Спасение иного мира в руках трудоголика

По итогу утро Сэйитиро прошло впустую: он лишь выпил чаю и познакомился с остальными сотрудниками бухгалтерии. Когда он уже начал думать, что пора бы взяться за работу, Хельмут объявил, что настало время обеда, и вывел остолбеневшего Сэйитиро из комнаты. Столовая оказалась огромным помещением. Хотя слуги и рыцари работали и питались посменно, государственные служащие обедали все вместе. И всё равно мест было с избытком. Еда подавалась в виде шведского стола, и обедающие сами брали то, что хотели, раскладывая угощение по подносам. — Я заметил это ещё вчера, но у вас, господин Сэй, совсем нет аппетита, верно? — спросил Норберт. — Думаешь? — ответил Сэйитиро. Как само собой разумеющееся, Норберт уселся напротив Сэйитиро. По сравнению с молодым человеком аппетит Сэйитиро, естественно, казался меньше, но дело было не только в этом. Из-за многолетнего нерегулярного питания Сэйитиро попросту не испытывал сильного голода, но, что важнее, еда в этом мире оказалась гораздо более жирной, чем в Японии. Он не был уверен, что его желудок её воспримет. Сэйитиро потягивал овощной суп, бормоча себе под нос. Даже если он и мог общаться с людьми этого мира, и внешне они были похожи, различия всё равно оставались. Обед в итоге занял весь час Огня — иными словами, 120 минут. Сэйитиро сообщили, что рабочий день начинается утром с часа Света и заканчивается вечером часом Ветра. Это было примерно с 10 утра до 6 вечера, и когда он услышал это, то предположил, что будет часовой перерыв. Однако час здесь равнялся 120 минутам, так что разбить его было сложно. Сэйитиро впечатлила продолжительность рабочего дня, особенно с учётом двухчасового обеденного перерыва. Поначалу он подумал, что это потому, что его должность воспринимается скорее как помощник, чем полноценный сотрудник, но вскоре понял, что это не так. Задолго до окончания часа Ветра сотрудники стали собираться. Когда стрелка на часах Сэйитиро показала двенадцать, они все собрались и ушли. Совершенно ошеломлённый зрелищем, которого он никогда раньше не видел, Сэйитиро пришёл в себя только тогда, когда Хельмут протянул ему небольшой, но увесистый мешочек. — Так как завтра выходной, тебе стоит сходить в город и купить всё необходимое, — сказал он. — О? — удивился Норберт. — Вы собираетесь за покупками завтра, господин Сэй? Мне тоже кое-что нужно, пойдёмте вместе. — Это разумно, — ответил Хельмут. — Норберт, покажи ему город. — Есть, сэр! Наблюдая за их быстрым обменом репликами, Сэйитиро оставалось только кивать. Он не знал ни городских улиц, ни магазинов, не говоря уже об обычаях этого мира. Спутник помог бы ему преодолеть непростую для него задачу с покупками. — Рассчитываю на тебя, — сказал он. — Я же говорил вам, хватит церемоний, — протянул Норберт.

***

Город у замка находился в пешей доступности от общежития. Деньги, которые Хельмут дал Сэйитиро в тот день, по-видимому, отличались от его ежемесячного жалованья. Это была отдельная сумма, предназначенная для того, чтобы Сэйитиро мог обустроиться, и на неё он должен был купить всё необходимое. У него было 30 серебряных монет, каждая размером примерно с 10-йеновую монету. Норберт объяснил, как здесь устроены деньги, но пока Сэйитиро сам не увидит цены в городе, он бы не смог понять их реальную ценность. Деньги этого мира, рула, чеканились из золота, серебра и меди, и монеты дополнительно делились на три размера каждая. Одна медная монета равнялась одной руле, а самая крупная золотая монета стоила 1 000 000 рул. В мешочке, который получил Сэйитиро, было 3 000 рул. Город здесь был, по сути, королевской столицей. Существующий под защитой королевского дворца, это было огромное и процветающее местом. Хотя внимание привлекали в первую очередь кирпичные строения, в городе были и деревянные дома. Норберт провёл его мимо них прямо к рыночной площади, где бесконечной чередой тянулись торговые палатки. Рынок был полон звуков и красок, будораживших чувства. В палатках был огромный выбор товаров: одни Сэйитиро никогда раньше не видел, другие напоминали овощи из Японии. Его взгляд привлёк овощ, похожий на цукини, и когда он спросил у продавца цену, ему ответили: четыре рулы. Если бы он покупал цукини в Японии, цена была бы около 100–200 йен. Нужно было учитывать редкость товара, но, глядя на другие похожие овощи, он смог заключить, что четыре рулы можно приравнять к 100 иенам. Иными словами, Сэйитиро выдали примерно 75 000 йен. Учитывая, что жильё ему уже предоставили, это была довольно приличная сумма. Сэйитиро сделал вывод, что судя по всему, эта страна была довольно состоятельной. Погружённый в свои мысли, Сэйитиро бродил по рядам. Сегодня на Норберте была яркая синяя рубашка с золотой отделкой, а его грудь, как обычно, оставалась нараспашку. Покрой и качество одежды были на голову выше того, что носили горожане, и нетрудно было понять, что он молодой господин из знатной семьи. — Нашли что-то, что хотели купить? — спросил Норберт. — Ну, покупать скоропортящуюся еду было бы пустой тратой, так что я лучше посмотрю одежду и канцелярские принадлежности, — ответил Сэйитиро. — Почему же вы сразу не сказали? — посетовал Норберт. Даже если бы Сэйитиро что-то сказал, его сюда без всяких расспросов привёл сам Норберт. — Зато я понял, как устроен город и какие цены на товары, — объяснил он. Хотя Сэйитиро говорил серьёзно, Норберт всё ещё выглядел недовольным. Когда они оставили палатки позади, они оказались в месте, где торговцы едой сменились людьми, продававшими мелкие товары и аксессуары, разложенные на расстеленных на земле тряпицах. — Простите, можно взглянуть на это? — спросил Сэйитиро, останавливаясь у одной палатки. В этот момент, когда он задал вопрос, хозяин палатки — мальчик, едва достаточно взрослый для такой ответственности, — изумлённо поднял голову. — У м-меня нет ничего достойного для кого-то из королевского дворца, — ответил паренек. На мгновение Сэйитиро задумался, как мальчик догадался, что он работает во дворце, пока не вспомнил, что на выданном ему ремне была эмблема. Кроме того, похоже, что те, кто работал во дворце, пользовались особым отношением. По крайней мере, обслуживание у мальчика было учтивым, поэтому Сэйитиро присел на корточки и взял в руки предмет, привлёкший его внимание. Этот предмет представлял собой набор плоских камешков, нанизанных в три ряда. — Это… — пробормотал он себе под нос. — А, это? Это, как его… игрушка. Просто игрушка. Отводя взгляд, мальчик принялся объяснять, но Сэйитиро, не обращая внимания на его слова, разглядывал инструмент. — Счёты, — сказал он. Он видел счётное устройство в бухгалтерском отделе королевского дворца, но оно было настолько огромным, что его лучше было назвать весами, а не счётами. Мало того, устройство было покрыто вычурными украшениями, которые только мешали. Пользоваться ими было так муторно, что никто не утруждал себя этим, предпочитая делать расчёты на бумаге с помощью пера. — Ты сам это сделал? — спросил он мальчика. — А? Ну… можно и так сказать, — ответил тот. Сэйитиро во второй раз мысленно поблагодарил Норберта от всей души. — У меня к тебе просьба, — сказал Сэйитиро. — Вот вы где! Господин Сэй, куда вы пропали? — проворчал Норберт. — Вы представляете, как долго я вас искал? — Я увидел палатку, которую хотел осмотреть. Это ты отстал. К этому моменту Сэйитиро закончил переговоры с мальчиком и уже собирался пойти в ту сторону, куда направился Норберт, когда тот примчался обратно. Несмотря на его жалобы, Сэйитиро действительно был не виноват в том, что Норберт не потрудился проверить, следует ли он за ним. — Это… вы не… неправы, но, господин Сэй, прошло всего два дня с тех пор, как вы здесь. Отбиваться одному опасно. Хотя королевская столица была безопасным местом с хорошим общественным порядком, в городе всё равно были тёмные закоулки, где таилась опасность. К тому же было бы проблематично, если бы человек, оказавшийся втянутым в призыв Святой, бродил бы где вздумается. — Хорошо, я понял, — сказал Сэйитиро. — М-м-м, кажется, я начинаю вас раскусывать, господин Сэй, — сказал Норберт. Несмотря на подобающий ответ, Норберт всё ещё смотрел на Сэйитиро встревоженным взглядом. — «С какой стати»? — Недоумевал Сейитиро. После этого они купили одежду, а затем Норберт привел его в небольшой ресторан, который он сам рекомендовал, — перекусить. Затем они зашли за перьями и бумагой, хотя Норберт не понял этой покупки. Наконец, Сэйитиро купил простую кухонную утварь, напитки и немного продуктов, после чего они вернулись в общежитие. — Вы же знаете, что во дворце вам дадут перья и бумагу, правда? — спросил Норберт. — Мне нужно кое-что для личного пользования, — объяснил Сэйитиро. Как и следовало ожидать, люди этого мира пользовались гусиными перьями, но Сэйитиро слышал о другом виде, который использовал магию вместо чернил. Хотя это было дорого, ему не нужно было бы беспокоиться о том, что перо нужно макать или что чернила прольются, так что в долгосрочной перспективе это было удобнее. Это было больше похоже на авторучку, чем на гусиное перо. — Господин Сэй, вы умеете готовить? — спросил Норберт. — Пришлось научиться, — ответил Сэйитиро. Норберт нёс тяжёлую кухонную утварь и напитки. Боясь, что смертельно бледный Сэйитиро просто не сможет выдержать такой вес, Норберт отказался позволить ему нести что-либо. Хотя в последнее время он был слишком занят, чтобы готовить, Сэйитиро прожил один около одиннадцати лет не для того, чтобы разучиться готовить. Рабочий день здесь был коротким, так что он подумал, почему бы снова не попробовать приготовить самому, и, кроме того, местные приправы просто не подходили его вкусу. Когда они вернулись в общежитие, был уже вечер — час Земли. Оставив вещи в комнате, Сэйитиро поблагодарил Норберта, и они попрощались. Затем он поужинал в столовой, принял ванну и вернулся в свою комнату разбирать покупки — всё это всё что он успел сделать в течение часа Древа. А ведь ещё даже десяти вечера не было. — Что же мне делать со всем этим свободным временем? — пробормотал он себе под нос. Проработав так много и так долго, Сэйитиро не имел никаких хобби. Он не знал, как ему проводить свободное время. — Пожалуй, просто посплю, — сказал он. Хотя большую часть тяжёлой работы сегодня сделал Норберт, Сэйитиро впервые за долгое время выходил из дома не по рабочим делам, да ещё и в совершенно новый мир. Он вымотался. Он быстро приготовился ко сну и лёг, готовясь уснуть. Следующим утром, на рассвете: Как и накануне, Сэйитироу ушёл на работу раньше Норберта, и когда Хельмут пришёл уже после него, мужчина был явно удивлён. — Доброе утро, — поздоровался Сэйитиро. — До-доброе утро. Что вы здесь делаете? Задав этот вопрос, Хельмут посмотрел на перьевую метёлку, которую Сэйитиро держал в руке. — Здесь было немного грязно, вот я и привёл всё в порядок, — сказал он. Несмотря на огромные размеры отдела и сравнительно малое количество сотрудников, здесь царил полный хаос. Больше всего его беспокоили драгоценные документы, сваленные в кучи. Сэйитиро поспешил позавтракать и прийти пораньше, чтобы успеть прибраться. — Я… пожалуй, ты прав… — ответил Хельмут. Поражённый отношением Сэйитиро, Хельмут не нашёл больше что сказать. И как раз подходило время начала работы: Норберт и другие сотрудники уже начали подходить. Задачей Сэйитиро на второй рабочий день была сортировка документов. Он должен был просто рассортировать стопки бумаг по их назначению. — Вам удалось выспаться прошлой ночью? — спросил Норберт. Сэйитиро сухо кивнул, даже не поднимая глаз на Норберта, который заводил разговор, не обращая внимания на то, что они были среди рабочего дня. По сравнению с прошлым он спал почти вдвое больше обычного. — Правда? А у вас под глазами такие ужасные, тёмные круги. Выглядите совершенно измождённым, — сказал Норберт. — С возрастом становится труднее высыпаться, но легче уставать. Вот и всё, — объяснил Сэйитиро. Хотя он просто изложил истину, Норберту всё равно нашлось что возразить. Сэйитиро продолжал работать, всё время повторяя про себя, что Норберт просто слишком молод, чтобы это понять. — Вот, это вам, господин Сэй, — сказал Норберт. Норберт поставил на стол Сэйитиро маленький флакон. Впрочем, больше Сэйитиро интересовало, когда этот парень наконец начнёт работать, но он поднял голову. Сам флакон был настолько маленьким, что помещался на ладони, и внутри него была водянистая жидкость. — Что это? — спросил он. Он покачал флакон вперёд-назад, прислушиваясь к плеску. — Это тоник. Вы так устали, но если выпьете это сегодня, то хорошо выспитесь ночью, — сказал Норберт. Он уже объяснил, почему не может уснуть, но Сэйитиро всё равно был благодарен за подарок. Выразив признательность, он убрал флакон в сумку. Однако он ещё не знал, что вот-вот случится то, что сделает его усталость ещё сильнее. — Святая желает тебя видеть.