Альфега

Маленькие красные губы Хиву приоткрылись, дыхание было прерывистым, когда он заговорил: — К-Квон... Хэиль... сси?.. Хэиль был немного удивлен тем, что Хиву знает его имя. «Откуда он меня знает?» Это был первый раз, когда он столкнулся с этим омегой напрямую. И всё же Хиву узнал его лицо и даже произнёс имя — что же происходит? «Бэк Канхён говорил обо мне?» Одна только эта мысль вызвала волну предвкушения. Ему было крайне любопытно узнать, что Канхён мог сказать о нём. В тот момент, когда Хэиль собирался заговорить… — Что, чёрт возьми, ты делаешь?! Услышав внезапный окрик, оба устремили взгляды в сторону лифта. Даже в такой обстановке Хэиль не мог не находить сердитый голос Канхёна невероятно привлекательным. Канхён шагнул вперёд, грубо оттолкнул Хэиля в сторону и обнял Хиву. Чтобы противостоять гнетущей ауре, которой Хэиль окутал омегу, Канхён выпустил свои собственные феромоны в полную силу — теплые и нежные, словно мягкое одеяло, без малейшего намека на агрессию. — Хён, ты в порядке? — К-Канхён, Канхён-а… — Хиву зашелся в рыданиях. Затуманенное слезами зрение Хиву едва могло сфокусироваться. Слезы текли ручьем, и его прерывистое дыхание вскоре сменилось рыданиями облегчения. — Я... я... хотел... ик... сказать... — Успокойся. Дыши медленно. Хиву, прижимаемый Канхёном к себе, уткнулся заплаканным лицом ему в плечо. Окруженный знакомыми, успокаивающими феромонами, он почувствовал, как дрожь в теле постепенно утихает. Канхён, бережно поддерживая Хиву, сердито посмотрел на Хэиля. — Квон Хэиль-сси, ты что, с ума сошёл? — Я вовсе не теряю рассудок — я совершенно в здравом уме. Хэиль нахмурился, глядя на Канхёна, который был настроен крайне враждебно. — Этот омега устроил такой шум, что едва не выломал дверь соседям. Похоже, он привык добиваться своего без предупреждения — разве он не должен хотя бы знать границы? — И поэтому вы посчитали, что можно просто так нападать на него своими феромонами? Хэиль вздрогнул от ядовитого тона в голосе Канхёна. — Похоже, единственное, что Квон Хэиль-сси умеет хорошо — это запугивать омег. В этот момент Хэиль почувствовал острую обиду. Канхён смотрел на него с нескрываемым отвращением. «Этот омега совершил ошибку, так почему ты так обращаешься со мной?» Его острые, смешанные чувства обратились на Хиву, который все еще цеплялся за Канхёна. Он ненавидел этого омегу — то, как тот прижимался к Бэк Канхёну, словно к чему-то драгоценному. Вид того, как он, заплаканный, уткнулся лицом в грудь Канхёна, притворяясь самым хрупким существом на свете, был Хэилю отвратителен. Но больше всего его разозлило то, что он не мог просто подойти и силой оторвать этого парня от Канхёна. Потому что для Бэк Канхёна он всё ещё был всего лишь «соседом-альфой». «Ах, чёрт... Давно я не испытывал такого раздражения». Несмотря на переполнявший его гнев, Хэиль почувствовал, будто на него вылили ушат холодной воды. Его вызывающее выражение лица встретилось с яростным взглядом Канхёна. — Этот омега даже не может контролировать свои феромоны, источающие приторный, манящий запах. Он знает, что ты мягкосердечный, и пытается этим воспользоваться. С какой стати я должен проявлять к нему сочувствие? Лицо Хэиля стало холодным. — Да, Бэк Канхён, наверное, готов на всё ради любого омеги, да? Всегда так стремится играть роль джентльмена. — В его словах сквозила насмешка. — Но тебе следует быть бдительнее, «идеальный» Бэк Канхён. Твое благородство ни к чему не приводит. Такие, как он, даже не знают, что это такое — их волнует только то, как использовать альф. Его голос так и брызгал сарказмом. Каждое слово царапало нервы. Честно говоря, он просто ревновал. Он так усердно старался развеять настороженность Бэк Канхёна, а этот омега так легко проскользнул мимо его защиты. И дело было не только в нем. Омеги, которых он встретил в этом коридоре в первый день, те, что были в клубе — вместо того чтобы оттолкнуть их, Канхён всегда бросался на их защиту. «Всё потому, что они омеги. А меня он отталкивает». Он стиснул зубы. Это было невыносимо. Хэиль резко перевел взгляд на раскрасневшееся лицо Хиву. — Бэк Канхён, ответь мне. Ты действительно веришь, что этот омега пришёл искать тебя из чистых побуждений? Серьезно? — Хиву еще сильнее съёжился в объятиях Канхёна. — Достаточно одного его запаха, чтобы понять всё. Он отчаянно хочет использовать тебя. Плечи Хиву дернулись, глаза расширились — словно удар пришелся прямо в больное место. — Н-нет! Канхён, это не так!.. В панике Хиву попытался отстраниться, отчаянно заглядывая Канхёну в глаза, словно пытаясь доказать свою невиновность. Канхён даже не взглянул на него, лишь крепче обнял, успокаивая. — Я знаю. Я тоже это чувствую. От слов Канхёна Хиву замер. Хэиль же недоуменно нахмурился. — Что? — Я знаю, что меня используют. И я это позволяю. Ответ Канхёна окончательно сбил Хэиля с толку. Ярость на лице Бэк Канхёна сменилась нечитаемой маской — намеренным сокрытием эмоций. Из его губ вырвался усталый вздох. — Это единственный способ, которым он умеет выживать. Хиву опустил глаза. Слезы снова потекли по его щекам.

***

Оказавшись в квартире Канхёна, Хиву всё никак не мог успокоиться. — Прости меня, Канхён-а... всхлип... Я сделал это не специально, ты же знаешь... ик... Сидя рядом на диване, Хиву крепко сжимал руку Канхёна влажными от слез пальцами. — Если я не буду слушаться отца... всхлип... я больше не смогу... оставаться в Чхонвунджэ... ик... Канхён вытирал его слезы салфеткой и похлопывал по спине. — Я знаю, так что перестань плакать. У тебя начнется обезвоживание. — Прости... всхлип... Мне очень жаль... Пэк Хиву всегда был таким — если начинал плакать, остановиться уже не мог. Обычно феромоны альфы быстро приводили его в чувство, но в этот раз стресс был слишком велик. Канхён понимал, насколько наивна и глупа мысль о искреннем раскаянии брата. Пэк Хиву сейчас больше боялся гнева отца, чем испытывал угрызения совести перед Канхёном. Хотя Канхён всё понимал, он не собирался отталкивать его. Сейчас единственным выходом для них обоих было это молчаливое утешение. Он как никто другой знал, насколько отчаянно Пэк Хиву хотел сохранить свое место в Чхонвунджэ. Наконец всхлипы стали реже. — Ты меня прощаешь, правда? Ик... Мне очень жаль... Хотя отец и велел мне держать всё в секрете, я не должен был так поступать... — Я уже забыл. Всё хорошо. Канхён поправил растрепанные волосы Хиву и горько усмехнулся. Он знал: если ситуация повторится, Хиву поступит точно так же. Для него приказы отца были абсолютны. Отец ничего не ожидал от Хиву — рецессивного омеги. То же самое касалось первого и второго сыновей — они тоже были омегами. Единственным, кому отец уделял всё свое внимание, был единственный альфа и доминант среди детей — Бэк Канхён. Конечно, Канхён не считал это «надеждами». Отец был человеком, который на самом деле ничего не ждал от своих детей. Он лишь делал вид, при этом тщательно направляя Канхёна по намеченному пути, манипулируя им, как марионеткой. Каждый раз, замечая это вмешательство, Канхён чувствовал неописуемую пустоту. Он думал, что самостоятельно добрался до вершины, но слишком поздно понял, что для него с самого начала был установлен скоростной эскалатор со всеми мерами безопасности. А если бы он попытался пойти против течения, его бы ждал лифт, возвращающий наверх. Канхён закусил щеку, глядя на Пэк Хиву — всего лишь одну из деталей сложного механизма контроля, созданного его отцом.