу, боясь сказать что то не то. — А на пассажирском девчонка, брюнетка слегка кудрявая, твоя, вроде.  Миша сжал телефон в кулаке, казалось, что еще немного и тот разлетится на осколки. Он не ответил. Он просто нажал на отбой. Внутри него что-то с треском лопнуло. Дима перешел черту. Горшенев тяжелыми шагами направляется к команде, брови нахмурены, в глазах ярость, а сам намерен забирать у Димы жизнь по кусочкам.  — Мне ехать надо. Срочно. — Обращается конкретно к скальпу, ни капли не смущаясь того, что переговоры ещё не окончились.  — Что у тебя? — Глядит на него старшина. В голосе не было злости. Никогда, по отношению к Мише. — Один из наших делов натворил. Я разберусь с ним сам. — Звучал он уверенно, также как и всегда пронзительно. Руки сжимались в кулаки до такоц степени, что еще чуть чуть и из впадин в виде полумесяцев тонкими струйками потечет кровь.  — Наш? — Вскидывает бровью Гордеев. — Иди. Потом поговорим.  Он отпустил Мишу спокойно, махнув на него рукой, лишь бы переговорам не мешал. Александр видел, что тот находится в гневе и что, возможно, ни к чему хорошему в данный момент это не приведет.  "Домик на отшибе" — пронеслось в голове. Единственное место, куда Дима мог додуматься её увезти, надеясь на временное укрытие. Горшенев вдавил педаль газа так, что стрелка спидометра мгновенно ушла за сотню. Чувство тревоги и недоверия, засело в самом центре груди Анфисы.  Она нервно крутила браслет на руке, ощущая как ладони потеют.  Взгляд ее, почти не отрывался от окна, за которым сменялась дорога, а здания становились тернистым лесом. Стало ещё тревожнее. Все это походило на рассказы Леонида Каневского из «следствия вели» которое они с Мишей переодически смотрели по вечерам, когда у него было чуть больше свободного времени.  Крючкова медленно перевела взгляд на мужчину, стараясь не выдавать свою тревогу. Она могла даже признать, что ей было страшно. Все это, выглядело как спектакль. Дешевый, мерзкий спектакль.  — Черт, мобила силе, дай, я Мише наберу. — Утвердительно, попросил Дима.  Анфиса с сомнением потянулась к сумке.  — Быстрее. — Дима протянул руку, отбросив всю мнимую вежливость, требуя более грубо.  — Останови… останови машину.  Скрывать тревогу уже было невозможно, Анфиса ощутила как дрожат ее колени.  Но никто машину не остановил, напротив, резко дернув сумку, Дмитрий забрал телефон себе.  Дернув ручку, Анфиса поняла что дверь закрыта, да и выходить на ходу из машины, было крайне глупо. Оставалось только молиться, и верить что Миша спасет ее, как и всегда.  — Мы ведь договорились, Анфиса, это сюрприз. — Дима вернул своему голосу вежливость, а губы его растянулись в улыбке.  Крючкова молча кивнула, вновь уставившись в окно.  Машина остановилась у незнакомого для девушки домика. Она бы с радостью не выходила, но это не помешало бы Диме заставить ее выйти.  Они направились к домику, парень шел чуть сзади, подгоняя Анфису идти скорее внутрь.  Стоило ей переступить порог домика, глухой удар прямо по голове заставил ее отключится, а темнота поглотила все вокруг.