The Severed Thread | Разорванная нить

Глава 32 Шейн Шейн победно гикнула, с размаху впечатав обух топора в плечо охотника на ведьм. Тот рухнул грудой костлявых конечностей. Что-то просвистело над самой макушкой, но Шейн и так уже лишилась всех волос, которыми готова была рискнуть. Крутанувшись на пятках, она приложила другого охотника рукоятью прямо в зубы. Мужчина отшатнулся со стоном, выплевывая кровь вперемешку с осколками зубов. Шейн ответила ему диким оскалом, вскинула топор и рванула вверх по выступу испещренных железом скал, чтобы еще раз оглядеть поле боя. Море мелких огней окружало ее, точно светляки; рваные плащи эверлиндцев хлопали на ледяном ветру. Ночной воздух загустел от звуков сечи: лязг стали о сталь вплетался в канву яростных выкриков — охотники рыскали впотьмах в поисках врагов. Этот склон оврага был изрезан каменистыми ложбинами, вымытыми талыми водами, — именно поэтому они выбрали это место для нападения. Охотникам приходилось разделяться, чтобы прочесать лабиринт каналов, благодаря чему горстке из... ну, четверых человек удавалось водить за нос целые десятки врагов. Стоило очередной группе охотников выбраться на круг света от костра, как в темноте расцветали их испуганные лица, и тут же на них обрушивалась Шейн. Мышцы ее пели от сладостного упоения доброй старой потасовкой. Как единственный настоящий боец в их отряде, Шейн заняла позицию дальше всех от моста. Предполагалось, что они лишь отвлекут охотников на время, необходимое Фи, чтобы перерубить первые три моста. Но Шейн, пожалуй, увлеклась чуть сильнее, чем требовалось. Левое запястье все еще ныло после стычки с Иваном, но сейчас она почти не чувствовала боли. Напротив, она ощущала себя чертовски непобедимой. Шейн уловила мимолетное движение — тень в темной робе кралась к факелу под ее выступом. Зазубренный клинок обрушился на связку хвороста и тряпье, вмиг растоптав огонь. — Здесь никого нет! — разочарованно прорычал охотник. Шейн была не прочь это исправить. Она соскользнула со скалы в облаке гравия, и прежде чем мужчина понял, откуда грозит беда, Шейн познакомила его лицо с подошвой своего сапога, впечатав толстый каблук прямо в переносицу. Охотник отпрянул, хватаясь за лицо. Похоже, кривые, плохо сросшиеся носы скоро станут новым писком моды среди его собратьев. Тут из темноты выросла фигура, чья сабля едва не отхватила кусок от плеча Шейн. Очевидно, охотник пришел не один. В узкой ложбине оказались еще двое в черных робах, они дышали ей прямо в затылок. Шейн рухнула на спину в тот момент, когда клинок снова опустился, выставила верхний блок и, упершись ногой в живот разъяренной женщины, использовала инерцию, чтобы перебросить противницу через голову. Женщина врезалась в скалу и обмякла рядом с обломками факела. У самого уха что-то свистнуло. Оставшийся охотник взревел: ртутно-блестящий кинжал вонзился ему в кисть, выбив меч в пыль. Перрин спрыгнул с каменного карниза и всадил рукоять второго кинжала мужчине в коленную чашечку, окончательно выводя того из строя. Затем он изящным жестом выдернул первый нож. — А ты лучше, чем я ожидала, — признала Шейн. Она была рада видеть, что Перрин умеет обращаться со своей парой кинжалов, пусть даже дальность боя у этого оружия была прискорбно малой. — Где ты так натаскался? Я думала, вы, эверлиндские ведьмаки, сплошные затворники. Перрин усмехнулся: — За это стоит благодарить капитана Хейн. Она не из робкого десятка. — Что ж, молодец баба. — У Шейн возникло чувство, что они с этой «боевой» Хейн поладили бы, доведется им встретиться. Перрин кивнул в сторону моста: — Ред машет флагом. Она увидела сигнал. Это была единственная задача Рыжей, самая непыльная работенка во всем плане: прятаться у последнего моста и ждать сигнальной ракеты Фи, чтобы подать знак своим. Шейн прищурилась. Ред творчески подошла к задаче и подожгла флаг, просто чтобы точно привлечь их внимание. — Брайар уже впереди нас, — добавил Перрин. Едва он договорил, как в соседнем канале полыхнул свет: Брайар ослепил нескольких охотников обжигающей вспышкой магии. Шейн все еще не могла забыть, каким он был в начале боя — стоял с распростертыми руками, зажигая все факелы разом, даже не щелкнув пальцами. Перрин вскарабкался на скалу, Шейн последовала за ним, прыгая по выступам, пока они не скатились вниз у самого моста. Как раз вовремя. Землистого цвета охотник прижал Ред к анкерным столбам моста, его меч хищно поблескивал в свете горящего флага. Ред отбивалась от него полыхающей тканью, но было видно, что с древковым оружием она не в ладах. Позади нее на мосту притаился Кинзель, низко и угрожающе рыча. Ред вскрикнула, слишком сильно замахнувшись; охотник перехватил древко и дернул девушку на себя. Шейн прибавила ходу и плечом врезалась в мужчину. Тот беспомощно вцепился в канаты моста, соскользнул в бездну, и горящий флаг огненной спиралью последовал за ним. Шейн, тяжело дыша, проводила его взглядом. Когда она обернулась, Ред смотрела на нее. Волосы девушки превратились в колтун, один рукав туники обгорел, но она одарила Шейн слабой улыбкой. — Уходим! — крикнул Брайар, подлетая к ним. Шейн видела, как на той стороне Фи отчаянно машет руками, подпрыгивая и указывая на что-то за их спинами. И тут до Шейн дошло, о чем та пытается предупредить. Целая свора охотников, человек пятнадцать, заметила их и неслась к мосту. Шейн толкнула Ред в спину, и та припустила через мост, а Кинзель и Брайар последовали за ней по пятам. — Остановить их! Не дайте им дойти до башни! Голос раздался совсем близко, ближе, чем основная толпа. Шейн резко обернулась. Из ближайшего распадка выскочил широкоплечий мужчина. Его налитые кровью глаза горели в отсветах факела. Шейн кивнула Перрину: — Живо, иди! — Затем она перехватила топор поудобнее и перерубила факел. Связка веток и пропитанная маслом ветошь рухнула на первые доски моста. Раздался звук, похожий на резкий вдох, — пламя жадно рванулось в стороны, облизывая старые, истертые канаты. Шейн бросила последний взгляд на охотника и бросилась на мост, грохоча по шатким доскам. Времени должно было хватить, чтобы добраться до того берега, а к моменту прибытия остальных охотников от моста ничего не останется. Мост содрогнулся. Шейн споткнулась и чуть не кувыркнулась в пропасть, когда что-то тяжелое обрушилось позади, заставив настил опасно раскачиваться. В животе все перевернулось. Широкоплечий охотник перемахнул через огонь, преследуя ее. Он оскалился в яростном рыке, занося огромный зазубренный меч. Шейн отпрыгнула. Клинок прошел в футе от нее, но это уже почти не имело значения — мост швыряло из стороны в сторону. Ее бросило сначала на одни перила, затем на другие. Второй дикий замах охотника перерубил один из тонких веревочных поручней. Колени Шейн подогнулись, уши заложил треск подступающего огня. — Проклятые ведьмы! — орал мужчина. — Шейн! Она слышала крик Фи, но видела только пламя: оно крепло, пожирая канаты, удерживавшие мост у обрыва. Любую секунду последние волокна могли лопнуть, и тогда этот охотник станет меньшей из ее проблем... Раздался жуткий треск. Шейн почувствовала, как мост под ногами перекосило — лопнул второй канат, и его обугленный конец хлестнул по воздуху ливнем искр. Она прижала топор к боку и припустила вперед по качающимся доскам, молясь, чтобы не почувствовать в спине укус ржавых стальных зубьев. Она уже почти достигла края, когда услышала стон и щелчок рвущихся тросов. Мост ухнул вниз. Желудок провалился в бездну. Охотник взревел от ярости и ужаса, а Шейн бросилась вперед, вцепляясь в щели между досками. Когда мост выскользнул у нее из-под ног, она качнулась вместе с ним и врезалась в скалу. Воздух вышибло из легких, словно от удара в живот, но, по крайней мере, она была жива, чтобы почувствовать эту боль. Шейн судорожно вдохнула от облегчения, когда спутники перетянули ее через край. Целую минуту она не могла делать ничего, кроме как дышать и бороться с искушением расцеловать редкие травинки под щекой. Наконец она перекатилась на бок и приподнялась на руках. Топор упал к ее ногам. — Все целы? — спросила она. — Ты была в самой большой опасности! — выпалила Ред, поправив выбившуюся прядь волос Шейн. Та заправила ее за ухо, пытаясь скрыть, как это простое движение согрело ее до самых кончиков пальцев. Куда меньше нежности она испытала, когда Кинзель уперся лапой ей в колено, чтобы мазнуть слюнявым языком по щеке. — Ты еще можешь идти? — спросила Фи, озабоченно хмурясь. — Все хорошо, — отозвалась Шейн, принимая руку Перрина. Она поднялась, игнорируя навалившуюся ломоту во всем теле. Ред пошла первой, ведя их в пустую — или почти пустую — башню охотников. Стоило им войти, как девушка метнулась влево, захлопывая и заваливая засовом дверь, которая, судя по всему, вела в оружейную. За секунду до того, как створка захлопнулась, Шейн услышала шаги в глубине башни. Оружейный мастер наверняка был все еще там, и ей совсем не хотелось проверять, кто с ним. — Сюда, — Ред указала на узкую железную лестницу, уходящую спиралью в темноту. Она обещала, что охотники держат все ценное в самой высокой комнате башни — во внутреннем святилище, куда дозволено входить лишь самому Верховному Лорду. Когда-то, до прихода охотников, это была дозорная палата, где зажигали сигнальные огни. Они вместе взлетели по ступеням. Шейн с изумлением наблюдала, как Ред уверенно перепрыгнула через отсутствующую ступеньку, даже не глядя вниз. Девчонка и впрямь знала здесь каждый угол. Поднимаясь выше, Шейн бросила взгляд в высокое арочное окно. Теперь они смотрели в сторону от веревочных мостов — на высокие скалы за вторым оврагом. Деревянный мост висел вдоль скалы, его цепи едва поблескивали в лунном свете. Если их натянуть, он как раз достанет до верхнего этажа Гнезда. Это не было частью изначального проекта — Ред утверждала, что Верховный Лорд добавил его, чтобы иметь возможность улизнуть в случае нападения. Шейн не удивилась. У властолюбивых тиранов всегда припасен черный ход. В любое другое время она бы скривилась от отвращения, но сейчас лишь надеялась, что лебедки и шкивы в рабочем состоянии, ведь этот мост был и их путем к спасению. Наконец они замерли перед тяжелой дверью на вершине лестницы. Дерево рассохлось от непогоды, в трещинах белели соляные разводы. Гаргулья с карниза над дверью сверлила их злобным взглядом. — Заперто, — подтвердила Фи, дернув потускневшую латунную ручку. — Не проблема, — бросила Шейн, проталкиваясь вперед. Это была не гигантская кованая махина крепостных ворот и не железная дверь, созданная могущественной ведьмой. Это была старая добрая деревянная дверь, а Шейн знала, как с такими обращаться. — Отойдите, — посоветовала она, вскидывая топор. Три удара — и от древней двери остались одни щепки. В комнате за порогом стояла жуткая тишина. Шейн огляделась. Гигантские книжные шкафы тянулись от стены до стены, повторяя округлость башни. Холодный ветерок из высоких окон заставил ее поежиться. Лампы свисали с чугунных крюков над потертыми столами и стульями, заваленными грудами старых книг и древних реликвий. Каждая пядь полок была забита тем же добром, а также вещами, о которых Шейн предпочитала не думать, — вроде потемневших пил и черепа с пустыми черными глазницами. В низкой жаровне в центре комнаты кто-то развел огонь. Шейн с отвращением подумала, сколько бесценных артефактов охотник уже успел там сжечь. Волоски на затылке встали дыбом. Шейн резко вскинула голову. Она не знала почему, но внезапно ее посетило очень нехорошее предчувствие. Ее взгляд выцепил движение в темном углу: из тени вышел человек в белой тунике, на шее его блеснул амулет с топазом. Ред напряглась. — Верховный Лорд, — прошипела она. Кинзель заскулил, прижимаясь к ее ногам. Шейн перехватила топор, изучая мужчину. Землистая кожа, седые волосы, подстриженные вокруг рта в острую бородку. Карие глаза глубоко запали на суровом, костлявом лице, а тонкие губы изогнулись в гримасе, которая, как подозревала Шейн, была его вечным выражением. На широком поясе висел зазубренный клинок. Охотник остановился у железной жаровни, обводя их бесстрастным взглядом. — Удивлен, что вы зашли так далеко. — Голос его был хриплым и надтреснутым, а в ухмылке, кривившей губы, было что-то странное, будто она не подходила к чертам его лица. — Полагаю, они обязаны этим тебе. — Его взгляд впился в Ред. Ред затрясло, но она не отступила. — Что ж, когда дело доходит до предательства семьи, — горько бросила она, — у меня был лучший учитель. Отец. Отец? Шейн качнуло, словно от удара под дых. Позади Фи резко выдохнула. Но Ред ни на кого из них не смотрела. Она не отрывала глаз от человека перед ними, и в ее лице боролись страх и ненависть. — Ты дочь Верховного Лорда? — в ужасе спросил Перрин. — Была ею. — Ред до боли сжала кулаки под плащом. — Пока мой отец не вышвырнул меня и не попытался убить. В тот момент я решила, что мы в расчете. Шейн сжала топор так, что побелели костяшки; шум крови в ушах заглушал всё остальное. Ред была не просто дочерью какого-то охотника — она была дочерью их верховного вождя. Внезапно все части мозаики сложились. Ее гнев и отчаяние, ее недоверие и горечь. И то, как она иногда смотрела на Шейн — будто слишком долго жила во тьме и с трудом выносила свет. Плечи Ред дрожали, но она сделала шаг вперед, бросая вызов охотнику. — Ты один, и бежать тебе некуда. Ты не выйдешь отсюда живым. Мужчина разразился лающим смехом. — Зачем мне бежать? Теперь у меня есть все, что нужно. — О чем ты? — потребовала Ред. — О тебе. У Шейн все перевернулось внутри, когда охотник разжал кулак, протягивая ладонь к Ред. — Мне не хватало тебя, дочь моя. Больше, чем ты можешь представить. Не было дня, чтобы я не жалел о том, как потерял тебя. Вернись и займи свое законное место подле меня. Что-то было в корне не так — и с охотником, и с самой башней. Тени вокруг, казалось, становились гуще, воздух — спертым и удушающим. Что-то коснулось ноги Шейн, но она не могла отвести глаз от Ред. — Как ты её «потерял»? — выплюнула Шейн. — Ты имеешь в виду — выкинул как мусор и приказал прикончить? Но Ред будто не слышала ее. Она выглядела раздавленной, лицо посерело, руки обхватили живот, словно она пыталась удержать себя от распада. Или сдержать порыв. Сердце Шейн сжалось. Нет. Быть не может. Не может Ред всерьез помышлять о том, чтобы приползти к нему обратно. Шейн знала лишь малую долю того, через что отец заставил ее пройти, но даже этого было слишком много, чтобы прощать. Ее взгляд замер на выцветшей татуировке на шее Ред. — Ред... ты не можешь... — Шейн! — шикнула Фи, вцепляясь в ее куртку. Шейн резко обернулась. Глаза напарницы были расширены от ужаса, и в ту же секунду Шейн все поняла: и что происходит, и что было не так с Верховным Лордом. «Ред!» — хотела крикнуть она, но было поздно. Золотые нити уже поползли по ее ногам, а теперь захлестнули горло, перекрывая слова. Руку Фи сорвало с ее плеча, и внутренности Шейн ухнули вниз, когда ее подбросило в воздух, подвесив над полом в паутине сияющих золотых нитей. Они угодили прямиком в ловушку. И расставили ее вовсе не охотники, а куда более опасный враг. Внизу Ред сделала еще один шаг. Одна дрожащая рука выпустила край плаща. — Да, — пропел мужчина, подзывая ее. — Я люблю тебя. Всегда любил. Вернись. «Нет, Ред!» — кричала Шейн в мыслях, глядя, как девушка делает один неуверенный шаг, затем другой. Попытки вырваться лишь затягивали путы, нити впивались в кожу. Те же самые нити, что пленили людей в замке Андара, — несокрушимые нити непобедимой Пряхи.