Ночной путник

Максим зашёл в квартиру. Дверь закрылась с мягким, привычным звуком, щелчок, который он слышал тысячи раз. Но сегодня этот звук показался ему слишком громким. Слишком окончательным. Он повесил ключи на крючок, снял куртку, расстегнул кроссовки. - Ангелин? — позвал он, выпрямляясь. Девушка не отозвалась. Парень насторожился. Обычно она отвечала, даже если была увлечена книгой или сериалом. Хотя бы «Ммм» или «Я на кухне». - Ангелина?! — повторил Максим громче. Тишина. Сердце ёкнуло. Он скинул кроссовки, бросил куртку на пол, не до аккуратности было, и быстрым шагом направился в коридор. В спальню. Потому что дверь была чуть приоткрыта, и из-за неё не доносилось ни звука. - Ангелин, ты тут? — спросил парень, заходя в комнату. Девушка сидела на полу. Прислонившись спиной к шкафу. Её лицо было бледным, намного светлее, чем обычно; даже губы потеряли цвет. Глаза были полузакрыты, дыхание прерывистым. А рядом с её рукой лежал нож. Его нож. Видимо, она выронила его, когда садилась или когда от испуга выпустила из рук. Максим поднял взгляд. Дверца шкафа была открыта. Он сразу понял, что самое страшное уже случилось. Ангелина всё видела. Сердце ухнуло вниз. В голове на секунду стало пусто, ни одной мысли, ни одного слова, ни одного плана. Только паника, холодная и липкая, как смородиновое варенье. А потом он рванул к ней. - Ангелина! — Максим опустился на колени рядом с ней, взял её лицо в ладони. - Ты слышишь меня? Ангелин! Девушка что-то пробормотала неразборчиво, вяло. Глаза открылись, но смотрели сквозь него, в никуда. - Сейчас, сейчас.. — сказал он, поднимая её на руки. - Сейчас я тебе помогу. Ангелина была лёгкой, слишком лёгкой, пугающе лёгкой. Парень перенёс её на кровать, осторожно положил на подушку. Сбегал на кухню за стаканом воды, налил из графина, который всегда стоял на столе, и за таблеткой. Женщина-врач в поликлинике когда-то сказала ей, что от головокружения помогает цитрамон. Максим нашёл пару таблеток в аптечке, вернулся в спальню. Она выпила воду жадно, торопливо, расплескав половину на футболку. Проглотила таблетку. Откинулась на подушку и закрыла глаза. Парень сел рядом. Сложил руки в замок, опустил голову. Ждал. В комнате было тихо. Слышно только её дыхание поверхностное, неровное, и стук его собственного сердца, который, казалось, был слышен на всю квартиру. «Что я ей скажу? — думал он. Как буду выкручиваться? Скажу правду? Она уйдёт. Соврёшь она почувствует. Раньше или позже» Максим не знал. Через пять минут Ангелина пошевелилась. Приподнялась на локте, села, прислонившись к спинке кровати. Взгляд её был опущен, она смотрела на свои руки, сложенные на коленях. Парень молчал. Левин боялся спугнуть её словами. Она заговорила первой. - Максим.. — произнесла девушка его имя. Голос её был тихим, почти шёпотом, но в этой тишине каждое слово звучало как выстрел. - Ты вор?.. Парень этот вопрос привёл в ступор. Он ожидал чего угодно: слёз, криков, обвинений, истерики. Но не этого прямого, холодного вопроса, который ударил его в самое сердце. Макс не ответил сразу. Слишком долго. Слишком заметно. - Нет. — сказал он наконец. - Да не... С чего ты это взяла? В его голосе слышалась неуверенность. Даже для него самого это прозвучало фальшиво. Ангелина медленно подняла голову. Посмотрела на него устало, с болью. - Ммм... — протянула она. - А эти вещи... тебе ни о чём не говорят? Ну конечно, да. Делай вид, что ты не знаешь, откуда они взялись у тебя. Максим, я давно всё поняла.. В её глазах стояли слёзы. Девушка говорила через силу, через себя, через отчаяние, через разбитую надежду. - Ангелин, ты всё не так поняла.. — ответил он, чувствуя, как слова застревают в горле. - Они не для грабительства. И я не такой.. - А кто?! Кто ещё, кроме воров, использует ножи, отмычки?! — её голос стал громче, сначала чуть-чуть, а потом всё больше. - Бизнесмены? Да конечно, блять! Она наконец посмотрела на него. Прямо. В глаза. Впервые за эти несколько минут. В её взгляде были боль, разочарование и что-то ещё. То, что он не мог прочитать. Максим молчал. Язык прилип к нёбу. Слова кончились. - Нечего сказать? — спросила Ангелина. - Или язык проглотил? Максим, а ведь я тебе верила... Последние слова она произнесла уже шёпотом. Слёзы потекли по щекам, медленно, тяжело, как растопленный воск. И вдруг, как утопающий хватается за соломинку, Максим нашёл выход. - Я коллекционирую ножи.. — бросил он. - В детстве я занимался метанием ножей. В разные предметы. И интерес к ним у меня остался до сих пор. — слова вылетали быстро, торопливо, как будто он боялся, что не успеет их сказать. Ангелина посмотрела на него вопросительно, с сомнением. В её глазах читалось недоверие. - Что? — спросила она. - Ты никогда не рассказывал мне об этом.. - У меня не было повода. — ответил парень, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Вот сейчас рассказал.. Девушка вздохнула. Грустно, тяжело. - Я не знаю... А отмычки? Как ты объяснишь их существование? - А... эм... — Максим замялся. - Так это не отмычки вовсе. Это... это инструмент. Вместо отвёртки можно использовать, например... - Правда? — в голосе Ангелины прозвучала надежда, робкая, хрупкая, как первый лёд на луже. - Да.. — кивнул он, чувствуя, как внутри отпускает напряжение. -Там же ещё рядом отвёртка лежит. Просто не знал, куда положить инструменты. И вот туда решил. Максим показал рукой в сторону открытой полки. Ангелина молчала. Смотрела на него, пристально, изучающе. Как будто пыталась заглянуть ему в душу. - Максим... - Мм? - Мне надо подумать. — сказала она. - Переварить всё. И успокоиться в конце концов. - Хорошо. — кивнул парень. Он потянулся к ней, чтобы поцеловать. Но девушка выставила руку вперёд. - Нет. Не надо. Я не хочу. Дай мне побыть одной какое-то время.. Максим отстранился. Встал с кровати. - Без проблем. — сказал он. Парень подошёл к двери, обернулся. Ангелина сидела, прижав одну коленку к груди, обхватив её руками. Глаза её были влажными, щёки мокрыми. Девушка жмурилась, словно от головной боли, и это было явно не притворство. - Ты нормально себя чувствуешь? — спросил Макс с беспокойством. - Твоё лицо очень бледное. - Да, всё хорошо. — ответила она не глядя. - Иди. - Если что, я на кухне буду. Ангелина лишь кивнула, едва заметно, даже не повернув головы. Максим вышел и тихо закрыл за собой дверь. Он прошёл на кухню, сел на стул, уронил голову на руки. «УРА, всё обошлось» — думал парень. В груди колотилось сердце слишком быстро, слишком громко. Ладони вспотели. В горле пересохло. «Поверила. Она поверила. Ну, по крайней мере, сделала вид, что поверила» — продолжал он в голове. Максим открыл кран, налил стакан воды, выпил залпом. Потом ещё один. В голове крутился план, такой же хлипкий, как и его оправдание. Коллекционирование ножей. Детское увлечение. Инструменты вместо отвёртки. Это могло прокатить. Могло. На время. - Но что будет, когда она найдёт что-то ещё? — спросил он сам себя. - Телефоны чужие? Деньги наличкой? Адрес ангара? Ответа не было. Парень сидел на кухне, смотрел на закрытую дверь спальни и ждал. Ждал, когда она выйдет. Когда посмотрит на него. Скажет, что всё в порядке. Или скажет, что уходит.. Время тянулось медленно, как густой мёд, который никак не капает с ложки.

Часы показывали семнадцать ноль три. За окном уже темнело, зимний день таял быстро, как снежинка на ладони. Ветер стих, и снег перестал падать, оставив город в белой, почти ватной тишине. Фонари во дворе зажглись раньше обычного, их жёлтый свет проникал сквозь щель между шторами и ложился на пол длинными полосами, как тигровая шкура. Максим сидел на кухне, сжимая в руке телефон. Ангелина закрылась в спальне уже несколько часов. Из-за двери не доносилось ни звука, она спала, или делала вид, что спит, или просто лежала в темноте, глядя в потолок и переваривая всё, что случилось сегодня. Парень не знал. И это незнание сводило с ума. «Ладно. Хватит. Нельзя сидеть сложа руки» — подумал Левин, стирая большим пальцем пыль со стола. Максим открыл контакты и нашёл нужный номер, что дал Андрей. С этой небольшой ссорой он совсем забыл позвонить. Но время поджимало. Парень нажал на вызов. Поднёс телефон к уху. Гудки были длинными, тягучими, как резина. На пятом гудке ответили. - Алло. — голос в трубке был ровным, спокойным, без лишних эмоций. Голос человека, который привык считать деньги, а не тратить их на эмоции. Максим на секунду замялся. В горле пересохло. Парень сглотнул. - Добрый вечер. — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. - Меня зовут Максим. Я от Андрея. Он сказал, вы можете помочь с деньгами. В трубке повисла пауза. Не длинная, всего пара секунд, но Максиму она показалась вечностью. - Александр. — представился собеседник. - Да, Андрей говорил о вас. Что за сумма? - Пять миллионов. — сказал Максим. Никакой реакции. Без паузы, без «сколько-сколько», без присвистывания. Только спокойное: - Понятно. Когда нужно? - Если честно, чем быстрее, тем лучше. Но я понимаю, что так не бывает. - Бывает. — ответил Александр. - Вопрос не в скорости, а в гарантиях. Вы работаете? Есть доход? - Да. — соврал парень. - Свой бизнес. Небольшой, но стабильный. В трубке послышался звук перелистываемых страниц. Максим представил офис: стеклянный стол, ноутбук, чашку остывшего кофе, мужчину в дорогом костюме, который смотрит на экран и решает, давать или нет. - На какой срок хотите взять? — спросил Александр. Максим задумался. Он не знал, сколько ему понадобится времени, чтобы расплатиться с Анонимом и с кредитом одновременно. Месяц? Два? Год? - Какой максимум вы можете дать? — спросил парень в ответ. - Три года. — сказал Александр. - Процент - пять. Устраивает? Максим быстро прикинул в уме. Пять процентов от пяти миллионов - это двести пятьдесят тысяч. Не так уж много, если растянуть на три года. Но отдавать придётся всё равно, и деньги нужны уже сейчас. - Устраивает. — сказал он. - Хорошо.— голос Александра стал деловым, почти сухим. - Я составлю договор. Отправлю вам на почту. Посмотрите, подпишите, скан кинете обратно. После этого запустим перевод. - Сколько ждать? — спросил Максим. - В течение месяца. Может, чуть позже, но я постараюсь ускорить. - Спасибо. - Не за что. — ответил Александр. - Это бизнес. Ничего личного. Он попрощался и положил трубку. Максим откинулся на спинку стула и выдохнул. «Пять миллионов... Три года. И это только начало» — подумал он. Парень посмотрел на закрытую дверь спальни. За ней было тихо-тихо настолько, что можно было подумать, что квартира пуста. «Ради неё, ради неё я готов на всё» — сказал он себе. Но внутри, где-то глубоко, шевелился червь сомнения. Готов ли он на всё? И готов ли он к тому, что будет потом? Через десять минут на почту пришёл договор. Максим открыл его, просмотрел бегло, условия были теми же, что обсуждали по телефону: пять миллионов, три года, пять процентов. Внизу строчка для подписи и даты. Он распечатал договор на маленьком принтере, который стоял в углу спальни, туда пришлось заходить, но, к счастью, Ангелина перевернулась на бок, и кажись, пыталась заснуть. Максим задержал взгляд на ней, на разметавшихся по подушке волосах, на бледном лице, на следах от слёз на щеках. «Прости меня. Ты не заслужила всей этой лжи» — подумал он. Максим тихо взял договор, ручку и вышел в коридор. Подписал быстро, не перечитывая. Отсканировал телефоном, благо приложение позволяло делать качественные снимки, отправил Александру. И выдохнул. Всё, что оставалось - ждать. Ждать денег. Ждать, когда Ангелина выйдет из комнаты. Ждать, когда Аноним снова напишет. Ждать. Всегда ждать. Он вернулся на кухню, поставил чайник, достал чашку. Руки дрожали от напряжения, от усталости, от всего, что навалилось за последние дни. За окном темнело. Где-то вдалеке лаяла собака, и снег снова начал падать: мелкий, колючий, как песок. Максим смотрел на падающие снежинки и думал о том, что жизнь никогда уже не будет прежней. Даже если он отдаст деньги. Даже если Ангелина простит. Даже если Аноним исчезнет. Он переступил черту. И назад дороги не было. Зазвонил телефон. Александр. - Договор получил. — сказал он. - Всё в порядке. Перевод запущу завтра утром. Деньги придут в течение двух недель. - Спасибо. — ответил Максим. - Удачи. — сказал Александр и отключился. Время тянулось медленно, как смола. Максим сидел на кухне, и смотрел в одну точку на стене. Договор был подписан, деньги обещаны, но легче не стало. Наоборот, появилось новое чувство, липкое и тяжёлое, похожее на страх. Он боялся не Анонима. Не долга. Максим боялся, что Ангелина не выдержит. Что сломается. Что уйдёт. И эти страхи съедали его изнутри. Парень услышал шаги сначала, а потом скрип двери. Девушка зашла на кухню. Медленно, как будто каждое движение давалось ей с трудом. Её лицо было бледным, под глазами залегли тёмные круги - следы от слёз, которые она вытирала несколько часов подряд. Волосы были собраны в небрежный пучок на затылке, несколько прядей выбились и падали на лицо. Ангелина села на стул напротив Максима. Вздохнула глубоко, тяжело, как будто выдыхала всё, что накопилось внутри. Сложила руки на столе, опустила голову. Он отложил телефон и посмотрел на неё. Внимательно, с тревогой. - Ангелин... — начал парень. - Дай мне сказать. — перебила она, не поднимая головы. Максим замолчал. - Я долго думала.. — сказала девушка. Голос её был тихим, но твёрдым. - Лежала в темноте, смотрела в потолок и перебирала в голове всё, что случилось. И знаешь, что я поняла? - Что? — спросил он осторожно. - Я хотела оставить эту тему. Просто замять. Сделать вид, что ничего не произошло. Потому что мне страшно, Максим. Мне страшно терять тебя. Мне страшно остаться одной. Мне страшно, что ты... что ты окажешься не тем, за кого я тебя принимала. Она подняла голову. В её глазах блестели слёзы, но она не плакала. Сдерживалась. - Но так дела не делаются. — продолжила девушка. - Если я сейчас промолчу, если сделаю вид, что всё нормально, я никогда тебе не поверю по-настоящему. И наши отношения превратятся в пытку. Для меня. Для тебя. Для нас обоих. - И к какому выводу ты пришла? — спросил Максим, хотя уже догадывался. Ангелина посмотрела на него прямо. Твёрдо. Строго. В её взгляде не было прежней мягкость, только решимость. - Я прощаю тебя. — сказала она. - И я верю тебе. Верю, что эти вещи просто инструменты. Верю, что ты не вор. Верю, что ты тот, за кого себя выдаёшь. Парень почувствовал, как с плеч упала гигантская глыба. Он выдохнул с облегчением, с благодарностью, с чем-то ещё, что нельзя было выразить словами. - Но. — добавила Ангелина, поднимая указательный палец. - Есть одно «но». Левин напрягся снова. - Я чувствую, что в следующий раз такое не выдержу. — сказала она. - Если ты снова соврёшь, если снова что-то скроешь, если я узнаю, что ты меня обманываешь - я сломаюсь. Понимаешь? Не рассержусь, не устрою скандал, просто сломаюсь. И тогда уже ничего не исправить. Максим молчал. Он не знал, что ответить. Потому что девушка была права. - Поэтому.. — продолжила Ангелина. - Ты теперь будешь находиться на грани расставания. Я буду за тобой пристально следить. Мало ли что. Если ты невиновен тебе нечего скрывать. Если нет... Она не договорила. Но Максим понял и без слов. - Какие именно требования? — спросил парень. - Первое. Ты всегда должен быть на телефоне. В любое время дня и ночи. — Ангелина начала загибать пальцы. - Я звоню ты берёшь трубку. Не «перезвоню через пять минут», не «не могу говорить». Берёшь. Трубку. Сразу. Максим кивнул. - Второе. Ночью ты никуда не уезжаешь без меня. Если тебе нужно уехать ты меня будишь. Я собираюсь и еду с тобой. Или ты не едешь. - А если это правда срочно? — осторожно спросил он. - Тогда я еду с тобой. — отрезала Ангелина. - Я сказала. Парень кивнул снова. На этот раз медленнее. - Третье. Ты скидываешь мне свою геолокацию. В реальном времени. Всегда. Чтобы я в любой момент могла зайти и посмотреть, где ты. Не «примерно», не «рядом с офисом», а точный адрес. Максим почувствовал, как внутри что-то сжалось. Геолокация - это означало, что он не сможет поехать в ангар. Не сможет встретиться с Андреем.. С Виталием. Вообще ни с кем из банды. По крайней мере с телефоном с собой. - Четвёртое. — голос Ангелины стал ещё жёстче. - Если ты соврёшь. Если замолчишь что-то. Если я узнаю, что ты что-то скрываешь - я уйду. И ты меня больше никогда не увидишь. Даже случайно на улице. Даже через десять лет. Я просто исчезну из твоей жизни. Навсегда. Она говорила грозно, твёрдо, строго. В её словах не было ни капли сомнения, только сталь и решимость. Максим смотрел на неё и не узнавал. Перед ним сидела не та мягкая, нежная Ангелина, которая смеялась над его шутками и засыпала у него на плече. Перед ним сидела женщина, которую предавали слишком много раз. И которая решила, что больше этого не допустит. - Хорошо. — сказал он. Голос его был тихим, но твёрдым. - Я согласен. Ангелина подняла бровь. - Даже не споришь? - А какой смысл? — он развёл руками. - Я не хочу тебя терять. Если для того, чтобы ты осталась, нужно скинуть геолокацию и всегда быть на связи, я это сделаю. Легко. Она посмотрела на него несколько секунд. Что-то в её глазах изменилось, жёсткость немного смягчилась, но не исчезла совсем. - Докажи. — сказала она. Максим не заставил себя ждать. Он взял телефон, открыл настройки, нашёл опцию «Передача геолокации» и включил её для контакта «Ангелина❤️». Экран засветился, приложение показало карту с маленькой синей точкой, которая обозначала его местоположение. - Вот. — сказал он, протягивая ей телефон. - Смотри. Я сейчас на кухне. Сижу напротив тебя. Всё честно. Ангелина взяла телефон, посмотрела на экран. Уголки её губ чуть дрогнули вверх, но она сдержалась. - Телефон. — напомнила девушка. Он кивнул, взял её телефон, добавил свой номер в список «Всегда отвечать» и записал её номер в свои контакты с пометкой «Будильник» чтобы не пропустить ни одного звонка. - Готово) — сказал Максим, возвращая ей телефон. Девушка проверила. Удовлетворённо кивнула. - Ночью не уезжать. - Не буду. - Соврёшь - исчезну. - Знаю. Ангелина откинулась на спинку стула и выдохнула. Напряжение, которое держало её в узле весь день, наконец начало отпускать. - Ладно. — сказала она. - Я довольна результатом) Максим не удержался и улыбнулся. Робко, неуверенно, но искренне. - А теперь.. — сказала Ангелина, вставая из-за стола. - Мне нужно собираться. Завтра уже одиннадцатое. Каникулы заканчиваются. Максим почувствовал, как в груди что-то оборвалось. Он забыл. Среди всей этой суматохи, записок, ссор, примирений, полки с инструментами, парень забыл, что её отпуск подходит к концу. - Уже?.. — спросил Максим. - Уже... — кивнула она. - Время летит быстро, когда весело. Или когда переживаешь. Она вздохнула. - Я пойду соберу вещи. И лягу спать. Что-то я плохо себя чувствую сегодня. Голова кружится, слабость какая-то... Наверное, из-за всей этой истории. Максим хотел спросить, не нужна ли ей помощь, но она его опередила. - Если хочешь, ложись со мной. — сказала девушка. - Если нет - тоже твоё право. Я не обижусь. И, не дожидаясь ответа, она вышла из кухни. Парень остался сидеть один. Смотрел на пустой стул напротив, на её кружку с недопитым чаем, на салфетку, которую она крутила в руках во время разговора. «Она осталась. Она согласилась. И даже разрешила лечь с ней» — подумал он. Максим встал, вымыл кружки, вытер стол. Прошёл в гостиную, сел на диван, включил телевизор без звука. Картинка мелькала: люди, машины, дома, но он не смотрел. Максим слушал, как Ангелина ходит по спальне, открывает шкаф, складывает вещи. Шорох ткани, звон молнии, тяжёлый вздох. Через полчаса всё стихло. Она легла. Максим не пошёл сразу. Он боялся. Боялся, что она передумает. Боялся, что скажет: «Нет, знаешь, лучше ты на диване». Боялся, что не сможет уснуть рядом с ним после всего, что случилось. Парень сидел в гостиной, листал ленту телефона, но не видел ничего. Мысли были в спальне, рядом с ней. Прошёл час. Максим заглянул в приложение геолокации точка была на месте. Ангелина была дома. Он усмехнулся своей глупости, конечно, дома. Куда она могла деться? Прошёл второй час. Максим встал, выключил телевизор, потушил свет в гостиной. Прошёл в ванную, умылся, почистил зубы, долго смотрел на себя в зеркало. Мешки под глазами, бледная кожа, взгляд уставший. «Кто ты? Ты вор? Ты любовник? Ты должник? Ты... Кто?» — спросил он своё отражение. Отражение не ответило. Максим зашёл в спальню. Ангелина лежала на боку, лицом к стене. Одеяло натянуто до подбородка. Волосы разметались по подушке, темные пряди на белой наволочке. Максим тихо разделся: снял джинсы, футболку, положил на стул. Остался в трусах. Подошёл к кровати, осторожно приподнял край одеяла и лёг рядом. Она не пошевелилась. Не сказала ни слова. Но и не отодвинулась. Парень лежал на спине, смотрел в потолок и слушал её дыхание. Ровное, спокойное. Девушка спала или делала вид, что спит. Он не стал её проверять. Через несколько минут Максим повернулся на бок, осторожно, чтобы не разбудить, положил руку ей на талию. И замер. Ангелина не отодвинулась. Наоборот, чуть придвинулась ближе. Едва заметно. Максим закрыл глаза и выдохнул. «Всё будет хорошо. Всё будет хорошо..» — сказал парень себе. Он не знал, верит ли в это. Но очень хотел верить. За окном снова пошёл снег. Белый, пушистый, укрывающий город свежим покрывалом. Максим уснул. И ему снилась Ангелина. Смеющаяся, счастливая, беззаботная, такая, какой она была в те дни, когда они только начинали встречаться. До записок. До слёз. До той страшной полки. Он проснулся среди ночи от того, что она прижалась к нему спиной. Парень обнял её, поцеловал в макушку и снова закрыл глаза. «Только не теряй её. Ни за что» — шепнул внутренний голос. Он не потеряет. Он не имел права.

—————

Ангелина проснулась первой. Сквозь шторы пробивался бледный январский свет: серый, холодный, без намёка на солнце. За окном всё так же падал снег, но уже не тот, пушистый и праздничный, а мелкий, колючий, злой. Он бился в стекло, как песок, и ветер завывал в вентиляции, напоминая о том, что зима и не думала уходить. Девушка открыла глаза и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок. Рядом, на своей половине кровати, спал Максим, раскинувшись звездой, с одной рукой под головой, с другой на её подушке. Он выглядел спокойным, почти беззащитным. Без своей обычной напряжённости, без вечно настороженного взгляда. «Как ребёнок)» — подумала Ангелина и улыбнулась. Она осторожно, чтобы не разбудить, провела пальцами по его щеке, по лёгкой щетине, по скуле, по уголку губ. Максим не проснулся, только чуть нахмурился во сне. - Макс.. — позвала она тихо. - Вставать пора. Он не реагировал. Ангелина потрясла его за плечо. - Максим! Просыпайся! Парень открыл глаза, мутные, сонные, непонимающие. Посмотрел на неё, потом на часы, потом снова на неё. - Который час? — спросил он хриплым голосом. - Восемь. - Ааа.. — сказал Максим и снова закрыл глаза. -Да, Максим, блять! - Всё-всё, я встаю.. — парень сел на кровати, потёр лицо руками. - Отвезу тебя. - Спасибо) — она чмокнула его в щеку и выскользнула из-под одеяла. Через час девушка уже стояла у входной двери с рюкзаком, полным вещей, и с сумкой через плечо. На ней был пуховик, шапка-бини и те самые сапоги, в которых Изосимова приехала сюда две недели назад. Две недели, которые изменили всё. - Готова? — спросил Максим, застёгивая куртку. - Готова. — кивнула она. Парень взял её рюкзак, и они вышли в коридор. Лифт спускался медленно. Максим смотрел на цифры - 8, 7, 6 - и чувствовал, как внутри всё сжимается. Её каникулы закончились. Девушка уезжала. И он оставался один в этой пустой квартире, где всё ещё пахло её духами, её шампунем, её присутствием. Они сели в машину. Максим завёл двигатель, включил печку. - Ты как? — спросил парень. - Нормально.. — ответила Ангелина, глядя в окно. - Грустно немного. Но ничего, увидимся. - Увидимся. — повторил он, выезжая со двора. Дорога до её дома заняла полчаса. Они почти не говорили, только иногда переглядывались и улыбались. Когда машина остановилась у подъезда, Ангелина повернулась к нему. - Спасибо, что подвёз. — сказала она. - Не за что. — ответил Максим. Девушка наклонилась и поцеловала его нежно, коротко, как будто прощаясь не на день, а навсегда. Потом вышла из машины, достала рюкзак из багажника и скрылась за дверью подъезда. Парень посидел ещё минуту, глядя на закрытую дверь. Потом завёл двигатель и поехал домой. В квартире было пусто. Он прошёл на кухню, поставил чайник, достал кружку. На столе осталась записка, от той самой ночи, когда парень уехал на встречу с Анонимом. Максим взял её, прочитал ещё раз, смял и выбросил. «Начинается новая жизнь». — подумал он. Левин не знал, будет ли эта жизнь лучше. Но знал, что теперь у него есть ради кого просыпаться по утрам.

—————

Прошёл месяц.

Февраль вступил в свои права, морозный, ветреный, с низким серым небом и бесконечными снегопадами. Город утонул в сугробах, и люди передвигались по улицам, как муравьи по муравейник, медленно, спеша, кутаясь в воротники. Максим и Ангелина вышли на работу. Если у Максима всё было более-менее хорошо, день он жил обычной жизнью, а ночь принадлежала его тёмной профессии, то у Ангелины всё было ровно наоборот. Он привык к такому образу жизни за много лет. Ночь - время охоты, время работы, время адреналина. Максим умел переключаться, умел скрывать усталость, умел носить маску нормального человека. К тому же, требования Ангелины - геолокация, звонки в любое время, ночные запреты ставили преграды, но он находил к ним обход. Телефон Максим оставлял дома, когда ехал на дело. Геолокацию отключал на время, а потом включал обратно, придумывая правдоподобные объяснения. Ночью парень уходил, когда она спала, и возвращался, когда она просыпалась. «Ну и хитрожопый я. Долго ли ещё продлится эта "игра"?» — говорил Максим себе. Он не знал. Но играть продолжал. У Ангелины всё было иначе. На работе наступил ад. Боулинг центр переживал пик посетителей, школьные группы, корпоративы. Она почти не садилась, бегала от дорожки к дорожке, от гостя к гостю, решала конфликты, успокаивала детей, отвечала на звонки. К вечеру ноги гудели, спина ныла, в голове шумело, как в пустом аквариуме. Эмоциональное состояние ухудшалось с каждым днём. Появились постоянные головные боли, тупые, давящие, от которых не спасали таблетки. Недосыпание, она ложилась поздно, ворочалась в постели, не могла уснуть, а утром вставала разбитой. Усталость накапливалась, как снежный ком. Пропал аппетит девушка забывала поесть, а когда вспоминала, кусок не лез в горло. Утром иногда появлялась тошнота, лёгкая, но неприятная. Ангелина списывала на недосып, на нервное напряжение, на то, что с утра не позавтракала. Она не придавала этому значения, хотя стоило бы. Но главным сюрпризом стала смена начальника. Её прежний начальник, мужчина с уставшими глазами и вечной чашкой кофе в руке, вышел на пенсию. На его место пришёл новый - Никита Олегович. Он был, как зверь. Молодой, лет тридцати пяти, подтянутый, с идеальной стрижкой и ледяным взглядом. Никита носил дорогие костюмы, пахло от него парфюмом и деньгами, и мужчина смотрел на сотрудников так, будто они были не людьми, а винтиками в его машине. Винтиками, которые можно заменить в любой момент. Он требовал неимоверно много. В два, а то и в три раза больше, чем прежний начальник. И не просто требовал, выжимал из сотрудников весь сок до последней капли. На общем собрании в первую же неделю он сказал: - Я пришёл на место вашего старого начальника, чтобы исправить вас. Поставить на место. Скажу сразу: лентяев и халтурщиков ненавижу. Выгоню вас первым же за такие проделки. Работаем много, работаем хорошо, работаем без выходных. Ангелина тогда поняла: нормальной жизни с этого дня не будет. Она оказалась права. По какому-то злому стечению обстоятельств, или специально, потому что Никита Олегович её невзлюбил, ей доставалось больше всех. Самые сложные задачи. Самые шумные гости. Он давил на неё, требовал, критиковал, проверял каждую мелочь. Если она не успевала орал. Орал при всех, не стесняясь, не выбирая выражений. - Изосимова! Вы спите на ходу? — кричал он, когда она случайно перепутала дорожки. - Соберитесь! Я не нанимал вас для того, чтобы вы тут прохлаждались! Ангелина краснела, опускала глаза, сжимала кулаки и продолжала работать. Но иногда, он отпускал её пораньше. После того, как девушка выполняла работу за троих. После того, как до ночи задерживалась, пока остальные уходили. Он кидал ей ключи от служебного выхода и бросал односложное: «Сегодня иди домой пораньше» Девушка благодарила и уходила. И не знала, что думать. Ненавидит он её? Или наоборот слишком сильно любит, но боится показать? Максим смотрел на всё это со стороны. Он видел, как она меняется: худеет, бледнеет, под глазами залегают тени. Видел, как девушка плачет вечером на кухне, когда думает, что он не видит. Видел, как она засыпает в машине по дороге домой. Он хотел вмешаться. Хотел прийти в этот чёртов боулинг центр, найти этого нового начальника и поговорить с ним по-мужски. По-своему. С использованием аргументов, до которых не сразу доходит. Но Ангелина попросила его не делать этого. - Макс, пожалуйста. — сказала она, когда он впервые завёл разговор на эту тему. - Я справлюсь сама. Не лезь. Мне будет только хуже. - Чем хуже? — возмутился парень. - Он тебя грызёт, Ангелин! Я вижу, как ты уходишь в себя. - Я знаю.. — ответила она. - Но если ты вмешаешься, он подумает, что я слабая. Что я не могу сама решать свои проблемы. Пожалуйста. Просто будь рядом. Максим сжал зубы, но кивнул. С тех пор он просто находился рядом. Поддерживал, как мог. Готовил ей ужин, когда она была слишком уставшей, чтобы встать с дивана. Массировал ноги, когда они гудели после смены. Обнимал, когда она плакала. Молчал, когда ей нужно было молчание. К счастью, их отношения от этого не страдали. Наоборот, стали даже крепче. Ангелина поняла, что может на него положиться. Максим понял, что ради неё готов на всё. Он стал её "водителем", забирал её после работы каждый вечер, потому что у неё не было сил даже на маршрутку. Они ехали в тишине, девушка смотрела в окно, парень в дорогу. Иногда она засыпала, и он вёз её домой, зная, что ей нужен отдых. Пару раз Максим оставался у неё ночевать, когда девушка не хотела его отпускать. Пару раз Ангелина оставалась у него. Всё было хорошо. Всё было почти идеально. До одного момента.

—————

Начало февраля выдалось спокойным. Максим уже привык к своему новому ритму жизни, днём он был обычным парнем, вечером любящим мужчиной, а ночью вором. Ангелина понемногу привыкала к новому начальнику, не то чтобы он стал мягче, просто она научилась с ним справляться. Не спорить. Не возмущаться. Делать свою работу и уходить. Всё шло своим чередом. Но однажды вечером, когда Максим уже лёг спать, Ангелина осталась у себя дома, сказала, что хочет побыть одна, его телефон завибрировал. Он не сразу обратил внимание. Думал, уведомление от погоды или новостное. Но через минуту телефон завибрировал снова. И ещё раз. Парень потянулся к тумбочке, взял телефон, посмотрел на экран. Банк. СМС о зачислении средств. «Уважаемый клиент! На ваш счёт поступили денежные средства в размере 5 000 000 рублей. Баланс: 5 002 347 рублей. С уважением, ваш банк». Максим сел на кровати. Сонливость пропала мгновенно, как будто кто-то выключил её тумблером. Он перечитал сообщение несколько раз, строчки плыли перед глазами, но смысл был один. Деньги пришли. Пять миллионов. Настоящие. Его. В голове зашумело. Парень не мог поверить, прошло всего две недели, а Александр уже перевёл средства. Быстрее, чем обещал. «Молодец мужик. Надо будет отблагодарить» — подумал Максим. Он открыл чат с Анонимом. Пальцы дрожали, когда он печатал. ------ Максим: Я готов отдать деньги. Максим: В ближайшее время. Когда встретимся? ------ Ответ пришёл почти сразу, как будто Аноним сидел у телефона и ждал его сообщения. ------ Аноним: Отлично. Аноним: Встретимся сегодня ночью. В три часа. Там же. Через четыре с половиной часа. Деньги неси только наличными. Приходи один. Аноним: Не опаздывай. ------ Максим посмотрел на время. 22:47. У него было чуть больше четырёх часов. ------ Максим: У меня только на карте. Максим: Сейчас ночь, банки не работают. Я не успею снять такие деньги. Аноним: Меня это не интересует. Аноним: Ночью. В три. Координаты те же. ------ Максим выругался сквозь зубы. Швырнул телефон на кровать, встал, прошёлся по комнате. В голове билась одна мысль: «Где взять наличные в одиннадцать ночи?». Банкоматы. Банкоматы работают круглосуточно. Но есть проблема, в одном банкомате лимит на выдачу. Двадцать-сорок тысяч. Максимум сто, если повезёт. Ему нужно пять миллионов. Пять миллионов наличными. Это сотни банкоматов. Сотни поездок. Сотни часов. Нереально. Максим сел на кровать, закрыл лицо руками. Сердце колотилось как бешеное. Вдруг его осенило. Аэропорт. В аэропорту есть банкоматы. Крупные, с большим лимитом. Туда прилетают иностранцы, туристы, бизнесмены, им нужны большие суммы. Там могут быть банкоматы, которые выдают до миллиона за раз. Он быстро загуглил. Да, есть такие. Нашёл список банкоматов в аэропорту. Есть несколько штук, которые выдают крупные суммы. Но была проблема. Аэропорт находился совсем в другой части города. Ехать до него сорок минут в одну сторону. Потом обратно ещё сорок. А потом полтора часа до места встречи. Итого примерно три с половиной часа. «График расписан по минутам. Я должен выезжать прямо сейчас» — подумал Максим. Он натянул джинсы, накинул свитер, сунул ноги в кроссовки. Схватил сумку, телефон, ключи от машины. Выбежал из квартиры, даже не закрыв дверь, вспомнил уже в лифте, пришлось возвращаться. Через пять минут парень уже сидел в машине. Двигатель заурчал, фары разрезали темноту. Максим выжал газ и понёсся. Скорость была бешеной. Город спал, улицы были пустынными, и Левин летел по ночным проспектам, как ракета. Светофоры горели зелёным один, второй, третий. Ему везло. Но не везло со временем. Он смотрел на часы и прибавлял скорость. 100, 120, 140. «Ещё немного и разобьюсь. Тормози, идиот» — подумал Максим. Но тормозить не мог. Иначе не успевал. Парень проскочил на жёлтый. Обогнал фуру по встречке, в последний момент успел вернуться в свой ряд. Сердце ушло в ноги. «Господи, дай мне доехать» — прошептал он, не веря в бога, но надеясь, что кто-то наверху его слышит. Через 44 минуты, на четыре минуты больше, чем планировал, Левин был на парковке аэропорта. Заглушил двигатель, выскочил из машины, побежал к терминалу. Внутри было людно, ночью аэропорт не спит. Люди с чемоданами, туристы, стюардессы. Кто-то пил кофе, кто-то спал на жёстких креслах, кто-то смотрел на табло с вылетами. Максим нашёл нужный банкомат. Снял перчатку, вставил карту, ввёл пин-код, выбрал сумму. Пальцы дрожали, он боялся, что банкомат не выдаст, что замигает красным, что на экране появится надпись «Ошибка». Но банкомат молчал. Потом зашумел, механизм внутри зажужжал, заскрежетал, считая купюры. Прошло несколько секунд, Максиму они показались вечностью. Ящичек открылся. Внутри лежала пачка денег. Пять миллионов. Тысяча купюр по 5к. Максим не считал, поверил машине. Он взял пачку в руку. Деньги пахли типографской краской, свежестью и чем-то ещё богатством, что ли. Жаль, что они не для него. Не для новой жизни. Не для Ангелины. Всего лишь для какого-то человека в балаклаве, который прятался под маской. «Тень, если ты меня обманываешь.. Будет плохо..» — подумал парень. Он перетянул пачку резинкой, сунул в сумку и побежал обратно к машине. На часах было 23:50. У него осталось два часа десять минут, а ехать от аэропорта до места встречи два часа семь минут по навигатору. «Успеваю впритык. Впритык. Если не нарушать. Надеюсь успею» — думал Максим. Он сел в машину, завёл двигатель и поехал. Скорость была снова бешеной. Парень летел по трассе, выжимая из двигателя всё, что тот мог дать. За окном мелькали столбы, деревья, редкие машины, Левин обгонял их, не сбавляя скорости. И вдруг, в какой-то момент, когда дорога стала ровнее, а стрелка спидометра перевалила за сто пятьдесят, в голову пришёл образ Ангелины. Она спит. У себя дома. На боку, свернувшись калачиком, лицом к стене. Волосы разметались по подушке. Губы чуть приоткрыты. Дышит тихо, ровно. Ей снится что-то хорошее, лёгкая улыбка на губах. Его малышка. Максим улыбнулся во все тридцать два зуба. Не удержался. Сердце, которое колотилось от страха и адреналина, на секунду замерло, наполненное теплом. И он сбавил скорость. Совсем чуть-чуть. На один десяток километров в час. Но этого хватило, чтобы вспомнить - он опаздывает. Парень тряхнул головой, сбросил наваждение и снова прибавил газу. Через два часа, ровно, Макс был на месте. Он съехал с трассы на просёлочную дорогу, припарковал машину в том же месте, что и в прошлый раз. Выключил фары, заглушил двигатель. Тишина накрыла его, как одеяло, густая, холодная, звенящая. Максим вышел из машины. В лицо ударил ветер: ледяной, колючий, срывающий снег с земли. Он поднял воротник, застегнул куртку до самого верха и достал маленький фонарик, тот самый, что брал с собой в прошлый раз. Луч выхватил из темноты снег, деревья, следы чьи-то, свежие, вели вперёд, к берегу залива. Максим пошёл. Медленно, стараясь не шуметь, но ветер заглушал все звуки. Деревья стояли вокруг высокие, еловые, чёрные на фоне серого неба. Их ветви клонились к земле под тяжестью снега, и иногда, когда ветер усиливался, снег срывался и падал вниз, белый, пушистый, бесполезный. Лес жил своей жизнью. Где-то ухнула сова. Хрустнула ветка, то-ли под ногой зверя, то-ли от холода. Снег скрипел под ногами, и каждый шаг отдавался в тишине, как выстрел. «Тень может быть где угодно. Он может смотреть на меня сейчас. Следить. Ждать» — думал парень. От этой мысли по спине пробежал холодок. Он огляделся, но вокруг были только деревья. И темнота. Бесконечная, непроглядная темнота, в которой можно спрятать всё что угодно. Максим шёл. Один шаг, второй, третий. Ветки хлестали по лицу, но он не останавливался. И вот наконец деревья расступились. Перед ним открылся берег Финского залива. Залив замёрз. И на его льду выделялись три фигуры. Тот самый человек, в чёрной одежде, с балаклавой и тёмными очками. Тень. А рядом с ним двое мужчин. Крупные, в чёрных куртках, с широкими плечами и тяжёлыми челюстями. Те, что были рядом в прошлый раз. Один держал в руке большой подвесной фонарь, мощный, ослепляющий. Свет от него падал на лёд, создавая жёлтое пятно, в котором было видно каждую трещину. Максим подошёл ближе. Остановился в метрах шести. - Трое на одного, как-то нечестно, согласен? — сказал парень громко, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем он себя чувствовал. Его голос разнёсся над заливом, отразился от льда и ушёл в темноту. Тень и мужчины развернулись. Первым он на амбала с фонарём, и Максим заметил, что фонарь прикреплён к длинной ручке, как у шахтёров. - Деньги принёс? — спросил Тень. Голос был тем же ровным, спокойным, с лёгкой хрипотцой. - Принёс. — ответил Максим. - Пришлось в аэропорт ехать. Сорок минут туда, сорок обратно. Ты доволен? - Молодец. — безэмоционально ответил Тень. - А теперь отдавай. Максим достал из сумки пачку денег. Перетянутую резинкой, плотную, тяжёлую. Протянул её вперёд, и в последний момент отдёрнул руку. - Но сперва ты должен ответить на пару моих вопросов. — бросил Левин. - Нет. — голос Тени стал жёстче. - Правила здесь устанавливаю я, и только я. Сейчас ты отдаёшь мне деньги, и мы расходимся. Парень пристально посмотрел на него через темноту и свет фонаря. - На сколько я могу доверять тебе? — спросил он. - На все 99,9%. — ответил Тень. - Выше только у покойников. Максим помедлил секунду. Потом шагнул вперёд и протянул пачку. Тень резко выхватил деньги, почти вырвал из рук. Сунул их во внутренний карман куртки, потом кивнул в сторону амбалов. Тот, что пониже ростом, повернулся в сторону леса и громко свистнул. В ответ издалека послышался звук мотора. Знакомый чёрный Гелик, выехал из леса, фары осветили снег. Машина подъехала к берегу, остановилась. Мужчины-амбалы забрались на заднее сиденье, не говоря ни слова. Тень остался стоять на льду рядом с Максимом, лицом к нему. - Ты думал, так легко отделаешься? — заговорил он, пересчитывая деньги в руках. - Просто отдашь деньги и история замнётся? Нет. - В каком смысле? — парень почувствовал, как внутри закипает злость. - А вот в каком. — Тень поднял голову, и Максим увидел блеск тёмных очков в свете фар. - Я хоть и сказал, что ты можешь мне доверять, но не на все сто процентов. А лишь на 99,9. То есть был шанс 0,1%, что я вру. И выпала именно она. - Ближе к теме. — прорычал Максим. - Ладно. — Тень поправил балаклаву и посмотрел Максиму в глаза, насколько это было возможно через очки. - На самом деле я всё равно скину эту запись Ангелине. Чтобы она знала, с кем имеет дело. Ты не останешься безнаказанным. Прими это. Глаза Максима расширились. Рот приоткрылся. Он замер, не в силах пошевелиться. Слова Тени били его как пощёчину, одна за другой, без перерыва и передышки. - И последнее, что я хочу сказать.. — продолжил Тень, не обращая внимания на его реакцию. - На самом деле я...