Убей короля, если хочешь спасти дракона

      Сяо Чжань бежал, не разбирая дороги, и каменный коридор под ногами отдавался глухим эхом, которое будто преследовало его не хуже людей снаружи. Воздух становился холоднее с каждым шагом, сырость вползала под кожу, цеплялась за лёгкие, а запах — странный, тяжёлый, древний — становился всё сильнее, но он не останавливался, потому что за спиной всё ещё слышались голоса, отдалённые, но не исчезнувшие, и страх гнал его вперёд быстрее, чем разум успевал оценивать опасность.       Узкий проход постепенно начал расширяться, стены раздвигались, потолок поднимался выше, и это было похоже на то, как если бы сама гора раскрывала перед ним что-то скрытое, давно забытое, предназначенное не для людей.       Он выбежал в огромное пространство так резко, что едва не упал, споткнувшись о выступающий камень, и замер, тяжело дыша, пытаясь осознать, куда попал. Пещера была колоссальной, уходящей ввысь и вглубь, как будто внутри горы существовал отдельный мир, отрезанный от всего остального. В центре раскинулось озеро, вода которого казалась чёрной, неподвижной, как зеркало, отражающее лишь тьму. В нём не было ни ряби, ни звука, только глухая тишина, от которой становилось не по себе. В середине этого озера возвышался островок — каменный, гладкий, словно отполированный временем, и на него падал луч света, пробивающийся через отверстие в своде пещеры. Этот свет был почти нереальным, слишком чистым для такого места, и именно он освещал то, что лежало на островке.       Сначала Чжань не понял, что видит. Он сделал шаг вперёд, затем ещё один, осторожно, словно боялся, что любое резкое движение разрушит иллюзию, и только тогда очертания начали складываться в нечто целое. Огромное тело, вытянутое, покрытое зеленой чешуёй, которая отливала тусклым золотом в луче света, мощные лапы, сложенные под собой, крылья, частично скрытые тенью, и дыхание — медленное, глубокое, от которого воздух вокруг слегка колебался. Дракон.       Настоящий. Не из сказок, не из детских книг, не из легенд, которые рассказывали, чтобы напугать или восхитить, а живой, реальный, существующий прямо перед ним.       Сяо Чжань замер у самого края воды, не решаясь ни подойти ближе, ни отступить. Сердце билось слишком громко, дыхание было неровным, но он заставил себя замолчать, слиться с тишиной, стать частью этого пространства, лишь бы не потревожить то, что могло оказаться опаснее любых людей. Он быстро огляделся, пытаясь найти другой выход, лазейку, хоть что-нибудь, что позволило бы уйти незамеченным, но пещера казалась замкнутой, как ловушка, и единственный путь назад вёл туда, где уже слышались приближающиеся шаги. Крики раздались внезапно, грубо разорвав тишину. — Он сюда побежал! — эхом отозвался голос, отскакивая от стен. — Внутри!       Сяо Чжань вздрогнул. Существо на островке тоже. Это было почти незаметное движение, едва уловимое, но оно изменило всё. В следующую секунду воздух стал плотнее, теплее, словно рядом разожгли невидимое пламя, и Чжаня обдало горячим дыханием, которое заставило его инстинктивно отступить на шаг. Он поднял голову — и встретился взглядом с глазами, которые только что открылись. Они горели.       Жёлтые, глубокие, слишком осмысленные для зверя. Дракон смотрел прямо на него. Мир на мгновение сузился до этого взгляда, до этого ощущения, будто его видят насквозь, читают, понимают лучше, чем он сам себя понимает. Чжань не мог пошевелиться, не мог отвести взгляд, и в этот момент всё остальное — страх, преследователи, боль — отступило, оставив только это странное, почти парализующее осознание. И именно тогда его тело предало его.       Жар, приглушённый подавителями, внезапно вспыхнул сильнее, словно само присутствие существа усилило всё, что он пытался сдержать. Запахи обострились, мир стал резче, ближе, и феромоны вырвались наружу прежде, чем он успел это остановить. Это было почти физическое ощущение — как будто граница между ним и окружающим миром исчезла, и всё, что он пытался скрыть, стало явным. — Смотрите, — раздался насмешливый голос позади, уже ближе, — Крольчонок загнал себя в нору.       Мужчины вышли в пещеру один за другим, сначала осторожно, потом всё увереннее, пока не остановились, увидев то, что находилось впереди. — Что за… — выдохнул один из них. Тишина на мгновение снова стала плотной, но уже другой — напряжённой, готовой сорваться. — Дракон, — прошептал другой, и в его голосе впервые прозвучал страх.       Сяо Чжань не оборачивался. Он стоял на коленях, потому что ноги больше не держали, живот сводило от спазма, дыхание было прерывистым, и он чувствовал, как контроль ускользает, как тело требует, как разум начинает терять чёткость. Он знал, что происходит, знал слишком хорошо, и понимал, что времени у него больше нет. Но если он умрёт, то не так. Он с трудом поднял голову, посмотрел на дракона, заставляя себя сосредоточиться, и прошептал, едва слышно: — Помоги мне… — Слова прозвучали почти нелепо, почти безумно, и он сам это понимал, но другого выбора не было. Позади раздался смех. — С ума сошёл, — фыркнул один из мужчин. — Просит помощи у зверя. — Пусть просит, — усмехнулся другой. — Нам же лучше. — Омега, — добавил третий, втягивая воздух, и его голос стал ниже. — Течный. За него дорого возьмут, если продадим сегодня.       Эти слова изменили всё. Они перестали смотреть на дракона. Они смотрели на него. Жадно. Грязно. И в этот момент Сяо Чжань понял, что если не сейчас, то уже никогда.       Дракон сделал движение. Медленное. Тяжёлое. Он поднялся, и это движение было настолько мощным, что даже воздух в пещере изменился, словно само пространство подстроилось под него. Вода в озере дрогнула, отразив свет, крылья слегка расправились, и тень от них накрыла половину пещеры. Он шагнул вперёд, легко, несмотря на размер, и оказался рядом с Чжанем так быстро, что тот даже не успел осознать, как это произошло. Когтистая лапа опустилась перед ним, почти касаясь, но не причиняя вреда, словно закрывая, отгораживая от остальных. Дракон втянул воздух. И замер.       В этом вдохе было что-то другое, не просто оценка, не просто реакция хищника, а что-то более сложное, более глубокое, и его взгляд, устремлённый на Сяо Чжаня, изменился — стал внимательнее, напряжённее. — Убирайтесь, — произнёс он. Голос был низким, глубоким, не похожим на человеческий, но понятным. Мужчины отшатнулись. — Он… говорит, — прошептал один. — Это неважно, — резко сказал другой, пытаясь вернуть контроль. — Это всего лишь зверь. — Всего лишь зверь? — дракон чуть наклонил голову, и в этом движении было что-то почти насмешливое. — Попробуй подойти и повторить это ближе. — Один из мужчин шагнул вперёд, сжимая нож. — Нам нужен только мальчишка, — сказал он, стараясь говорить ровно. — Забирай свою пещеру, свою тушу, нам всё равно. Отдай его, и мы уйдём. — Он под моей защитой. — Дракон медленно повернул голову. — С каких это пор ты защищаешь людей? — усмехнулся другой. — С тех пор, как решил, — спокойно ответил дракон. — Мы можем договориться, — вмешался третий. — За него хорошо заплатят. Мы поделимся. Тишина.       Потом — тихий, почти ленивый выдох. И пламя. Оно не было огромным, не разрушительным, но достаточно близким, чтобы обжечь воздух, чтобы заставить мужчин отшатнуться, закрывая лица. — У вас есть десять секунд, — произнёс дракон, и в этот раз в его голосе не было ничего, кроме угрозы, — Потом я передумаю. — Они переглянулись. Жадность боролась со страхом. Но страх победил. — Уходим, — процедил один из них. Они начали отступать, сначала медленно, не отводя взгляда, затем быстрее, и вскоре их шаги затихли в коридоре. Тишина вернулась. Дракон ещё некоторое время смотрел в сторону выхода, затем повернулся. И опустил взгляд на Чжаня. — Ты понимаешь, что я мог просто съесть тебя? — спросил он спокойно. Чжань с трудом поднял голову, встретил его взгляд. — Да. — И всё равно попросил помощи. — Да. — Дракон наклонился ближе, и Чжань почувствовал его дыхание, тёплое, тяжёлое, почти обволакивающее. — Почему? — Чжань закрыл глаза на мгновение, собирая остатки сил. — Потому что… — он выдохнул, — хуже уже не будет. Тишина. Потом — тихий, почти неразличимый смешок. — Смелый, — сказал дракон. — Или отчаянный. — Разница есть? — с трудом произнёс Чжань. — Есть, — ответил дракон. — Смелые выживают чаще. — Он выпрямился, и в его движении было что-то решённое. — Ты пахнешь неправильно, — добавил он, чуть нахмурившись. — Не так, как должен. — Подавители. — Чжань стиснул зубы. — Плохо работают, — заметил дракон. — Я знаю. Пауза. — И всё же ты жив, — сказал дракон. — Пока. — Чжань слабо усмехнулся. Дракон посмотрел на него ещё мгновение, затем развернулся. — Вставай, — сказал он. — Ты не умрёшь здесь. И впервые за долгое время Чжань поверил, что это может быть правдой. Он было хотел подняться, но даже не не осознал, как теряет сознание — граница между реальностью и забытьём стёрлась слишком быстро, слишком резко, словно тело просто отказалось выдерживать дальше, отпуская контроль, который он держал из последних сил. Последним, что он запомнил, был жар, сжимающий изнутри, тяжесть в груди и взгляд — жёлтые глаза, в которых было слишком много осознанности для зверя и слишком мало привычной человеческой жестокости.       Когда его тело обмякло, дракон некоторое время не двигался. Он смотрел. Вдыхал. Запах был неправильным — приглушённым, сломанным чужими травами, но под этой искусственной горечью, под слоем подавителей, всё равно оставалось то, что нельзя было скрыть полностью. Тёплое. Живое. Редкое. Его.       Дракон медленно выдохнул, и в этом дыхании было что-то большее, чем просто физическое движение — словно он принимал решение, которое уже давно было принято где-то глубже. — Вот как… — тихо произнёс он, и в голосе прозвучала тень насмешки, но не над омегой, а над самой ситуацией.— Даже искать не пришлось. — В следующее мгновение его тело изменилось.       Чешуя исчезала, растворялась, словно пламя, крылья втягивались, массивная фигура сжималась, пока на месте дракона не остался человек — высокий, сильный, с длинными тёмными волосами, спадающими на плечи, и глазами, в которых всё ещё тлело золото. В человеческом облике он двигался иначе — мягче, тише, но в каждом его движении всё равно чувствовалась скрытая сила, та самая, что могла в любой момент снова стать пламенем.       Он подошёл к Чжаню и осторожно опустился рядом. Омега казался ещё меньше, ещё хрупче сейчас, когда был без сознания, лишённый даже той упрямой напряжённости, что держала его до этого. Его дыхание было сбивчивым, кожа горячей, а запах — несмотря на подавители — начинал медленно, но верно пробиваться наружу. Дракон протянул руку и провёл пальцами по щеке Чжаня, почти невесомо, словно проверяя, действительно ли он здесь, не иллюзия ли это. — Я слишком долго тебя ждал, — тихо сказал он.       Он наклонился чуть ниже, вдохнул глубже, и на мгновение его глаза потемнели, словно что-то внутри отозвалось на этот запах сильнее, чем он рассчитывал. Но он сдержался, лишь слегка усмехнулся, почти незаметно, и оставил короткий, едва ощутимый поцелуй на шее омеги, там, где пульс бился быстрее всего. — Судьба… — прошептал он. — Забавная вещь.       Щелчок пальцев прозвучал в тишине неожиданно громко. В глубине пещеры каменная стена дрогнула, затем медленно сдвинулась в сторону, открывая узкий проход, скрытый от глаз до этого момента. Тёмный коридор уходил внутрь горы, туда, где не было ни света, ни звуков внешнего мира. Дракон подхватил Чжаня на руки легко, словно тот ничего не весил, прижал к себе чуть крепче, чем требовалось, и на мгновение задержался, снова вдыхая этот неправильный, приглушённый запах. — Посмотрим, — тихо сказал он, — сколько ты продержишься. И шагнул вглубь своих владений.

***

      Когда Сяо Чжань открыл глаза, первое, что он почувствовал, было тепло. Не жар, не удушающая волна, как в подземелье или в лесу, а ровное, мягкое тепло, в котором не было угрозы. Это ощущение было настолько непривычным, что он несколько секунд просто лежал, не двигаясь, пытаясь понять, где находится и что происходит. Потом пришло осознание. Пещера. Дракон.       Он резко вдохнул и приподнялся, но движение отозвалось слабостью, и ему пришлось опереться на руки, чтобы не упасть обратно. Он был всё ещё в пещере — это он понял сразу по каменным стенам, по запаху, по приглушённому эху — но всё остальное было… не таким.       Под ним была не холодная земля, а мягкая постель, застеленная шкурами и тканью. Чистыми. Он сам был чистым — кожа без грязи, без крови, одежда новая, пусть простая, но сухая и тёплая. Это ощущение было почти нереальным, как будто он проснулся не в пещере, а в каком-то странном сне.       Но тело быстро напомнило о реальности. Жар никуда не делся. Он пульсировал внизу живота, усилившийся после потери сознания, требовательный, настойчивый, и Чжань стиснул зубы, чувствуя, как дыхание снова сбивается. Он оглянулся, пытаясь найти хоть что-то, что поможет удержать контроль, и заметил на тумбе рядом чашу с отваром и знакомый мешочек. Подавители.       Он не стал думать. Схватил мешочек, вытащил травы, разжевал их, почти не чувствуя вкуса, и запил отваром, который оказался тёплым, горьким, но действенным. Через несколько мгновений стало чуть легче — не исчезло, но отступило достаточно, чтобы он смог думать. — А если бы там был яд? — Голос раздался из темноты. Спокойный. Знакомый. Чжань вздрогнул, резко обернулся, сжимая одеяло, и вгляделся в тень. — Я бы умер, — ответил он после короткой паузы, пожав плечами. — Значит, так было бы нужно. Тишина. Потом тихий смешок. — Смелый, — произнёс голос. — Или глупый. — Я уже слышал это, — пробормотал Чжань, не отводя взгляда от темноты. — Покажись.       На мгновение ничего не произошло. Потом — вспышка. Дракон выдохнул пламя, и огонь прошёлся вдоль стен, зажигая факелы один за другим, освещая пространство тёплым золотистым светом. Чжань замер.       Это была не просто пещера. Это была… сокровищница. Пространство оказалось гораздо больше, чем он ожидал: стены уходили вглубь, потолок терялся в тени, а вокруг — повсюду — лежало золото. Монеты, украшения, драгоценные камни, сложенные кучами, переливающиеся в свете огня. Но среди этого богатства было и другое — человеческое. Кровать, на которой он лежал. Небольшая кухня, грубо, но аккуратно устроенная из камня и дерева. Бочка для воды. Ограждённый костёр с котелком, из которого тянулся запах еды.       И в центре всего этого — он. Дракон. Он лежал среди золота, лениво вытянувшись, наблюдая за Чжанем с тем же вниманием, что и раньше, только теперь в этом взгляде было что-то ещё — интерес, не скрываемый и потому тревожный. — Где я? — тихо спросил Чжань. — В моём доме, — спокойно ответил дракон. — Почему здесь… так? — Чжань огляделся, всё ещё не веря. — Это не похоже на логово. — Раньше здесь жил человек. — Дракон чуть склонил голову. Сяо Чжань напрягся. — И что с ним случилось? — Ушёл. — Лёгкая усмешка. — Просто… ушёл? — Да, — спокойно ответил дракон. — Спустился с гор и решил, что мир снаружи ему интереснее. Пауза. — Ты его отпустил? — осторожно спросил Чжань. — Я его не держал, — пожал плечами дракон. — Люди сами решают, где им умирать. — Это прозвучало слишком просто. Слишком спокойно. Чжань не стал спрашивать дальше. — Тебе нужно поесть, — добавил дракон.       Сяо Чжань медленно спустил ноги с кровати, ожидая почувствовать холод камня, но вместо этого ступни утонули в мягкой шкуре. Он замер на мгновение, удивлённый этим простым комфортом, затем осторожно встал, всё ещё ощущая слабость, но уже не такую подавляющую.       Он чувствовал взгляд. Постоянный. Тяжёлый. Он посмотрел на дракона. Тот не отводил глаз. Наблюдал. Оценивал. Будто пытался понять что-то важное. Дракон вдруг поднялся, подошёл к огню и одним дыханием погасил пламя под котлом, словно это было самым естественным действием в мире. — Ешь, — повторил он и вернулся на своё место. Чжань подошёл к котелку, заглянул внутрь. Мясо. Тушёный кролик. Он замер. — Ты… охотился? — Да. — Для меня? — Ты бы не пережил ещё один день без еды, — равнодушно ответил дракон. Чжань медленно кивнул. — Тогда… — он замешкался, затем тихо добавил, — поешь со мной. — Я уже ел. — Дракон даже не повернул головы. А Чжань не стал спрашивать что.       Он взял кусок молча. Чувствуя на себе взгляд. Слушая размеренное дыхание. И думая. О том, что будет дальше. Он не мог вернуться. Не мог остаться. Не знал, куда идти.Мысли путались, накатывали одна за другой, пока он не понял, что просто сидит, уставившись в одну точку. — О чём ты думаешь? — Чжань вздрогнул. Поднял взгляд. — Мне нужно уйти. — К своим друзьям? — Дракон фыркнул. — Они не мои друзья, — спокойно ответил Чжань. — И они ужасные люди. — Люди в принципе ужасны. — Спасибо. — Чжань слабо усмехнулся. Пауза. — Ты можешь остаться, — сказал дракон. Чжань замер. — Что? — Остаться здесь. Тишина. — Зачем? — тихо спросил Чжань. — Потому что я так решил. — Дракон чуть склонил голову. — Но… — Чжань сжал пальцы. — У меня ничего нет. Я не могу отплатить. — Мне не нужно. — Тогда почему? Дракон долго смотрел на него. Слишком долго. — Потому что ты уже здесь, — наконец сказал он.       Сяо Чжань не нашёлся с ответом. Он сидел под этим взглядом, чувствуя, как внутри борются страх, усталость, недоверие… и странное, тихое облегчение. Он был жив. Пока. И, возможно, этого было достаточно. Он медленно выдохнул. — Хорошо, — сказал он.       Дракон какое-то время молчал, наблюдая за тем, как Сяо Чжань ест, как осторожно подносит кусок мяса к губам, как, несмотря на голод, не теряет той сдержанности, которая выдавала в нём воспитание, к которому не имели отношения ни леса, ни бегство, ни грязь последних недель. Затем он всё-таки двинулся ближе — медленно, почти лениво, но в этом движении чувствовалась сила, скрытая под спокойствием. Он опустился прямо за спиной Чжаня, устраиваясь так, будто это было его законное место, и его голова оказалась в опасной близости к бедру омеги, достаточно близко, чтобы тепло его дыхания ощущалось сквозь ткань. — Как тебя зовут? — спросил он, и голос прозвучал чуть ниже, чем раньше, спокойный, но внимательный. Чжань на мгновение замер, чувствуя эту близость слишком отчётливо, затем опустил взгляд на миску и тихо ответил: — Сяо Чжань.       Он подцепил кусок мяса и всё-таки попробовал его, хотя уже по запаху понимал, что ожидать ничего хорошего не стоит. Вкус оказался резким, пересоленным, жёстким настолько, что челюсть отозвалась тупой болью, а на глаза сами собой навернулись слёзы. Он стиснул зубы, заставляя себя прожевать и проглотить, потому что желудок, сжавшийся за последние дни до болезненного комка, не имел права выбирать. Он проглотил. С усилием. И в этот момент за спиной раздался тихий, почти недовольный голос: — Не ешь. — Что? — Чжань чуть повернул голову. — Не ешь это, — повторил дракон, слегка нахмурившись. — Я не умею готовить. — Чжань на секунду посмотрел на миску, затем усмехнулся — тихо, почти беззвучно. — Это… заметно.       Он опустил взгляд и всё же отложил еду, хотя внутри всё ещё тянуло, требовало, но теперь, когда он попробовал, стало ясно — пользы от этого будет меньше, чем вреда. — Как же ты питаешься? — спросил он, чуть повернувшись к дракону, позволяя себе тень лёгкости в голосе. Дракон спокойно посмотрел на него, словно вопрос не содержал в себе ничего странного. — Мне не нужно столько еды, сколько человеку, — ответил он. — Я восстанавливаю силы иначе. — Иначе? — Медитацией, — просто сказал он. — Ци циркулирует в теле, поддерживает его. Этого достаточно.       Сяо Чжань замер на мгновение, всматриваясь в его лицо, пытаясь уловить, шутит ли он, но в его выражении не было ни тени насмешки. — А мясо? — Иногда я охочусь, — пожал плечами Ван Ибо. — Чтобы не забывать, как двигаться. Чтобы тело не застаивалось.       Это прозвучало так естественно, что Чжань не сразу понял, насколько это отличается от всего, что он знал. Он вспомнил книги — редкие упоминания, обрывки легенд, сухие строки о существах, которые живут в горах, вдали от людей, почти не вмешиваясь в их мир. Там не было ни слова о медитации, ни о ци, ни о том, как они на самом деле существуют. Только факты. Пустые, обрезанные, лишённые сути. А сейчас перед ним сидел один из них. Говорил. Смотрел. И объяснял так, словно это было самым обычным делом. Чжань медленно кивнул, принимая это знание так же спокойно, как принимал всё последнее время — без удивления, без попытки спорить, просто добавляя к тому, что уже знал о мире. — Понятно, — тихо сказал он.       На несколько секунд воцарилась тишина, наполненная только слабым треском углей и дыханием — его неровным и чуть сбивчивым, и дракона, глубоким, ровным, почти убаюкивающим. Чжань почувствовал, как напряжение в плечах постепенно ослабевает, но вместе с этим усиливается другое — жар, который подавители лишь приглушили, но не убрали. Он старался не думать об этом, не обращать внимания, но тело напоминало о себе слишком настойчиво. Он сжал пальцы на ткани одеяла, которое всё ещё держал на коленях, и, не поднимая взгляда, тихо спросил: — Как тебя зовут? Дракон не ответил сразу. Он смотрел на него, чуть склонив голову, словно решая, стоит ли вообще давать этот ответ, затем всё же произнёс: — Ван Ибо. — Имя легло в тишину мягко, но тяжело, как что-то значимое. Чжань повторил его про себя, не вслух, просто запоминая. — Ван Ибо… — едва слышно выдохнул он. — Как ты попал сюда? — спросил дракон спустя мгновение. — В пещеру? — Чжань нахмурился. — Нет, — спокойно уточнил Ван Ибо. — В страну. — Он чуть подался вперёд, и Чжань почувствовал, как его взгляд становится внимательнее, глубже, почти проникающим. — Ты не отсюда, — добавил он. — У тебя другой запах.       Сяо Чжань замер. Внутри что-то сжалось. Не страх — скорее напряжение, готовность защищаться, привычка скрывать, не говорить лишнего. Он опустил взгляд, на мгновение собираясь с мыслями, затем тихо произнёс: — Я из Линьхе. Имя страны прозвучало в этой пещере странно, почти чуждо. Ван Ибо не перебил. Ждал. И Чжань, сам не до конца понимая почему, продолжил: — Там… больше нет дома для меня. — Он сделал паузу, сглотнул, но не остановился. — Была война. Мы проиграли. — Его голос стал тише, но не дрогнул. — Короля убили. Столицу захватили. Он не сказал «моего брата». Не сейчас. — Я сбежал. — Тишина. Дракон не задавал вопросов. Но и не отводил взгляда. — Меня искали, — добавил Чжань. — Не только солдаты. — Он усмехнулся, коротко, без радости. — Люди вроде тех, что пришли за мной сегодня. — Торговцы. — Ван Ибо чуть нахмурился. — Да. — Они учуяли тебя издалека, — спокойно заметил дракон. Чжань кивнул. — Я пытался скрыть запах. — Плохо пытался. — Я не мастер в этом, — тихо ответил он. Пауза. — И всё же ты выжил, — сказал Ван Ибо. — Пока. — Чжань медленно выдохнул. Он поднял взгляд. И впервые посмотрел прямо на него, без осторожности, без попытки скрыться. — Почему ты мне помогаешь?       Вопрос повис в воздухе. Ван Ибо не ответил сразу. Он смотрел на него долго, внимательно, словно взвешивая слова, которые собирался сказать. Затем чуть наклонился ближе, и Чжань снова почувствовал его дыхание, тёплое, почти обжигающее. — Потому что ты пришёл ко мне, — тихо сказал он. — Я не выбирал куда идти. — Чжань нахмурился. — Выбрал, — спокойно возразил дракон. — Ты мог остаться снаружи. — И умереть? — Возможно. — Тогда это не выбор. — Все выборы такие. — Ван Ибо чуть улыбнулся.       Чжань на секунду замолчал, затем отвёл взгляд. Он не был уверен, что понимает. Но почему-то не спорил. Тишина снова накрыла их, но теперь она была другой — не напряжённой, не враждебной, а странно… устойчивой. И Чжань вдруг понял, что впервые за долгое время не чувствует немедленной угрозы. Это было непривычно. И потому почти пугающе. Но он не отодвинулся. Не ушёл. Просто остался сидеть, чувствуя за спиной тепло чужого тела и слушая ровное дыхание существа, которое должно было быть его врагом… но не было.