Спасение иного мира в руках трудоголика

Строгий, выдержанный порядок комнаты Сэйитиро нарушался присутствием мужчины, чья фигура не вписывалась ни в интерьер, ни в его привычный распорядок жизни. После вчерашнего банкета Сэйитиро, как обычно, утром отправился на работу. Вернее, он прибыл на рабочее место даже раньше обычного и с головой погрузился в дела. Из-за внезапной и незапланированной деловой поездки — иначе называемой экспедицией — в которой ему предстояло участвовать, Сэйитиро решил, что будет благоразумно закончить всю оставшуюся работу как можно быстрее за то время, что у него оставалось перед отъездом. Также было важно подготовить для коллег инструкции по управлению бухгалтерским отделом на время его отсутствия. Другой задачей было подготовить бюджетные предложения на покрытие расходов как на экспедицию, так и на мероприятия после. Сама поездка должна была состояться через три дня. А в целом предполагалось, что она должна была занять шесть дней. Транспортом для экспедиции служили лошади и кареты. — «Лошадей придется менять в течение похода, а кареты проверять на повреждения в городе на полпути к конечному пункту назначения; то же самое должны были сделать и на обратном пути». Глядя на документы сейчас, Сэйитиро заметил, что участников оказалось даже больше, чем он успел уловить на банкете. — «В основном это произошло из-за увеличения числа людей, которые хотели поддержать короля и его подчинённых, и которых впоследствии тоже вынудили участвовать. Кроме меня были выбраны и другие чиновники. Что ж, раз я всё равно участвую, постараюсь использовать эту возможность как можно лучше», — подумал Сэйитиро, просматривая списки. Хотя до банкета он опережал график, неожиданные изменения в экспедиции оставили его с кучей невыполненных задач. — Времени, вероятно, не хватит, чтобы закончить всё до отъезда. Из-за всего этого Сэйитиро планировал работать, как только вернётся в общежитие, но в итоге Ареш читал ему лекцию остаток ночи. Ему даже не удалось договориться с магическим отделом, как он планировал изначально. В обед Сэйитиро попытался улизнуть за стол и доделать бумаги, но Норберт, как назло, уволок его в столовую. Где этот надоедливый аристократ не отпускал его до самого конца перерыва. В довершение ко всему, после работы, как по расписанию, за ним заявился и сам командир рыцарей. Как всегда, когда Ареш появлялся в бухгалтерии, поднимался переполох. Ради сохранения своей гордости Сэйитиро пообещал встречать Ареша за пределами отдела. Однако это соглашение не смог соблюдать даже он сам. Чиновник слишком углублялся в работу, и в итоге Ареш снова стоял у его стола. И даже сейчас, командир рыцарей ничего не сказал, только презрительно фыркнул. Итогом очередного визита капитана рыцарей стало то, что Сэйитиро «воодушевили» покинуть кабинет ровно в шесть. Возвращаться в общежитие смысла не было — стоило ему переступить порог, как Ареш уже стоял на пороге. Но Сэйитиро не собирался сдаваться: он дождался, когда рыцарь наконец оставит его в покое, и по ночам, тайком, пил добавки, чтобы закончить работу до отправления в Лес Магии. Сейчас Сэйитиро сидел в экипаже и ехал к Норберту домой. Не в тот дворец, где жил его родной отец, а в дом приёмных родителей. Когда Сэйитиро впервые предложил это, он думал: «Норберт, конечно, начнёт выкручиваться, подозревать что-то, скажет, мол, зачем вам это?» Но к удивлению он посмотрел на Сэйитиро так, словно тот предложил ему что-то само собой разумеющееся: — А? Ко мне? Да запросто! Когда? Завтра? Я предупрежу! Сэйитиро почувствовал укол совести за то, что всё ещё не до конца понимал истинный характер этого легкомысленного мужчины. Некоторое время спустя Норберт озадаченно спросил Сэйитиро, зачем же тот захотел навестить его семью. На что чиновник ответил, что хочет поблагодарить всех причасных за его наряд и помощь, что убедило Норберта. — «Что ж, это была часть причины, так что можно считать, что это не было ложью». Поместье семьи Норберта находилось в двух часах езды на карете от их общежития. Сэйитиро же слышал, что даже низшие аристократы были богаты, и слухи не солгали. За воротами его встретил ухоженный сад, а сам дом с красно-коричневой крышей выглядел весьма внушительно. Пожилой на вид слуга, встретивший их у ворот, проводил гостей внутрь — и Сэйитиро с трудом сдержал восхищённый вздох. Казалось, что после королевского дворца его уже ничем не возможно было удивить, но богатство этого поместья было иного рода. Кондо никогда не считал себя ценителем архитектуры, но даже он не мог не признать, что это здание было безупречно элегантным. Их провели в гостиную, где ждал виконт Бранек. Хотя у мужчины была беззаботная аура, напоминающая Норберта (несмотря на отсутствие кровного родства), он выглядел настоящим дворянином. Сэйитиро заметил в глазах мужчины ту самую мудрость и твёрдость, которых недоставало его легкомысленному сыну. И это вселило в него надежду, что план возможно, действительно сработает.

***

— И где ты вчера был? На следующий день Сэйитиро вернулся в общежитие, где он уже привык жить. Когда он добрался до своей комнаты, его встретило лицо, которое, казалось, не гармонировало с окружающей обстановкой. Вчера во время визита в поместье виконта Бранека, он по их настоянию остался на ночь, а теперь остался всего день до начала экспедиции. Ну и чтобы лучше подготовиться к путешествию, многим участникам дали отгул на весь день. Как и следовало ожидать, Сэйитиро не был из тех, кто упускает такую золотую возможность, — он притащил домой как можно больше работы и с радостью был готов провести весь день за делами. — Уезжал по личным делам. — По личным делам? Прямо перед экспедицией? Именно потому, что поездка приближалась, Сэйитиро должен был поторопиться. — Я слышал, ты ушёл с парнем из твоего отдела. — «Ну и откуда ты это знаешь? А если знал, зачем спрашиваешь?» Эти вопросы пронеслись в голове у Сэйитиро, но он не высказал их вслух. — Я хотел лично поблагодарить его семью за помощь в подготовке к банкету. Вернуться на работу я все равно не успевал, так что принял их предложение остаться переночевать. Он остался, потому что на следующий день у него был отгул. В общежитии не было никакого комендантского часа, и от него не требовалось сообщать, если он ночует в другом месте. Не было ничего, в чём по мнению Сэйитиро Ареш мог бы упрекнуть его. Мужчина холодно посмотрел на Сэйитиро. — И чем ты занят, Сэйитиро? — спросил Ареш, указывая на стол, за которым тот работал. По деревянной поверхности были разбросаны бумаги, что только усиливало подозрение командира, что бухгалтер собирался заняться чем-то не тем. Как бы это ни выглядело, Сэйитиро доверил часть оставшейся работы, которую не мог закончить, своим коллегам из бухгалтерии. Однако сейчас он как раз готовил новое бюджетное предложение и просматривал список предметов, которые предполагалось использовать в экспедиции. — Хельмут разрешил мне взять эти документы домой, чтобы я мог их сегодня просмотреть. Конечно, Сэйитиро отлично понимал, что имел в виду Ареш, но чиновник намеренно прикинулся дураком. Это явно задело командира рыцарей. — Ах ты маленький…! Подумать только, ты сам вызвался участвовать в этой экспедиции! Ты идёшь в такое опасное место с таким хрупким телом, но решил провести последний выходной за работой, вместо того чтобы отдыхать?! О чём ты вообще думаешь?! — закричал командир рыцарей в отчаянии. Хотя общежитие снаружи и выглядело как прочное кирпичное здание, внутри оно было в основном деревянным. Стены были недостаточно толстыми, чтобы громкий голос Ареша не распугал всех соседей Сэйитиро. Хуже того, не было в королевстве человека, который не знал бы или не узнал этого человека. Ареш как всегда пришёл к Сэйитиро, беззастенчиво войдя через главный вход в общежитие, не заморачиваясь о том, звали его или нет. Краем глаза Сэйитиро показалось, что он увидел знакомого блондина, подглядывающего за ними через приоткрытую дверь его комнаты. — Ты меня слушаешь, Сэйитиро?! Поняв, что тот на самом деле не обращает на него внимания, Ареш в гневе ударил кулаком по столу. От резкого удара старая мебель завибрировала, и маленькая бутылочка, которую Сэйитиро спрятал с глаз долой, опрокинулась. К несчастью, она упала на пол, громко покатилась по каменному полу и наконец остановилась. — А… — начал Сэйитиро, — я могу всё объяснить. Но объяснений не требовалось, потому что это был стеклянный флакон, который Ареш знал очень хорошо. Один его вид заставил Ареша наконец взорваться. Из комнаты Сэйитиро в общежитии было слышно лишь громкий голос командира. И от его громкости даже пауки в углах комнаты разбежались в страхе. Вскоре, когда всё успокоилось, и в комнате раздался лишь мелодичный и тихий голос Ареша. Теперь Сэйитиро сидел на своей кровати, крепко прижатый к груди, а оба мужчин были без рубашек. Это произошло так: сначала Сэйитиро поймали на тайном приёме добавок, после чего Ареш разозлился, как итог Сэйитиро стало плохо, а Ареш принялся лечить его восстанавливающей магией, из-за чего обоим пришлось согласиться снять рубашки для дополнительного контакта кожа к коже для адаптации Сэйитиро к магии. Этот повторяющийся цикл понемногу становился для них чем-то более чем естественным. Но в этот раз Сэйитиро был почему-то более смущён, чем обычно. Возможно, потому, что всё происходило в его спальне и на его собственной кровати. И, кроме того, визит Ареша был незваным. Поэтому Сэйитиро не подготовился ни физически, ни морально. — Жар всё ещё чувствуешь? — спросил Ареш у Сэйитиро, который, казалось, пребывал в оцепенении. Прислонившись к широкой груди Ареша, Сэйитиро мог разглядеть черты его лица с необычной близостью. Красотой рыцарь напоминал модель. Он не знал, перестало ли его это волновать из-за привычки, но с такого расстояния Ареш казался моложе. — Нет, теперь всё в порядке… Могу я продолжить работать? — Естественно нет, — сказал Ареш, убирая мокрую от пота чёлку с лица Сэйитиро. У Сэйитиро, как и следовало ожидать, была наготове очередная отговорка. — Но раз уж я участвую в экспедиции, мне нужно быть полностью готовым к ней. Он отчаянно хотел вернуться к своему столу и продолжить, чего бы это ни стоило. Но в ответ Ареш тяжело вздохнул. Он был искренне возмущён до глубины души. — Если хочешь быть «полностью готовым», то стоит сначала позаботиться о собственном здоровье. Ты должен знать лучше других, что с таким слабым телом ничего хорошо не выйдет. Сэйитиро прекрасно знал об этом с самого начала. В конце концов, без Ареша рядом он давно бы умер, просто дыша пропитанным миазмами воздухом из этого мира. Даже небольшая царапина на коже была бы для него так же смертельна, как ножевое ранение. Как считал Сэйитиро это было одной из причин, почему Арешу приходилось адаптировать его к магии, поддерживая интимную связь. На этот раз их пальцы были сплетены. Такая повторяющаяся близость вызывала у него всё более сложные чувства. — «Но это всё ради работы, правда?» — К тому же, — вдруг выпалил Ареш, — я уже подготовил сводку расходов для Второго и Третьего Рыцарских Орденов на экспедицию. — А? — Сэйитиро не поверил своим ушам. Это был первый раз, когда он услышал, что Ареш действительно серьёзно делает свою работу. И что ещё удивительнее — связанную с бумажной волокитой. В полном неверии Сэйитиро уставился на Ареша широко раскрытыми глазами. — Чего ты так смотришь…? У меня сегодня нет с собой бумаг. Я передам их тебе завтра утром, и ты тогда сможешь продолжить свою работу. Я пришёл сегодня только для того, чтобы усилить на тебе барьер перед экспедицией. И я ждал, когда ты сам попросишь, но ты только и делал, что прятался за своей работой день за днём… Внезапно Сэйитиро почувствовал укол совести. — Извините… — застенчиво ответил он. — Простите за неудобства… Сэйитиро думал, что было бы эффективнее наложить барьер во время путешествия, раз они всё равно будут вместе. Поэтому он и решил посвятить этот день выполнению как можно большего объёма работы. Однако, поразмыслив над словами Ареша, он понял, что из-за огромной разницы в ранге и положении они вряд ли смогут много времени проводить вместе в дороге. Возможно, Сэйитиро попал в большую переделку, чем предполагал изначально. — Завтра утром отправимся прямиком отсюда. — Эээ, отсюда? — Сэйитиро наклонил голову. — Вы правда планируете переночевать здесь? Поскольку Ареш, казалось, настаивал на ночёвке у Сэйитиро, чиновник точно не смог бы вернуться к работе. Хотя, может быть, и смог бы… Тем не менее то, чем они сейчас занимались, было также важно для обеспечения того, чтобы Сэйитиро мог продолжить выполнять свои рабочие обязанности на следующий день. — Вы уверены, что вам не нужно домой? — Нет проблем. Я уже закончил свои дела, а завтра мои вещи за меня понесут рыцари. Я всё равно хотел провести остаток этого дня с тобой. Он вдруг осознал, как со стороны похож на хоста, который притворяется, что испытывает романтические чувства к клиентке, пока она тратит на него деньги, — только в его случае клиент — это Ареш, а валюта — его собственная честность. Чтобы избавиться от этой мысли, Сэйитиро решил сменить тему. — Капитан Инд…— Сэйитиро замер на полуслове. Учитывая, в каком положении они сейчас находились, он вспомнил о растущей близости между ними. Было бы неоправданно холодно обращаться к рыцарю так профессионально. — Господин Ареш, где вы живёте? Учитывая положение Ареша как командира рыцарей, он, вероятно, жил в общежитии, специально предназначенном для тех, кто служит королевскому дворцу. Но неожиданно оказалось, что он жил вместе с родителями в их доме. — Значит, вы живёте с семьёй… Сэйитиро вспомнил, что Ареш был сыном маркиза. Лично он не понимал, как работает кастовая система в этом мире, поскольку в современной Японии ничего подобного не было, но он полагал, что семья Ареша, должно быть, пользуется большим уважением среди других аристократов. — Ареш, у вас есть братья или сёстры? Этот вопрос возник потому, что Сэйитиро вдруг задумался: нормально ли, что взрослый мужчина на такой высокой должности всё ещё живёт с родителями? Он бы никогда в этом не признался, но ему действительно стало любопытно, что за семья у этого командира рыцарей. От такого неожиданного вопроса Ареш растерянно моргнул — жест, который только заставил его выглядеть моложе своих лет, почти как ребёнка. — У меня есть два старших брата и одна старшая сестра. — «Значит, этот красивый, высокомерный командир рыцарей был на самом деле младшим в семье». Что-то в этом невольно вызвало улыбку на лице Сэйитиро. Ареш, прекрасно понимая, что Сэйитиро чувствовал после такого откровения, начал дуться. Он резко дёрнул чиновника за ухо в знак протеста. — Ай…! — Так тебе и надо, — надулся Ареш. Не испугавшись, Сэйитиро задал следующий вопрос: — Они тоже живут с вашими родителями? — Нет, моя сестра замужем, а у второго брата есть свой дом. — «Из этого следует, что старший сын, должно быть, тот, кто унаследует семью. Если так, то как такой высокомерный, сногсшибательный красавчик, с его немалым положением, до сих пор не имеет собственного жилья?» Словно прочитав мысли Сэйитиро, Ареш продолжил объяснение. — У меня есть своя комната в рыцарском общежитии, но родительский дом ближе ко дворцу, так что я предпочитаю оставаться там. — Понятно… Похоже, никто не мог возразить против желаний этого молодого господина. Эта его странная черта могла быть ещё одной причиной, почему Арешу было трудно управлять своими рыцарями — он слишком привык, что другие всё делают за него. Осознав это, Сэйитиро снова одарил другого мужчину дразнящей улыбкой. На этот раз, однако, командир рыцарей ни секунды не колебался и так же грубо дёрнул его за другое ухо в назидание. — Ай…! Прекратите. — Хмф, — фыркнул Ареш с чем-то подозрительно похожим на торжество. — А как насчёт тебя? Сначала Сэйитиро не понял вопроса, но потом осознал, что его спрашивают о его собственных братьях и сёстрах, вернее, об их отсутствии. — У меня нет братьев и сестёр. Я единственный ребёнок. Ареш понимающе кивнул. — Похоже на тебя. Это показалось Сэйитиро слишком прямолинейным ответом, но, в отличие от самого Сэйитиро, который продолжал дразнить его по этому поводу, у рыцаря не было ни малейшего желания насмехаться над его честностью. Скорее, это было выражением его искреннего мнения о чиновнике. Сэйитиро и сам мог понять, как-то, что он был единственным ребёнком, помогло сформировать его таким, какой он есть сейчас. Когда он был моложе, Сэйитиро часто завидовал тем, у кого были братья и сёстры. К счастью, ему потребовалось не так много времени, чтобы понять, как отсутствие братьев и сестёр сделало его счастливым по-другому. Ему посчастливилось получить всю родительскую любовь и внимание, не борясь за них с братьями и сёстрами. Но теперь, впервые за долгое время, Сэйитиро почувствовал, что было бы лучше, если бы у него действительно были родные брат или сестра. — Но раз я единственный ребёнок, мои родители… — он замолчал с грустным видом. В прошлом мире Сэйитиро был слишком занят работой и редко виделся с семьей. Он даже не навестил их на прошлые праздники Обон (Праздник фонарей) или Новый год. Хотя его родители, казалось, не слишком заботились о том, как он живёт, и знали, что он вполне способен позаботиться о себе, он всё равно гадал, что они чувствуют теперь, когда их единственный ребёнок полностью исчез из их мира. — «Что они будут делать и как проведут остаток своей жизни без него? Когда-нибудь, если это вообще возможно…» Сэйитиро хотел бы вернуться в свой старый мир. Может быть, тогда он смог бы увидеть их ещё раз, сказать им, что ценит всё, что они когда-либо для него делали, пока не стало слишком поздно. В это же время Сэйитиро хотел бы, чтобы имущество и вещи, которые он оставил, перешли к его родителям. Ему казалось, что это наименьшее, что он можег для них сделать, если он действительно не сможет заботиться о них в их старости. Никогда прежде в своей жизни Сэйитиро не думал так глубоко о своих родителях, как в этот момент. И тут обоих охватило тяжёлое, задумчивое молчание — словно Ареш давал Сэйитиро пространство, чтобы подумать о жизни, которую он оставил, о родителях, которых он не видел и, возможно, никогда больше не увидит. Только когда взгляд Сэйитиро начал затуманиваться, он понял, что по его щекам текут слёзы. Ареш, который до этого момента хранил молчание, наконец открыл рот, чтобы произнести заклинание своим красивым, успокаивающим низким голосом. Как всегда, голос Ареша звучал приятно для ушей Сэйитиро, даже успокаивающе, словно песня, призванная нежно убаюкать его мрачные мысли. Сегодня, однако, заклинание Ареша длилось дольше обычного, но Сэйитиро не возражал. — «Похоже на колыбельную», — подумал Сэйитиро, медленно закрывая глаза, слушая мелодию. Он чувствовал, как тепло разливается по всему телу, и не был уверен, вызвано ли это ощущение заклинанием или свежепроявившимися сырыми эмоциями, всё ещё бурлившими в нём. Сонливость постепенно нарастала, и становилось трудно держать глаза открытыми. Что-то тёплое скользнуло по его щеке, когда он в последний раз закрыл их. Медленно Сэйитиро окутала мягкая тьма. Все, что он смог почувствовать перед тем, как его сознание окончательно затуманилось — прикосновение тёплых губ Ареша. Ощущение нежно целующих его губ, прежде чем он провалился в сон.