Заметки о путешествии между мирами.

Се Лянь закончил разговор по духовной сети уже стоя во дворе монастыря Водных Каштанов. С холма тянуло прохладным вечерним ветром. Небо над головой постепенно темнело. Принц тихо выдохнул и потёр точку между бровей. Похоже, спокойные дни действительно закончились. Се Лянь толкнул дверь и вернулся внутрь. Монастырь выглядел скромно: старые стены, неровный пол, простая циновка, потрёпанный стол для подношений. На фоне этой бедности особенно выделялся сидящий внутри юноша в красном. Сань Лан удобно устроился возле стола, лениво подпирая щёку рукой. Услышав шаги, он поднял взгляд. — Гэгэ вернулся? Се Лянь невольно улыбнулся. — Вернулся. Он подошёл ближе. — Прости, пришлось ненадолго отвлечься. Ты ведь не заскучал? — Если бы мне было скучно рядом с гэгэ, разве стал бы я здесь оставаться? Се Лянь на миг растерялся. Этот юноша говорил подобные вещи так естественно, будто вовсе не замечал, как легко может смутить собеседника. Прежде чем принц успел ответить, в дверь монастыря резко постучали. Да так сильно, будто желали сорвать её с петель. За ней оказались двое. Один — высокий, с крайне недовольным выражением лица. Второй — холодный и хмурый. Се Лянь слегка удивился: — В чём дело? Сань Лан, не вставая с места, развёл руками и повторил: — В чём дело? Второй свёл брови. — Ты кто такой? Се Лянь спокойно ответил за юношу: — Один мой друг. Вы знакомы с ним? Сань Лан всем своим видом выражал невинность. — Гэгэ, кто эти люди? Едва прозвучало обращение «гэгэ», у Нань Фэна дёрнулся уголок рта, а у Фу Яо подскочила бровь. Се Лянь помахал рукой: — Всё в порядке, не волнуйся. Нань Фэн резко бросил: — Не разговаривай с ним! Се Лянь удивился: — Что? Так вы его знаете? — … — Не знаем, — холодно ответил второй юноша. — Раз не знаете, зачем тогда… В следующий миг по обе стороны от принца вспыхнул яркий свет. В ладонях духов войны собирались сияющие шары духовной силы. Се Лянь мгновенно напрягся. — Стойте! Давайте не будем горячиться! Сань Лан дважды лениво хлопнул в ладоши. — Чудеса, чудеса. Первый резко повернулся к принцу: — Где ты встретился с ним?! Как его зовут? Где он живёт? Почему он здесь?! Се Лянь терпеливо ответил: — По дороге сюда. Он представился Сань Ланом. Больше я ничего о нём не знаю, но идти ему, похоже, некуда, поэтому я позволил ему остаться. — Ты ничего о нём не знаешь и всё равно впустил его?! Тон первого странным образом напомнил принцу его отца. Однако прежде, чем Се Лянь ответил, со стороны Сань Лана донёсся спокойный голос: — Гэгэ, эти двое — твои слуги? Се Лянь мягко улыбнулся: — «Слуги» не совсем подходит. Скорее… помощники. Сань Лан усмехнулся. — Правда? Он поднялся, подхватил что-то рядом и небрежно бросил одному из них. Тот автоматически поймал предмет. Посмотрел. Это оказалась… Метла... В монастыре повисла тишина. Се Лянь быстро шагнул вперёд. — Спокойствие, метла у меня только одна— Не успел договорить. — Яви свою истинную сущность! Белый шар духовной силы сорвался с ладони того юноши. Сань Лан даже не шелохнулся. Лишь слегка отклонился, и сгусток света с грохотом врезался в ножку стола. ХРЯСЬ. Стол покосился. Посуда со звоном разлетелась по полу. Се Лянь медленно прикрыл глаза. «Началось…» Жое вылетела вперёд и в одно мгновение связала Нань Фэна и Фу Яо. — Что ты творишь?! — возмутился Нань Фэн. — Поговорим снаружи, — спокойно ответил принц. — И желательно без разрушений. Перед тем как выйти, Се Лянь обернулся: — Сань Лан, я сейчас вернусь. — Хорошо, гэгэ. Снаружи монастыря Водных Каштанов ветер тихо шелестел сухой травой. Се Лянь поставил перед обоими деревянную табличку. — Пожалуйста, внимательно прочтите, что здесь написано. Один из них нахмурился и вслух прочитал: — «Монастырь находится в обветшалом состоянии. Люди добрые, посильные пожертвования и помощь в реставрации пойдёт в копилку ваших добродетелей». Он поднял взгляд. — Это… ты написал? — Именно, — спокойно подтвердил Се Лянь. Тот, что выше, нахмурился ещё сильнее: — Ты вообще понимаешь, как это выглядит? Ты вознесшийся небожитель! Се Лянь сложил руки в рукава. — Если вы продолжите устраивать драки внутри, мне придётся просить уже не о реставрации, а о постройке нового монастыря. — … На это возразить оказалось сложно. Первый всё же не сдавался: — И тебе этот юноша совсем не кажется странным? — Кажется. — И всё равно ты оставил его рядом с собой?! Се Лянь задумчиво наклонил голову. — Нань Фэн, странный — не значит опасный. Второй холодно усмехнулся: — А если он замышляет недоброе? Се Лянь посмотрел на свой полуразрушенный храм, потом на старую табличку, потом обратно на них. — И на что, по-вашему, здесь можно покуситься? … Оба замолчали. Потому что это действительно был хороший вопрос. После недолгих уговоров Се Лянь всё же сумел убедить их хотя бы не разносить храм дальше. Когда троица вернулась внутрь, Сань Лан всё ещё сидел возле покосившегося стола. Услышав шаги, он поднял взгляд. — Гэгэ вернулся? — Вернулся. Се Лянь мягко кашлянул. — Только что произошло небольшое недоразумение… — Я уже понял, — легко улыбнулся Сань Лан. — Вероятно, я просто показался им знакомым. Фу Яо прохладно заметил: — Показался. — Забавно, — лениво протянул Сань Лан. — Мне они тоже показались знакомыми. — … Неловкая тишина. Нань Фэн тяжело выдохнул. — Освободите место. Я нарисую поле для Сжатия тысячи ли. Се Лянь быстро убрал циновку. — Можешь здесь. Пока Нань Фэн вычерчивал магическое поле, Фу Яо наконец внимательно осмотрел внутреннее убранство монастыря. Старые стены, перекошенные балки, потрёпанная циновка. И выражение его лица становилось всё мрачнее. — И ты живёшь в таком месте? — Уже давно, — спокойно ответил Се Лянь. — А кровать? Се Лянь указал на циновку. — Вот. Фу Яо: — … Нань Фэн тоже на секунду застыл. И именно в этот момент— СКРИ-ИП. Дверь монастыря открылась. Внутрь буквально ввалилась Элис. На одном плече — разобранный каркас футона, под мышкой — свёрнутый матрас, а в другой руке — подушка. На запястье болтался небольшой ящик инструментов. Выглядела она бодрой, но всё таки слегка уставшей. — Лянь, я тебе тут принесла— Она осеклась и замерла, медленно оглядев помещение. Её взгляд зацепили сломанный стол и осколки посуды. Подозрительно напряжённых юношей, Сань Лана, как обычно выглядящего так, будто ему происходящее очень нравится, и Се Ляня. Долгая пауза. — … Элис медленно перевела взгляд на сломанный стол, потом обратно на присутствующих и очень уставшим голосом произнесла: — …Я всего на полчаса ушла... Какого чёрта тут происходит?.. Се Лянь легко кашлянул. — Возникло… небольшое недопонимание. Элис медленно посмотрела на покосившийся стол, потом на осколки посуды, потом снова на Се Ляня. — Лянь. Это не «небольшое недопонимание». Это выглядит так, будто сюда зашли два параноика и решили разнести нам всё здание к чёртовой матери. Нань Фэн нахмурился: — Эй! Фу Яо холодно скрестил руки: — Вообще-то мы— — Нет, подожди, — перебила Элис с выражением крайней усталости. — Мы, вообще-то, немало сил вложили в реставрацию этого храма. Храма, который проще снести и заново отстроить, чем реставрировать. У нас тут итак мебели мало. Он вообще — она ткнула пальцем в сторону Се Ляня, — спит буквально на полу. Се Лянь тихо заметил: — Вообще-то мне и правда не сложно— — Лянь, — очень спокойно произнесла Элис, — ты спишь на циновке. — … — На полу. Нань Фэн и Фу Яо почему-то одновременно отвели взгляд, а Элис тем временем снова посмотрела на разрушения и вздохнула, тихо выругавшись. Сань Лан, явно наслаждаясь происходящим, лениво подпёр щёку рукой. — Гэгэ сказал, что они его помощники. Элис медленно повернула голову. — Помощники? Се Лянь, будто только вспомнив: — Ах, точно. Элис, это Нань Фэн и Фу Яо. Нань Фэн коротко кивнул. Фу Яо ограничился сдержанным взглядом. Элис подняла руку в ленивом приветствии. — Ага. Очень приятно. Пауза. Она снова посмотрела на стол, на посуду, и с тяжёлым разочарованием вздохнула: — …Хреновые у тебя помощники. … Нань Фэн: — Да что значит «хреновые»?! Фу Яо опасно прищурился. Сань Лан негромко рассмеялся. Се Лянь быстро вмешался: — Ладно, ладно, давайте не будем снова начинать. Элис уже поставила свёрнутый матрас к стене и опустила каркас футона на пол. — Я и не начинаю, — пробормотала она. — Я заканчиваю. Мне лень выяснять с ними отношения. Она открыла ящик с инструментами, долго посмотрела на деревянные детали. Потом принялась за работу. Сань Лан лениво наклонил голову. — Нужна помощь? Элис подозрительно прищурилась. — Ты умеешь собирать кровати? — Нет. — Тогда не мешай. Сань Лан тихо усмехнулся, а Нань Фэн уже опустился на пол, начиная вычерчивать магическое поле. Се Лянь повернулся к юноше в красном: — Сань Лан, ты ведь что-то рассказывал про Баньюэ? Тебя прервали. — А-а, точно. Юноша чуть улыбнулся. — Чародей Баньюэ… был одним из двух советников государства Баньюэ. Тем временем на фоне: Щёлк. — …Да встань ты уже нормально, деревяшка, — еле слышно пробормотала Элис. Сань Лан едва заметно скосил взгляд в сторону Элис. Уголок его губ дрогнул. Но вслух он продолжил совершенно спокойно: — Чародей Баньюэ был одним из двух советников государства. Второй же… не принадлежал Баньюэ. Се Лянь слегка наклонился вперёд. — Второй? — Советник центральной равнины. Его звали Фан Синь. На лице Се Ляня почти незаметно мелькнула тень удивления. Нань Фэн на секунду поднял взгляд. Фу Яо скрестил руки. А где-то сбоку— Щёлк. Щёлк-щёлк. Долгое молчание. Потом очень тихое: — …Да чтоб тебя. Се Лянь кашлянул в кулак. Сань Лан продолжил, словно ничего не происходило: — Народ Баньюэ был воинственным и сильным. Они занимали важный путь между центральной равниной и западными землями, из-за чего конфликты были неизбежны… Элис тем временем сидела на полу среди деталей каркаса, относительно спокойно изучая каждую. Она повертела деревянную перекладину, перевернула её, поменяла местами, снова попробовала. Не подошло... — ... Фу Яо бросил на неё косой взгляд. — Если не умеешь собирать, зачем вообще взялась? Щёлк. Элис медленно подняла голову. Настолько медленно, что даже Нань Фэн почему-то напрягся. — Потому что, — с убийственным спокойствием начала она, — Ваш уважаемый друг здесь спит на полу. Се Лянь неловко улыбнулся: — Вообще-то— — Лянь. — … — Ты спишь на циновке. В голосе было что-то… опасно спокойное. Се Лянь почувствовал, что лучше срочно сменить тему. — Итак, Баньюэ? — Верно, — Сань Лан всё же вернулся к рассказу, хотя взгляд его на мгновение задержался на циновке. — После уничтожения государства ненависть советника и воинов не рассеялась. Постепенно оазис поглотила пустыня, а крепость Баньюэ стала местом, через которое боятся проходить путники… Элис тем временем наконец вставила очередную деталь. ЩЁЛК. Она замерла, медленно моргнула. Не развалилась. — О… Се Лянь улыбнулся: — Получилось? — Смотри не сглазь. Сань Лан лениво заметил: — Мне начинает казаться, что эта кровать побеждает. — Ещё одна шуточка, — устало сказала Элис, даже не поднимая головы, — и я вмонтирую тебя в эту кровать вместо матраса. … Тишина. Нань Фэн замер, Фу Яо медленно отвернулся. Се Лянь снова прикрыл рот рукавом. А Сань Лан тихо рассмеялся. Причём как-то слишком довольно Сань Лан тихо усмехнулся, подпирая щёку рукой. — Звучит как угроза. — Это обещание, — мрачно отозвалась Элис, пытаясь запихнуть упрямую перекладину в паз. Тук. Не влезла. Тук. Тоже нет. Очень тихое, почти ласковое: — …Ну давай... Встань наконец на место... Се Лянь на секунду прикрыл глаза. Почему-то всё это ощущалось удивительно… домашне. Почти спокойно. Если не считать того, что рядом сидели два напряжённых духа войны, один крайне подозрительный юноша в красном и где-то в углу происходила настоящая война с деревянным каркасом будущей кровати. Сань Лан как ни в чём не бывало продолжил: — Люди говорили, что всякий, кто проходил через Баньюэ, должен был оставить «плату за безопасный путь» — половину людей. Нань Фэн нахмурился: — Половину? — Именно. Сань Лан лениво пожал плечами. — Караваны исчезали. Солдаты пропадали. А те, кто выживал, рассказывали о тенях воинов с палицами из волчьих зубов, бродящих по пескам. Фу Яо скрестил руки. — И ты, конечно же, всё это прочитал случайно? — Разумеется, — с невинной улыбкой ответил Сань Лан. — Просто вы осведомлены хуже. … Фу Яо опасно прищурился. Се Лянь поспешил вмешаться: — Несмотря на то, что всё это записано в частных хрониках… государство Баньюэ действительно существовало. — О? — тихо отозвался Сань Лан. К этому времени Нань Фэн наконец закончил вычерчивать магическое поле. Он поднялся с пола. — Готово. Потом хмуро оглядел помещение. Сломанный стол. Осколки. Каркас кровати, который каким-то чудом уже почти напоминал мебель. И Элис, сидящую среди инструментов. — Когда отправляемся? — спросил он. Се Лянь уже собирался ответить— И вдруг. ЩЁЛК. Повисла тишина. Элис медленно замерла. Посмотрела на кровать. Не развалилась. Она медленно встала. Сделала шаг назад. Посмотрела ещё раз. Потом резко вскинула руки вверх: — Я СОБРАЛА ЭТУ ЧЁРТОВУ КРОВАТЬ!!! — ! Нань Фэн дёрнулся так резко, будто в монастырь влетел демон. Фу Яо буквально вздрогнул и инстинктивно собрал в ладони духовную силу. Се Лянь едва не уронил узелок. А Сань Лан— …отвернулся. Плечи подозрительно дрогнули. Он смеялся. Элис тяжело выдохнула, гордо положила руки в бока и посмотрела на Се Ляня: — Всё. Теперь ты как нормальный человек спишь на кровати, а не как бомж на полу. Се Лянь мягко улыбнулся. — Спасибо. Правда, не стоило так стараться. Она подошла, и, положив руку ему на плечо сказала: — Стоило, Лянь. Стоило. Сань Лан тихо, почти в кулак, рассмеялся снова. А Нань Фэн наконец раздражённо выдохнул: — Так. Всё? Все закончили? Се Лянь кивнул. Быстро подошёл к двери и, положив ладонь на створку, он обернулся: — Тогда отправляемся. После чего произнёс: — С благословением небожителей никакие запреты не ведомы! Он толкнул дверь, и за ней уже не было ни склона холма, ни деревушки. Только широкая дорога, уходящая в сторону пустыни.