Игра престолов. Пламя и тишина

      Утро пришло серым и морозным.       Алисанна проснулась оттого, что кто-то постучал в дверь. Тихо, но настойчиво.       — Ваша Светлость? — голос Эда, того самого рыжего парня. — Лорд-Командующий просил передать — завтрак готов. И ваш брат уже внизу.       — Иду, — крикнула принцесса хрипло со сна.       Несколько минут она просто лежала, собираясь с силами. Потом села, потянулась. Тело ломило после долгого полёта и вчерашнего напряжения, но в целом девушка чувствовала себя отдохнувшей.       Алисанна оделась быстро — тёплое платье, тёплая накидка, сапоги. Волосы заплела в косу — сегодня предстоял долгий полёт домой. Выйдя из комнаты, она спустилась в общую залу. Там уже было шумно. Дозорные завтракали кто чем, переговаривались, грелись у очагов. За длинным столом сидел Мейгор — с миской похлёбки и куском хлеба. Рядом с ним — Осмунд. Алисанна подошла, села рядом с братом.       — Доброе утро, — сказала принцесса.       — Доброе, — ответил Мейгор коротко, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое.       Осмунд кивнул ей.       — Выспались, Ваша Светлость?       — Да, спасибо. — Она взяла миску с похлёбкой, которую пододвинул ей брат. — Мы сегодня улетаем.       Осмунд вздохнул.       — Я так и думал. Что ж, спасибо вам за помощь. За... всё.       Мужчина сказал это с некоторой заминкой, и Алисанна поняла — старик до сих пор не переварил вчерашнее.       — Мы сделали то, что должны были, — сказала девушка спокойно. — Вы получите от короля припасы. Обещаю.       — Я верю, Ваша Светлость. — Осмунд помолчал. — Знаете, я много лет здесь. Видел разное. Но такое... впервые.       — Такое? — Алисанна приподняла бровь.       — Чтобы кто-то с юга прилетел и реально помог. Не словами, а делом.       Девушка кивнула.       — Передайте своим людям: пусть готовятся. Весной придут новые припасы. А если одичалые снова сунутся... — она чуть улыбнулась, — ...мы вернёмся.       Осмунд посмотрел на неё долгим взглядом.       — Вы не похожи на других Таргариенов, о которых я слышал.       — Я похожа на себя, — ответила девушка. — Этого достаточно.       Завтрак закончился быстро. Мейгор поднялся первым.       — Верион? — спросил он.       — Накормлен и отдохнул, — ответила Алисанна.       Они вышли во двор. Верион лежал на том же месте, где они его оставили — огромная чёрная туша на белом снегу. Увидев Алисанну, он поднял голову и довольно уркнул.       — Сытый? — спросила она, подходя.       Дракон моргнул. Кажется, да.       — Хороший мой.       Принцесса погладила его по морде. Осмунд и несколько дозорных вышли проводить. Смотрели на дракона с благоговейным ужасом.       — Ваша Светлость, — сказал Осмунд, — если будете на Севере ещё... милости просим.       — Спасибо, Лорд-Командующий. — Алисанна обернулась к нему. — Берегите Стену. И себя.       — Постараемся.       Мейгор забрался на дракона первым, протянул руку сестре. Она взяла её и легко вскарабкалась наверх.       — Верион, — прошептала Алисанна, — домой.       Дракон поднялся. Расправил крылья. Дозорные внизу задрали головы.       — Счастливого пути, Ваша Светлость! — крикнул Осмунд.       Алисанна помахала рукой. Верион взлетел. Чёрный Замок становился всё меньше. Стена — всё дальше. Мейгор сзади обнял её крепче.       Ветер в небе был сильным, холодным, пронизывающим до костей. Верион летел ровно, мощно, но даже его жара не хватало, чтобы полностью согреть всадников.       Алисанна прижималась к дракону, почти лежала на его тёплой шее, обхватив руками. Глаза закрыты, дыхание глубокое и ровное — но Мейгор чувствовал, что сестра не спит. Просто ушла в себя.       Брат смотрел на неё. Серебряные волосы растрепались, выбились из косы, хлестали по ветру. Лицо бледное, спокойное, но под веками — тени. Усталость. Не только физическая.       Они летели уже час. Может, больше. Мейгор потерял счёт времени. И вдруг он напрягся. Что-то было не так. Принц не мог объяснить — просто почувствовал. Слишком тихая. Слишком неподвижная. Парень наклонился к её уху, почти лёг на неё, чтобы перекрыть шум ветра.       — Алисанна! — крикнул он. — Ты в порядке?       Сначала ничего. Потом девушка шевельнулась. Медленно открыла глаза. В них была пустота. Та самая, которую он видел у себя в зеркале много раз.       — Не знаю, — ответила она.       Голос глухой, чужой. Ветер унёс половину слов, но он услышал главное.       — Хочу домой, — продолжала она. — Хочу принять ванну. Устала. И чувствую себя неважно.       Мейгор нахмурился.       — Что болит?       — Всё. — Она чуть усмехнулась, но вышло криво.       Он понял.       — Десять дней, — сказал он. — Десять дней — и ты дома.       — Десять дней, — эхом отозвалась она. — Долго.       Сестра снова закрыла глаза.       Мейгор не знал, что делать. Он умел убивать, сражаться, терпеть боль. Но утешать? Говорить нужные слова? Этому его не учили.       Поэтому парень сделал единственное, что мог. Прижался к ней крепче. Обнял так, чтобы она чувствовала его тепло. Чтобы знала — сестра не одна.       — Я здесь, — сказал он в её ухо. — Я с тобой.       Она не ответила. Но её рука, лежавшая на драконе, чуть шевельнулась и накрыла его руку.       Двое суток.       Два долгих, бесконечных дня в небе, с редкими остановками на ночлег. Верион уставал, но нёс их с той же мощью, что и в первый день. Он чувствовал — его всаднице нужно домой. Нужно быстрее.       Они миновали Винтерфелл ещё утром. Алисанна даже не посмотрела вниз — только плотнее закуталась в накидку и закрыла глаза.       Мейгор не отходил от неё. Парень заметил. На второй день она стала бледнее. На третий — её начало подташнивать.       Сначала сестра пыталась скрывать. Отворачивалась, глубоко дышала, делала вид, что всё хорошо. Но Мейгор видел. Они остановились на ночлег у небольшого ручья, уже за пределами земель Старков. Верион ловил рыбу, Мейгор разводил костёр. Алисанна сидела на камне, обхватив себя руками, и смотрела в огонь.       — Ешь, — Мейгор протянул ей жареную рыбу.       Девушка взяла. Откусила маленький кусочек. Прожевала. И вдруг её лицо изменилось. Она резко встала, отошла за кусты, и её вырвало. Мейгор замер. Потом медленно поднялся, подошёл.       — Алисанна?       — Всё нормально, — ответила она хрипло, вытирая рот рукавом. — Просто устала.       — Ты вчера тоже не могла есть.       — Я ем.       — Ты клюёшь, как птица. — Он взял её за плечи, развернул к себе. — Что с тобой?       Сестра посмотрела на него. В её глазах было что-то странное — страх? Радость? Она сама не понимала.       — Не знаю, — прошептала Алисанна. — Но я... я думаю...       Она не договорила. Мейгор вдруг понял.       — Ты думаешь, что беременна, — сказал парень.       Это не было вопросом. Алисанна молчала. Потом кивнула.       — Перед отлётом... мы с Эйнисом... — она запнулась. — Мы почти не спали. Каждую ночь. Каждое утро.       — Знаю, — сказал Мейгор тихо и слегка закатил глаза.       — Если это так... — Алисанна прижала руку к животу. — Если это так, то я...       Принцесса не договорила. Мейгор обнял её крепко, надёжно, как брат.       — Ты доедешь, — сказал он. — Я довезу.       — А если Вериону станет тяжело?       — Верион? — Мейгор усмехнулся. — Этому зверю? Он десять таких беременных утащит.       Девушка слабо улыбнулась. Они вернулись к костру. Алисанна снова попробовала есть — медленно, осторожно. На этот раз получилось. Верион дожевал рыбу и лёг поближе, согревая их своим жаром.       Мейгор сидел неподвижно, глядя на огонь. Костер потрескивал, разбрасывая искры в темноту. Верион урчал где-то рядом — огромная тёплая туша, надёжная стена между ними и холодом.       Алисанна доела. Медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому сигналу своего тела. Рыба осталась — немного, но она не могла больше. Девушка уткнулась лицом в плечо брата. Прижалась. Её рука легла на живот — туда, где могла зарождаться новая жизнь.       — А может, я не беременна, — прошептала она, скорее себе, чем ему. — А просто переутомление?       Брат молчал.       — Или беременна?       Тишина. Только ветер и огонь.       — Не знаю, — ответила она сама себе. — Не знаю...       Сестра подняла голову, посмотрела на него. В свете костра её глаза блестели — от огня, от усталости, от всего сразу.       — Ты нас защитишь? — спросила девушка тихо и нежно.       Мейгор повернул голову. Посмотрел на неё долгим взглядом. Потом перевёл взгляд на её живот — туда, где лежала её рука.       — Всегда.       Одно слово. Короткое. Тяжёлое. Как клятва.       Алисанна улыбнулась — слабо, устало, но искренне. И снова прижалась к нему, закрыла глаза. Мейгор сидел неподвижно. Его рука — та, что была ближе к ней — медленно поднялась и легла поверх её руки.       — Спи, — сказал он тихо. — Я посторожу.       Верион уркнул довольно.       Костер догорал.       Ночь укрыла их своим холодным одеялом, но под боком у дракона, рядом с братом, Алисанне было тепло.              

***

      Верион зарычал снова — громче, мощнее. Этот рёв разнёсся над полями, над лесами, над Эйгонфортом. Он говорил всем: «Я вернулся. Я здесь. Моя всадница дома».       Где-то вдали, на своём лежбище, Балерион поднял голову. Чёрный Ужас смотрел на приближающегося собрата. В его древних глазах мелькнуло что-то — узнавание? Радость? Скука? Он взмыл в небо. Огромный, чёрный, вечный. Балерион поднимался в воздух тяжело, но величественно. Он не рычал — просто летел. Навстречу.       — Ох, нет, — выдохнула Алисанна. — Верион. Сначала доставь нас до форта. Чуть подальше. И потом... потом резвись с Балерионом сколько хочешь.       Верион фыркнул — обиженно? Понимающе? — но послушался. Дракон пошёл на снижение, игнорируя приближающегося Чёрного Ужаса. Балерион, кажется, удивился, но решил подождать. Два древних дракона закружили в небе, готовые к своей игре.       В Эйгонфорте рев услышали все. Эйнис сидел в кабинете, разбирая бумаги, когда этот звук пронзил воздух. Он вскочил так резко, что стул опрокинулся.       — Алисанна, — выдохнул он.       И побежал.       Он старался не бежать — принц не должен бегать по коридорам как мальчишка. Но ноги не слушались. Он летел, расталкивая слуг, не замечая поклонов, не слыша вопросов. Только она. Только к ней.       Верион приземлился в километре от форта. Алисанна спрыгнула быстрее, чем следовало — Мейгор едва успел её поймать, чтобы она не упала. Ноги подкашивались — от усталости, от волнения, от счастья.       — Тихо, — сказал он, ставя её на землю.       Принцесса побежала.       Верион проводил её взглядом и одобрительно уркнул. Он видел впереди Эйниса. Дракон знал — этому человеку можно доверять. Этому человеку он отдаст свою всадницу без колебаний.       Алисанна бежала, и ветер развевал её волосы, растрёпанные после долгого пути. Платье сбилось, накидка развевалась за спиной. Ей было всё равно. Девушка видела только его. Эйнис бежал навстречу. Они столкнулись на полпути — он подхватил её на лету, сжал в объятиях так, что хрустнули кости. Она обхватила его руками и ногами, прижалась всем телом. Тяжело дышали оба.       — Ты здесь, — выдохнул принц ей в шею. — Ты здесь...       — Я здесь, — ответила сестра, задыхаясь. — Я вернулась.       Он опустил её на землю, но не отпустил. Держал, сжимал, не давая отстраниться. Лоб к лбу. Глаза в глаза.       — Я думал... — начал брат.       — Не думай, — перебила она. — Я здесь. Я вернулась.       Её руки держали его лицо. Пальцы гладили щёки, скулы, губы.       Мейгор подходил медленно. С мешками за плечами. Остановился в пяти шагах. Он видел их. Видел, как Алисанна чуть приоткрыла рот. Как высунула кончик языка — дразняще, призывно, интимно. Как Эйнис приоткрыл губы в ответ.       Их поцелуй был глубоким. Чувственным. Сексуальным.       Алисанна целовала брата так, будто пила воду после долгой жажды. Её рот широко раскрывался, губы вбирали его губы, язык танцевал с его языком. У Эйниса закатились глаза. Он стонал в этот поцелуй — тихо, но Мейгор слышал. Руки мужа сжимали её талию, бёдра, поднимались выше, к груди, к шее, к волосам. Мейгор смотрел, не отворачивался. Что-то в нём дрожало. Он сам не знал. Но парень смотрел.       Алисанна оторвалась от губ Эйниса на секунду, чтобы вдохнуть, и снова припала. Снова и снова.       — Я скучала, — выдохнула она между поцелуями. — Я так скучала...       — Я тоже, — отвечал он хрипло. — Каждую минуту...       Они целовались, не замечая ничего вокруг. Мейгор развернулся медленно. В его глазах всё ещё стояла тень того, что он видел — поцелуй, страсть, та интимность, которая существовала только между этими двумя. Но он справился с собой. Всегда справлялся.       Эйнис посмотрел на брата. Тяжело дышал после поцелуев, но в глазах была искренняя благодарность. Алисанна всё ещё висела на нём, обнимала, прижималась, уткнувшись лицом ему в шею. Сестра не могла отпустить.       — Мейгор, — позвал Эйнис. Голос хриплый, сбитый. — Спасибо.       Мейгор остановился в нескольких шагах, посмотрел на них.       — Спасибо, что заботился о ней, — продолжал Эйнис. — Что вернулись... оба.       Алисанна приоткрыла глаза, посмотрела на брата поверх плеча мужа. Мейгор кивнул один раз.       — Она сама справилась бы. Я просто был рядом.       — Этого достаточно, — ответил Эйнис.       Повисла тишина. Только ветер шевелил траву, да где-то в небе всё ещё кружили два дракона — чёрный и чёрный, древние и вечные.       Мейгор развернулся и пошёл к замку. Он не оборачивался, не смотрел по сторонам. Просто шёл — широкими шагами, сжав зубы, уставившись куда-то вперёд. Мешки с вещами болтались за спиной, но он не замечал тяжести. Мысли путались. Парень видел их. Видел, как сестра целовала Эйниса. Как таяла в его руках. Как смотрела на него — так, как не смотрела ни на кого.       — Мейгор! — раздалось сзади.       Принц не остановился.       — Мейгор, погоди!       Голос Алисанны — запыхавшийся, тёплый. Парень замер. Принцесса догнала его. Тянула за руку Эйниса, но сейчас отпустила мужа и взяла Мейгора за рукав. Пальцы вцепились в ткань.       — Погоди, — выдохнула она. — Дай мне...       Мейгор развернулся и замер. Алисанна смотрела на него. В её глазах была та самая теплота, которую он видел на Севере. Девушка подняла руку и положила ему на щёку. Пальцы — холодные после ветра, но такие нежные — гладили его кожу.       — Колючка брат, — сказала сестра ласково. — Спасибо. Я бы не справилась одна.       Он смотрел на неё. Ничего не говорил. Не мог.       Алисанна улыбнулась. Потом её рука скользнула с щеки на шею. Она притянула его к себе. Мейгор позволил. Девушка уложила его голову к себе на плечо. Он был выше — намного выше — но послушно наклонился, уткнулся носом куда-то в её шею, в волосы. Вдохнул. Пахло домом. Пахло ею.       — Ты низкая, — сказал он. Голос глухой, странный.       Сестра засмеялась — тихо, вибрацией отдалось в его груди.       — А ты высокий. И колючий. И самый лучший брат на свете.       Принц молчал. Просто стоял, прижавшись к ней, чувствуя тепло её тела, биение её сердца. И не хотел отпускать. Эйнис стоял в стороне и смотрел на них.       — Идёмте, — сказал наследник тихо. — Домой.       Алисанна отстранилась, заглянула Мейгору в глаза.       — Идём?       Принц кивнул. Принцесса взяла его за руку — левую, свободную. Правую взял Эйнис. Так они и пошли втроём. Рука об руку. Брат и сестра и муж.       Алисанна знала, что делала. Всегда знала.       Держать Мейгора за руку, дарить ему тепло — это было не просто «спасибо». Это была необходимость. Она видела ту тьму, что копилась в нём годами, и знала: если не давать ему свет, тьма поглотит его полностью. А он её брат. Девушка не могла допустить.       Но дозированно.       Ровно столько, сколько нужно, чтобы он не сломался. Ровно столько, чтобы он знал: он нужен, важен, любим.       Эйнис был первым. Всегда. Каждую секунду. Ради него сестра готова была сжечь полмира. И только что сожгла — за Стеной, ради их будущего. Но Мейгор... Мейгор был вторым. Близким. Родным. Тем, кто летел с ней, спал под крылом дракона, держал, когда тошнило от усталости. Девушка сжимала руки обоих и чувствовала — правильно.       Чем ближе был дом, тем сильнее накатывала усталость. Принцесса не жаловалась в пути. Терпела. Но теперь, когда впереди были стены Эйгонфорта, тёплая ванна, мягкая постель, её тело начало сдавать.       — Знали бы вы, как я соскучилась по своей ванне, — сказала Алисанна тягуче, почти мечтательно. Голос плыл. — По маслам. По детям.       Ноги заплетались. Она уже не шла — плыла в своих мыслях, представляя горячую воду, ароматные масла, мягкие полотенца. Реальность смешивалась с грёзами.       — Алисанна, — позвал Эйнис, чувствуя, как она тяжелеет на его руке.       — М?       — Ты в порядке?       — В полном, — ответила сестра, но голос звучал слишком мечтательно. — Просто... ванна. Я уже в ванне.       Мейгор хмыкнул.       — Она спит на ходу, — сказал брат.       — Я не сплю, — возразила она, но глаза слипались.       Эйнис подхватил её за талию, прижимая к себе.       — Давай, маленькая, — шепнул он. — Осталось немного.       — Я не маленькая, — буркнула сестра. — Я принцесса.       — Самая маленькая принцесса на свете.       — Таргариен, — поправила девушка привычно, но голос уже угасал.       Мейгор посмотрел на них. На то, как Эйнис нёс её, почти на руках. На то, как она доверчиво прижималась. Внутри кольнуло. Но он привык.       — Я пойду вперёд, — сказал он. — Скажу, чтобы готовили ванну.       — Спасибо, — выдохнула Алисанна, даже не открывая глаз.       Мейгор ускорил шаг. Алисанна повисла на Эйнисе. Наследник нес её на руках, и девушка чувствовала себя маленькой девочкой — беззащитной, уставшей, но в полной безопасности.       — Моя маленькая... — шептал принц, улыбаясь.       Алисанна хотела возразить, что она не маленькая, что она принцесса, мать троих детей, женщина, которая сожгла два лагеря одичалых. Но сил не было. Девушка просто обмякла в его руках, как тряпичная кукла, как желе, которое вот-вот растекётся. Эйнис нёс её по коридорам, и слуги почтительно отворачивались, давая дорогу.       Мейгор тем временем нашёл Мейган. Старая служанка возилась в прачечной, когда он возник на пороге — высокий, чёрный, с каменным лицом.       — Ванну для принцессы, — сказал он коротко. — Сейчас.       Мейган даже не удивилась. Только кивнула и засуетилась, отдавая распоряжения младшим служанкам.       Мейгор развернулся и ушёл к отцу с докладом.       Эйнис донёс Алисанну до их покоев. Мейган уже всё подготовила — огромная медная ванна стояла у стены, пар поднимался к потолку, пахло лавандой и розовым маслом. Две молодые служанки замерли у стены, готовые помочь.       — Оставьте нас, — приказал Эйнис.       Слуги исчезли бесшумно. Парень усадил Алисанну в кресло. Она сидела, как кукла — расслабленная, с закрытыми глазами, с блаженной улыбкой на лице. Эйнис начал раздевать её сам. Сначала накидка — тяжёлая, пропахшая дорогой и дымом. Далее платье — он аккуратно стянул его через голову, стараясь не задеть волосы. Потом сорочка. Принцесса не сопротивлялась. Только вздыхала блаженно, когда его руки касались её кожи. Брат подхватил её на руки — голую, тёплую, родную — и осторожно опустил в воду.       — Дааа, — застонала Алисанна, когда горячая вода сомкнулась вокруг тела. — Ванна... любимая...       Принцесса вытянулась, развалилась, прикрыла глаза. Лицо разгладилось, усталость начала отпускать. Эйнис усмехнулся. Он закатал рукава, взял мочалку, намылил её и начал водить по её плечам, по спине, по рукам. Тишина была уютной. Но Алисанна знала — надо сказать.       — Мейгор ничего не делал такого, — вдруг произнесла она, не открывая глаз. — Не переходил границы. Был обычным братом.       Эйнис замер на секунду. Потом продолжил водить мочалкой.       — Ты этого боялся? — спросила сестра, поворачивая голову, чтобы видеть его лицо. — Ничего не было. Никаких ситуаций, которые бы нас заставили... в интимном месте.       Девушка помолчала.       — Был холод, но Верион нас грел. Ничего такого не произошло.       Сестра ждала. Эйнис молчал. Его руки двигались ровно, спокойно — он мыл её, как самую драгоценную вещь в мире. Потом поднял глаза.       — Я знаю, — сказал парень просто.       — Знаешь?       — Я тебе верю. — Он улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у неё таяло сердце. — Если бы что-то было, ты бы сказала. Ты никогда не врёшь мне.       — Никогда, — подтвердила сестра.       — И я не боюсь, — добавил он тихо. — Боялся. Раньше. А теперь... я видел, как ты на него смотришь. Как на брата. Не больше.       — Не больше, — эхом отозвалась она.       — И этого достаточно.       Девушка протянула мокрую руку, коснулась его щеки.       — Я люблю тебя. Только тебя. Всегда.       — Я знаю. Иди сюда.       Она приподнялась в ванне, потянулась к нему. Брат наклонился, и их губы встретились. Поцелуй был нежным. Тихим. Домашним.       — Я тоже люблю тебя, — прошептал парень в её губы. — Больше жизни.       Алисанна улыбнулась и снова опустилась в воду.       — Помой меня ещё, — попросила сестра капризно. — Я хочу быть самой чистой принцессой в Вестеросе.       Брат рассмеялся.       — Самой чистой и самой красивой.       Вода плескалась. Пар поднимался к потолку.