ты больше чем творчество

                              The Neighbourhood-You Get Me So High 

Утро Нишимуры трудно было назвать хорошим или хотя бы нормальным. В ушах звенела очередная ссора родни, доносившаяся откуда-то из зала. Японцу было не впервой выслушивать их вечную ругань. Семьи не было уже давно — был лишь брак, державшийся на сыне и терпении матери, которая вечно выгораживала отца. Тошнота вперемешку с отвращением потихоньку подкатывала к горлу. Сказать, что парень безумно ненавидел этот чёртов дом и людей, а точнее — монстров, что в нём находились, — значит ничего не сказать. Состояние не радовало, а флешбэки от последнего столкновения с родителями добавляли ко всей этой мерзости ещё и глухую агрессию.

***

«— Но папа! Мне нравится этим заниматься, отстань уже от меня!» — говорил Рики. Глаза назло слезились, а голос ломался, обжигая горло. «— Чем нравится тебе увлекаться? Пидорским занятием? Больше никаких тренировок, никаких танцев!» — кричал разъярённый отец, срываясь на рык, словно зверь на добычу.  «—Да ты уже выглядишь как пидрила! Что это за волосы, серёжки в ушах? Ещё раз увижу — повырываю, ублюдок!» Чудовищный отец бросал колкие слова, после чего со всей силы влепил сыну звонкую, крепкую пощёчину. Рики, держась за щёку, на которой уже вырисовывалась красная отметина от удара, смотрел на мать. Она стояла за плечом отца, лишь периодически поглядывая на их перепалку. — Почему ты никогда ничего ему не говоришь?.. — спросил сын, и предательски горячая слеза скатывалась по его щеке. Мать лишь молча стояла, так и не ответив на вопрос. — Да пошли вы! Ненавижу вас! — это было последнее, что выкрикнул парень дрожащим голосом, на ходу вытирая дорожки слёз. Захлопнув дверь, он ушёл из дома. Долго думал, где переночевать, но в итоге пошёл к единственному и никогда не подводящему варианту — Джею. Позже он всё же вернулся домой, но с родителями больше не контактировал. Они лишь изредка перекидывались немыми, недовольными взглядами. Танцы всё-таки пришлось бросить, но японец нашёл выход из ситуации, заменив хобби, которым он горел, на скейтбординг, что тоже пришелся ему по душе.

***

Сону находился в своей комнате, начиная с раннего утра, он творил за мольбертом. Каждый мазок кисточкой ощущался как глоток свежего воздуха летней ночью. Более того, его искусство выходило ярким и одушевлённым. От процесса его оторвала мысль о новом знакомом и вопрос: «Почему он не написал мне вчера?» Не успел он развить эту мысль, как телефон художника завибрировал. Появилась надежда на то, что это был человек, о котором он думал в данный момент. Но, подняв телефон экраном вверх, он увидел сообщение от контакта: «Чонвон-кошак». [Чат: Чонвон-кошак] Чонвон-кошак: Сону-я-я, как дела? Как ты? Сону: Привет, Вони, Всё в порядке. А ты там чего?? Прости, что не написал вчера, был немного занят. Кстати, об этом, мы можем встретиться? Я обещал рассказать тебе обо всём и просто прогуляться Чонвон-кошак: У меня всё отлично. Конечно! Через час на нашей лавочке, идёт? Сону: По рукам. До встречи, кошак Отложив телефон, Ким ещё немного доработал свою картину и принялся убирать за собой творческий беспорядок в комнате. Так как встреча с другом должна была состояться через час, Сону решил заранее собрать сумку и выбрать образ. Поскольку погода сегодня была не слишком жаркой и утомляющей, выбор пал на тёмно-синее поло и чёрные широкие джинсы. Обувь долго выбирать не пришлось, ведь у темноволосого было всего две пары,  те самые поношенные закастомленные конверсы и совсем новые, ещё не тронутые вансы. Сегодня художник решил выйти не в таких выделяющихся кедах, поэтому остановил взгляд на вансах — тех, что в дальнейшем он планировал тоже разрисовать в своём стиле. Время близилось к выходу. Так что парень не стал медлить и уже через пару минут выбрался из дома, направляясь к назначенному месту встречи. Чонвон не заставил долго ждать своего друга, и спустя пять минут после того, как Сону прибыл к их месту, он явился там же. Ким крепко обнял товарища, дав тому понять, что скучал, пока они долгое время не виделись из-за каких-то своих дел и учёбы. Ян так же крепко обнимал его в ответ, покачиваясь из стороны в сторону. Всё же отцепившись друг от друга, они держали путь в любимую кафешку, в которой раньше зависали на постоянной основе. Там была уютная атмосфера, да и еда — просто пальчики оближешь, что можно сказать и о напитках тоже. Дверь в кафе распахнулась. Парни зашли в помещение и заняли ближайший столик, начиная разглядывать меню, выбирая, что можно заказать. Сону, уже не на удивление, заказал своё любимое мороженое со вкусом мятного шоколада, а Чонвон, вовсе не понимая его вкуса, заказал просто шоколадное. — Боже мой, как ты эту гадость ешь? — сморщившись, сказал Ян, смотря на друга. Юноша лишь сложил руки на груди, цокнул и закатил глаза на недовольства о его вкусах и предпочтениях. Всё время, пока они ждали заказ, художник разглядывал все углы кафе, ведь и говорить никто из них первым, видимо, не собирался. Сону быстро метнулся взглядом с места, где была вся заварушка с работниками, что кашеварили напитки и делали десерты, в другое, но потом так же быстро вернулся туда взглядом, округлив глаза по пять копеек. Встряхнул головой, пытаясь понять только что увиденное. За стойкой стоял не кто иной, как его новый знакомый. «Нишимура Рики, можно просто Ни-ки» — пронеслось воспоминание в голове у юноши, а затем это воспоминание перекрыл вопрос «А он тут что делает?.. Не знал, что он работает здесь, чёрт...» Из запутанного клубка мыслей в голове Кима вытянул его друг, сидевший напротив, вопросительно поглядывая на парня. — Ты чего такой? И о чём хотел поговорить, кстати? — спросил Ян, дожидаясь ответа и постукивая указательным пальцем по столу. Сону протяжно вздохнул и вскинул голову на скейтера, что на данный момент был баристой. Чонвон посмотрел в сторону работника, а затем вернул свой взгляд на друга, ещё вопросительней на него посмотрев. — О нём и хотел поговорить... — ответил Ким, устало потирая глаза рукой. Чонвон всё так же не понимал ничего и ждал объяснений всех странностей от своего друга. На лице буквально было написано «Че?..» — Давай дождемся заказа, поедим, пулей вылетим отсюда, и я всё расскажу, окей? И не нужно так смотреть на меня! — вымолвил парень, полностью замечая реакцию, написанную на лице друга. Через пару минут, как и говорилось, они вылетели из кафе после небольшого перекуса, как пробка из-под шампанского. Добравшись до своей лавочки, они присели. А Сону, сделав глубокий вдох, подготовился объясняться от и до, закрывая, так сказать, все сюжетные дыры и тропы. — Тот парень... можно считать, мой новый знакомый. Я частенько за ним наблюдал и поглядывал со стороны, но лично узнал его только вчера вечером, — начал рассказ художник. — Понравился, что ли? — ответил друг и слегка засмеялся, ведь нашёл чем подколоть. В ответ Сону лишь отвесил ему несильный подзатыльник, недовольно глядя на нагло заливающегося смехом друга. — Да ладно тебе, чего сразу руками махать? Может, расскажешь подробнее? Иначе мой вопрос так и останется актуальным, — сказал парень с кошачьим разрезом глаз, выжидая ответов от Сону, который явно дулся. — Ты ведь знаешь о моих походах на парковку? Там я его и встретил. Я честно ни за кем не следил и никого не выжидал, просто одной ночью захотелось выйти туда, ведь именно там и берется вдохновение для моих работ. А потом я услышал грохот колёс по асфальту. Он скейтер и, между прочим, замечательно катается! Он на доске — как рыба в воде, клянусь. Но, знаешь, этот парень казался мне странным и до сих пор кажется, но не в плохом смысле... Он словно загадка, которую хочется разгадать. Ребус, к которому так и тянутся руки, чтобы решить. Я хочу узнать его поближе... Ян внимательно вслушивался в каждое слово, постепенно вникая в суть, но вопросы всё ещё оставались. — И получается, вы несколько дней подряд сталкивались в одно время и в одном месте? — спросил Чонвон. — Именно так... — ответил Сону. — И как вы лично познакомились тогда? — спросил юноша, явно заинтересованный тем, что ему ответят. После небольшой паузы перед довольно тяжёлой темой художник продолжил: — «Знакомство под принуждением обстоятельств и судьбы»... Может, ты заметил его впалые щёки, бледность и синяки под глазами? Он, как я понял, не ест. На последней встрече он, как обычно, катал на парковке, но свалился в голодный обморок. Я помог и, возможно, даже спас ему жизнь. Так и познакомились. — Так у него... — не успел Ян спросить, как друг заткнув жестом прервал его, намекая не продолжать. — Не делай выводов и не ставь ему диагнозы раньше времени, не зная всей ситуации... Как только я разберусь и если побольше узнаю, мы обязательно это обсудим, — сказал юноша, явно испытывая уважение к своему новому знакомому. — Ладно... — ответил Чонвон, закатив глаза на небольшую лекцию и нравоучения от друга. — Просто... в нём есть то, чего незаметно в других. Не знаю, как это объяснить, — задумчиво проговорил Ким. — Я понял тебя. И так уж и быть, поверю в то, что у тебя получится вытащить всех скелетов из его шкафа и узнать, в чём таится его необычность и отличие от остальных, — усмехнувшись, вымолвил парень, несильно стукнув кулаком в плечо друга в знак поддержки. — Спасибо, — ответил юноша, так же усмехаясь в ответ и принимая жест поддержки. После этой долгожданной встречи и такого диалога, друзья принимают решение разойтись по домам, на улице вечерело и холодало, так что ничего с этим не сделаешь. Парни обнялись на прощание так же как и при встрече, перекинулись ещё парочкой фраз и направились по своим дорогам и сторонам.

***

Нишимура ехал домой после отработанной и тяжёлой смены. Волосы извивались в потоке свежего летнего воздуха, а голова потихоньку выветривалась от ненужных мыслей, но некоторые всё же оставались. Рики раздумывал о своём новом знакомом, которого также видел сегодня за столиком в кафе, в котором он подрабатывает. Возможно, парню даже было стыдно за то, что произошло, ведь он даже не отблагодарил художника, который, возможно, спас ему жизнь. Конечно, это был не первый голодный обморок, но не при таких обстоятельствах же — чёрт знает, что могло с ним случиться, если бы того не было рядом в тот момент. Среди раздумий скейтера просочилось и воспоминание о номере, что парень напоследок оставил ему. Вспомнив об этом, Нишимура прибавил скорость на доске, разгоняясь сильнее, чтобы быстрее вернуться домой. Ведь номер, написанный на листочке новым знакомым, находился прямиком в худи, которое парень ещё вчера закинул в стирку.  Открывая входную дверь, он забегает в ванную и подлетает к стиральной машине. Найдя кофту, он начал шариться по карманам в поиске листочка. И, слава богу, он не проебал его где-то по дороге той ночью. Юноша поднялся в свою комнату, положив номер на тумбочку. «А стоит ли вообще ему писать?» — пронеслось эхом в голове у Рики. Чтобы отвлечься, он решил не забивать себе голову этим в данный момент и отложил свой ближайший план о переписке с не кем иным, как Ким Сону. На дворе глубокая ночь. Парень ворочается в кровати, мысли не дают ему покоя и спокойного сна. «Ну не могу же я просто так равнодушно это оставить. Стоит хотя бы извиниться за произошедшее и поблагодарить, наверное...» Не вытерпев потока в голове и угрызения совести, Нишимура берёт телефон с тумбочки и вводит номер парня, заходя в новый чат и набирая сообщение. [Чат: Sunoo] Ni-ki: — Привет, извини, что пишу поздно, но я не мог оставаться равнодушным к ситуации, что произошла на днях. Мне бы хотелось извиниться перед тобой, поговорить обо всём и отблагодарить. Будь добр, мы сможем встретиться днём? Скейтер набрал сообщение трясущимися руками, так же быстро отложил телефон и лёг дальше ворочаться в кровати от потока мыслей. Парень понял, что ответа можно было и не дожидаться, ведь Сону уже видит десятый сон по счёту. Рики уже надумывал удалить сообщение, но всё же не стал, через некоторое время всё-таки уснув ближе к утру. Какая реакция ждёт Кима с просони— неизвестно, но обязательно узнается позже...