Ради лучшего будущего

Мадара с выражением лица, столь же мрачным, как грозовые тучи, сгущающиеся за окном, наблюдает, как Изуна выходит вперед. Напряжение пронизывает комнату. Собравшиеся члены клана Учиха излучают чувство тревоги. Мадара чувствует, как в воздухе витают подозрения, страх и гнев. Жестокое убийство четырех их шиноби потрясло клан, и теперь у Изуны есть новости — новости от Тобирамы Сенджу, ни много ни мало. - У меня сообщение от Тобирамы. Что касается убийств, - объявляет Изуна ровным голосом, несмотря на всю тяжесть ситуации. Мадара видит, как глаза их отца расширяются от удивления, но старший Учиха жестом просит Изуну продолжать. Все в комнате замирают, все смотрят на младшего Учиху и ждут. Мадара тоже ждет, хотя его мысли уже лихорадочно мечутся. Он оценил работу Тобирамы, точность в убийствах, жестокую эффективность. Его челюсти сжимаются. Он хочет услышать, какие оправдания есть у пса Сенджу для своих действий. Более того, он хочет знать, что делал его младший брат. Как Изуна столкнулся с Тобирамой? И как они проговорили достаточно долго, чтобы обменяться словами? - Я спросил его, почему он так жестоко убил Масахиро, Наоки, Като и Симу, - продолжает Изуна, его голос едва слышен. Зал взрывается. Собравшиеся учихи ахают от удивления. Все были потрясены, узнав, что Тобирама был ответственен за убийства. Мадара чувствует, как тяжесть этого момента давит ему на грудь, гнев разгорается в нем, как живое пламя. Конечно, это был он. Этот ублюдок. Но почему? “Он сказал мне выяснить, что у них общего”, - говорит Изуна напряженным голосом. “То, как он это сформулировал, явно подразумевало, что другие последуют его примеру”. «что?» Тадзима, их отец, тяжело дышит, его шок очевиден. Мадара бросает на него взгляд, наблюдая, как обычно стойкий глава клана колеблется. Остальные воины обмениваются взглядами, в равной степени встревоженные. Здесь кроется что-то большее, чем просто нападение на их шиноби. Мадара обостряет свой ум, сосредотачиваясь на деталях. Это не было случайностью. Тобирама выбрал их своей мишенью, но не только потому, что они были бойцами Учиха. “Это не было совпадением”, - осознает Мадара вслух, его голос перекрывает шепот. “Он специально выбрал их своей целью. По какой-то другой причине, помимо того, что он Учиха”. Изуна кивает, его глаза затуманены беспокойством. "да. И он хочет, чтобы мы знали почему, иначе он не сказал бы мне”. Мадара прищуривается, его мысли путаются. Во что играл Тобирама? Зачем давать им подсказки, если это не было частью более масштабного послания? Он переводит взгляд на старшее поколение их клана, в котором произошла тревожная перемена. Некоторые старейшины выглядят потрясенными, их лица бледны. Другие отводят глаза, словно пытаясь избежать надвигающейся правды. Мадара чувствует, как по спине у него пробегает холодок. Они что-то знают. - Этого не может быть... - Пробормотал Таджима, и его лицо потеряло свой обычный цвет. - Будь серьезен, - пытается пошутить Якиро, один из их воинов, но его голос дрожит. Мадара переводит взгляд на него, его чакра выдает пульсирующий в нем страх. Даже он понимает, что что-то не так. Мог ли Тобирама выбрать его следующей целью? “Якиро прав”, - говорит Юэ, другая старейшина, но ее собственный голос дрожит от беспокойства. “Мы не оставили никаких следов. Он никак не мог узнать. Прошли годы”. Инстинкты Мадары обостряются. Он переводит взгляд с одного старейшины на другого, в его голове кружатся смятение и подозрение. Они чего-то недоговаривают. Что-то серьезное. Он переводит взгляд на Изуну, надеясь на какие-то разъяснения, но его младший брат выглядит таким же невежественным, каким он себя чувствует. Гнев Мадары растет. Что бы это ни было, он хочет получить ответы. - Что ты сделал? - требовательно спрашивает он, и его голос, словно лезвие, пронзает напряжение. Он смотрит прямо на Якиро и Юэ, ожидая, что кто-нибудь из них объяснит. К его удивлению, говорит не кто-то из них, а Изуми, бывшая невеста Якиро. Она делает шаг вперед, ее лицо искажается от отвращения. Мадара смутно помнит ее, помнит, что она разорвала помолвку с Якиро много лет назад после особенно жаркой ссоры, но подробности ускользали от него — до сих пор. “Все они были членами команды по уничтожению детей”, - говорит Изуми резким от отвращения голосом. - Они ради забавы выследили одного из младших братьев Тобирамы и разрубили бедного мальчика на куски. Насколько я слышал, сенджу потратил несколько дней, собирая все части его тела. Тишина, которая следует за этим, оглушает. Мадара чувствует, как в животе у него образуется тяжелая пустота. Его глаза расширяются, когда кусочки мозаики начинают вставать на свои места. Отряд по уничтожению детей. Он понятия не имел, что в их клане есть такое подразделение, не говоря уже о том, что они совершили что-то настолько отвратительное. Его сердце болезненно сжимается, когда он представляет, как на его младшего брата охотятся и убивают. Если бы кто-то сделал то же самое с Изуной... Мадара не знает, что бы он сделал. Неудивительно, что Тобирама отправился за этими людьми. Это именно то, что он сделал бы на его месте. Осознание этого приводит его в ужас, но он не может отрицать, что в этом есть смысл. - Мы никогда не заявляли об этом убийстве, - слабым голосом произносит Таджима, хотя даже он выглядит неуверенным, как будто земля уходит у него из-под ног. Лицо Изуны искажается от отвращения, когда он смотрит на их отца. “ В этом не было необходимости. Тобирама, вероятно, почувствовал это. Таджима становится бледным, как полотно. ” Почувствовал? - повторяет он тихим, ломким голосом. Мадара делает глубокий вдох, на него давит тяжесть происходящего. Пришло время объяснить, что он знает. “Он сенсор”, - говорит он тихим, но твердым голосом. “И при этом невероятно сильный. Он может различать людей по их чакрам, считывать их родство, принадлежность к клану и эмоциональное состояние. Я не знаю всего спектра его сенсорных способностей, но это не было бы чем-то неслыханным для кого-то настолько могущественного, чтобы чувствовать людей на расстоянии в несколько километров. “Он больше”, - говорит Изуна тихим, но твердым голосом. “Несколько месяцев назад он прочитал мою чакру, находясь на другом конце страны”. Мадара ахает, застыв на месте, его охватывает недоверие, когда Изуна тихо поправляет его. Он мгновенно приходит в шок. Что? Это почти невозможно постичь. Как может один человек быть настолько могущественным? Сердце бешено колотится в груди, мысли путаются. Тобирама всегда был сильным, возможно, даже сильнее его, но такое? Чувствовать чакру на огромных расстояниях? Это превосходит все, что он мог себе представить. Изуна приподнимает бровь, явно не впечатленный реакцией Мадары. Взгляд его младшего брата полон нетерпения, и на мгновение Мадара чувствует укол смущения, как будто он должен был догадаться. Изуна смотрит на него как на идиота. Гордость Мадары вспыхивает под этим пристальным взглядом. - Он был в лагере Сенджу той ночью на поляне, - продолжает Изуна спокойным, но резким голосом. - Наши разведчики доложили о его присутствии там за несколько часов до этого. Мысли Мадары путаются, пока он собирает все воедино. В ту ночь, когда Изуна упомянул о поляне, у него все еще мурашки бегут по спине. Тобирама был на территории Сенджу? Но каким-то образом седовласый Сенджу не только почувствовал, что происходит, но и опередил их. Тобирама прибыл на место происшествия раньше Мадары. У него даже было время уничтожить поджидавших их врагов. Желудок Мадары сжимается от такого предположения. Телепортация. Тобирама, должно быть, телепортировался из лагеря на поляну в мгновение ока. Но как далеко он мог переместиться с помощью этого дзюцу? Сколько миль? Каковы были пределы? Сможет ли он пересечь всю Страну Огня всего за несколько секунд? Ноги Мадары внезапно подкашиваются, тело предает его, колени подгибаются. Он падает на пол, мысли путаются. - Пожалуйста, - бормочет он, обращаясь скорее к самому себе, чем к кому-либо еще, - напомни мне никогда, никогда не выводить его из себя. Якиро, стоящий рядом, практически визжит, не веря своим ушам. “Ты, блядь, серьезно?” Его голос срывается от паники. “За нами с Юэ охотится какой-то сверхчеловеческий монстр, а ты тут шутишь? Мы должны планировать, как избавиться от него, а не смеяться над ситуацией!” Мадара, в кои–то веки, не может спорить со страхом Якиро – Тобирама страшный, - но Идзуми огрызается на него прежде, чем он успевает ответить. “Так тебе и надо!” - шипит она, ее глаза сужаются от отвращения. В ее голосе звучит яд, тот же яд, который Мадара чувствует в своей груди. Юэ открывает рот, чтобы защититься, но прежде чем она успевает произнести хоть слово, Изуна останавливает ее взглядом. Его чакра вспыхивает вокруг него, излучая гнев такой силы, что становится душно. “ Заткнись, ” рычит Изуна опасно низким голосом. “Вы, отвратительные, больные ублюдки, получите по заслугам”. ”Изуна!" Раздается резкий и повелительный голос их отца, пытающегося обуздать младшего Учиху. Но Изуна не дрогнул. Он не склонился и не съежился, не отступил ни на дюйм. Мадара с благоговением наблюдает, как Изуна медленно переводит взгляд на их отца, и его шаринган оживает. Красный блеск в его глазах отражает пылающую в нем ярость. - Это ты приказал отряду Якиро убить младшего брата Тобирамы? Ребенка, которому не могло быть больше восьми? Мадара напрягся. Он никогда не видел Изуну в такой ярости. Воздух наполнился невероятной силой его чакры, густой и удушающий, и несколько более слабых духом воинов инстинктивно отшатнулись, их страх стал ощутимым. Даже Мадара, который знал Изуну всю свою жизнь, может почувствовать тяжесть гнева своего брата, который давит на них всех. ” Ты это сделал? - повторяет Изуна, теперь его голос холоднее и опаснее. Тадзима, их отец, колеблется слишком долго, прежде чем ответить. - Нет. - Его голос слегка дрожит, выдавая его. “ Они были на разведке. Я не знал, что мальчик будет там” Мадара кипит от злости. Что за идиотское решение было принято? Отправить отряд по уничтожению детей на простую разведывательную миссию? Это безрассудно, безответственно — катастрофа вот-вот случится. Даже пограничный патруль был бы более безопасным и менее непредсказуемым. Это... это была бомба замедленного действия, и теперь они разбираются с последствиями. Мадара кипит от злости. Что за идиотское решение было принято? Посылать отряд по уничтожению детей на простую разведывательную миссию? Это безрассудно, безответственно — катастрофа вот-вот случится. Даже пограничный патруль был бы более безопасным и менее непредсказуемым. Это... это была бомба замедленного действия, и теперь они разбираются с последствиями. Глаза Изуны сужаются еще больше, его чакра становится холоднее и темнее. “Но ты ведь тоже не наказал их за их действия, не так ли?” В его голосе слышится обвинение. - Если бы ты это сделал, Масахиро, Наоки, Като и Сима все еще были бы живы. Мадара заставляет себя подняться на ноги, его тело кажется тяжелым, но он твердо стоит рядом с Изуной, предлагая молчаливую поддержку. Его взгляд останавливается на их отце, и в нем закипает гнев. “Он прав. Ты глава нашего клана. Убийство Тобирамой отряда Якиро - прямая реакция на ваше бездействие. Если бы вы вмешались и запретили охоту на детей, у него не было бы причин убивать их.” В комнате воцаряется ошеломленная тишина. Слова Мадары глубоко ранят, но они правдивы. Он видит, как на лице Таджимы промелькнуло чувство вины, и на мгновение в его стоическом облике появилась трещина. Для всех них это горькое осознание — расправа Тобирамы с их шиноби была посланием, возмездием за грехи, которым они позволили развестись в их клане. Голос Мадары понижается, наполняясь едва сдерживаемой яростью. - Ты позволяешь им продолжать, показывая Тобираме, что либо одобряешь охоту на детей, либо, что еще хуже, не можешь контролировать свой собственный клан. Так почему же ты так шокирован тем, что он решил сделать из отряда Якиро пример для подражания?” Таджима молчит, но в его глазах безошибочно читается вина. Впервые за много лет Мадара чувствует странное родство с Тобирамой. Если бы кто—то поступил с Изуной так же, как с братом Тобирамы, он бы уничтожил и весь отряд - без пощады, без раздумий. Когда в комнате воцарилось понимание, Мадара не мог отделаться от мысли, что это тоже расплата. Расплата, которая давно назрела.