The Severed Thread | Разорванная нить

Глава 13 Шейн Шейн мерила шагами комнату перед окнами, не сводя глаз с бушующего вихря. Стена песка всё еще виднелась вдали, но и здесь ветер становился всё злее — Шейн чувствовала, как он сотрясает аванпост, с грохотом бьёт обветшалыми ставнями по изъеденным временем стенам. Она понятия не имела, сколько времени прошло с тех пор, как Фи и остальные ушли. Но знала одно: время на исходе. Ред металась и стонала на подстилке из трухлявых старых простыней. Шейн укутала её во все три их одеяла и в свой подбитый красным плащ, но даже когда Кинзель прижался к ней своим огромным меховым телом, Ред не переставала дрожать. Кожу вокруг раны покрыли уродливые багровые полосы, доходящие до самого плеча. Яд проник глубоко. Шейн продолжала мерить путь от лежанки до окна и обратно, считая каждый тяжелый выдох, вырывавшийся сквозь приоткрытые губы Ред. Аванпост был пуст до боли. Шейн уже дважды обшарила его весь, с досадой сбивая в кучу сухие обрубки дров у очага. Было приятно с силой опустить ногу на что-то и почувствовать, как оно ломается. Чем бы ни служило это место раньше, сейчас им явно пользовались редко. Здесь не было ничего — ни воды, ни еды, ни заветного флакона с надписью «Антидот Охотников», завалявшегося в глубине пустого шкафа. Только перекошенный стол, осыпающийся очаг, Шейн со своим топором и волк. И Ред, умирающая слишком быстро. Шейн с силой прижала кулак к подоконнику. Ей до смерти хотелось сорвать с плеча топор и всадить его во что-нибудь. Жаль только, что ни одну из её нынешних проблем нельзя было решить, прорубив в стене дыру. Кинзель вскинул голову и издал протяжный вой, эхом отозвавшийся в камне. Шейн стиснула зубы. — Заткнись! Ты не помогаешь. — Если Ред не проснулась от такого шума, значит, дела её и впрямь плохи. Кинзель завыл снова — низко, заунывно, так что этот звук пробрал её до самых костей. Шейн опустилась на корточки рядом с лежанкой и оказалась лицом к лицу с волком, впервые заглянув прямо в его желто-золотые глаза. — Эй, Кинзель! Кончай. Может, это было плодом её воображения, но волк, казалось, отозвался на имя. Он оборвал вой и ткнулся носом в ногу Ред, посмотрев на Шейн полными скорби глазами. Осторожно она протянула руку и запустила пальцы глубоко в его шерсть, почесав за ухом, как это делала Ред. Под грубым верхним слоем мех оказался мягче, чем она представляла. — Она еще не умерла, — тихо сказала Шейн. — Не ставь на ней крест. Ред забилась под одеялами. Её лицо исказилось и осунулось, губы разомкнулись в стоне, который застрял где-то в глубине горла. От этого звука у Шейн всё внутри перевернулось. — Ред. Эй. Ред застонала снова, на этот раз тише — просто испуганный всхлип. Этого Шейн вынести уже не могла. Она положила руку на плечо Ред, осторожно тряхнула, пробуждая, и та вскинулась с резким вдохом, отбиваясь от колючих одеял. На секунду её взгляд стал диким и пустым, будто она видела над собой кого-то другого, а не Шейн. — Кошмар? — спросила Шейн. Она не удержалась и коснулась тыльной стороной пальцев пылающей щеки Ред. — Нет, — огрызнулась та, снова бессильно роняя голову на подстилку. — Просто сон. — Ты стонала, — просто сказала Шейн. — Стонала? — повторила Ред. Затем на её губах заиграла издевательская усмешка, и она повернулась к Шейн, многозначительно выгнув бровь. — Может, это был очень приятный сон о тебе. Шейн фыркнула: — Вот это и был бы кошмар. Ред попыталась рассмеяться, но закашлялась, лицо исказилось от боли. Шейн стиснула зубы, чувствуя себя беспомощной и никчемной. Она дотащила Ред досюда, но какой в этом прок? Всё, что ей оставалось, — это сидеть и ждать. Когда дыхание восстановилось, Ред с гримасой вытерла рот рукой. — Не сиди с таким похоронным видом. Могла бы хоть развлечь меня. — Её глаза встретились со взглядом Шейн. — Расскажи мне одну из своих дурацких сказок Стилвайта. Тех самых, где всегда невозможный счастливый конец. Шейн тяжело сглотнула. Слова застряли в горле. Сейчас, глядя на Ред, ей не хотелось вспоминать сказки о предначертанной любви — эти короткие, приглаженные версии, которыми травят байки за выпивкой в переполненной таверне, если выживают в аду. Всё, чего она хотела, — чтобы Ред выкарабкалась. Может, была одна история, которую она могла рассказать. Шейн привалилась спиной к стене, прижав ладони к глазам. — Ладно. Расскажу я тебе историю. О девушке — дочери Короля Войны. И о её брате-близнеце, родившемся на три с половиной минуты позже. Она была лучшим воином поколения... — О, ну точно басня, — хмыкнула Ред. Шейн легонько пихнула её сапог. — Заткнись. Ты портишь настрой. — Она глубоко вздохнула — так глубоко, как только могла, будто надеялась дышать за них двоих. — Лучший воин поколения, но как наследница она не умела делать правильно ровным счетом ничего. И вот однажды она встретила своего нареченного, принцессу из Айсферна... Пока ветер завывал в щелях между камнями, Шейн рассказала Ред всё: как она ушла из Стилвайта с одним лишь топором за спиной, как пыталась начать новую жизнь и потеряла значительную часть себя, прежде чем снова нашла дорогу. Она рассказала Ред и о другом. О том, как ей не хватает соленого морского бриза на лице, когда стоишь на крепостных стенах. О том, что, глядя на ночное небо, она до сих пор первым делом видит созвездия Стилвайта. О вещах, которые она не говорила никому, даже Фи, потому что рассказывать о них значило снова впускать боль в сердце. Почему-то ей казалось, что Ред поймет. Она чувствовала: Ред тоже многое потеряла, и, возможно, не получила почти ничего взамен. Голос её задрожал, когда она дошла до новых глав своей истории — встречи с Фи, с Брайаром, с Ред. Ред поморщилась, кашляя в локоть: — Ненавижу неоконченные истории. — Что ж, я и сама еще не знаю, чем эта закончится, — призналась Шейн. Затем она наклонилась и легонько стукнула кулаком по плечу Ред. — Твоя очередь. Почему бы тебе не рассказать историю? Расскажи, как человек доходит до того, что начинает работать на Пряху. На миг Шейн подумала, что ответа не будет. Но Ред откинула голову назад, покорившись судьбе; её ресницы казались темными и влажными на фоне мертвенно-бледных щек. — Жила-была ведьма, рожденная в семье Охотников. Шейн перестала дышать. — Что? Ред бросила на неё уничтожающий взгляд. — И кто тут перебивает? — Тем не менее, она приподнялась, прислонившись к стене; её тело бессильно сползло по потертым доскам. Кинзель положил лохматую голову ей на колени. — Отец любил девочку так же сильно, как ненавидел магию внутри неё. Он делал всё, чтобы избавить её от этого дара... — Губы Ред задрожали, когда она коснулась татуировки на затылке. — ...но ничего не помогало. И, в конце концов, ему пришлось просто избавиться от неё самой. Внутри Шейн вспыхнуло яростное возмущение, мгновенное, как искра. — Монстр, — прошипела она. Ред издала пустой смех. — Чудовища находят других чудовищ, Шейн. Может, девочка оказалась именно там, где ей и место. — Она закрыла глаза. — Только один человек согласился её принять — ведьма, жестокая, но могущественная, которая спасла девчонку лишь потому, что могла её использовать. И тогда девочка поняла: единственное, что имеет значение в этом мире, — это сила. И то, достаточно ли её у тебя, чтобы быть на стороне победителей. И она поклялась больше никогда не быть такой слабой. В голове у Шейн что-то нарастало, подобно гулу. Это был гнев — она поняла это, стиснув кулак так, что костяшки побелели. Гнев на Охотников, на Пряху. Гнев на всех, кто когда-либо подвел Ред и бросил её в таком состоянии — изломанную, выжженную горем и ненавистью. Но она злилась и на саму Ред — за то, что та сдалась, за то, что поверила им, когда ей внушали, чего она стоит. Злость была такой сильной, что казалось, она выжигает нутро. Ред привалилась к ней, прижавшись виском к плечу Шейн. Её слова были такими тихими, что едва не потерялись в завываниях ветра. — А потом, когда эта девочка, наконец, нашла своё место, ей пришлось встретить кого-то вроде тебя. Кого-то, кто заставил её усомниться во всём. У Шейн пересохло в горле. — Ред... Ред качнула головой. — Это просто история, — сказала она устало. — Не принимай так близко к сердцу. Шейн смотрела на Ред сверху вниз. Даже сейчас, с темными кругами под глазами и восковой кожей, Ред продолжала её отталкивать. Шейн, несмотря на болезнь подруги, хотелось встряхнуть её как следует. Она пыталась донести до Ред, что у той есть выбор — что она может передумать, сменить сторону, изменить всю свою жизнь. Но Ред, казалось, не слышала её, как бы громко та ни кричала. Дверь хлопнула на ветру. Ред отстранилась от Шейн, убирая со лба взмокшие кудри. — Что ты здесь всё еще делаешь? Просто уходи. Я уже считай покойница. — Они успеют вовремя, — настаивала Шейн. — Только держись. — Я не про яд! — выплюнула Ред. — Я потеряла реликвию. Терновый жезл. — Лицо её дрогнуло, голос сорвался. — Я уже подвела Пряху, упустив Брайара Роуза. Она предупреждала, что это мой последний шанс. Теперь, когда реликвия утеряна, она решит, что я её предала. Никто не идет против неё и не остается в живых. По крайней мере, надолго. Шейн наклонилась почти вплотную, обхватив затылок Ред ладонью и ловя её взгляд. — Твоя история так не закончится. Обещаю. Ред рассмеялась. Смех был недобрым. — Пряха или Охотники... какая разница? Я труп. — Почему ты вдруг так вцепилась в мысль о смерти?! — потребовала ответа Шейн. Дыхание Ред становилось слишком частым. — А почему ты так вцепилась в мысль оставить меня в живых? — Потому что... — Шейн стиснула зубы, сглатывая ответ. Потому что она не могла видеть этот побежденный вид на лице Ред — будто та знала, что, если она умрет здесь, никому не будет дела. Это бесило её, особенно потому, что Ред чертовски ошибалась. Шейн будет дело. Этот плешивый волк, скорее всего, будет охранять её тело, пока сам не сдохнет с голоду. И самой Ред должно быть дело, потому что она способна на нечто большее. Внутри Шейн что-то лопнуло, резко, как ломается кость. Внезапно в голове прояснилось. Она спасет Ред от всего: от Пряхи, от Охотников и даже от неё самой. Шейн устала бороться с Ред, устала пытаться до неё достучаться и устала напоминать себе, что Ред должна быть её врагом. Но больше всего она просто устала бороться со своим собственным сердцем. Шейн рывком поднялась, схватила одну из окровавленных повязок и туго связала запястья Ред. — Всё. Мы уходим. Глаза Ред распахнулись в шоке. — Шейн, — прохрипела она. — Что ты... — Заткнись! — рыкнула Шейн. Она закинула руки Ред себе на шею и подхватила девушку, вышибая дверь ушибленным плечом. — Ты еще не закончила. Всё не закончится вот так между нами. Ветер ударил ей прямо в лицо. Шейн бросилась вперед, перебирая ногами и утопая в песке. Облезлый волк бежал рядом, издавая горловые звуки, и хотя Шейн не понимала его языка, ей казалось, она знает, что он хочет сказать. Впервые они были на одной стороне. «Никакого "потом" не существует — не для нас». Так сказала ей Ред у Тернового леса. Но Ред ошибалась. У них всё еще могло быть это «потом». Как у врагов. Как у друзей. Может, даже как у кого-то еще, кого-то более важного. Она не позволит Ред умереть и оставить их обеих с сердцем, полным сожалений. Вес Ред тянул руки вниз. Шейн почти ничего не видела сквозь стену летящего песка. Но вдали, проступая сквозь марево, она, кажется, смогла разглядеть пять фигур. Их красные плащи хлопали на ветру, и на каждом слепила белизной вышитая башня. Эту башню она узнала бы из тысячи. Шейн упала на колени от облегчения. Её напарница всё-таки справилась.