Спасение иного мира в руках трудоголика

* Ну что с последним звонком)) Впереди летние каникулы >0< Выпускникам всем лёгкой сдачи экзаменов. А взрослым: кому отдохнуть, кому пережить это лето с детьми 😂

***

Слова о том, что Святая желает посетить столовую, повергли окружающих в шок. Для них такое место считалось слишком недостойным для неё. Но в своём прежнем мире Юа была всего лишь обычной школьницей. Она и раньше бывала в местах и попроще: в школьной столовой, семейных ресторанах, дешёвых забегаловках с фастфудом, поэтому для нее все это было в порядке вещей. Ей лишь иногда хотелось свободно гулять и есть, не заботясь о манерах — так же, как в её прежнем мире. Этикет, как и её передвижения, строго контролировались теми, кто видел в ней спасительницу. Девушке снова и снова твердили, что она должна вести образ жизни, подобающий Святой. Существовали строгие правила, и Юа должна была выкладываться на полную — даже в том, в чём изначально не была сильна, например в учёбе. А на самом же деле Юа просто хотела пойти в столовую потому, что знала: Ареш там обязательно будет. Кроме того, её захватывал вид шведского стола с блюдами на длинных столах — ведь всё это время её еду подавали исключительно в виде изысканных полноценных трапез, которые приносили королевские слуги. В конце концов девушка нашла командира Третьего Рыцарского ордена среди обедающих. Но радость её была недолгой: красивый мужчина был с тем, кого она никак не ожидала здесь увидеть. Это был Сэйитиро Кондо — тот, которого насильно перенесли в этот мир вместе с ней. — Господин Кондо, а вы что здесь делаете…? — спросила она, и на её прекрасном лице отразилось недоумение. Святая была так ошеломлена внезапной встречей, что совсем забыла о том, ради кого пришла. — А? М‑м… Господин Ареш, я слышала, что вы обедаете здесь, и я хотела бы сегодня поесть с вами… Поэтому я и пришла. К тому же я здесь ещё ни разу не была… — смущённо сказала Юа, переводя взгляд с Ареша на Сэйитиро и обратно. Она была не только шокирована новым обликом спутника из ее мира, но и озадачена тем, что он был вместе с Арешем. В её голове роилось множество вопросов, но в итоге девушка решила сначала взять еду, решив не упускать же возможность пообедать с Арешем, попутно решив, что ответы можно получить и потом. — Господин Ареш, я сейчас возьму себе еды. Можно, когда вернусь, я сяду рядом с вами? Ареш кивнул на просьбу Юа, но почему-то нахмурился. Девушка просияла и поспешила обратно к столам с угощениями. Юа с волнением выбрала себе еду, которую чуть погодя принесла ее взволнованная служанка к столу. Юа села рядом с Арешем, когда Сэйитиро, как обычно, занял место напротив, а Норберт, которому было явно не по себе, устроился напротив Юа. — Господин Кондо, я так удивилась, увидев вас с господином Арешем! Я и не думала, что вы тоже в замке! Вы здесь живёте? — спросила она. Когда она устроилась, Сэйитиро ответил на её вопрос: — Нет, я не живу в замке. Я живу в общежитии. Просто сейчас моё рабочее место находится здесь. — Ваше рабочее место — в замке? То есть вы здесь работаете? Юа удивилась ответу. Не успела она опомниться, как этот мужчина уже начал работать в этом мире — и если верить его словам, он уже два месяца трудился чиновником. — Да, я сейчас служу в Королевском бухгалтерском отделе. — Вот как… Вы всё ещё работаете, даже когда не надо. Вы настоящий корпоративный раб, да, господин Кондо? Глаз Сэйитиро дёрнулся. Он знал, что Юа не имела ввиду ничего плохого, но от этого правда не становилась менее болезненной. Хуже всего было то, что он ничего не мог ответить. Пытаясь скрыть обиду, Сэйитиро заставил уголки губ подняться и изобразил улыбку. Девушка вроде Юа, вероятно, слышала термин «корпоративный раб» из интернета или телевизора. СМИ часто изображают тяжёлые условия труда взрослых, но не всегда точно, поэтому те, кто не знал их суровой реальности, могли легко бросаться такими словами. Хотя и само словосочетание могло просто казаться им забавным. Сэйитиро решил, что понимает девушку, и постарался не принимать замечание близко к сердцу. Впрочем, судя по всему, эти неосторожные слова сильнее всего задели того, кто сидел напротив — Ареша. Однако, похоже, его раздражение было направлено скорее на Сэйитиро, чем на Юа. Девушка, похоже, не заметила своей бестактности и задала следующий вопрос: — А как вы с господином Арешем… Ну… Это, вероятно, интересовало её больше всего. Чтобы перестраховаться в разговоре со Святой, Сэйитиро решил рассказать ей то же самое, что уже говорил Норберту и другим. Его объяснение было сокращённой версией его взаимоотношений с командиром третьего ордена, но почти ничего не упускало из того, что произошло на самом деле. — Однажды в городе мне вдруг стало плохо, и капитан Индрак случайно проходил мимо. Он спас мне жизнь, и с тех пор помогает мне следить за здоровьем. Для Сэйитиро было очевидно, что Юа благоволит Арешу, поэтому он решил опустить лишние детали. — То что наши «сеансы лечения» включают поцелуи и «довольно близкие отношения». И то что Ареш забирает меня после работы, когда почти каждый день мы едим вместе — всё это странновато для отношений со спасителем». Ничего из этого Святую не обрадовало бы, а другие могли бы счесть это подозрительным. К счастью, девушка поверила его туманным объяснениям и не стала допытываться. — Вот оно что! Ух ты, господин Ареш, какой же вы добрый! — восхитилась она, глядя на рыцаря и хлопая ресницами. — А? — только и выдавил Сэйитиро. — «Она что, правда считает этого жуткого командира добрым? С одной стороны, Ареш действительно не раз спасал мне жизнь, но слышать, как его называют «добрым» … жутковато. Опекают меня откровенно принудительно». Пока Сэйитиро растерянно хлопал глазами, Юа продолжала: — Господин Ареш и ко мне очень добр! Он раз в неделю учит меня контролировать магию. Он замечательный учитель! — … Чего? — Сэйитиро опешил. — «Ареш, командор Третьего ордена, учит Юа магии?» Сэйитиро повернулся к Арешу: — Командор Индрак… вы ведь рыцарь? — Да… — последовал немедленный ответ. Хотя Ареш уже говорил ему об этом, Сэйитиро тогда не воспринял его всерьёз. — «В этом не было особого смысла: почему командор рыцарей учит Святую магии, когда у него полно своих рыцарских обязанностей?» Сэйитиро нахмурился, пытаясь понять логику. — «Разве этим не специально обученные люди должны заниматься? Неужели это из-за магических способностей Ареша?» Однако, судя по недовольному ответу командира Третьего рыцарского ордена и по тому, как Юя к нему льнула, Сэйитиро все понял: — «Святая сама попросила об этом». Сэйитиро впечатлило, что, поскольку Святая должна спасти королевство, она имела власть расширять круг обязанностей командира по своему желанию. В то же время ему стало стыдно за свои слова — за намёк на то, что Ареш якобы не справляется со своими обязанностями. Возможно, он и был высокомерен, и равнодушен к тому, чем занимается, но из-за приказов сверху терпел необходимость обучать Святую, хотя сам этого не хотел. Ареш твёрдо придерживался правил служебной иерархии: раз существуют подчинённые, всю текучку должен делать кто угодно, только не он. Именно это и обрекло его стать учителем Юа против его воли — у Святой здесь власти больше, чем у него. Как корпоративный раб, который сам не мог противиться приказам начальства, Сэйитиро прекрасно понимал положение Ареша и проникся к нему одновременно и уважением, и сочувствием. — Дай угадаю, подумал что-то плохое обо мне? Что за выражение лица? — спросил Ареш. Сэйитиро отвернулся: — Ничего такого. Арешу стало не по себе под пристальным взглядом Сэйитиро, и он язвительно скривился: — Ты наверняка опять обо мне гадости думал… Ешь лучше то, что на тарелке. Я велел тебе съесть всё, что я тебе положил. Ареш имел в виду блюдо «тримп» — густое оранжевое месиво, которое так и оставалось нетронутым на тарелке Сэйитиро (тот ещё дёрнулся, когда это подкладывали). — Кондо-сан, а зачем же вы берёте на шведском столе то, что не хотите есть? — не удержалась Юя. — Нет, это не я брал… — Этот человек чувствителен к мане, поэтому может есть только то, что я считаю для него безопасным, — ответил за Сэйитиро Ареш. — А? — Юя расширила глаза. Сэйитиро, смущённый, но не желающий это показывать, мог лишь вздохнуть про себя. — «Ареш совсем не умеет держать язык за зубами». — Чувствителен к «мане»? Что это значит? — спросила Юя. — Мана — это элемент, естественным образом содержащийся в воздухе этого мира, — объяснил Ареш. — Его тело как иномирца не выдерживает больших количеств. Однако мана есть и в пище. Если бы я не выбирал для него блюда с низким содержанием маны, он уже умер бы от отравления маной. — Что?! Я слышу об этом впервые! Это правда? Но я всё это время ела нормально и не болела! Почему? — Юя была потрясена и теперь уже начала беспокоиться о своём здоровье. — Вы избранная Святая этого мира. Ваше тело уже обладает магической силой и сопротивляемостью мане. А у него её нет. По сравнению с ним вы можете есть всё, что захочешь. Выслушав подробное объяснение Ареша, Юя вздохнула с облегчением. Её сопровождение согласно закивало и тепло улыбнулось ей. — Слава богу… О, господин Кондо, значит, вы можете есть только определённую еду? Как жаль. В этом мире столько вкусного. Мне так вас жалко… Юа, может, и жалела, но сам Сэйитиро не считал это большой проблемой. Он равнодушно отрезал небольшой кусочек тримпа и съел. — Нет, я вообще не гурман, так что меня это не особо обременяет. Сэйитиро никогда не был любителем поесть, даже в их прошлом мире. У него не было времени покупать или готовить еду, не то что есть, так что он предпочитал питаться добавками. Поэтому новые ограничения его не расстраивали. — Пока еда даёт энергию для работы, ну и ладно». Юа озадаченно наклонила голову. Девушка не могла представить, каково это — сидеть на такой строгой диете и какую силу воли нужно иметь, чтобы ей следовать. А вот рыцарь, сидевший рядом с ней, нахмурился и фыркнул. — Врёшь, — обвинил он. — Я прекрасно вижу по твоему лицу, нравится тебе еда или нет. — Чего…? С куском тримпа во рту Сэйитиро мог только моргать от негодования. Он никак не ожидал, что Ареш вот так возьмёт и скажет ему об это прямо. — Я знаю, что ты любишь мясо тохаш. Ты даже всю тарелку обшариваешь перед едой — не положил ли я тебе его. А когда ешь, глаза у тебя становятся довольными. А ещё ты говоришь громкие слова, а сам как открытая книга, — с довольной усмешкой заявил Ареш. Сэйитиро не мог отрицать: нежное, сочное мясо тохаш ему нравилось. Это была первая еда в этом мире, которая ему показалась вкусной и при этом не расстраивала желудок. Но ему не нравилось, что Ареш так откровенно выставлял напоказ его привычки при посторонних. — «Неужели он не понимает, как это неловко?» — Господин Сэй, у вас уши красные, — ляпнул Норберт, подливая масла в огонь. — Заткнись… — огрызнулся Сэйитиро и продолжил жевать. Кровь сама прилила к щекам, он и не заметил. Его бледная кожа, лишённая цвета, теперь заметно порозовела. В итоге этот румянец придал Сэйитиро более живой вид. Раздражённый неуместным замечанием коллеги, Сэйитиро вилкой стащил мясо тохаш с тарелки Норберта и поменял на свой тримп. — А-а-а! Господин Сэй, вы что делаете! — застонал Норберт, но не стал ему мешать. — Я же сказал, доедай, — цокнул Ареш и сердито уставился на Сэйитиро. Хитрый план Сэйитиро избавиться от нелюбимого тримпа был пресечён человеком напротив. Ареш взял то же блюдо со своей тарелки и положил ему. К величайшему огорчению Сэйитиро, проклятый тримп вернулся, и в ещё большем количестве. — М‑м-м… Юа с некоторым недоумением наблюдала за ними. Детская перепалка троих взрослых повергла её в ступор. Ей было трудно понять их поведение. Возможно, потому что у неё было мало общего с ними обоими: оба иного пола, Сэйитиро явно старше на несколько лет, а Ареш вообще почти не разговаривает. Но, несмотря на все различия, они как-то странно ладили. С тех пор как она попала в этот мир, все окружающие ставили её в центр и всё крутилось вокруг её желаний. Что бы ни случилось, Юа всегда была главным приоритетом королевства. Поэтому девушка не привыкла находиться вне фокуса внимания — она быстро привыкла к постоянному почтению к своей персоны и теперь не знала, как себя вести. — Э‑э… Ваше Святейшество? Блондин напротив Юа позвал её шёпотом. Она вспомнила его имя — Норберт. Его представили как подчинённого Сэйитиро в бухгалтерии. Она также слышала, что Норберт работал в замке только благодаря своему дворянскому происхождению. При первой встрече она не обратила на него внимания, но теперь, присмотревшись, заметила, что он ближе к ней по возрасту, чем Сэйитиро или Ареш. Поэтому она почувствовала большее родство с этим незнакомым блондином с голубыми глазами. — Да? Кстати, можете называть меня просто Юа, — она улыбнулась ему, и это немного успокоило Норберта. Он наконец улыбнулся чуть шире. — Госпожа Юа, я хотел кое-что спросить… — Что? — Правда ли, что дороги в вашем мире ездят сами собой, так что вам не нужно ходить? — А? — она моргнула, ничего не понимая. Юа не поняла вопроса и уставилась на него в изумлении, а он смотрел на неё очень серьёзно. — Господин Сэй мне так и сказал! А ещё он рассказывал, что люди в вашем мире умеют летать по небу и пересекать моря за короткое время! И всё это — не магией, а силой «науки»! — А? А‑а‑а?! Норберт смотрел на Святую сияющими глазами, заинтригованный и ждавший ответа. Юа понятия не имела, что сказать этому мужчине с голубыми глазами. Конечно, как Святая она знала, о чём речь, но была поражена тем, как его начальник приукрасил достижения науки в их прошлом мире. Норберт перевёл взгляд на Сэйитиро. — Ну, я просто так ляпнул… — начал Сэйитиро осторожно, — мы можем это делать только благодаря технологиям, существующим в том мире. У нас нет магии или сверхъестественных сил для этого. — Что?! Вы мне солгали, господин Сэй?! — Норберт был потрясён. В неверии он вскочил с места. — А как насчёт церемонии, когда в честь вас в 20 лет бросают в небо взрывчатку? А метод пытки, когда человека привязывают и бросают с обрыва, оставляя висеть? Скажите… это тоже всё ложь? — Ну… — Юа попыталась объяснить, — да, у нас такое есть, но это определённо не то, что вам описывали. Она поняла, что речь идёт о Дне совершеннолетия в Японии, а «взрывчатка» — это преувеличенное описание фейерверков. «Методом пытки» было, скорее всего, банджи-джампинг. В итоге Норберт почувствовал себя обманутым, поняв, что всё это время его вводил в заблуждение собственный начальник. — Быть не может… — Норберт рухнул обратно на место. — Господин Сэй, вы такой злой… Как вы могли так мне врать? — Так тебе и надо за то, что приставал ко мне, пока я работал. Я бы дал тебе нормальное объяснение, если бы ты работал, а не болтал без умолку. — Сэйитиро вздохнул. — Я хотя бы не игнорировал тебя, и то хорошо. Норберт, не оценивший сарказма, запротестовал: — Вы всё равно ужасный! А я‑то вам верил! — он надул щёки и скрестил руки. — Пусть это будет тебе уроком — не отвлекать меня и относиться к работе серьёзнее, — хладнокровно добил его Сэйитиро. — Постойте… Вы ещё говорили, что девушки в вашем мире носят юбки такой длины, что видны почти все ноги, а на пляже надевают одежду, похожую на бельё! Это тоже было враньём? — сникшим голосом спросил Норберт. — А, это было правдой, — ответил Сэйитиро. —?! Вслух всё звучало дико, но описывало мини-юбки и бикини. Норберт вопросительно посмотрел на Юа, и она кивнула. Действительно, это было правдой. Наконец, из холодных тёмных глубин отчаяния Норберт снова восстал к свету. В этот момент один из рыцарей, стоявших за спиной Юа, внезапно вмешался и грохнул закованной в перчатку рукой по столу. — Вы, наглец! Не смейте так бесстыдно флиртовать со Святой!!! Сэйитиро скривился, уставившись на разъярённого рыцаря, охранявшего Святую. Он отлично понимал, кому предназначалась эта угроза — рыцарь смотрел только на него.