Дочь Империи

Планета Корусант, 7 ППИ  + 

Дедра встрепенулась. Поезда корусантского метрополитена в Сенатском Округе ходили ещё быстрее и тише поездов даже просто в иных районах самых развитых инфраструктурой округов Верхних Уровней столицы, и из-за этого женщину в них могло легко отрубить в сон. Дедра неодобрительно фыркнула сама на себя носом. Не более чем неделю назад её перевели из силовых имперских структур в одну из важнейших служб Империи — Имперское Бюро Безопасности. Она не может позволить себе слабость дремать в метро. Она не может позволять себе никакой слабости.

Имперское Бюро Безопасности. Империя внутри Империи.

Всю свою жизнь, с тех пор как её родителей арестовали, и она оказалась в детском доме, Дедра училась выживать. Тридцать пять минус шесть… двадцать девять лет ей уже приходится это делать. Сначала приют, затем непредсказуемый и жестокий мир догнивающей Республики, бесконечные метания из крайности в крайность, поражения в личной жизни, и наконец, тяжелая, но желанная лестница в большое имперское будущее. И тут ей пришлось научиться выживать заново — в системе, выстроенной мужчинами и для мужчин, где ей, женщине, нужно напрягаться в сто раз больше, чтобы хотя бы начать существовать в их глазах. И вот заветный белый мундир и трехплиточная синяя лычка лейтенанта наконец-то на ней.

Но никто не любит делиться властью. Тем более, в ИББ. Она ещё не знала, насколько здесь будет труднее или легче, чем на предыдущем месте, но расслабляться точно не стоит.

Хочешь возвыситься в тисках жесткой иерархии — учись грызть глотки. Повезло, что у Дедры была двадцатидевятилетняя школа выживания, иначе её могли бы сломать уже на протяжении этой недели. Но она не из таковых. Она всё умеет. Она пришла карабкаться наверх, и будет это делать, чего бы ей это не стоило, дабы больше никогда не почувствовать ни намека, ни запаха грязи, из которой ей пришлось выбраться.

Никогда-никогда.

Женщина устало прислонилась лбом к прохладному стеклу поездного окна, задумчиво провожая взглядом мелькающие верхушки небоскребов. Так непривычно видеть так много неба! Такого голубого, чистого, просторного. Дедра прекрасно помнила время, когда единственным окружением на улицах были только массивы однотипных серых зданий и только наверху совсем маленькие клочки голубого неба… Ха, кто живет на Нижних Уровнях, никогда не видит даже этого.

Хорошо, что она не заснула. И хорошо, что она сейчас в гражданском, а не в новом, недавно выданном ей форменном плаще ИББ. Недоумки, болтающие и хихикающие вокруг, едва ли упустили шанс сфотографировать и выложить дрыхнущую сотрудницу ИББ в Голонет. Любая неосторожность, тем более ставящая под сомнение незыблемый авторитет данной структуры, может стоить ей карьеры.

Слегка отвлекшись от видов за окном, Дедра присматривается к иным пассажирам. Неудовлетворительно поджимает и без того всегда напряженный росчерк губ, заметив компанию болтающих друзей из тогрут и тви’леков. Галактические СМИ поднимают визг при любом намеке на расизм в адрес нечеловеческих рас, но Дедра была бы рада видеть их поменьше. Ей хватило по горло жизни в «толерантной» Республике. Себе подобные должны жить среди себе подобных…

Какая-то парочка начала целоваться прямо недалеко от раздвижных дверей. Дедра презрительно скривилась. Придурки. Можно подумать, кому-то охота на это смотреть.

Или задумываться о своей личной жизни.

Обычно Дедра заботится о своих потребностях: и если она одета в гражданское и свободна от работы, то она не прочь заглянуть в пару баров и подцепить себе мужика на одну ночь. Но последний раз ей тотально не повезло — два дня назад на вид симпатичный и опытный «приятель», благополучно пойманный ей в баре, трахал её с такой же страстью, с какой, наверное, срал в толчке. Хотя Дедра была готова поклясться, что последнее он делал с большим воодушевлением, судя по звукам, раздающимся из гостиничного санузла вперемешку со звуками блевотины, поскольку «приятель» умудрился ещё и жестко перебрать алкоголя.

Жесть просто.

В общем, с тех пор Дедра и решила сделать перерыв с данного рода потребностями. Да и нынешнее постоянное общество властвующих и надменных мужчин несколько отбивало обычное желание добраться до очередного члена. Есть дела поважнее.

Майор Партагаз, старик на редкость для ИББ ненадменного вида, тем не менее, держащий весь этот ядовитый гадюшник в узде, обещал в ближайшее время приставить к ней личных двух аттендантов, поскольку подчиненные предыдущего инспектора были уволены вместе с ним. Значит, к Дедре приставят ещё и своих персональных крыс, мечтающих столкнуть и занять её место. По крайней мере, выражения лиц чужих аттендантов на всех собраниях только это своим инспекторам мысленно и говорили.

Что ж. Она будет готова. А пока… Метро мягко и бесшумно довозит её до нужной станции, затем Дедра мягко проскальзывает в лифт, чтобы подняться до нужного уровня. Никогда не думала, что будет жить так высоко. В своей квартире, полученной ещё во время службы в силовых структурах, за то, что отлично показала себя на руководящей должности. Говорят, сотрудникам ИББ выдают хоромы ещё круче. Правда, наверняка напичканные различными прослушивающими и следящими системами. Именно поэтому Дедра и не спешила лишаться пусть и более скромного, но надежного жилища. Как и многие другие сотрудники ИББ, предпочитающие оставаться в своих старых жилищах.

Не то чтобы ей было что скрывать от Империи…

Тем не менее, как только раскрывается раздвижная дверь пустой белоснежной квартиры без четкого разделения на спальню, гостиную и кухню, Дедра предпочитает, чтобы никто, тем более служащий ИББ не видел, с каким трудом и болью сходит с её лица въевшаяся туда намертво маска холода и безразличия. С какой охотой и в то же время мучительной дрожью её руки бросаются за успокоительное, ставшее таким привычным в мире, где для неё все враги. Слабость, слабость… Она, как инспектор Бюро Безопасности, больше не имеет на неё право. Но всё внутри жаждет и молит, чтобы у неё осталось хотя бы одно место, где она может эту слабость проявить.

И она её проявляет, медленно опускаясь на белоснежный диван, недалеко от до ослепления белого кухонного стола, и заходясь в беспомощном, злом, бесслезном и беззвучном рыдании. Она и забыла искать этим приступам причины. И уже плохо помнит, как ощущаются нормальные, здоровые слезы, которые вытекают из глаз и бегут по щекам. Дедра знает, что это продлится где-то минут пятнадцать-двадцать, а затем маска начнет врастать в её лицо вновь.

А пока её нет, она иногда даже может вспомнить о том, что кто-то когда-то мог любить её. Например, родители-преступники, порождение гнилой Республики, где хаос и беззаконие царили на всех уровнях жизни. Молодая, тонкая мама с пышными темно-каштановыми волосами, легонько тронутыми светлым мелированием, с большими ясными серо-голубыми глазами и чуть впалыми щеками. Не похожая ни на преступницу, ни на зависимую. Маленькая и хрупкая. И, наверное, очень слабая. Так Дедре казалось, стоило ей вспомнить мать. Может, она и не была плохим человеком, просто ведомым… а в прочем, ничего, кроме как додумывать, Дедре не оставалось.

Об отце она тоже многое додумывала. Но хорошо помнила непокорные, густые темные волосы, яркие голубые глаза и широченную улыбку, которая расцветала каждый раз, стоило ему завидеть её. В своих снах Дедра иногда вновь запрыгивала к нему на руки, смеясь, принимала и терпела россыпь радостных поцелуев, и сама касалась, ощупывала его лицо детскими ладошками в ответ. Странно, но конкретно черты лица она помнила плохо. Хуже, чем мамины. Помнила только, что они были довольно красивыми. Но пребывала в железной уверенности, что узнает его, если когда-нибудь увидит. А так Дедра помнила взгляд, сияющий, немного хитрый… помнила, что кожа на его лице была не совсем ровной, немножко осыпана неприметными пигментными пятнами, помнила, как обводила их своими пальчиками. Помнила и то, что у него была какая-то серьезная профессия, что-то связанное со строительством, и из-за этого небольшой шрамик на тыльной стороне одной из ладоней. А ещё хорошо рисовал…

В общем, у неё в памяти было достаточно признаков, чтобы теперь, имея связи в ИББ, начать какой-то осознанный поиск и наконец узнать, что с родителями стало, но Дедра этого не хотела.

Возможно, счастье в неведении.

Родители с шести лет стали для неё призраками, пусть так остается и впредь. Ей уже тридцать пять, возможно, когда-нибудь она и перестанет мысленно постоянно возвращаться к ним. Но почему-то это мысленное возвращение именно к ним всегда лучше всего снимало эти приступы душевной боли, разрывающей грудь на тысячи осколков.

Дедра глубоко и чисто выдыхает. Буря миновала. Значит, самое время оставшиеся полтора часа до сна заказать что-то поесть, посмотреть и переварить какую-нибудь жвачку для мозгов из Голонета и немножко почувствовать себя обычным человеком.

* * *

— Отлично, инспектор Миро, вы как раз вовремя, — хлопнул в ладоши невысокий щуплый майор Лио Партагаз. Ему было уже 78 лет, и, по слухам, он мечтал из года в год уйти в отставку, но каждый раз находилась причина этого не делать, — Прошу любить и жаловать, это ваши помощники, аттенданты Роэн Корв и Аврил Хирт, — старик поочередно соответственно указал жестом на стоящих недалеко от огромного белого стола собраний двух офицеров в серой форме.

Дедра недоверчиво изогнула бровь. Эти два офицера выглядели будто вылезли из какой-то карикатуры с Голонета. Один, представленный как Корв, был высокий, крепкий, возможно, бывший спецназовец, приятного вида смуглый мужчина со строгим темным взглядом. А второй, представленный как Хирт — мелкий, щуплый, едва-едва выше самой Дедры, что ростом недотягивала до среднего, с болезненно худым, бледным лицом и тоже темными, почти черными глазами. Женщина едва удержалась, чтобы не хмыкнуть. Вид двух абсолютно противоположных по внешности и физическим данным офицеров был довольно забавным. И по веселой искорке, мгновение сверкнувшей в глазах Партагаза, Дедра успела понять, что он испытывал от зрелища аналогичное удовольствие. Тем не менее, Дедра не собиралась показывать ничего, что бы хотя бы намекало на несобранность.

Женщина благосклонно кивнула представленным офицерам:

— Приветствую, господа. Меня зовут Дедра Миро, я — инспектор секторов Сев Ток и Стиргард. Это значит, что вам под моим началом, возможно, предстоят длительные командировки далеко от Корусанта. Полагаю, вам это разъяснили?..

— Так точно, сэ… кхм, то есть, мэм, — выпалил, и тут же осекся тощий Хирт. Дедра поставила бы четверть зарплаты на то, что на лице Партагаза мелькнула ухмылка.

О да, это очень забавно, наверное, эти два придурка не ожидали, что будут ходить под началом женщины. Наверное, оскорблены до глубины души, хотя и не подают вида. Корв только зыркнул на слегка покрасневшего Хирта, так, для порядка.

— Вам, Миро, тоже достаются новички, так что осваиваться будете вместе, — одобрительно кивнул всем троим Партагаз, заставляя аттендантов слегка расслабиться в лице, а Дедре наоборот, нервно скрипнуть зубами, — Удачи, у нас полно работы, предыдущий инспектор оставил кучу долгов по секторальным отчетностям…

Обязательно нужно было донести до этих идиотов, что она тоже только-только осваивается на новом месте? Ха, наверное, обязательно, это проверка её сил, выдержки и любопытное наблюдение за тем, легко ли удастся этим двоим интригами скинуть её с карьерной лестницы и примерить вместо своих серых мундиров её, белый.

Хитрый старый лис, ты меня не проведешь, — мрачно думала Дедра, отстукивая высокими черными сапогами по белому, как в больнице, коридору огромного центрального штаба прямиком к своему кабинету, — Я умею играть в эти игры…

— Какие будут первые указания, мэм? — спокойно поинтересовался высокий Корв, как только раздвижная дверь кабинета закрылась за всеми тремя офицерами. Хирт тоже, судя по виду, был весь во внимании.

Дедра напряженно хрустнула пальцами, прежде чем взять в руки рабочий датапад и вновь пробежать глазами болезненно неактуальные данные по подчиненным теперь ей секторам.

— Мы — три руководящих офицера. И два сектора. Считайте, нам повезло, у некоторых лейтенантов их по шесть штук, представьте, что творится там, если офицеры вовремя не сдают отчет?.. Значит, каждый из может взять себе по сектору и лично отправится в командировку туда, чтобы прояснить ситуацию на месте.

— Лично? — удивленно вскинул брови Хирт, — Лейтенант, но разве мы не можем просто связаться с местными офицерами по голосвязи?..

— Можем, — кивнула Дедра, — Тем не менее, они были подчинены предыдущему инспектору, который не слишком добросовестно выполнял свои обязанности. И у меня есть предположения, что его подчиненные тоже не отличаются порядочностью, поэтому нужно убедиться лично, — она окинула взглядом высокого, — Корв, я возьму в течение двух дней распоряжение, чтобы вы отправлялись на Сев Ток, выясните, как обстоят там дела с порядком. Постоянно будете со мной на связи. Всё ясно? — с нажимом поинтересовалась она.

Сев Ток — сектор, где частенько вспыхивают беспорядки, а Корв выглядел человеком, которому участие в усмирении подобных не в новинку. Один более сильный, другой более сообразительный, Дедра начала чувствовать, что ловит с обоими определенную общую волну.

— Так будет угодно, мэм, — кивнул Корв.

— Там может быть довольно напряжённо, — добавила Дедра, и, не выдержав, поинтересовалась, — Где вы служили до перевода сюда?..

— В войсках специального назначения, инспектор, — полностью подтвердил её догадку высокий аттендант, — На Чандриле, Чалакте, потом здесь, на Корусанте. Не беспокойтесь. Мне такое не в первой.

Странно, но в последней его фразе не было ни капли насмешки или яда, которую Дедра привыкла слышать от подчиненных мужчин при первых встречах. Словно Корв… и правда просто убеждал её в том, что беспокоиться не о чем. Дедра хорошо чувствовала людей. И могла отличить искренность от неискренности. И почему-то ей вдруг стало очень тепло и спокойно.

— Очень хорошо, — одобрительно кивнула она, — Тогда я просто вышлю вам лично работу на сегодня.

Корв послушно отдал честь и взял в руки свой рабочий датапад, а Дедра повернулась к Хирту, ожидающему распоряжений.

— А вас, Хирт, я позже попрошу слетать на Стиргард, но пока разберите документы оттуда за три месяца, — женщина указала подчиненному на нужные папки в датападе, — А где служили вы, до перевода?

— Следователем по уголовным особо тяжким преступлениям, — отчеканил Хирт, уже начиная проглядывать порученные ему документы, — Здесь в столице, в полиции.

— Выходит, вы были очень хорошим следователем, — с уважением заметила Дедра, — Здесь, среди столичных сотрудников, очень высокая конкуренция на перевод в ИББ.

— Это ещё мягко сказано, мэм, — улыбнулся Хирт, просматривая цепким темным взглядом предоставленные данные, — Сотрудников с удаленных регионов принимают куда охотнее.

— Потому что те тоже проходят через конкурентную мясорубку, прежде чем пробьются на работу в Столицу, — усмехнулась Дедра, — Правда, это работает не всегда… — и тут она поймала себя на том, что едва не разболталась с только что переведенными ей офицерами, которые, как и все вокруг, представляют для неё потенциальную опасность, — Ладно. Работайте, офицеры.

Странно, но сидя и составляя огромную отчетную таблицу вместе со своими новыми офицерами, Дедра чувствовала себя так спокойно, как ещё ни разу себя не чувствовала, как только поступила на службу Империи. Словно она сегодня получила не потенциальных опасных конкурентов, а наоборот, надежный тыл. Оба мужчины порой переговаривались между собой, сверяя данные, и выглядели друг к другу максимально дружелюбными, даже улыбались хотя Дедра знали, что они друг друга тоже видели впервые. Такие мирные, спокойные, даже не верится.

Возможно ли и здесь, в стенах безжалостного ИББ, чтобы люди просто понравились друг другу и мирно работали вместе во благо общего дела?..

Той части Дедры, что жаждала тепла и человечности, хотелось верить, что да, можно.