Пепел скорби

Паук глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Он сидел на выступе гнездовья икранов, наблюдая за восходом солнца и чувствуя ветерок на лице. Это должно было стать лучшим утром в его жизни. Вчера он был уверен, что умирает. Маска треснула, запасной не было, он задыхался, убегая от солдат. Когда он наконец рухнул, он смирился со смертью. Он молил Эйву позволить ему присоединиться к предкам, чтобы у него была надежда снова увидеть маму и братьев с сестрами, снова увидеть Кири. Когда он очнулся и увидел Кири, улыбающуюся ему сквозь слезы, Паук подумал, что его молитвы были услышаны — пока он не начал задыхаться от грибка во рту. Его прекрасная, чудесная Кири подарила ему чудо. Впервые он смог увидеть реальный путь к той жизни, о которой он даже не смел мечтать. Жизнь без маски. Каждую ночь спать в семейном маруи, не видеть тревоги на лице мамы, когда он терял запасную маску, по-настоящему принадлежать этому миру вместе с остальной семьей. И его тайная мечта, о которой он едва позволял себе думать. На мгновение, когда он держал Кири в своих объятиях, их щеки прижались друг к другу без какой-либо преграды между ними, и казалось, что совершенное счастье почти возможно. Затем на поляну ворвались его братья и принесли весть, которая превратила всю его радость в пепел. Сначала это казалось невозможным. Торук Макто привел кланы к победе. Оло’эйктан провел Оматикая по пути мира. Его мать была такой сильной, такой неприкосновенной, что Паук никогда даже не видел, чтобы он плакал. Но каким-то образом его похитили… тот человек. Это было словно один из его кошмаров просочился из подсознания в реальность. Полковник Майлз Куоритч преследовал его во сне с тех пор, как Паук узнал о его преступлениях. Ему часто снилось, что этот человек каким-то образом вернется, чтобы увести его или разрушить их дом. В самых страшных кошмарах именно Паук держал пистолет, а его отец направлял его прицел на его семью. Он просыпался в холодном поту и бежал к зеркалу, пристально глядя на свое отражение, пока не убеждал себя, что никакого сходства нет. Паук долго изучал лицо своего отца. Гравюра на его жетонах, старая бумажная фотография, которую дала ему мама, видеозаписи, которые он тайно просматривал, — все они показывали одного и того же израненного и мрачного человека. Теперь у кошмара Паука появилось новое лицо. - Эй, Обезьянчик, - Нежная рука Кири на его спине вырвала его из мрачных раздумий, - Пора уже. С момента их возвращения в Высоком Лагере царил полный хаос: многие воины требовали немедленно лететь в Бриджхед, чтобы вернуть своего Оло’эйктана. Тарсем, заместитель его матери, и Нетейам были вынуждены взять ситуацию под контроль и напомнить всем о запасных планах Джейка. Паук боялся, что Ло’ак начнет драться со своим братом-близнецом у костра совета, пока их бабушка не вмешалась. После того как собрание распустилось, Норм и Макс проводили его в лабораторию для обследования. Паук понял, что они хотели провести еще больше тестов, но после того как его новое состояние подтвердилось как стабильное, Нетейам выпроводил из комнаты всех, кроме Норма. Было странно видеть, как его брат командует с той же спокойной уверенностью, что и их мать. Нетейам принял решение рассказать точные подробности своего разговора с полковником только своим братьям, сестре и Норму. Их крестный отец побледнел до болезненного зеленого оттенка, и обычно такой вид заставил бы Паука рассмеяться, но он был уверен, что на его собственном лице было такое же выражение. Норм с неохотой согласился помочь им при условии, что ему разрешат прослушивать и записывать разговор. И вот, настал момент. - Никто не будет винить тебя, если ты не сможешь этого сделать, Обезьянчик, - Забота Кири согрела его, но Паук не хотел быть тем, о ком ей приходилось беспокоиться. Он хотел быть сильным и надежным, как его мать. — Его мать, которая оказалась в ловушке кошмара, пока Паук дышал свободным воздухом. - Я знаю, но я смогу. Нетейам прав, нам нужно вытянуть из этого ублюдка как можно больше информации, если мы хотим помочь маме», - Кири грустно улыбнулась ему, и Паук встал, отвернувшись к лагерю, чтобы не видеть сострадания в ее глазах. - Если ты уверен. Норм устраивается прямо за пределами восточной пещерной системы, - Это было хорошее место, удаленное от суеты лагеря, но с доступом к электроэнергии от солнечных батарей. Единственным более подходящим местом, пожалуй, были бы лаборатории, но там было слишком тесно, чтобы обеспечить конфиденциальность. Когда они прибыли, остальные уже стояли кругом вокруг аватара Норма. Их крестный отец вручил им по новым комплектам связи, объяснив, что они заблокируют любые попытки отследить их местонахождение, при этом позволяя Норму записывать разговор. - Дай мне микрофон Ло’ака. Демон ясно дал понять, что хочет говорить только со мной и Пауком, - Норм колебался лишь мгновение, прежде чем подчиниться Нетейаму, а Ло’ак бросил на своего брата-близнеца убийственный взгляд. - Так Норму и Кири можно доверять, что они промолчат, а мне нет? Ты действительно думаешь, что я подвергну маму опасности? - Если ты всё равно собираешься молчать, тебе микрофон не нужен, - Паук поморщился, услышав знакомые слова Нетейама. Это был аргумент, который их мать часто использовала в разговорах с ними. Ло’ак выглядел так, будто готов был наброситься на своего брата-близнеца, чтобы отобрать микрофон, но Кири встала между ними. - Хватит дурачиться, уже почти время, - Ло’ак фыркнул, но послушался ее, бормоча под нос оскорбления, которых Паук не слышал. Он был слишком занят борьбой с тошнотой, пока Нетейам еще раз повторял план, а Норм заранее запускал запись. Паук молил Эйву, чтобы полковник не позвонил, чтобы мама убила его и уже была на пути к ним. Но ровно в шесть часов по часам Норма в трубке раздался голос из его кошмара. - Это полковник Куоритч, - Паук вздрогнул, услышав, как это имя было подтверждено так недвусмысленно, - Отвечайте, ребята. У меня нет времени ждать весь день, - Норм поднял большой палец в сторону Нетейама, давая понять, что запись ведется, а отслеживание сигнала заблокировано. - Это Следопыт и Охотник, мы вас слышим. - Вы себя за морских пехотинцев возомнили? Хватит с этими милыми прозвищами, дайте трубку Пауку. - Паук здесь, и он хочет с вами поговорить, но сначала нам нужно услышать нашу мать, - Голос Нетеяма был спокоен и ровен, и только подергивающийся хвост выдавал его нервозность. - Ты что, принял это за переговоры о заложниках, мальчик? Для этого у тебя должно быть что-то, что мне нужно, - Нетейам бросил взгляд на Паука. - Если тебе ничего не нужно, то у тебя не должно быть проблем просто поговорить со мной. - Боже мой. Слушай, малыш, я ничего не могу поделать. Твоя мама до сих пор без сознания, так что просто дай трубку ребенку, - Нетейам посмотрел на Норма, который пожал плечами. - Не исключено, что Джейк до сих пор без сознания из-за яда. Есть данные, свидетельствующие о длительных негативных последствиях при введении яда в стрессовой или травматической ситуации без согласия омеги... - Норм прервался, услышав болезненный крик Кири, но все они знали, что он собирался сказать. Отец Паука был чудовищем. План не имел значения. Если он мог избавить мать от боли, он должен был попробовать. - Полковник, это Паук. Просто, пожалуйста, не причиняйте маме вреда, - Чудовище на мгновение замолчало. - Чем он тебе голову набил, мальчик? Сказками про большого страшного чудовища? - Это не было правдой. На самом деле, его мать была сдержанна и бесстрастна в своих объяснениях преступлений полковника. Ему пришлось самому раскопать все кровавые подробности. Почти все истории, которые мама рассказывала Пауку, были о суровом, но добром человеке, который взял Джейка под свое крыло. - Нет, на самом деле он сказал, что ты веселый и милый, и что он тебя любит. Как ты мог…- Звук его собственного голоса в наушнике внезапно оборвался, когда канал перехватил отец. - Давай проясним одну вещь, мальчик — твой отец мертв. Я не тот человек. Ты и твоя мать для меня ничто, - Паук почувствовал, как слезы наполняют его глаза, что было глупо, потому что, конечно же, этому монстру было все равно на всех. Кири сжала его руку, и он черпал силу из ее уверенного прикосновения. - Тогда зачем ты хотел поговорить со мной? - На этот раз монстр промолчал дольше. - Просто пытался уладить некоторые нерешенные вопросы, но, судя по всему, юнец перенаправил сигнал. Похоже, нам придется пойти по-жесткому, - Паук запаниковал, в голове у него возникли картины, как его мать подвергают пыткам, чтобы выведать их местонахождение. Он потянулся к микрофону на шее, но Нетейам дал ему знак подождать. - Нет нужды прибегать к насилию, полковник. Мы готовы к переговорам, - Паук не понимал, как Нетейам может говорить так спокойно, но это помогло ему немного успокоиться. - Какое совпадение, юнец, я тоже. Но мне начинает казаться, что лицом к лицу это будет более продуктивно, - Паук не хотел даже находиться на одной луне с этим монстром, но он согласился бы, если бы это означало, что его мама будет в безопасности. Похоже, Нетейам думал так же. - Это можно устроить, но нам нужно, чтобы вы привезли нашу мать, невредимую, в место, которое мы выберем. - Не, я уже выбрал место. Не волнуйся, я позабочусь, чтобы это было идеальное семейное воссоединение, как на открытке. Мама, папа, дети и твой горящий лагерь на заднем плане, - Паук почувствовал тошноту. Он не понимал, был ли этот монстр его отцом или нет, но это не имело значения. У него была последняя, глупая идея, которую он мог попробовать. - А как насчет обмена? Разве твоим начальникам не понравится узнать…- На этот раз его прервал Нетейам. - Это явно ни к чему не приведет... - Нетейам попытался вырвать микрофон из рук Паукк, но тот увернулся из-под руки брата и выскочил из зоны досягаемости, воспользовавшись моментом, чтобы захватить канал и выпалить то, о чем они все договорились не разглашать. - Я теперь могу дышать этим воздухом! - Нетейам выругался, и даже Ло’ак выглядел потрясенным вспышкой Паука. Тишина в эфире затянулась настолько, что Кири успела его отругать. - Скаун, о чем ты думаешь? Он просто заберет и тебя тоже, ты разобьешь маме сердце! - Она, вероятно, была права, но если был хоть малейший шанс, он должен был им воспользоваться. Наконец, радио снова затрещало. - Ну, разве это не интересно? Жаль тебя, пацан, но я, наверное, единственный в Бриджхеде, кому на это плевать. Если ты не собираешься вести меня к своей базе, то на этом всё, - Монстр, должно быть, блефовал. Должен был быть способ заключить сделку, не подвергая опасности всех в Хай-Кэмпе. - Нет, пожалуйста, давайте просто поговорим об этом? Мама всегда говорила, что ты практичный человек. - Мне плевать, что он говорил о твоем отце! Я уже могу дышать этим воздухом, у меня уже есть цель, и скоро он отдаст мне твою базу. Так что просто сидите смирно, детишки — скоро вы встретитесь с ним лицом к лицу. Куоритч, конец связи». Сколько бы он ни умолял, сколько бы Нитейам ни рассуждал, монстр больше не ответил.

***

Джейк медленно пришёл в себя. Первое, что он почувствовал, — это пульсирующая боль глубоко внутри головы. По мере того как он приходил в себя, боль распространилась на всё тело. Горло, руки, ноги — всё тело тупо болело. Но всё это бледнело по сравнению с сильным давлением в черепной коробке. Ему казалось, будто он упал со своего икрана прямо на голову. Он пытался вспомнить, что произошло, но воспоминания ускользали из его памяти, как вода сквозь пальцы. Он с трудом приподнял тяжелые веки, но тут же снова закрыл их, ослепленный резким ярким светом. Боль в голове усилилась, и Джейк пролежал так, казалось, почти час, ожидая, пока она утихнет, прежде чем попробовать снова. Свет по-прежнему был таким же ярким, но он заставил себя продолжать моргать, пока глаза не привыкли. Когда он наконец смог держать глаза открытыми достаточно долго, чтобы зрение прояснилось и сфокусировалось, он понял, что смотрит на стерильно-белый потолок. Он попытался сориентироваться, но образы в его голове продолжали сливаться в одно пятно. Больница для ветеранов, лаборатория аватаров, объект 26, мастерская Норма, «Бриджхед» — вот и всё. Он оказался в «Бриджхеде», но не мог вспомнить, как и почему. Какова бы ни была причина, она не могла быть хорошей. Он молил Эйву, чтобы его дети были далеко и в безопасности. Ему нужна была дополнительная информация, но поворачивать голову сейчас было невозможно — он едва мог сосредоточиться из-за сильной боли в голове. Он попытался осмотреть комнату, двигая только глазами. Она была практически пуста. Слева от него стоял металлический стул, в левую руку была вставлена капельница, в углу стоял туалетный стул, а на неудобной раскладушке он и лежал. Его обычная одежда исчезла, ее заменила тонкая синяя больничная рубашка. Он попытался сосредоточиться на дыхании, чтобы прогнать головную боль, но даже это было больно из-за першения в горле. Джейк провел следующие минуты или часы, считая удары сердца, стучащие в голове, и очищая свой разум. Воспоминания о прошедшем дне вернулись к нему, сначала смутные и беспорядочные. Машина, доклад Нетейама о солдатах, Майлз, который, казалось невозможным, был жив, убегающие дети, его унижение у могилы. Когда наконец все сложилось воедино, он мог бы заплакать от облегчения. Они не захватили ни одного из его детей. Если бы захватили, то не было бы нужды в устройстве для пыток. Ардмор просто велела бы Майлзу направить пистолет на одного из них, и Джейк отдал бы ей все, что угодно. Ясность ума принесла ему небольшое облегчение от боли, и он попытался приподняться. На мгновение его охватила паника, когда он не смог пошевелиться, но затем он понял, что его руки и ноги привязаны к боковым сторонам койки. Наконец ему удалось приподнять голову настолько, чтобы увидеть, что на противоположной стене висит огромное зеркало, занимающее всю стену от края до края, и он задался вопросом, не наблюдают ли за ним Майлз и Ардмор из-за стекла. Не успел он начать превращать свои смутные мысли в план, как в комнате слабо раздался звук скользящей двери. Джейк посмотрел направо, но увидел только пустую стену. Слева от него задрожал пол, и он повернулся: в комнату вошел Майлз, выглядящий так же зло, как и с тех пор, как он вышел из могилы и вернулся в жизнь Джейка. Майлз схватил металлический стул и притащил его ближе к левой стороне кровати. Джейк поморщился, когда скрежет металла о металл, казалось, разнесся эхом по всей комнате. Альфа развернул стул и сел на него спинкой к себе. Это была знакомая привычка, которая раньше всегда заставляла Джейка улыбаться. Майлз начал говорить, но звук был приглушенным и медленно доходил до его затуманенного мозга. -…сновидения, капрал? - К тому моменту, когда Джейк наконец разобрал некоторые слова, Майлз уже снова заговорил, и Джейку пришлось напрячься, чтобы не отстать, -…ответь, когда я…- Джейк наклонил голову, пытаясь понять, но это было бесполезно. Ему казалось, что голос Майлза пролетает прямо над его головой и доносится сзади или сверху. От этого дезориентирующего ощущения в черепе Джейка снова появилась боль, и только запах соснового леса альфа-самца удерживал его на земле настолько, чтобы он мог ответить. - Майлз, я тебя не понимаю, - Даже его собственный голос звучал странно, он, должно быть, все еще был в тумане от воздействия аппарата или седативных препаратов. По крайней мере, слух к нему вернулся, несмотря на его нынешнюю одурманенность. Майлз протянул руку к левому уху Джейка и щелкнул пальцами. Джейк услышал, как звук слабо эхом отозвучал за его спиной, и вздрогнул, отклонившись вправо. Майлз поднял стул и перетащил его вокруг койки; металлический скрежет стал еще более невыносимым, когда он подошел к правой стороне кровати и сел в свою обычную позицию. Та же самая рука щелкнула пальцами рядом с его правым ухом, и на этот раз Джейк вздрогнул от внезапного шума, громче всего, что он слышал с момента пробуждения. - Похоже, ты всё ещё немного туго соображаешь, так что я на закрою на это глаза. Один раз, - Джейк не до конца понял, что тот имел в виду, но, по крайней мере, теперь он слышал Майлза гораздо чётче. Правда, его голос теперь звучал чуть слишком резко для всё ещё болезненной головы Джейка, -Кивни, если понял, капрал, - Джейк неохотно кивнул, стараясь двигаться как можно меньше, чтобы не усугубить остаточную головную боль. - После того грандиозного провала Ардмор с машиной мне дали разрешение обеспечить твое сотрудничество старым добрым способом, - У Джейка застыла кровь в жилах: связь не была контролем над разумом, но она делала омег более восприимчивыми к феромонам и командам своих альф. Даже сейчас свежий сосновый аромат его альфы успокаивал Джейка вопреки его воле, и чем дольше они будут вместе, тем хуже станет. Биологическая реакция, призванная защитить слабый пол, — объяснял ему учитель биологии. Тогда эти слова возмутили Джейка; сейчас они казались ему горькой иронией. - Верно, Салли, юристы компании официально заверили мою претензию у нотариуса. По сути, с юридической точки зрения это даже больше не твоё имя, миссис Джейкоб Куоритч, - Джейк почувствовал, как на глазах наворачиваются слёзы, и попытался их сдержать. Было глупо волноваться из-за каких-то человеческих бумаг, которые теперь не имели для него никакого значения, но Майлз знал, что это имя значило для него. Это было всё, что у него осталось от родителей и брата. - Нет, это невозможно. Я не давал согласия на укус и уж точно не подписывал никакого разрешения, - Майлз насмешливо ухмыльнулся ему, обнажив клыки. - Закон о правах омег распространяется на людей, дорогой. Не думаю, что «Международная амнистия» станет заботиться об инопланетном террористе, который практически сам напросился на это, - Голова Джейка снова запульсировала, и он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь сохранить ясность ума. Ему не нравилось, насколько сильно помогал ему запах Майлза. - Я не…- Ему с трудом удалось произнести эти слова сквозь боль, и Майлз, как непослушному ребенку, приказал ему замолчать, протянув руку, чтобы вытереть слезы, о которых Джейк даже не подозревал. Джейк вздрогнул от его прикосновения и отвернулся, чтобы не смотреть на альфу. -…хватит уже…дело сделано…Эй! - Неразборчивые слова дошли до него слишком поздно, и Джейк вздрогнул, когда Майлз схватил его за подбородок и заставил повернуть лицо вправо. - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, - Джейк зло посмотрел на него, но не отвернулся, когда Майлз ослабил хватку. Затуманенный мозг Джейка, казалось, лучше понимал, когда он мог видеть лицо альфы, - Хороший мальчик. Теперь слушай внимательно, потому что я объясню правила только один раз, - Он снисходительно погладил Джейка по щеке, и Джейк решил нарушить каждое из правил как можно скорее. - Правило номер один: ты делаешь то, что я говорю, и когда я говорю. Я не люблю повторяться, так что будь внимателен, - Джейк бы закатил глаза, если бы не боялся, что это усугубит его головную боль. - Правило номер два: забудь о прошлом. Не думай, что сможешь использовать древнюю историю, которая у тебя была с мертвецом, против меня, - Опять это. Даже когда его разум был в основном ясным, Джейк не понимал, почему Майлз пытался разделить его две личности. Похоже, Майлз тоже не понимал. У Джейка закружилась голова от того, как быстро альфа переключался между наказанием Джейка за его предательство и утверждением, что их прошлое для него ничего не значит - Не произноси это имя, не говори о мальчике и уж тем более не упоминай о помете полукровных, которых ты завел с бог знает сколькими любовниками, - Джейк с недоумением нахмурился, возразив, не успев обдумать свои слова. - Что? Нет, после тебя и... - Джейк замолчал. Произносить имя Нейтири в присутствии её убийцы было слишком больно, но грозное выражение лица Майлза дало Джейку понять, что тот догадался, о ком речь. - Это подводит меня к правилу номер три. Никогда больше не ври мне. Ты пытаешься сказать мне, что они тройняшки, когда называешь мальчиков «Близнецами»? Если бы он мыслил ясно, он, возможно, оставил бы эту тему, не из-за глупых правил, а потому, что ему не следовало рассказывать этому человеку ничего о своих детях. Однако Джейк все еще был в оцепенении и продолжил, пытаясь оправдаться. - Я не лгал. Моя дочь — военная сирота, - Гнев пропитал запах Майлза, когда альфа схватил правый мизинец Джейка и болезненно вывернул его назад. - Ты думаешь, я настолько глуп, что не могу сосчитать до четырех пальцев? Попробуй еще раз, дорогой, или я его сломаю, - Джейк зашипел от боли, пытаясь взвесить важность информации и цену отказа. В конце концов, он решил, что частичная правда не подвергнет Кири опасности, а ему не нужна травма доминирующей руки, которая помешает его будущему побегу. - Это был ещё один аватар! Она погиблв, но аватар оказался беременным, - Майлз пристально вгляделся в его лицо, пытаясь уловить малейший намек на обман, но в конце концов отпустил его палец и рассмеялся. Звук громко разнесся по комнате, заставив Джейка вздрогнуть. - Боже, мне даже не нужно спрашивать, кто это был, Огустин была почти так же возбуждена этими дикарями, как и ты. Это поэтому она затащила тебя в горы? Не хотела, чтобы кто-нибудь помешал вам, пока вы вдвоем развратничали по деревне? - Джейк увидел красный цвет. - Заткнись, Майлз! Ты не имеешь права говорить о Грейс после того, что ты с ней сделал! - Рука Майлза выстрелила вперед, и Джейк вздрогнул, думая, что его сейчас ударят. Альфа на мгновение замер, и Джейк почти расслабился, пока Майлз внезапно не хлопнул обеими ладонями прямо у уха Джейка. Все его тело дернулось в узах, когда шум вызвал пронзительную боль в черепе. Джейку пришлось закрыть глаза на несколько вдохов, чтобы прийти в себя. Когда он их открыл, Куарич уже не сидел. Альфа стоял рядом с кроватью, нависая над ним с ненавистью в глазах. Джейк чуть не подавился резким запахом сосны, смешанным с гневом. - Я вижу, что три правила — это пока слишком сложно для твоего глупого маленького мозга, милый. Так что давай упростим всё до одного-единственного золотого правила, - Майлз небрежно обхватил Джейка за шею, большим пальцем поглаживая след от укуса, обозначившего его право на владение. Другой рукой он начал теребить повязку за ухом Джейка, о которой тот даже не подозревал. Майлз наклонился и прошептал ему прямо в правое ухо. - Ты принадлежишь мне, Джейк. Пусть это станет руководящим принципом твоей новой жизни. Я — причина того, что ты жив, я — причина того, что ты больше не привязан к той машине, и я — причина того, что ты сейчас вообще что-то слышишь, - Его лицо запылало, когда он почувствовал, как Майлз облизывает его чувствительное ухо от основания до дрожащего кончика. - Понимаешь, Ардмор немного переборщила с этой машиной. Не могу ее винить, учитывая, что ты такая упрямая сука, - Майлз укусил кончик его уха, и Джейк попытался отшатнуться, но его удерживала рука на горле, - Тем не менее, она без разрешения нанесла необратимый ущерб моему активу, поэтому я получил специальное разрешение на твое восстановление. Конечно, компания не хотела тратить слишком много денег на предателя, поэтому нам пришлось пойти на компромисс, - Майлз приподнялся и ухмыльнулся ему. - Позволь мне показать, - Он снова наклонился, и Джейк почувствовал его горячее дыхание у своего левого уха. Почувствовалась слабая вибрация, и Джейк с опозданием понял, что Майлз снова шепчет, но он не слышал его слов. Он вообще ничего не слышал на левое ухо.