Глава 13
28 марта 2026 г., 07:26
Днем на тренировке Вань Фэй всеми силами напрашивался пойти вечером к Цю И вместе.
— Почти полмесяца прошло, — Фэй лихо тряхнул головой, разбрызгивая пот. — А я еще толком не полюбовался на наш шедевр!
Бянь Нань вытер лицо:
— Брысь отсюда. Иди к клумбам отряхивайся, садовник потом три дня поливать не будет.
— Ну погнали вместе, — Вань Фэй накинул полотенце на голову. — Дай и мне прочувствовать этот триумф — постоять над телом поверженного врага.
— Да брось ты, — Бянь Нань вытер лицо и, подхватив сумку, пошёл к общежитию. — В тот вечер, когда враг уже валялся на земле и не мог пошевелиться, что-то ты не особенно этим наслаждался. Рванул так, будто тебе петарду в задницу засунули.
Но, сколько бы Вань Фэй ни хорохорился, после душа в общаге он завалился на кровать и уже не захотел никуда идти. Когда Бянь Нань переоделся и собрался выходить, друг уже дрых без задних ног, развернувшись головой к изножью кровати.
Нань выдрал лист из тетрадки, размашисто написал: «Голова — здесь», заштриховал буквы пожирнее и приклеил листок Фэю на физиономию. После чего со спокойной душой вышел из комнаты.
У школы такси было не дождаться, так что Наню пришлось запрыгнуть в тарахтящий «тук-тук». Но поскольку в центр таким колымагам въезд был закрыт, его высадили за пару кварталов. Бянь Нань завис на тротуаре, прикидывая маршрут, и в конце концов тормознул нормальную машину. Смешно, конечно — пересаживаться с такси на такси, но после тренировки ноги были свинцовыми, и идея идти пешком казалась пыткой.
Проходя мимо магазинчика в переулке, он хотел было купить что-нибудь вкусное для Эрбао, но вспомнил кислую мину Цю И и передумал. Лучше потом отведет малого и купит на месте, чтобы съели сразу.
В переулке он почти сразу столкнулся с прохожим.
Бянь Нань шел, рассматривая трещины на старых кирпичах под ногами, и просто вильнул в сторону, чтобы разминуться, но человек преградил ему путь.
Нань нахмурился, поднял глаза и увидел перед собой Шэнь Тао.
— Ты тут какого черта забыл? — лицо Тао не предвещало ничего хорошего.
— Гуляю. Тебе-то что? — Нань засунул руки в карманы и уставился на него в упор.
— Ну, гуляй, — Шэнь Тао смерил его тяжелым взглядом и отошел в сторону.
Бянь Нань мазнул по нему взглядом и двинулся вглубь переулка, но через несколько шагов почувствовал, что тот идет следом.
Он не обернулся, только следил за его тенью на земле. Конечно, не все такие крысы, как банда Пан Ифэна, любящая бить в спину, но береженого бог бережет — он и сам всего пару дней назад напал на Цю И исподтишка.
Шэнь Тао, однако, никаких резких движений не делал. Когда Бянь Нань толкнул калитку, тот вошел во двор вслед за ним. Во дворе была только соседка-старушка — сидела под виноградником и слушала радио. Бянь Нань поздоровался, и тут из кухни выскочила маленькая фигурка.
Он поспешно присел, раскрыв объятия.
— Даху, ты пришел! — Цю Янь с разбегу врезался в него. Увидев того, кто вошел вторым, он радостно крикнул: — Сяо Тао-гэ, а ты разве не ушел?
— Кое-что забыл, — Шэнь Тао выдавил улыбку ребенку и прошел прямиком в кухню.
— Готовите? Папа в комнате? — Бянь Нань хотел было зайти поздороваться с отцом, но, подняв Цю Яня на руки, увидел, что Цю И сам подпирает косяк кухни.
— Папе нездоровится, выпил лекарство и уснул, — Цю Янь обхватил его за шею. — Мы с братом как раз ужин затеяли.
— Нездоровится? Заболел? — Нань обеспокоенно заглянул в сторону дома.
— Да нет, у папы так бывает, — пояснил Эрбао.
Побоявшись разбудить отца, Бянь Нань не пошел внутрь, а присел на скамью у виноградника. Цю Янь выудил из кармана красную пластиковую звездочку и протянул ему:— Это мне сегодня дали как награду. Дарю тебе!
— Ого, спасибо. Ты такой молодец, даже награды получаешь, — Бянь Нань взял звезду и похлопал по своим карманам, но, кроме кошелька, ничего не нашел. — Попозже свожу тебя купить чего-нибудь вкусного.
— Мне нельзя сладости в будни, — шепнул Эрбао на ухо. — Брат не разрешает.
— Тогда купим игрушку.
Нань покосился на кухню. Цю И на него не смотрел — он буравил взглядом Шэнь Тао, и между ними прямо искры летели.
— Я не уйду, — Шэнь Тао тоже привалился к косяку, скрестив руки на груди.
— Тогда вали к воротам и там карауль, — отрезал Цю И. — Я еду готовлю, не мешайся под ногами.
— Вон там на скамейке еще один «мешающийся» сидит, почему бы тебе его сначала не выставить? — Тао не двинулся с места.
— Твое дело, — Цю И пару раз прыгнул на одной ноге к плите. — Но если Эрбао хоть что-то заподозрит, ты отсюда на своих двоих не выйдешь, понял меня?
— Блядь! — тихо выругался Шэнь Тао.
— Ругайся в другом месте, — поморщился Цю И.
— Позвони, если что, — Тао поколебался, но всё же двинулся к выходу.
— Угу.
Уходя, Шэнь Тао одарил Бянь Наня тяжелым взглядом. Тот в долгу не остался и посмотрел в ответ с предельным раздражением. Не сиди у него на шее Цю Янь, он бы за такое отношение давно познакомил Шэнь Тао с ближайшим стулом.
— Пойду помогать брату, — Цю Янь крикнул «пока» Шэнь Тао и собрался бежать на кухню.
— Да что ты там умеешь? Твой брат и сам справится, а ты только под ногами путаешься, — Бянь Нань придержал его, наблюдая, как Цю И вовсю скачет по тесной кухоньке.
— Врач сказал, ему вообще наступать нельзя, — Эрбао нахмурился. — Я волнуюсь.
Мальчик выдал это с таким серьезным, взрослым видом, что Бянь Нань даже не нашелся, что возразить, и разжал руку.
Пока Цю Янь возился в кухне, Бянь Нань сидел во дворе, разглядывая подросшие листья винограда. Старушка-соседка всё это время не сводила с него испытующего взгляда. Выдержав под этим пристальным взором пару минут, Бянь Нань не выдержал:
— Бабуль, случилось чего?
— Иди помоги парню-то, — она легонько хлопнула его по плечу. Видимо, решила, что раз в прошлые дни он так активно кашеварил, то чего теперь расселся.
— Ладно-ладно... — Нань нехотя поднялся и поплелся к кухне.
Как раз в этот момент Цю И потянулся за тарелкой, но подвернувшийся под руку Эрбао сбил его с ритма. Цю И пошатнулся, и его нога в гипсе по инерции уже летела к полу.
— Эй! — Нань подскочил и вовремя подхватил Цю И под руку.
Эрбао испуганно отпрянул.
— Я же говорю — только мешаешь, — Нань кивнул мальчику на выход. — Иди погуляй.
Цю Янь пулей вылетел во двор, но замер у двери:
— Я просто хотел тарелку подать...
— Ладно, давай я, — раздражённо буркнул Бянь Нань, глянув на Цю И. — У тебя и стоять-то толком не получается.
— Хочешь как-нибудь сам попробовать? — спокойно отозвался Цю И.
— Ага, сейчас, — Бянь Нань понизил голос. — Думаешь, я тебя боюсь? Давай, как оклемаешься — я к твоим услугам!
Цю И промолчал. Присутствие ребенка снаружи заставляло их обоих цедить угрозы сквозь зубы, не повышая голоса.
— Всё, давай я закончу, — Бянь Нань, поддерживая Цю И под руку, вытащил его из кухни. Довел до комнаты и буквально уронил на кровать: — Сиди и не высовывайся.
— Сделай милость... — Цю И кивнул на свернутое одеяло в ногах.
Бянь Нань, подавляя раздражение, подошел и поправил одеяло, а после секундного колебания сам осторожно переложил на него загипсованную ногу Цю И.
— Спасибо.
— Тебе что, реально неймется самому готовить? — Нань нахмурился. — Ты больной? Доставка тебя разорит, что ли?
— Мне лежать месяц. Трижды в день. Завтрак отец еще как-то сообразит, но остаются еще два раза, — Цю И закинул руки за голову и заговорил своим обычным ровным тоном. — Самый дешевый обед в переулке — десять юаней. На троих это шестьдесят в день. Если Эрбао считать за половину — пятьдесят. Сколько это в месяц? Знаешь, сколько я в ресторане зарабатывал? Ах да... этих денег теперь тоже нет…
— Всё, хватит! — перебил его Бянь Нань. От этих слов у него возникло какое-то дурацкое чувство вины. Он-то просто хотел выпустить пар, а о таких паршивых последствиях даже не задумывался. Но тут же вспомнил, что Цю И наверняка в курсе всех его грязных секретов, и чувство вины сменилось привычной яростью.
— Прикинул в уме? — не унимался Цю И.
— Не наглей, — Нань ткнул в его сторону пальцем. — Я ради Эрбао тут с тобой не связываюсь, так что не вздумай испытывать мое терпение!
— Полторы тысячи, — подытожил Цю И.
— Твою мать! — ругнулся Нань и выскочил из комнаты.
Цю И щелкнул настольной лампой и открыл книгу. Он не сомневался, что Бянь Нань придет: было видно, что тот искренне привязался к мелкому, а Нань из тех, кто держит слово.
Цю И тоже не горел желанием видеть эту физиономию каждый день. Если бы причиной того, что он теперь по пять минут настраивается, прежде чем решиться встать и доползти до туалета, был кто-то другой — всё было бы проще. Но это был именно Бянь Нань, который запер его в четырех стенах, лишил работы и возможности заботиться об отце и брате. И это бесило Цю И неимоверно. Так что он не собирался облегчать парню жизнь.
Бянь Нань провозился на кухне ещё полчаса. Все овощи и мясо, которые Цю И успел нарезать, он раскидал по сковородкам как придётся — просто примерно прикидывая, что с чем можно смешать.
Когда стол был накрыт, Эрбао заглянул в комнату:
— Гэгэ, идём есть, я тебе помогу.
Поскольку отца рядом не было, Бянь Нань не стал разыгрывать спектакль и остался стоять в гостиной. Через пару секунд Цю Янь выкатил из комнаты отца инвалидное кресло. Весь вечер малец был на подхвате, бегал туда-сюда, и теперь его нос снова блестел от пота.
— Я сам, иди накладывай рис, — Нань отодвинул ребенка и зашел за Цю И.
Тот уже поднялся и стоял у кровати, опираясь на стол. Бянь Нань подкатил кресло ему под спину и хотел было отойти.
— Эй, — Цю И прыгнул назад, но кресло под его весом просто отъехало в сторону. — На тормоз поставь.
— Тормоз? — Нань наклонился. — У этой телеги еще и тормоза есть? Где они? За что дергать?
— Ты думаешь, это велосипед? — спокойно сказал Цю И и показал на колесо. — Чёрная ручка сзади. Вниз нажми.
— А твой пижонский велик где? — Нань нажал на рычаг и качнул кресло — замертво. — Тоже в травматологии?
— В кладовке стоит, — бросил Цю И, усаживаясь.
Бянь Нань стоял сзади. Убедившись, что тот сел плотно, он со всей силы толкнул коляску:
— Полетели!
Но коляска не рванула к выходу, как надеялся Бянь Нань, а проехала полфута и встала как вкопанная.
— Да что за хлам! Его что, еще и толкать надо с усилием?.. — Нань снова нажал, но кресло не двигалось.
Цю И медленно обернулся и через паузу произнес:
— Ручник, гений. Ты его сам только что затянул.
Бянь Нань задохнулся от ярости. Он рывком отщелкнул черную ручку и уже замахнулся для нового рывка, как в дверях показалась голова Цю Яня:
— Вы скоро?
— Уже идем, — Цю И крутанул колеса руками, и кресло плавно покатилось вперед. — Проголодался?
— Немножко, — малец смущенно улыбнулся и посмотрел на Наня. — Даху так вкусно приготовил!
— Еще бы не вкусно, — Бянь Нань зашагал следом за коляской. — У меня талант от бога...
На самом деле ужин, над которым Бянь Нань так долго корпел, вышел так себе. Выглядело прилично, но на вкус — ничего особенного. Впрочем, он выложился на полную, учитывая его скудный опыт.
— Папе оставить? — спросил он у малого.
— Не надо, он каши поел и спит, — ответил Цю И, отхлебнув супа. — У нас соль закончилась?
— Да есть там всё... — машинально отозвался Нань, но тут же поймал взгляд Цю И. — Если пресно — так и скажи, чего круги нарезать.
— Всего лишь чуть-чуть недосолено, — вклинился Эрбао, уплетая суп. — Очень вкусно!
— Можешь выпить колы, если хочешь, — вдруг разрешил Цю И.
— Правда?! — малец соскочил со стула и рванул к холодильнику. — Честно-честно?
— Да. За то, что вежливый и умеешь ценить чужой труд, — кивнул брат.
— Вот зараза, — пробормотал Бянь Нань. Он только что сам сказал Цю И не ходить вокруг да около, а тот в ответ ещё шире завернул. Он столько времени угробил у плиты, а в итоге ни одного нормального слова не услышал.
— Давай досолю. У больного вкус притупился.
— Не надо. — Цю И потянулся было за миской, но Нань припечатал его руку к столу.
— Ничего, — он широко, почти ласково улыбнулся. — Я тебя обслужу.
Он ушел на кухню, открыл солонку и зачерпнул полную ложку. Подумал, отсыпал половину. Подумал еще, оставил добрую щепотку и всыпал в суп.
— Спасибо, — сказал Цю И, когда миска вернулась на стол.
— Ну как, теперь по вкусу? — Нань сел и впился в него выжидающим взглядом.
— В самый раз, — Цю И невозмутимо подцепил ребрышко. Он планировал сделать их с черными бобами, но в тарелке были просто ребра. — А бобы...
Увидев, что чёрные бобы перекочевали в тушёную капусту, он больше ничего говорить не стал. Молча продолжил жевать, радуясь хотя бы тому, что мясо прожарилось.
— Это авторские ребра в соевом соусе, — заявил Нань. Он про бобы вспомнил, когда мясо уже снял, так что просто вывалил их в овощи. — Супчика попей. Кости укрепляет.
— Позже, — ответил Цю И.
— Эрбао, — Нань отхлебнул своего супа (нормального). — Суп совсем невкусный? Твой брат вон даже притронуться боится.
— Вкусный! — Эрбао послушно вылакал свою порцию и шепнул брату: — Братик, Даху так долго старался...
Цю И на мгновение пожалел, что так хорошо воспитал брата. Он вздохнул, взял миску и одним махом выпил «авторский» бульон.
— Ну как? — Нань подался вперед, сияя от предвкушения.
Цю И сдержал кашель, прикрыв рот ладонью: — ...Замечательно.
— Ну так выпей еще, чего стесняться? — Нань едва сдерживал смех.
— Потом. — Цю И поставил миску. Соль обжигала горло, он судорожно запихнул в рот побольше капусты, чтобы хоть как-то перебить этот вкус.
Нань не стал больше давить. Цю И был слишком непроницаем, черт знает, как он отыграется. Хватит и этой маленькой победы.
К концу ужина Нань уже вовсю болтал с Эрбао, у которого случился приступ словоохотливости. Он даже удивился, когда заметил, что миска Цю И пуста — тот всё-таки допил этот солевой раствор.
— Соли добавить? — вдруг спросил Нань. На этот раз — искренне, суп и правда был пресноват изначально.
Цю И нахмурился:
— Тебе не надоело?
— Твою мать, я серьезно спросил! — Нань фыркнул. — Вечно ты подвох ищешь.
— Серьезно, значит? — Цю И усмехнулся. — Я запомню.
Бянь Нань застыл, а потом тут же понял, что его опять обвели, и не сдержался:
— Да пошел ты.
Слова едва слетели с губ, как Цю И с грохотом отшвырнул палочки. Прежде чем Бянь Нань успел хоть что-то сообразить, Цю И резко подался вперед и с размаху впечатал кулак ему в лицо.
