Грех Гордыни

Пейзаж удручал одним своим видом: огромные камни, когда-то служившие стенами отеля, были хаотично разбросаны повсюду. Мертвых тел не осталось, но брызги засохшей крови зловеще проступали сквозь пыльный налет на булыжниках. Всё было серым и безжизненным, несмотря на вечно багровое небо Ада. В груди защемило. Опомнившись, я пошел в самую гущу руин, надеясь откопать плакат, вызвавший вчера слезы Чарли. И вот он, лежал передо мной, напоминая, что не только Аластор боролся за мою дочь. Я достал расписанную посеревшую бумагу из-под обломков, но не решился сжечь. Возможно, Чарли хотела бы сохранить его на память. Стряхнув немного пыли, я открыл небольшой портал, чтобы закинуть плакат в свою спальню. Когда-нибудь ей станет легче, и я верну его. — Папа! Одно громкое слово заставило меня вздрогнуть, будто я совершал какое-то преступление. Я обернулся и увидел, что Чарли с Вэгги стояли неподалеку. Сегодня они выглядели куда опрятнее: вчерашние ссадины затянулись, волосы были вымыты и расчесаны, а простая рабочая одежда была чистой и целой. Лицо Вэгги ничего не выражало, в то время как Чарли с тоской осматривала руины. Я смотрел на них пустым взглядом, пытаясь подобрать себе подходящее оправдание, но затем осознал, что сейчас я должен быть “сильным взрослым” для дочери. Это унылое место нуждалось во встряске, а не в ещё одном мрачном лице. — О, Чарли, Вэгги, вы пришли! Как здорово! — широко улыбнувшись, я расправил крылья и подлетел к ним. — Выглядите лучше, чем вчера! — Да, спасибо… — Чарли немного смутилась и отвела глаза в сторону, заправляя непослушную прядь волос за ухо, а затем всё же посмотрела на меня, протягивая что-то в руке. — Вот! Я принесла твой пиджак! — на этих словах она впервые улыбнулась. В глазах дочери сверкнул привычный огонек. Я взял протянутый мне предмет одежды и, услышав голоса, посмотрел за спины девочек. Хаск шел, держа Ниффти за ручку, а Энджел Даст что-то громко рассказывал незнакомой мне грешнице. Увидев мою заинтересованность, Чарли с Вэгги тоже обернулись. — О, ребята… — тихо проговорила дочь прежде, чем ринуться к ним в объятия. Кажется, она была готова снова разрыдаться. Я так и смотрел на эту картину с теплой улыбкой. Все они пришли помочь с восстановлением отеля, хотя и не были обязаны. Как и не были обязаны сражаться за него с ангелами. В груди разлилось приятное согревающее чувство. Стоило друзьям подойти ближе, как Ниффти вцепилась в мои штанины. Злобный детский хохот вызвал легкую дрожь, но секунду спустя она уже отпрянула, переключив внимание на груды мусора. — О! А это герой вчерашней заварушки? — сказала единственная незнакомая мне грешница. — Да, это мой отец. И он хочет помочь нам со строительством отеля! Видя энтузиазм и гордость, с которой Чарли говорила это, я почувствовал себя неловко. Да, я помог разобраться с ангелами, но все они потеряли во вчерашнем сражении слишком много. — Черри Бомб, Ваше Величество! — грешница слегка наигранно поклонилась, изображая реверанс, отчего Энджел прыснул со смеху. Последние капли напряжения испарились. Вторя её настрою, я согнал с лица улыбку и с напускным величием проговорил: — Отбросьте эти церемонии, юная леди! Для вас просто Люцифер. Теперь смеялись все, кто наблюдал эту картину. — Ну, Чарли, каков план? — задорно спросил Энджел, когда всеобщий смех затих. Все тут же посмотрели на мою дочь, которую этот вопрос застал врасплох. Вэгги аккуратно взяла её за руку. — Нам нужно убрать всё это! Черри, подорви крупные обломки, чтобы их легче было перетаскать! — тут же начала командовать девушка Чарли. Грешники стали расходиться по вчерашнему полю битвы. Спохватившись, я вспомнил, как мы с Лилит возводили наше поместье в кольце Гордыни, бросил пиджак прямо на землю и начал создавать чертежный стол со всеми необходимыми принадлежностями. Все замерли, с интересом наблюдая за мной. — Чарли, тебе надо заняться проектированием. — закончив, я протянул дочери карандаш. — Мы не сможем построить что-то, если не знаем, каким оно должно быть. А мы пока займемся завалами. Её глаза засверкали при виде карандаша. Она медленно взяла его из моих рук. — Но я… я не знаю… — Начни со схематичного плана первого этажа. А дальше мы разберемся. — я тепло улыбнулся дочери. Она тут же крепко сжала меня в своих объятиях. — Я так рада, что ты с нами! — Я не могу снова оставить тебя одну. — еле слышно сказал я. Отпрянув от меня, Чарли села за стол и засмотрелась на большой чистый лист. Вэгги пошла руководить процессом уборки, координируя действия Черри, Энджела и Хаска. А я смог немного расслабиться. Краем глаза я уловил особо черную тень, метнувшуюся к завалам. Из неё тут же возник Аластор. — Я вижу, все уже заняты делом… От звука старого радио по позвоночнику пробежал холодок. Микрофон, который он держал за спиной, криво поблескивал, небрежно склеенный зелеными магическими нитями. Страшно было подумать, сколько сил он вкладывал в поддержание своего артефакта в подобающем виде. Оглядев обломки, он подошел к Чарли и сел на возникший из теней стул, закинув ногу на ногу. — О, Аластор! Я рада, что ты присоединился к нам! — проговорила Чарли, не вставая из-за своего рабочего места. — Ну что ты! Я не могу пройти мимо, когда мое новое начинание лежит в руинах. Звука его голоса было достаточно, чтобы в груди всё сжималось. Мне хотелось накричать на него, прогнать его отсюда, никогда больше его не видеть. Но тогда бы пришлось многое объяснять Чарли. Аластор игнорировал меня, и это приносило хоть какое-то утешение. Серия громких взрывов переключила мое внимание на команду по расчистке. Черри хохотала, наслаждаясь своей работой, пока Хаск стряхивал с себя пыль. Я решил помочь им, чтобы немного ускорить процесс. — Холл стоит сделать побольше. Весь Пентаграмм-сити обсуждает твой отель и ждет его открытия. — говорил Аластор моей дочери, пока я, нахмурившись, отдалялся от них. — Ну что, пора пустить магию в дело! — я начал мастерски закатывать рукава. Все замерли, наблюдая за моими действиями. Золотистая сеть, проступившая сквозь камни, стала медленно отрывать хаос обломков от земли. Я напрягся, ощущая непомерный вес этой ноши. Когда несколько кусков бетона рухнули, чернильные щупальца ловко поймали их, втискивая обратно в общий поток. Я хмуро глянул на Аластора. Тот, не удостоив меня даже взором, увлеченно что-то объяснял Чарли. Пальцы задрожали. Внимание рассеивалось, а его незваная помощь лишь усиливала раздражение. По лицу катился пот; казалось, ещё секунда — и я упущу контроль. Но внезапно давление ослабло. Под моим магическим полотном выросли массивные теневые колонны, взявшие на себя часть веса. Стиснув зубы, я выругался про себя, но оборачиваться не стал. Нужно было сосредоточиться на переработке этих обломков в основу здания. Процесс шел мучительно долго из-за неоднородности массы, но я не сдавался. Наконец, раствор для фундамента был готов. Я выдохнул, но расслабляться было рано: малейшая неровность земли могла пустить под откос всю будущую конструкцию. Золотистый луч резкой вспышкой прошелся по поверхности, выжигая всё лишнее. Под щупальцами, удерживающими моё магическое «месиво», образовался ровный прямоугольник. Я спешно выставил деревянные подпорки по краям. Пора. Серая жижа хлынула вниз, поглощая тени радиодемона. Сквозь общий грохот прорвался отчетливый треск помех — что ж, он сам напросился на эту помощь. — Вау! — раздались восторженные возгласы грешников, наблюдавших за моей работой. Пока смесь не застыла, оставалось последнее усилие. Я жадно хватал ртом воздух, пытаясь унять дрожь. Ноги подогнулись, в глазах потемнело. Тонкие, но сильные руки вовремя удержали меня, не давая упасть. Подняв голову, я узнал Вэгги — в её взгляде читалась неприкрытая тревога. — Всё нормально, я в порядке. Пока эта масса не застыла, надо заложить арматуру… Сейчас… — От небольшой передышки ничего не изменится. — проговорил Хаск. Я мягко высвободился из рук Вэгги, убедившись, что ноги меня снова держат. Достав платок, я промокнул пот под выжидающими взглядами грешников. — Спасибо, Вэгги. Глубоко вдохнув, я сосредоточился на выплавке арматуры. Монотонный процесс затягивал, не требуя такой концентрации, как переработка материала, но объемы взяли своё: спустя пару сотен стальных стержней я почувствовал, что окончательно выжат. — Эй, хватит забирать все лавры себе! — недовольно воскликнул Энджел. — Да, вам стоит закончить на сегодня, сэр. Спасибо за вашу помощь. Мы займемся арматурой. Вы и так проделали огромную работу. Они были правы. Мне необходимо отдохнуть. Вдохновленный победой над Адамом, я слишком переоценил свои силы. Я не стал больше спорить. Все взяли по несколько прутьев и начали размещать их на ещё не застывшем бетоне. Вэгги, взлетев, направляла ребят. Кажется, вчерашняя битва воодушевила не только меня: я впервые увидел, чтобы избранница Чарли использовала свои крылья. Я принялся застегивать манжеты рубашки. Ощутив на себе чужое внимание, я обернулся к Чарли и попытался улыбнуться, но дочь поспешно уткнулась в чертежи. Стало неловко. Я хотел подойти к ней, но встретился глазами с Аластором. В них сквозила горькая злоба. Он не сводил с меня тяжелого взгляда, словно моё присутствие было личным, невыносимым оскорблением всей его сути. Радиодемон сидел безупречно прямо, но его тень была неестественно сгорблена. Вина и страх липким холодом проползли по спине. Мое лицо залилось золотистым румянцем; не в силах больше выносить этот взгляд, я поспешил открыть портал в свое поместье. Миновав вход, я оказался прямо в спальне. Вэгги с Хаском были правы: пока фундамент застывал, я мог отдохнуть. Работа подождет до завтра. Верный дворецкий тут же появился рядом. — А… Подай что-нибудь… я скоро спущусь в столовую. — ссутулившись, вяло пробормотал я. Морт скрылся за дверью. Я рухнул на кровать, не в силах пошевелиться. Повернувшись на бок, я стал обдумывать сегодняшний день. Кажется, не только Адам растерял свою форму. Необходимость держать лицо высасывала больше сил, чем сама стройка. Но мне становилось легче от неловких комментариев Энджела, от низкого баса Хаска, или от молчаливой помощи Вэгги. Даже вид безумной Ниффти теперь не вызывал беспокойства. Я улыбался как ребенок. Аластор же… Чарли… Грудь сдавило при воспоминаниях об их оживленной беседе. Я стал часто дышать, пытаясь прогнать это чувство ненужности и беспомощности. Чарли была просто занята. А я устал. Эти дни слишком измотали меня. Поэтому я так остро реагирую на всё.

***

На второй день стройки я решил не торопиться в отель, а как следует выспаться. Мне нужно было восстановиться, а фундаменту — просохнуть. Проснувшись к обеду, я увидел, что ещё вчера мне писала Чарли. “Привет! Ты так быстро ушел, что мы не успели попрощаться. Спасибо тебе за помощь! Я закончила с планами этажей.” “О, привет, прости, я вчера слишком устал, и не заметил, что ты писала.“ “Это отлично! Значит, сегодня займемся стенами!” - воодушевленно добавил я. Чарли тут же ответила: “Так ты сегодня тоже придешь?” Это сообщение насторожило меня. Неужели, она думала, что я вот так всё брошу? Я немного расстроился, не зная, что ей ответить. Собравшись с мыслями, я начал набирать. “Конечно! Нам ещё многое предстоит сделать! Ты уже решила, где будут размещены мои покои? 🧐” Спустя минуту экран ожил — пришел стикер со смеющимся медведем. Не совсем прямое «да», но этот виртуальный жест заставил меня приободриться. Вскочив с кровати, я начал лихорадочно приводить себя в порядок. Едва тарелки с завтраком опустели, я размашистым жестом открыл портал прямо из столовой. Дочь уже ждала у застывшего фундамента, сжимая охапку свернутых чертежей. Энджел, Черри, Вэгги и Ниффти облепили бетонный монолит, а Хаск замер неподалеку, сложив руки на груди. Услышав хлопок закрывающегося портала, Чарли резко обернулась. — Папа, привет! Ты пришел! От её сияющего вида на душе стало тепло. Энджел замахал всеми четырьмя руками, вторя её восторгу. — Куда же я денусь? — я подошел ближе. — Готовы к следующему этапу? Пора возводить внешние стены. Чарли, ты уже прикинула, где будут проемы? — Да, да, сейчас! — она зашуршала бумагами, лихорадочно разыскивая нужный лист. В моих пальцах материализовалась упаковка с увесистыми мелками. Я перебросил их ей. — Наметь границы для окон и входа. Схватив коробочку, она тут же взобралась на фундамент. Работа закипела: сверяясь с планом, Чарли сосредоточенно выводила на сером монолите красочные линии. Пока Вэгги ассистировала с замерами, я просто любовался тем, как из пустоты рождаются контуры будущего холла. — Есть! — дочь поднялась на ноги, машинально вытирая ладони о штаны. — Тут — парадный вход, а здесь — панорамные окна. Хочу, чтобы внутри всегда было много света. — Прекрасно! — я бодро засучил рукава. Воздух вокруг нас загустел, и из золотистых искр на землю с тяжелым лязгом начали опускаться массивные стальные щиты опалубки. Рядом с ними материализовались деревянные короба — те самые «пустоты», которые нужно было закрепить между металлическими стенками, чтобы бетон обтек их, оставив место для окон. — Опять тяжести таскать? — Энджел Даст картинно вздохнул, потягиваясь всеми руками. — Хаски, ты готов к спа-процедурам с железками? — Заткнись и бери щит, — буркнул Хаск, уже хватаясь за край металлической панели. Увлекшись созданием таких простых вещей, я даже и не подумал о том, насколько может быть сложно их установить. Я приготовился поднять первую секцию магией, как вдруг тени у моих ног начали неестественно удлиняться и дрожать. Из чернильных пятен, без единого звука, выросли коротенькие фигуры с рваными краями и пустыми глазницами. Тени Аластора. Они замерли в нелепых поклонах, и по площадке пронесся едва уловимый шепот радиопомех. Нахмурившись, я обернулся. В нескольких метрах от нас стоял сам радиодемон. Ну куда же без него… Он опирался на микрофон, и хотя его улыбка была безупречной, я заметил, как пальцы слишком крепко сжимали корпус. Он зловеще посмотрел мне в глаза, смакуя мою неловкость. — Вижу, строительство идет полным ходом. Я решил, что моим теням пойдет на пользу немного… физического труда. — О, Аластор! — Чарли просияла, и в этих словах было столько искренней благодарности, от которой у меня внутри что-то болезненно сжалось. — Ты как раз вовремя! Нам нужно установить все эти… огромные штуки для заливки стен. Я ничего не ответил, лишь молча подхватил золотистым лучом тяжелый стальной щит. Работа закипела. Это было похоже на создание гигантского «сэндвича». Вдоль линий, которые Чарли начертила мелком, мы выставляли внешние щиты опалубки. Тени Аластора действовали пугающе слаженно: они не нуждались в командах. Пока Хаск и Энджел с кряхтением тащили одну секцию, пара теней бесшумно проскальзывала мимо них, удерживая на своих маленьких ручках сразу три. Они выстраивали стальную стену параллельно вчерашней арматуре, оставляя между ними узкое пространство в тридцать сантиметров. — Так, а теперь окна! — скомандовала Вэгги, координируя действия Черри Бомб. Настал черед ювелирной точности. Мы начали помещать оконные короба прямиком в узкие стальные проемы. — Нужно закрепить конструкцию намертво! — Чарли металась по разным сторонам, подбадривая работников. — Если при заливке случится перекос, окна встанут криво! Я вплотную занялся распорками внутри деревянных рам. Дело требовало предельной концентрации: нужно было втиснуть короб между прутьями арматуры так, чтобы он плотно прилегал к стальным щитам опалубки. Тени Аластора тут же оказывались рядом, их ловкие руки затягивали болты на креплениях с такой скоростью, что я едва успевал следить за отсутствием перекосов. Внезапно воздух вокруг загустел, а за моей спиной раздался знакомый треск статики. Аластор подошел почти вплотную, остановившись у самого края фундамента. Я не оборачивался, но краем глаза заметил его. Фигура радиодемона застыла за моей спиной безупречно ровной статуей, однако его сгорбленная тень на бетоне содрогалась, будто бы пытаясь отдышаться. Молчание затягивалось, становясь тяжелее любого язвительного замечания. Я обернулся, почувствовав, что за мной наблюдают. Чарли стояла совсем рядом, нерешительно прижимая к груди рулоны чертежей. Дочь смотрела на нас двоих с такой щемящей тревогой, что мне на секунду стало трудно дышать. Переживала ли она, что мы снова начнем крушить ещё недостроенный отель? Или же боялась, что я вот-вот исчезну? — Всё готово для заливки северной стороны! — выкрикнула Вэгги, прерывая это затянувшееся молчание. — Вэгги, помоги здесь! — скомандовал я, поднимаясь в небо. Сверху процесс шел куда легче. К тому же, это был законный способ сбежать от присутствия этого оленя и занять мысли делом. Передо мной стоял замкнутый стальной контур, внутри которого пряталась арматура и деревянные пустоты будущих окон. Это пространство только и ждало момента, когда я заполню его смесью. Я устало выдохнул. Работы было ещё много. Багровое светило кольца Гордыни поугасло: приближалась ночь. Прервав мой созидательный транс, Аластор заставил меня ощутить всю тяжесть накопившейся за день усталости. Но хотя бы это мы должны были залить сегодня. Я принялся медленно наполнять бетонной массой первую часть каркаса. Закончив, я увидел, что все стоят, наблюдая за моей работой. — Всё уже готово под заливку! — радостно прокричала Чарли Я вяло улыбнулся ей, а затем опустился рядом, сев прямо на землю. — Сейчас всё зальем. Осталось чуть-чуть на сегодня. — ответил я, тяжело дыша. — Ну и видок, коротышка, — Энджел подошел ближе, опираясь верхней парой рук на свои бедра. — А тебе даже идет этот «бомж-стайл». Сразу видно — работал, а не просто руками махал. Он хохотнул, но во взгляде не ощущалось злобы или насмешки. Это была его форма признания. Он видел, что король Ада работал рядом с ними, а не просто красовался. — Я передам это своему портному! — усмехнулся я. — Папа… — Чарли сделала шаг вперед, но замерла, увидев мои дрожащие от изнеможения крылья. В её взгляде читалась щемящая нежность и то самое колючее беспокойство. — Мы можем продолжить завтра. Не стоит так… изводить себя, — тихо произнесла она. — Всё в норме, Чарли. Просто дай мне перевести дух. Раздался шорох. Все обернулись на запыхавшуюся Ниффти. Она с победным хихиканьем водрузила на бетон перед нами ярко-красный холодильник. Стоило ей откинуть крышку, как в багровый воздух вырвалось облако морозного пара. Внутри, в глубоком слое колотого льда, блестели яркие бока жестяных банок. Все тут же накинулись на напитки. Чарли вытащила пару бутылочек и присела рядом, протягивая одну мне. Когда наши взгляды встретились, на её лице наконец появилась мягкая улыбка. Я взял банку и открыл её. — Спасибо за всё. Без тебя мы бы потратили недели на это. — Ради этой улыбки и таких слов, — я ласково ущипнул её за щеку, вызывая короткий смешок, — я готов на что угодно. — Еееей! — все вытянули вперед свои баночки, чокаясь после плодотворного дня. Сделав глоток, я расслабленно выдохнул. Холодный напиток бодрил приятной сладостью. — А разве ты не можешь взмахом руки поставить сразу стены, крышу и всё прочее? — поинтересовалась Черри. — Нет. Тогда малейшая ошибка приведет к тому, что придется начинать всё сначала. — ответил я и, усмехнувшись, добавил, — Я уже так пробовал. Меня окружил запах мокрого мха. Я невольно вздрогнул. Аластор стоял всего в паре метров от нас, опершись на свой изувеченный микрофон. Он не произнес ни слова, но его изломанная, сутулая тень на свежем фундаменте извивалась, будто жила совсем другой жизнью. На мое удивление, в его взгляде, устремленном на нас, не было торжества или яда. В сгущающихся сумерках его застывшая улыбка казалась пугающе нормальной — лишенной привычного оскала радиодемона. Будто бы он не насмехался над этой идиллией, а завороженно, почти по-человечески, наблюдал за ней из своей темноты. Это безмолвное созерцание пугало сильнее любой грубости. Не в силах выносить это, я поспешил взмыть в воздух, стараясь стряхнуть с себя щемящую жалость, которую вызвал этот неожиданно мирный взгляд радиодемона. Я стал заливать оставшиеся стены. Желание закончить побыстрее подпитывало мою решимость. Прохладный ночной ветер остужал кожу, немного прочищая мысли от странного наваждения. Я завис над последней секцией южной стены. Руки дрожали так сильно, что магия вырывалась короткими, неровными вспышками, но я не мог позволить себе упасть снова. Не перед ним. Я направил последний поток бетона в стальной зев опалубки. Тяжелая масса с гулким чавканьем заполнила пустоты, вытесняя воздух и окончательно запечатывая армированный «скелет» будущего здания. — Всё! — торжественно крикнул я. Я видел, как Чарли радостно обняла Вэгги, как Энджел потянулся, явно мечтая о ванне. Они выглядели настоящей командой. Чарли помахала мне рукой, призывая спуститься, но мой взгляд упал на рядом стоявшего Аластора. Он смотрел на меня, и его лицо, лишенное привычного напряжения всего минуту назад, теперь буквально исказилось от ярости. Я смутился, чувствуя как кровь прилила к щекам. — Я... ухожу! — бросил я, открывая портал прямо в воздухе. — Стены должны схватиться. Увидимся завтра! Я шагнул в сияющий круг, не дожидаясь ответа. Последнее, что я успел заметить перед тем, как портал схлопнулся — это как Аластор смотрел мне прямо вслед. И на его губах снова играла та самая, привычная улыбка. Я почувствовал себя трусом, который бежит от одного единственного взгляда радиодемона. Дома, в тишине спальни, я просто рухнул на ковер, даже не дойдя до кровати. Привычные стены успокаивали, давая время переварить произошедшее. Немного отлежавшись, я всё же заставил себя сбросить грязные вещи и зарыться в мягкую постель, мгновенно проваливаясь в сон.