Цена контроля

На следующее утро Кевин проснулся с мыслью, что вчерашний разговор ему приснился. Потому что трезвый, отдохнувший Кевин Дэй не мог предложить стать его фиктивной невестой сестре своего вратаря. Особенно если этот вратарь смотрит на мир так, будто готов сжечь его дотла при первой необходимости. Ну не мог он быть настолько конченным. Он сидел на кухне, пил чёрный кофе и смотрел на левую руку. Шрам от третьей операции тянулся от запястья к локтю, бледный, но заметный. Врачи сказали: «Играть сможешь, но профессиональный спорт — нет. Слишком высок риск». Он тогда не поверил. Пытался вернуться. Ломал себя, рвал связки снова, пока однажды не понял, что тело больше его не слушается. Кевин допил кофе, поморщился от горечи и поехал на тренировку.

***

— Хреново выглядишь,- после травмы метт стал приходить особенно часто к Кевину, хотя при команде у них не было таких близких отношений. — Не выспался. — Врёшь, — отрезала Дэн. Кевин промолчал. Дэн всегда слишком хорошо его читала. Ещё со времён «Лисов», когда он пришёл в команду сломанным, злым и готовым сжечь всё, что осталось от его карьеры. Он не рассказал. Не сейчас. Сначала нужно понять, придёт ли Ариана сегодня вечером. А она пришла. — Ты рано, — сказал Кевин, подходя ближе. — У меня закончились пары, — она пожала плечами. — И я хотела уточнить кое-что до того, как ты начнёшь свою презентацию о том, какая это выгодная сделка. На самом деле она не ходила сегодня пары. Весь день она изучала Кевина Дэя: королева драмы, скандал с Рико Морияма, Сложные отношения с Жаном Моро, Он бросил Тею, он был главным дипломатом, на все встречи его брали с собой - лицо команды, лицо экси, его мать создала этот спорт? Что? О боже, теперь ей было все ясно. Вот почему он так цепляется за это. Находя старые фотки Кевина она удивлялась - другая тату, не ферзь, римская двойка. — Я не собирался делать презентацию. — Правда? — она приподняла бровь, и её скелетные ресницы дрогнули. — А я думала, у бывших спортсменов всё строится на тактиках и стратегиях. Она изучила, что раньше, еще в команде лузеров-лисов, он всегда анализировал. Она знала о нем все. — Это у бывших, — Кевин прислонился к своему капоту, оказавшись напротив неё. — Я ещё не бывший. Она усмехнулась. Коротко, без тепла. — Ладно, — Ариана поставила кружку на крышу машины. — Давай к делу. Сколько ты платишь? Кевин назвал сумму. Она не моргнула. — И что я должна делать? — Выходить со мной в свет. Быть на мероприятиях. Выглядеть... — он запнулся, подбирая слово. — Влюбленной или подходящей? — она пробовала последнее на вкус, подходит ли? — Счастливой, — поправил он. — Достаточно, чтобы никто не усомнился. — А дома? — Что «дома»? — Мы должны будем жить вместе? Чтобы было правдоподобно? — Временами, — сказал он. — Не постоянно. Но иногда тебе придётся оставаться у меня. На случай внезапных проверок. — «Внезапных проверок», — повторила она. — Спортивный фонд, — он пожал плечами. — У них есть люди. Ариана смотрела на него несколько секунд. Потом спрыгнула с капота, подошла вплотную — так близко, что ему пришлось опустить голову, чтобы видеть её лицо. Веснушки, очки, тушь в пучках, запах кофе и чего-то сладкого. — Никакой реальной близости, — её голос стал твёрже. — Я не буду с тобой спать. Даже для вида. — Поцелуи нужны, они потребуют. — Принимаю. — Но спать со мной тебя никто не заставляет. Платонические чувства, ничего более. — Договорились, — она протянула руку. Кевин пожал её. Ладонь была тёплой и очень маленькой в его руке. — Когда начинаем? — спросила Ариана, выдергивая руку первой. — Завтра. Банкет в честь открытия сезона. Будут все спонсоры. — Завтра? — она поморщилась, её глаза стали больше — У меня нет платья. — Купим, — Кевин полез в карман за телефоном. — Завтра утром. Я заеду за тобой. — Не надо, — она подняла руку. — Я сама. Скажи только время и адрес. — Ты не хочешь, чтобы я знал, где ты живёшь? — Я хочу, чтобы мы оба знали, что у нас есть личное пространство, — ответила она. — Это сделка, Дэй. Не приглашение в мою жизнь. Кевин кивнул. Это было честно. — Хорошо, — он назвал время и адрес торгового центра. — В десять. Не опаздывай. — Я никогда не опаздываю, — она подхватила свою кружку, забралась в Форд и завела двигатель, не попрощавшись. Кевин стоял на парковке и смотрел, как её машина исчезает за поворотом. У него было чувство, что он только что подписал контракт с дьяволом в юбке. Или с кем-то пострашнее.

***

Они зашли в магазин. Кевин чувствовал себя нелепо — он не выбирал девушкам платья никогда. Ариана двигалась по рядам с такой скоростью, что он едва успевал за ней. — Это? — она показывала на платья, даже не снимая с вешалки. — Слишком открытое, — говорил он. — Слишком дешёвое. — Слишком... — Дэй, дай карту, я сама выберу, лучше возьми мне туфли, любые темные, размер 37. Кевин замолчал. Она была права. — Извини, — сказал он. — Выбирай сама Удалившись в другой отдел магазина, он даже не оборачивался. Консультант сама выбрала темно-коричневые с золотыми вставками. Не моргая он оплатил, далее он прошел в примерочную. В примерочной она вышла, и он увидел её по-другому. Без толстовки, без джинсов, с волосами, которые она распустила и которые падали на плечи светлой волной. Она была маленькой, хрупкой, но в её осанке было что-то такое, что заставило его выпрямиться. — Ну? — она повернулась перед зеркалом. — Сойду за твою невесту? — Сойдёшь, — сказал Кевин, и его голос прозвучал хрипло. Он кашлянул. — Добавь сюда туфли и какую-нибудь... сумочку. Или что вы там носите. Она улыбнулась — впервые по-настоящему, без сарказма. — Ты милый, когда смущаешься. — Я не смущаюсь, — соврал он. — Конечно, — она ушла в примерочную, и он услышал, как она смеётся.

***

Вечером он ждал её у общежития. Ехать до места 1,5 часа, лучше уж в его машине. Коричневое платье на бретельках сидело идеально. Туфли на каблуках делали её выше, но всё равно не дотягивали до его плеча. Волосы были собраны в высокий хвост, ресницы накрашены ещё более тщательно, и в ушах блестели золотые кольца-серьги. — Ты смотришь, — сказала она, открывая дверь машины. — Ты хорошо выглядишь, — ответил он, заводя двигатель. — Это часть сделки, — она пристегнулась. — Я должна выглядеть так, чтобы никто не усомнился, что ты можешь меня хотеть. Слово «хотеть» повисло в воздухе. Кевин сжал руль. — Это часть сделки, — повторил он. Она не ответила. В машине играло радио, и они молчали всю дорогу. Но молчание было другим — не враждебным, как в первый раз, а каким-то... осторожным. Как будто оба боялись сделать следующий шаг не туда. У входа в зал их встретил фотограф. Кевин почувствовал, как Ариана напряглась рядом. — Улыбнись, — прошептал он, наклоняясь к ней. — Мы счастливая пара, помнишь? — Помню, — она улыбнулась. Широко, ослепительно, так, что у Кевина перехватило дыхание. Вспышка. Кадр. — Ещё раз! — сказал фотограф. Кевин обнял её за талию, и она прижалась к нему, положив голову на плечо. Она пахла ванилью и чем-то ещё неуловимым. Вспышка. — Отлично! Проходите. Они вошли в зал, и Кевин почувствовал, как десятки взглядов обратились на них. На него. На неё. На его руку, лежащую на её талии. — Кто это? — раздался голос справа. Кевин обернулся и увидел дэвида, который смотрел на Ариану с неподдельным удивлением. — Моя девушка, — сказал Кевин, и слово прозвучало тяжело. — Ариана. Тренер перевёл взгляд на неё, потом на Кевина, потом улыбнулся. Впервые за долгое время. — Невеста? — Пока нет, — вмешалась Ариана, и её голос был мягким, тёплым, совсем не тем, которым она разговаривала с Кевином на парковке. — Но мы работаем над этим. Она подняла на Кевина глаза, полные какой-то искусственной, но убедительной нежности, и он чуть не забыл, что это игра. — Я рад, Дэй, — сказал Дэвид, хлопая его по плечу. — Очень рад. Они прошли дальше, и Кевин выдохнул. — Неплохо, — прошептал он. — Я знаю, — ответила она, и сарказм вернулся в её голос, но теперь он звучал почти... уютно. Они продержались два часа. Улыбались, позировали, пили шампанское, которое Ариана тайком заменяла на сок. Кевин представлял её спонсорам, и она была идеальна — вежлива, остроумна, держалась так, будто всю жизнь ходила по таким мероприятиям.

***

Когда они вышли на улицу, она сразу скинула туфли и пошла босиком по асфальту. — Ненавижу каблуки, — сказала она. — Ты была великолепна, — сказал Кевин, и это было честно. — Это часть сделки, — повторила она, но её голос дрогнул. Они сели в машину, и Кевин повёз её обратно в общежитие. У подъезда она не выходила. Сидела, смотрела в окно и молчала. — Что-то не так? — спросил он. — Эндрю узнает, — сказала она тихо. — Фотографии попадут в газеты. Он узнает. — И что? — Он захочет с тобой поговорить. Кевин посмотрел на неё. В тусклом свете фонарей она казалась ещё меньше, ещё моложе. И очень, очень уставшей. — Пусть говорит, — сказал он. Она повернулась к нему, и в её глазах было что-то, чего он не мог прочитать. — Ты не понимаешь, Дэй. Эндрю — это не тот, с кем можно поговорить. Это тот, кто смотрит на тебя и решает, жить тебе или нет. — Тогда я сделаю так, чтобы он решил, что я достоин жить, — сказал Кевин, и он сам не знал, говорит ли это как партнёр по сделке или как... кто-то ещё. Ариана смотрела на него долгую секунду. Потом кивнула, взяла свои туфли и вышла из машины. У дверей общежития она обернулась. — Спокойной ночи, жених, — сказала она, и в её голосе снова был сарказм, но Кевин мог поклясться, что там было что-то ещё. — Спокойной ночи, невеста, — ответил он. Она скрылась за дверью, и Кевин остался сидеть в машине, чувствуя на губах вкус шампанского и ванили. «Это просто сделка», — сказал он себе. Он почти поверил.