Тишина, которая болит

– Тебе нравится? – О чем ты? – О том, что ты сделал со своим сыном. Тебе нравится, отец? – Итачи, прекрати. У меня нет времени, сил и желания с тобой об этом говорить снова. – Прошло два года с ее смерти. Если бы не ты, Саске был бы адекватным человеком. Если бы не ты, мама бы не умерла. Если бы не ты, мы бы жили намного счастливее... – Я сказал прекратить! Почему ты никогда не думал, что я хотел сделать для твоего брата как можно лучше. Тебе легче считать меня монстром и виноватым во всех бедах, но я никогда не желал сделать ему плохо. Или тебе. Микото. Себе. Я всегда хотел жить, как живет Саске: не чувствовать никаких эмоций и чувств, и считал, что так лучше. Итачи подумал, и все же решился просить: – Почему?

***

"Почему ради того, чтобы доказать какому-то выскочке, что я не такой уж и тупой, я должен сидеть и читать эту нудную хрень? Почему не могу забить и лечь спать?" – на часах полночь, а Наруто не может себе позволить лечь и наконец поспать: сегодня он решил взять в университетской библиотеке книгу о диссоциативном расстройстве идентичности, чтобы блеснуть своими знаниями перед Учихой. Блондина раздражало, что Саске считается его какой-то бездарностью, лишь мешающей букашкой, и Узумаки не собирался смиряться с этим. Он читал уже как час, зевки шли какой-то серией, а веки стали будто железными створками, что стремились закрыться перед глазами и погрузить Наруто в сладкое царство Морфея. Но парень не сдавался, а лишь упорнее старался вчитываться и вдумываться в каждое слово и откладывать его в своей голове. Вот сдалось же ему это. Почему-то потребность показать своему напарнику, что он лучше, чем кажется, была сильнее его огромного желания забить на все и сдаться в плен сна. Не то, чтобы его волновало мнение Учихи. Не то, чтобы ему не все равно на Саске. Просто... Он хотел помочь пациенту, а извинения брюнета по поводу того, что тот сомневался в уме и гениальности Наруто были лишь бонусом ко всему этому! Да, именно так! Так, еще страничек 10 и можно спать...

***

– Узумаки, клянусь, я скоро окончательно сойду с ума и сама стану пациентом этой психушки к чертовой матери! – как только блондин зашел в больницу, его встретила Сакура и бросилась к тому в объятья в поиске поддержки и утешения. – Подруга, что уже случилось? – Да меня все достало! Этот вечно мрачный и молчаливый Гаара, которому и самому бы не помешало полечить свою голову в этой дурке: он за весь месяц и слова мне не сказал, представляешь! Да и у меня рядом с ним сразу включается даже несуществующий инстинкт самосохранения: как только он заходит в наш кабинет, у меня мурашки по коже от его невидимой зловещей ауры. Когда я получаю приветствующий кивок от него, мне хочется вжаться в несчастный стул или вообще исчезнуть куда-то подальше от больницы на километров так десять минимум. А этот Хидан! Он еще хуже. Черт возьми, этот его верующий фанатизм скоро и меня заставит поверить в его непонятного Бога, которому нужна еда в виде голов людей. Я, которая не особо-то и верю в христианство, перед дверью его палаты судорожно перекрещиваюсь на всякий случай. Одним словом, у меня и псих ужасный, и такой же сидит в кабинете. Я просто смеряю стрелки часов нервным взглядом, дожидаясь момента, когда Гаара пойдет к пациенту. Эти полтора часа лучшие за день, и мне кажется, что только в течение их я перестаю напрягать каждую свою мышцу. – Все равно Хатаке не согласится поменять пары... А так, мне бы очень хотелось работать с тобой, а Гаару мы бы послали к себе подобному Учихе. Крутая была бы идея, если бы не изначально провалившаяся, – с грустью выдохнул Наруто и отпустил из своих рук отстранившуюся Харуно. – А еще лучше было бы поменять Гаару и Саске местами! Знаешь, как я тебе завидую: ты так много времени проводишь с Учихой... Везунчик! Это было бы моей идеальной возможностью ненавязчиво и "случайно" сблизиться с Саске. Узумаки, почему наши мечты никогда не сбываются? – То есть... Тебе что, нравится Учиха? – Наруто поднял брови от своего удивления и... внезапной вспышки чего? Агрессии? – Наруто, ты дурак? А кому он не нравится! Мы с девочками боремся за его внимание уже 5 год, а он ни в какую! Каким бы он был хорошим и верным парнем... – замечталась розоволосая. – Ладно, Сакура, я пойду, а то у меня еще много дел. Удачи тебе! – не смотря на девушку, быстро проговорил блондин и поспешил к своему кабинету. Боже, что на него нашло? Ну да, конечно, можно было и самому догадаться, что Харуно нравится Учиха. Это ведь как сложить 2+2. Они всегда "невзначай" проходили мимо аудитории, где у группы брюнета приходила какая-нибудь лекция, а позже на парах активно о чем-то шептались. Ну конечно, Наруто... Глупо было предполагать, что такой, как блондин, смог бы очаровать Сакуру. Болван, она же всегда тебя отшивала и не соглашалась ни на какие свидания, о чем ты думал? Хотя Узумаки бросил свои попытки добиться Харуно еще на 3 курсе, он все равно злился. А может... злость была не совсем на влюбленность подруги к Учихе? Точнее, да, определенно на нее, но в другом смысле. Будто блондин ревновал не Сакуру к Саске, а наоборот... Господи, о чем он думает?! Тьфу, никогда! Это была просто навязчивая мысль и не более! Просто предположил, просто придумал! Он бы ни за что не ревновал, если бы черные волосы Учихи гладили нежные руки Сакуры; если бы глубокие черные глаза смотрели не в его голубые, а в изумрудные; если бы тонкие бледные губы... Что? Черт! Херня это все! Да никогда бы в жизни! – Узумаки, у тебя все в порядке? – прервал назойливые мысли блондина знакомый голос, и Наруто, открыв глаза, понял, что стоит посреди коридора, держа свои ладони на висках, а глаза закрытыми. – Голова болит, – не поднимая своих глаз, в пол отмахнулся он и пошел в сторону кабинета. – Таблетка? – Учиха, отстань! – все-таки блондин посмотрел в глаза Саске и сразу же пожалел об этом, так как, вспомнив свои мысли минутой ранее, почувствовал, как щеки поалели и теперь ощущались слишком горячими. – Ты не заболел? – брюнет впервые видел такое лицо у своего напарника. – Не заболел. Пошли уже в кабинет. – Как хочешь. Неужели Узумаки клюнул на свою же удочку?

***

Наруто ждал, пока Саске вернется от пациента. Он ведь прочитал полкниги, грех не поумничать перед Учихой! К тому же самое время для написания ежемесячного отчета, который они должны будут показать Какаши. Когда мысли блондина обратно переместились на утренний инцидент, он уже начинал снова заливаться краской от этого, дверь в кабинет открылась и явила Саске. – Ну что, Учиха, давай писать отчет по Нагато за месяц. – Этим я и собирался заняться сейчас. – В смысле ты? Я так-то тоже принимаю в этом участие. – Потому что ты ничего не знаешь о психиатрии, а единственное, что может быть ты напишешь, так это "Нагато крутой и веселый, у него классные красные волосы". Сразу тебе скажу, что это вообще не подходит для отчета, поэтому можешь прилечь на койку и вздремнуть, твоей помощи мне не понадобиться. – Ты издеваешься?! Да пошел ты и "твой" отчет куда подальше, нахер мне вы не нужны! – Наруто взбесился, и сразу пропало желание что-то доказывать этому ублюдку, поэтому он уже было подскочил со стула и рванул прочь из кабинета, но его удержали за руку. – Хорошо, мы будем вместе писать отчет. И... извини? – голос брюнета в конце стал настолько неуверенным, что Наруто тут же стало стыдно за свою внезапную вспышку агрессии. – Ладно, пойдем. Только учти, что еще раз ты будешь намекать на мою тупость, я не только встану и уйду, но и до этого успею поставить на твоем лице какой-нибудь красивый синяк, – усмирил свой пыл блондин, однако решил чуть поугражать этому кретину. – Почему ты мне не рассказывал, что вторая личность Нагато все-таки заговорила? Пейн... Интересно, у него даже имя есть. Он, получается, сам себе его придумал? Нагато не знает о его существовании? – Наруто был удивлен таким течением дел, а еще больше тем, что Саске даже не удосужился рассказать ему об этом. – Не знаю. Не было повода. В любом случае, после того раза он, как и обещал, больше не разговаривал со мной. – Зачем ты тогда к нему ходишь? От этого же толку, как я понимаю, никакого. Или... А, ты думаешь, что таким методом Пейн скоро привыкнет к тебе и все же откроет свой наглый рот. Умно! – Именно. Не могу сказать, сработает ли это в итоге, но сдаваться я пока не планирую. Хуже от этого точно не будет, поэтому пока придерживаюсь такой тактики. – Слушай, может все-таки рассказать Нагато о его второй личности? Они могут написать друг другу что-то по типу письма, где пообщаются. Либо они могут завести блокнот, где также будут разговаривать. Я уверен, что Нагато захочет пообщаться, но что насчет Пейна... Жаль Нагато из-за его трагичной судьбы, но он, наверное, должен узнать правду о своей жизни, если все же его вторая личность решится ему рассказать весь тот ад, который происходил на самом деле. – Кстати, хорошая идея. Можно попробовать. В целом, таким образом они даже смогут уравняться. – А я о чем! Видишь, какой я гениальный, – не мог не похвалить себя Узумаки: он знал, что не зря не спал полночи, читая эту дурацкую – ладно, возможно не такую уж и дурацкую – книжку. Вдруг Саске замолк, и Наруто это насторожило: – Эу, все нормально? – Я думал... Молодец. Ты. Молодец, – брюнет чувствовал, что щеки начинают закипать аналогично с тем, как это было несколькими неделями ранее. Опять, что ли, жарко... А Узумаки был в шоке. Полном. Ему не послышалось? Учиха только что назвал его молодцом? Остановите землю, он сойдет... Они долгое время смотрели друг другу в глаза, будто видят друг друга впервые. Контрастность картины не оставила бы никого равнодушным: две противоположности – светлые голубые глаза, напоминающие бушующее море, летнее ясное небо, два очаровательных василька, и глубокие черные – пленяющие, с обсидиановой синевой, как космос, чернила – смотрят друг на друга и не отрываются, ни на что не отвлекаются. По всему телу разливался какой-то странный жар. Сахара – именно так парни могли описать помещение кабинета, ссылаясь на слишком высокую температуру воздуха в нем. Будто от этого скоро начнут плавятся хлипкие стены. Окна, казалось, не выдержат этого напряжения и смятения, завязавшихся между двумя студентами. Это могло бы длиться вечность, и они не могли сказать, что не согласны на это, однако... – Эй, Узумаки! Уже пора идти как 10 минут, а ты все задерживаешься, хотя до этого больше всех стремился свалить отсюда как можно быстрее. Что ты... – дверь явила перед ними Кибу, который начал было отчитывать своего друга, однако резко ощутил на себе какие-то странные, невещающие ничего хорошего взгляды. – Учиха, и тебе привет! Отпустишь моего друга, не? – Инузука, замолчи. Иду уже, иду. Ладно, Саске, удачи, – Наруто поспешил удалиться из кабинета: неловкость накрыла его с головой, и он даже не успел услышать протяжный вздох брюнета. Он разочарован? Это так у нормальных людей называется?

***

– Ты меня так сильно напугал! Я уже было подумал, что ты ему уж слишком сильно надоел, поэтому он убил тебя, расчленил и съел на ужин. Знаешь, мало ли голодным был, а тут ты как мешающая букашка перед глазами маячишь, легко мог спровоцировать... – Не выдумай, – чуть раздраженно ответил Узумаки. Они сидели у блондина и выпили уже порядка пяти банок пива: пятница, нужно расслабиться после очередной загруженной недели. – Все возможно, Наруто. Зря ты не остерегаешься: он без пяти минут псих, в курсе? – Да-да, ты еще скажи, что ты как самый отважный и хороший друг защитишь меня от этого кровожадного монстра или же пожертвуешь собой ради моей сохранности. – Узумаки, я, если что, прекрасно слышу в твоем голосе сарказм. Вот за что ты так со мной, а? Обижаешь... Я натравлю на тебя своих псов, и они быстро с тобой порешают. Поэтому ты бы лишний раз не высказывался так обо мне, подумай над этим, – с наигранной обидой и угрозой проговорил Киба, и они засмеялись. – Слушай, а если серьезно, как тебе работается с Учихой? Я думал, что ты будешь каждый день нам высказывать, какой он скучный, высокомерный и гадкий, но последние дни ты не ноешь. Что изменилось, друг? Влюбился? Наруто косо глянул на него. Вот дебил... – А у тебя как с Хинатой? Хотя, раз ты ходишь без фингала и со здоровыми костями, могу предположить, что твой "план по захвату Хинаты Хьюги" не сбывается, так как Неджи давно бы тебе накостылял, и наши встречи проходили были не у меня дома, а в реанимации, – решил перевести тему с его самого на Кибу: блондин боялся, что пиво окончательно развяжет его язык, и он что-нибудь ляпнет, жалея потом об этом всю жизнь. – У меня с Хинатой... План еще в разработке, требует изменений и находится только на начальном этапе! Но знаешь, я походу реально влюбился. Она такая красивая, умная, скромная и милая, и мне совсем плевать на ее конченого брата... Так, ты не ответил на мой вопрос. Вот ублюдок же, а! Думал, если метнуть стрелки на меня, то убежишь от разговора об Учихе, значит. А вот и нет, давай, колись, – Инузука все же заподозрил неладное – странно, ведь он и так не особо одаренный умом, а тут на его разум еще хуже воздействует алкоголь. – Да что ты заладил с этим Учихой. Ничего не произошло, просто я уже привык, от этого и не жалуюсь, – этанол еще не успел слишком сильно захватить его мозг, поэтому Узумаки сумел сдержаться и спокойно соврать другу. – А что за сцену я сегодня увидел в вашем кабинете? Просто так красные сидели? Жарко? Да в этой психушке градусов меньше, чем в нашем пиве, даже не смей сейчас оправдываться. А как смотрели друг на друга... – Отстань, – пихнул шатена Наруто и решил вовремя достать приставку: уж она точно сместит фокус друга с Саске на игру. – Плойка! Погнали, сейчас унижу тебя быстренько и лягу довольным спать. – Это мы еще посмотрим, кто кого опустит.

***

*Это было давно. Очень. Еще до момента, как я встретил Микото. На своей первой работе, если быть точнее. Он был безумно красив, молод, харизматичен и борзый. Своим таким поведением он цеплял абсолютно всех, и я не был исключением. Мы встретились случайно. Работали в разных отделах компании, да и они находились в разных корпусах, но так случилось, что один раз мне поручили зайти к нему за неким уточнением по поводу важных бумаг для фирмы. Иногда мне кажется, что это была судьба. Боже, я ведь вообще не верю во всю эту херню, но это абсолютно другое! Это стало моим уроком от Всевышнего, посланием Судьбы, подарок с Небес. Пока он рассказывал о каком-то контракте, я не мог отвести взгляд от его глаз. Синих. Самых красивых. Опьяняющих. В них было то, что не было ни у кого из моего окружения – искры, буря, всевозможные эмоции и чувства. Жизнь. Да, именно жизнь. Настоящая, интересная, искренняя. Позже, как мне казалось, он смотрел также и в мои. Но в них ведь не было ничего. Дыра. Дно. Пустота. А в его взгляде на них читалось, что он думает иначе. В итоге, мы стали друг для друга целым миром. Вселенной. Одной, нашей, единственной. В ней не было никого, кроме меня и его. Мы целовались. Страстно, напористо, но при этом нежно, искренне. Я зарывал свои пальцы в его мягких светлых волосах, в то время как он сжимал свои на моем плече и шее. Это было... Нечто. Неописуемо хорошо, блаженно. Не было мыслей, что это как-то неправильно, дико, грешно. Нет, это была... любовь. Самая настоящая, насколько вообще она таковой может быть. От нее болело сердце, пархали бабочки в животе, сводило с ума голову. Это сравнимо с фейерверками. И то, лишь немного, потому что это, на самом деле, жалкое сравнение нашим чувствам и ощущением. Я готов был на все ради него. Наплевать на мнение глупого общества, отречься от семьи, которые не воспринимали наши отношения и считали их грубой ошибкой и скелетом в шкафу нашего рода. Готов был пойти куда угодно, лишь бы только с ним. Я правда наивно считал, что это продлится вечность. Что это навсегда. Наша любовь – навсегда. Но Судьба снова сыграла свою самую ужасную шутку. Это был совершенно обычный день. Я проснулся на нашей съемной квартире, а его не было. Я удивился, ведь обычно встаю намного раньше его. Сразу заподозрил неладное, но упорно прогонял эти дурные мысли из своей головы. Стол. Записка. Слова. «Забудь меня. Это была ошибка. Не ищи, не звони, оставь НАС в покое. Спасибо за все, но я так больше не могу. Удачи тебе, Фугаку.» Резко разболевшаяся голова. Сердце пропустило удар, а может, и не один. Трясущиеся руки. Слезы, словно по щелчку, пробились градом с глаз. Это шутка? Прикол? Его разыгрывали? Но осознание пришло практически мгновенно. Больше нет ИХ. И никогда больше не будет. Все. Конец.

***

Казалось, что жизнь продолжается, но это было совсем далеко от правды. Это больше похоже на простое существование. Выживание. Придя на работу, Фугаку узнал, что он уволился. Точно решил оборвать все нити. Конечно, он не послушал слова этой чертовой записки: он судорожно пытался дозвониться до него, съездил к его семье, прошелся по тем местам, где он предполагаемо мог находиться. Но его не было. Нигде. Его будто и не существовало больше. Он испарился. Может, это все было сном? Просто хорошим, приятным, необычно долгим... Нет. Эти два года были его жизнью. Смыслом этой жизни. Но она так внезапно обрушилась, что он не мог и не хотел это принимать. Были моменты просветления и ясных мыслей, но они отдавали лишь глухой болью в сердце и очередным морем слез. Разве могло все так резко закончиться?

***

От своих коллег он вскоре узнал, что его любовь женилась. На какой-то "красноволосой красавице, очаровательной девице". Они были так рады за него. А он нет. В его крови сразу поселился новый элемент: ненависть. К нему. К этой девушке. К жизни. К Судьбе. К себе, в конце концов. Он больше не искал его. Не было никакого смысла: он прекрасно понимал, что если его "смысл жизни" захотел разорвать все связи, то он это и сделал. Жизнь – самая несправедливая, ужасная, полная разочарования и боли вещь.

***

Прошло много лет. Достаточно для того, чтобы Фугаку научился скрывать свою самую большую боль в сердце, не плакать от вдруг пришедшего в голову воспоминания с ним, ассоциации, мысли. Только брови чуть хмурились. Немного. Он женился на прекрасной брюнетке, которая была и умной, и любящий его. Микото была совершенной. Да, у него было к ней уважение, симпатия, интерес. Но давно зарытого, спрятанного в самой глубине сердца чувства уже не вызвать. У него уже подрастал сын, а совсем недавно его жена сообщила, что уже скоро появится на свет и второй. Семейная жизнь могла бы быть насыщенной и счастливой, однако Фугаку очень много работал. Для того чтобы содержать семью. Нет, это не его занятие эскапизмом. Точно. Это был вечер ноября. За окном лил противный дождь, совсем скоро должен был пойти снег, а луна была единственным источником света на этой улице, покрытую кромешной темнотой. Он недавно пришел с работы. Обнял жену, спросил у сына, как у того дела в саду и рассматривал его сегодняшний рисунок. Ничего такого, это уже было приятной, согревающей хоть чуть-чуть ледяное сердце рутиной. Как обычно, присел на диван посмотреть новости. Очередная авария с двумя потерями, думал он. Как же он ошибался... Он умер. Со своей женой. Разбились на перекрестке. Мгновенная смерть: организм не вынес настолько тяжелых травм. Смерть... Его любимый человек исчез. И уже точно навсегда. Теперь его частые сны со стопроцентной вероятностью не сбудутся. Все мысли, воспоминания, чувства... не имеют теперь абсолютно никакого смысла. – Фугаку, все хорошо? Ты плохо выглядишь, может, тебе чем-то помочь? А он молчал, даже не слыша свою жену. Бешеный ритм его сердца взял в плен его слух. И сознание. И глаза? Почему резко стало так темно? Он смутно видел, как к нему подбежала жена со стаканом воды в руках и нашатырем, однако ему было все равно. Одни губы шептали: – Прощай, Намикадзе Минато.*

***

– Отец, ты чего завис? Ты рассказывать собираешься или нет? – Как-нибудь в другой раз, Итачи, – Фугаку медленно встал и пошел прочь с кухни. Ему нужно было собраться с мыслями в одиночестве.

***

День субботы, начало октября. Листья уже поменяли свой окрас с уже ставшего привычным зеленого цвета на красный, желтый, коричневый. Светило солнце. На улице было так красиво – осень явно хорошо постаралась. Парни брели в торговый центр по маленькому скверу, а их путь сопровождался звонким голосом детворы, изредким мяуканьем котов и звуком колес колясок, с которыми проходили мамы с их новорожденными детьми. Наруто заметил, что эта погода, звуки и красота немного спасали его от похмелья, и он не мог не радоваться этому. – Ты же будешь праздновать день рождения? – поинтересовался у блондина Киба. – Думаю, что как обычно все вместе соберемся и напьемся! - Вот это я понимаю, узнаю своего друга. А что ты... О, смотри, Учиха! Хелоу! – они сначала даже и не заметили, что стояли рядом с двумя очень похожими друг на друга брюнетами. Конечно, это был Саске. А рядом с ним, судя по всему, его родственник. – Привет. – Саске, а это кто? – поинтересовался Итачи, глядя на стоявших рядом незнакомых парней. – А мы вместе практику проходим в долбанной психушке, разделяем это бремя! А со мной – напарник Саске собственной персоной, – Инузука приобнял своего друга за плечи и подтолкнул того чуть вперед. – Я Киба, а это – Наруто. А ты брат нашего Саске? – Да, приятно познакомиться. Итачи, – старший брат представился, и они пожали друг другу руки. Он заметил, что его младший был... смущен? Ничего себе. Да и напарник его выглядел также. Интересно, он чего-то не знает? – Ладно, мы пойдем дальше, а то у нас мало времени. Спасибо за знакомство и удачи вам, – кивнул Итачи и, кивнув Саске, они ушли из магазина. – Вот так встреча! Оказывается, у него еще и брат есть, причем более разговорчивый, чем наш "холодный принц". А ты чего притих? Нервничаешь из-за знакомства с семьей твоего без пяти минут любовника? – подмигнул другу Киба. – Да какие любовники, замолчи уже. Лучше бы монитор также активно выбирал, как и знакомился с его братом, – Наруто выдавил улыбку и уставился на товары. Это было очень неожиданно. У Узумаки аж сердце в пятки, и он не смог вымолвить ни слова. Саске все это время смотрел на него – даже на брата ни разу не взглянул –, а Наруто на него. Снова этот зрительный контакт. Долгий, глубокий. Жаркий. Что творится..?

***

Когда с делами было покончено, и Учихи вернулись домой, Итачи заговорил: – Ты мне так редко рассказывал о своем напарнике на практике. Я лишь слышал, что он громкий, заводной и несерьезный. Я его увидел, и у меня сложилось совсем другое впечатление: тихий, застывший... Наруто, да? – Да. – Может, ты мне про другого человека все время говорил, и я не так понял? – Нет. – Тогда почему он вел себя совершенно не так, как "должен был"? – Самому бы понять.

Меры предосторожности: если уж и смотришь на кого-то , то, пожалуйста, избегай длительного зрительного контакта...