В сиянии звезд

Медосмотр прошел как в тумане. Тилл помнил жужжание тонометра. Вроде бы у него измерили пульс, а потом что-то спросили. То же самое проделали с другими четырьмя участниками. Мизи отвечала бойко и звонко, даже слишком. За оживлением и вымученной готовностью она прятала дрожь в неестественно высоком голосе. Суа, напротив, стала еще молчаливее обычного и сухо кивала, чуть не перейдя на язык жестов. Только Иван с Лукой совсем не изменились. Весь их вид демонстрировал уверенность в себе и предстоящем успехе. Они будто знали результаты отборочных едва не до отмашки о старте. Еще бы, если бы у Тилла была лошадь, похожая на Звездочета или хотя бы Правителя, он бы тоже ни в чем не сомневался. Однако ему предстояло не столько проехать соревнования, сколько сыграть с Фредди в лотерею. С ним никто не разговаривал, и он тоже не стал здороваться. Исаак провел жеребьевку прямо в конторе, у себя в кабинете в присутствии других арендаторов. Усложнять не стали: насыпали в непрозрачный мешок бумажки с номерами, а потом заставили ребят по очереди вытягивать. Иван ничуть не смутился, когда показал отцу и остальным присутствующим листок с цифрой один, зато Тилл испытал облегчение, что не поедет позориться первым. Ему повезло стать предпоследним, четвертым. Суа и Мизи вытянули второй и третий номера, после чего все дружно повернулись к притихшему Луке с зажатой в ладони пятеркой. — Удачно, — комментарий принадлежал только что подоспевшей Хене. Едва войдя в кабинет, девушка сразу поцеловала своего парня в щеку, а потом приобняла за шею. — Успеешь посмотреть, как проедут другие, и подкорректировать маршрут. Лука польщенно улыбнулся ей, а все остальные посчитали бы жеребьевку несправедливой, если бы не находились в равных условиях во время вытягивания бумажек. — Разве честно поддерживать только одного участника? Еще и с чужой конюшни, — по пути к раздевалке Мизи обиженно надула губы и почти сразу засмеялась, когда Хена набросилась щекотать ее. — Кто сказал, что я болею только за Луку? — она крепко прижала к себе Мизи, а второй рукой дотянулась до идущего поодаль Тилла. — Вы все мне как родные! Я буду снимать соревнования на видео, а после с каждым разберем прыжки и ошибки. — Ты лучшая! — большего и не требовалось, чтобы Мизи простила тренера из своей же секции. Даже Тиллу стало теплее от ее поддержки. Правда, по пути к бытовке он поглядывал на еще одного человека, чье отношение к происходящему совсем не понимал. Обычно Иван всегда крутился где-то рядом и действовал на нервы неуместными замечаниями, но сейчас он разговаривал только с Лукой и совсем не обращал внимания на Тилла. Он будто вспомнил о статусе богатого ублюдка, навязанном отцом, и теперь всеми силами старался его оправдать. Может, именно так выражалось волнение бывалого спортсмена. Как и предполагал Урак, в раздевалке уже вывесили план маршрута на доске объявлений. Все шестеро, включая Хену, дружно замерли у схемы. Всего их ждало одиннадцать препятствий, но из-за двух систем прыжков получилось тринадцать. Сам маршрут оказался не слишком витиеватым и легко запоминался. На нем присутствовало несколько резких поворотов, где будет непросто вырулить Фредди, но проезды между большинством препятствий сделали почти прямыми, что позволяло компенсировать время и давало право на ошибку. В углу листка уже обозначили максимальное время на прохождение: минута и восемнадцать секунд. — Ладно, дальше сами, — Хена первой ушла переодеваться. — Мне нельзя комментировать маршрут. Ребята постояли еще немного, запоминая последовательность. Тилл неловко считал про себя, стараясь успокоить нервы. Глядя на схему, он пробовал представить, как выглядят препятствия и как он едет между ними уже там, на соревнованиях. — Все хорошо? — участливо спросила Мизи, когда он так и не решил, в какой цвет выкрасить воображаемые параллельные брусья в двойной системе. — Вы с Иваном такие тихие. — Но ведь не тише Суа? — не отвлекаясь от доски, Тилл попытался неловко разрядить обстановку, но Мизи не оценила шутку. — Суа всегда тихая, — с улыбкой пояснила она. — А вы только сегодня. Вскоре спортсмены последовали примеру берейтора. Девочки обосновались по одну сторону от шкафчиков, парни — по другую. Заняв свой обычный угол, Тилл быстро переодевался, стоя спиной к окружающим. Не хотелось, чтобы кто-то видел его несостоятельность. В последний раз Тилл носил рубашки в вузе и после переезда не смог отыскать ни одной, поэтому сверху надел с трудом найденную среди коробок белую футболку. Штаны пришлось оставить повседневные, темно-синие — других не было. На ногах черные кроссовки. По задумке они сольются по цвету с крагами и не будут выделяться. Еще в пакете лежал постиранный вальтрап Фредди — пусть из них двоих хотя бы конь выглядит прилично. Уши горели на протяжении всего переодевания, но обернуться все-таки пришлось. Как он и подозревал, Лука и Иван были одеты с иголочки: белые поло с логотипом Унши, отдельные светлые штаны для соревнований, ботинки с небольшим каблуком, прямо по стандарту, начищенные до блеска кожаные краги, шлемы, пары белых перчаток. И оба держали в руках черные выглаженные рединготы. Дорого — вот все, что мог сказать Тилл об их внешнем виде. Парни тоже с интересом изучали его. Лука как раз собрался обронить комментарий, когда Иван, не меняясь в лице, на корню пресек колкость сдвинутыми бровями и строгим взглядом, унаследованными от отца. — Оригинально, — только и выдавил Лука, поджав губы под напором приятеля. Тилл смущенно опустил взгляд в пол, не зная, чем прикрыться. Пестрым нарядом он напоминал попугая. Белое непривычно сидело на Иване, но даже в нем он смотрелся выгодно — и дело было не в возросшем ценнике элитного спортсмена. Поло и бриджи сделали его каким-то особенно недостижимым. Тилл ясно почувствовал, что, несмотря на дружбу, они жили в разных мирах. — Ой, вот это принц на вороном коне! — Мизи первой высунулась из-за импровизированной перегородки, чтобы тоже оценить облик Ивана. При ее появлении парень сразу мягко и польщенно улыбнулся, чего не сделал минутой ранее, находясь рядом с Тиллом. — Вам с Суа тоже очень идет, — он подмигнул, смутив девушек. Их наряды были проще, чем у спортсменов Унши, и не могли похвастаться брендом, но тоже составляли полноценный комплект белой формы. Хена единственная осталась в рабочем и выделялась из их компании наравне с Тиллом, так что именно она выгнала остальных на улицу фотографироваться. — Ну-ка, встаньте на фоне манежа и улыбнитесь в камеру! — крикнула девушка, потрясая телефоном. — Когда еще я вас увижу такими нарядными? Тиллу хотелось провалиться сквозь землю, но Мизи против воли втащила его в кадр и крепко обхватила за локоть, не позволяя сбежать. Иван оказался с Лукой у противоположного края, и на получившемся снимке их с Тиллом разделяли три человека. Только после непрошенной порции позора Хена отпустила всех по конюшням. Пришла пора седлаться и выезжать на разминку. Первую половину пути по песчаным дорожкам спортсмены все равно прошли вместе. Из-за волнения Мизи не умолкала ни на секунду, а Суа даже при ярком солнечном свете удавалось оставаться бледной как полотно. Тилл все еще молчал, вслушиваясь в тихий разговор Ивана и Луки не в силах разобрать ни слова. — Мне поседлать Звездочета? — наконец спросил он, дойдя до развилки между владениями Урака и Унши. Тропинка разделяла входы в две конюшни. Все шестеро остановились, и под взглядами непрошенных зрителей стало еще более неуютно, но Тилл продолжил стоять на своем, помня об обещании отработать седло. Иван тоже замер, словно только сейчас вспомнил о его существовании. Надменно вздернув бровь, он криво улыбнулся и отмахнулся: — Сам справлюсь. Лучше о себе позаботься. Сначала Тилл даже не понял, не послышалось ли ему. Подобный ответ можно было ожидать от Луки, но только не от Ивана. С самого утра он был сам не свой, но лишь сейчас у Тилла появилась возможность в этом убедиться. — Повтори, — попросил он, чувствуя, как закипает гнев, а щеки покрываются красными пятнами. Больше не обращая внимания на притихшее сопровождение, Тилл шагнул прямо к Ивану, пока не остановился в считанных сантиметрах от него. — Что ты сказал? — Что мне не нужна помощь от соперника, — спокойно и более развернуто сообщил Иван, словно речь шла о прогнозе погоды. — Думай о маршруте и иди готовиться. Неожиданное пренебрежение стало последней каплей. Все эмоции, все напряжение, копившееся внутри со вчерашнего дня, выплеснулось наружу. Тилл наотмашь ударил кулаком прямо в скулу и удовлетворенно проследил, как Иван отшатнулся. Щека быстро опухла и покраснела, а руку Тилла обожгло запоздалой болью. Девочки в ужасе взвизгнули. — Вовремя тебя сфотографировали, — зло выплюнул Тилл, замахнувшись для второго удара. — Стойте! Прекратите оба! Хена схватила Тилла под мышки, пока Лука оттаскивал прочь Ивана. Парни брыкались и размахивали руками, но со стороны было видно, что только один из них вырывался достаточно активно и убедительно, когда другой неохотно симулировал подвижность. Пока их разводили по разным углам, Мизи и Суа сбегали обратно в раздевалку наскрести лед в холодильнике. Хене пришлось силой втолкнуть Тилла в денник и лично вручить щетки в попытке хоть немного утихомирить. Не сразу, но это помогло. Тилл так яростно чистил Фредди, что конь ни разу не шевельнулся, чувствуя исходящие от всадника негативные волны. — Только дернись мне, — пообещал тот, водрузив седло поверх чистого вальтрапа. — Один, вон, уже получил. На всякий случай, Хена перегородила проход во избежание дальнейших разборок. — С утра пораньше, — причитала она, потирая переносицу. — Что на вас нашло? — У него спрашивай, — огрызнулся Тилл, кивнув в сторону соседней конюшни. — Тоже мне, великий спортсмен нашелся. Как проеду, хорошенько начищу ему рожу. — Да-да, — устало согласилась Хена, которой надоело слушать ворчание. — Седлайся, воинственный ты наш. Стек не забудь. Разминка прошла, на удивление, гладко. Адреналин зашкаливал, виски слегка пульсировали, но руки оставались твердыми. Тилл без страха заводил Фредди на тренировочные препятствия и только раз снял, чтобы взбодрить. Чуя неладное, конь сам прекрасно слушался. Всего единожды он сбил жердь, когда Тилл не рассчитал прыжок и поздно прижал шенкель, но в остальном обошлось без обносов и закидок. Никто не хвалил и не комментировал — боялись лишний раз вмешиваться. Иван всю распрыжку рысил в отдалении и только потом пару раз попробовал каждое из стоящих препятствий. Для разминки поставили только одиночный отвес и параллельные брусья, и спортсменам приходилось соблюдать очередь. Вскоре всех пятерых собрали в крытом манеже. Лука держал Правителя подальше, а Мизи на Клематисе загородила Камелию. Тилл с Фредди расположился дополнительной преградой между жеребцом и кобылой. Хена открыла калитку и впустила Ивана на поле первым, согласно вытянутому номеру. — Может, усмиришь своего буйного, пока он на других не начал бросаться? — несмотря на приближающийся старт собственного сына, Унша продолжал упрекать Урака. До Тилла долетали обрывки их разговора. — Он напал на моего спортсмена! — И поделом, — лениво возразил Урак. — Зато какая отговорка, если твой сынишка не проедет! От негодования усы Унши распушились щеткой. Он ударил по стоящему впереди ограждению и только после этого занял место на трибунах. Хена тоже их слышала — несложно догадаться по ее порозовевшим щекам. В тон им она высоко держала красный флаг. Исаак неодобрительно покачал головой, прежде чем вооружиться секундомером и поднять взгляд на замершего перед судьями Ивана. — Всадник готов? — объявил он и дождался ответного приветствия. Даже не пытаясь прикрыть пострадавшую щеку, Иван издевательски, специально для отца, коснулся шлема противоположной рукой. Фингал отчетливо виднелся из-под козырька. — Начинайте.