Альфега

Время незаметно подкатило к пятнице. Каждую пятницу Бэк Канхён теперь ловил себя на том, что невольно думает о клубе WAVE. Ещё до того, как он сам впервые переступил порог этого заведения, ему в память врезались слова Бэк Хиу: «Клубы делают пятницы по-настоящему жаркими». И когда Канхён лично ощутил эту непривычную, давящую атмосферу всеобщего безумия, тот день остался для него незабываемым. А теперь к этому предвкушению, несомненно, приложил руку Квон Хэиль. [Раз уж сегодня пятница, народу там будет тьма-тьмущая, так что не спеши заходить сразу внутрь.] [Давай сначала поужинаем вместе?] [Пропустить по стаканчику тоже звучит неплохо.] [Или... не хочешь вместо этого съесть меня? (◉ ᴗ ◉ʃƪ)❤] Канхён, собиравшийся уходить с работы, быстро пробежался глазами по накопившимся на телефоне сообщениям. Его лицо исказилось так, словно он случайно проглотил какую-то гадость. Он твёрдо решил проигнорировать этот бред. Что бы он ни ответил, Хэиль в своей манере просто пришлёт в ответ очередной дурацкий смайлик. Однако непредвиденные обстоятельства всё же вынудили его отвлечься от телефона. — Простите... Вы ведь главный директор Бэк Канхён, верно? Стоило Канхёну спуститься в вестибюль главного офиса BC Holdings, как к нему навстречу шагнул мужчина. Было очевидно, что он караулил его здесь намеренно. Незнакомец отличался крепким телосложением, но выглядел неопрятно: растрёпанные волосы, поношенная куртка. Канхён с первого взгляда определил в нём Альфу. Прежде чем мужчина успел сделать следующий шаг и нормально обратиться к Канхёну, секретарь Чон Вонву мгновенно среагировал. Он заслонил директора собственным телом, сверля незнакомца тяжёлым взглядом. Обычно мягкие глаза секретаря сейчас стали острыми, как лезвия бритвы. — Кто вы такой и что вам нужно? — хотя тон Вонву оставался формально вежливым, его голос так и обдал ледяным холодом. Мужчина на секунду опешил, словно испугавшись такого напора, но затем поспешно засуетился и принялся шарить по карманам. Наконец он выудил оттуда помятую визитку — даже без визитницы — и протянул её вперёд. — Добрый вечер. Я, э-э... В общем, я журналист... Вонву, перехвативший карточку вместо Канхёна, недоумённо нахмурился. Канхён, которому секретарь тут же передал визитку, отреагировал точно так же. — Репортёр? И не просто репортёр, а светский хроникёр, специализирующийся на скандалах в сфере развлечений и шоу-бизнеса. Канхён искренне удивился. Какое дело могло быть у журналиста, копающегося в грязном белье знаменитостей, лично к нему? — И какое отношение к моей скромной персоне имеет светская хроника? Репортёр нервно огляделся по сторонам. Поскольку как раз закончился рабочий день, в вестибюле BC Holdings было довольно многолюдно. Он осторожно подошёл на шаг ближе и заговорщически понизил голос: — Мне нужно срочно сообщить вам кое-что важное касательно клуба WAVE. На бесстрастном лице Канхёна едва заметно дрогнули мускулы. — До меня дошли слухи, что BC Holdings готовит крупный совместный проект с этим заведением. И что вы, главный директор Бэк Канхён, лично курируете всю сделку... Репортёр осёкся, настороженно покосившись на Вонву. По его бегающим глазам было понятно, что он панически боится лишних ушей и хочет поговорить с Канхёном строго с глазу на глаз. Мягко отодвинув секретаря в сторону, Канхён холодно посмотрел на навязчивого гостя. Тот с трудом сглотнул, содрогнувшись от невидимого, но удушающего давления, которое исходило от молодого директора. Это была не та открытая агрессия, что у Вонву, но эта аура истинного доминантного Альфы пугала гораздо сильнее. — Я не совсем понимаю, к чему вы клоните, но я слишком занятой человек, чтобы тратить своё личное время на пустые разговоры. Его тон наглядно подтверждал: пустую болтовню он пресечёт на корню. Репортёр снова шумно сглотнул и подался вперёд, почти вплотную. Прикрыв рот ладонью, он прошептал достаточно громко, чтобы Канхён расслышал каждое слово: — Вы что-нибудь слышали о «Лаванде»? Глаза Канхёна на мгновение хищно сузились. — По моим данным, сейчас подпольно распространяется новый препарат — мощнейший усилитель феромонов, созданный специально для воздействия на Омег. Сама жидкость имеет характерный лавандовый оттенок, отсюда и кодовое название. В памяти Канхёна мгновенно всплыли недавние предостережения Бэк Сохуна.

***

Отпустив личного водителя и заверив Вонву, что всё в порядке, Канхён остался наедине с журналистом в тихом, неприметном кафе неподалёку. Заведение располагалось в уединённом переулке, и, кроме них двоих, здесь больше не было посетителей. Негромкий джаз, струящийся из динамиков, отлично глушил голоса, гарантируя, что бариста за стойкой не подслушает ни единого слова. Пока они молча потягивали ледяной американо, Канхён мельком глянул на экран телефона. Там высветились новые сообщения от Хэиля — ответ на его предупреждение о том, что он задерживается на деловой встрече и просит поужинать без него. [Дай знать, как освободишься, я приеду.] [А до тех пор я туда ни ногой ㅇㅇ] [Серьёзно, я без тебя внутрь не пойду ㅇㅇ] Почему это выглядело как завуалированная шантаж-угроза? Канхён уже собирался заблокировать экран, как высветилось тревожное уведомление от секретаря Чон Вонву: [Вы уверены, что мне не стоит подождать вас внутри?] [Я уехал недалеко. Только скажите слово, и я тут же вернусь!] Несмотря на явное беспокойство Вонву, Канхён сознательно отказался от его присутствия. Все люди из его окружения, за исключением разве что Квон Хэиля, по сути своей являлись глазами и ушами его строгого отца — председателя Бэк Чон. Если информация этого репортёра подтвердится и окажется реальной угрозой для репутации клуба WAVE, а Вонву доложит об этом наверх, пиши пропало. Какими бы перспективными ни были бизнес-планы Канхёна, отец без малейших колебаний раздавит и закроет этот проект одним щелчком пальцев. А этого Бэк Канхён никак не мог допустить. Сейчас ему кровь из носу нужно было выслушать всю подноготную лично, не привлекая внимания ищеек своего отца. Быстро напечатав Вонву короткое: [Ничего серьёзного. Не волнуйся.] Канхён убрал телефон и перевёл тяжёлый взгляд на репортёра. Мужчина, шумно прихлебнув остывающий кофе, под этим взглядом поерзал на стуле и осторожно начал: — В последнее время в узких кругах поползли зловещие слухи о специфическом веществе. Оно разработано для Омег — один приём или инъекция провоцируют колоссальный, неестественный выброс феромонов. Репортёр по привычке затравленно оглянулся на стойку. Бариста уже добрых полчаса залипал в мобильную игру. Учитывая расстояние между столиками, если не кричать во весь голос, подслушать их было физически невозможно. Тем не менее, журналист перешёл на едва различимый шёпот: — В клубе, где вовсю используют этот скрытый стимулятор... сами причастные называют его между собой «Лавандой». «Скрытый стимулятор феромонов», — мысленно повторил Канхён. В принципе, формулировка почти верная. Препарат бил не столько по самим Омегам, сколько по Альфам, которые теряли рассудок и превращались в животных под воздействием этой термоядерной концентрации феромонов. Канхён не сомневался: речь шла именно о той «Лаванде», о которой упоминал Бэк Сохун. Но в словах репортёра крылась одна критическая деталь, которая заставила его насторожиться. — Вы хотите сказать, что руководство клуба напрямую причастно к поставкам и распространению нелегальных веществ? — Именно так. И это заведение — клуб WAVE. После этого уверенного заявления журналиста лицо Канхёна окончательно помрачнело, превратившись в суровую маску. — Вы готовы поручиться за достоверность своего расследования? У вас есть неопровержимые доказательства? — У меня есть крайне надёжный, проверенный информатор изнутри. Пожалуйста, поверьте мне на слово. На слово? Канхён скептически прищурился. В бизнесе на слово не верили. — И зачем вы вываливаете всё это мне? Репортёр горько ухмыльнулся, кривя губы: — В процессе сбора информации я раскопал, что ниточки от этого наркотика тянутся к очень высокопоставленным чиновникам. Понимаете? Это уровень, который обычному мелкому журналисту вроде меня просто не по зубам. При первой же попытке опубликовать материал меня сотрут в порошок. И тут он был абсолютно прав. Если в деле замешана верхушка власти — будь то прямое крышевание наркотрафика или получение баснословных процентов с продаж — обычным разоблачительным репортажем систему не сломать. Наркотики просто уйдут ещё глубже в тень, концы обрубят, а сам репортёр в одночасье превратится в без вести пропавшего или в остывающий труп на окраине. Это была игра со смертельным исходом. Вероятно, именно поэтому в глазах мужчины сейчас горел такой отчаянный, дикий блеск, когда он смотрел на Канхёна. — Но если за моей спиной будет стоять такой влиятельный человек, как главный директор Бэк... разве это не меняет дело? Тогда у нас появится реальный шанс докопаться до правды. Канхён прекрасно понял его шкурный интерес. Как руководитель проекта со стороны BC Holdings, он был обязан проверить любые, даже самые грязные слухи вокруг WAVE. Если после официального запуска коллаборации всплывёт подобная грязь, под удар попадёт не только клуб, но и репутация BC Holdings. К тому же, все прекрасно знали, что этот самый «главный директор Бэк» — не просто наёмный топ-менеджер, а младший сын председателя могущественной конгломерата Бэк Чон. Фигура неприкасаемая, к которой никто в здравом уме не посмеет сунуться без веской причины. «Если он объединится со мной, то сможет копать под чиновников, прикрываясь моим именем как щитом... Да, расчёт вполне логичный», — размышлял Канхён, продолжая молча слушать сбивчивую речь репортёра. — Если слова моего информатора подтвердятся, это ведь разрушит ваше сотрудничество с WAVE, верно, директор Бэк? Разве не в ваших интересах провести доскональную внутреннюю проверку ещё до того, как вы окончательно свяжете себя контрактом с этим гадюшником? Репортёр нетерпеливо заерзал на стуле, ожидая реакции. Канхён выдержал гроссмейстерскую паузу и в лоб спросил об источнике: — Кто ваш информатор? Насколько можно доверять этому человеку? — О, она точно не из тех, кто станет пороть чушь ради хайпа! Она весьма известна в своих кругах — её имя у всех на слуху, — журналист горделиво выпятил грудь, даже не дожидаясь наводящих вопросов, и с глуповатой ухмылкой добавил: — И к тому же, она чертовски привлекательна. Только в этот момент Канхён окончательно сообразил, почему именно светский хроникёр притащил ему эту бомбу. — Так кто она? Назовите имя. — Ну... Как бы вам сказать... Раскрывать личность ключевого информатора раньше времени — это против профессиональной этики... — репортёр мгновенно увёл взгляд в сторону и замялся. Как и следовало ожидать, сдавать своего человека он не собирался. В сухом остатке Канхён получил лишь туманную наводку на то, что информатором является некая известная топ-модель, вычислить которую по таким скудным критериям было нереально. Это были всего лишь слова третьего лица, пересказанные сомнительным журналистом, которого он впервые увидел полчаса назад. Естественно, Бэк Канхён был далеко не так наивен, чтобы безоговорочно принимать подобную информацию за чистую монету.