Пепел на витражах

      Малфой появился в гостиной спустя всего полчаса, но этих тридцати минут оказалось достаточно, чтобы довести его до тихого, вязкого раздражения.       Эта ведьма вытащила его из блаженного, почти спасительного сна и отправила обратно — думать, работать, разбираться.              Он, разумеется, занялся.       Драко отправился туда, где, как ему казалось, можно было хоть что-то узнать о магловских компьютерах. Вернулся он с бумажным пакетом, набитым книгами, и с раздражением, которое ощущалось почти физически.       Он до сих пор не мог решить, что его больше поразило — просьба, с которой он пришёл, или вид Джима.       Тот стоял посреди своей квартиры, облокотившись на швабру, листал какой-то квиддичный журнал и с поразительным усердием игнорировал мусор вокруг — фантики, бумаги, перевёрнутые коробки. Это было многим, но точно не уборкой.       Запрос Малфоя он, однако, проигнорировать не смог.       Вспоминая это, Драко с силой вывалил потрёпанные книги на журнальный столик. Те с глухим стуком рассыпались по поверхности.       — Дракл его дери, — процедил он.       Он опустился на диван и схватил первую попавшуюся книгу.       Джим смеялся. Не просто смеялся — почти сгибался пополам, держась за эту чёртову швабру, когда Малфой, насколько это было возможно, завуалированно поинтересовался… электронными таблицами.       Страницы шелестели под пальцами.       Он не читал. Листал.       — Ты даже не знаешь, как включить компьютер, Малфой.       — Это не мешает мне понять, что ты идиот, — процедил он тогда.       Драко остановился на развороте, но взгляд скользнул по строчкам, не задерживаясь ни на одной. Буквы складывались в бессмысленный шум.       Он резко захлопнул книгу и отбросил её на стол.       — Чёрт.       Он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.       Усталость накрыла внезапно и тяжело — накопленная за последние дни, пропущенные приёмы пищи, бессонные ночи. Мысли, наконец, отпустили.       И Драко, сам того не заметив, задремал.       За окном уже стемнело, когда Малфой вздрогнул от громкого хлопка входной двери. Грейнджер влетела в квартиру почти вихрем.       До конца не проснувшийся, Драко поморщился и медленно провёл рукой по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна. Сквозь прищур он заметил, как Гермиона на ходу сбрасывает ботинки и направляется на кухню.       За то недолгое время, что они провели вместе, он успел изучить её достаточно хорошо.       И сейчас он видел: она взвинчена.       И, как ни странно, это его не особенно волновало.       До того момента, пока она не решила взять ситуацию под контроль.       Гермиона вернулась с кухни со стаканом воды и остановилась у журнального столика, окинув взглядом книги.       — После нашего разговора ты решил, что информация сама придёт к тебе во сне? — она отпила, не отрывая от него взгляда.       Малфой лениво вытянулся на диване и подпер подбородок ладонью.       — Тебе, кстати, тоже не помешало бы немного поспать, — протянул он. — Возможно, это вернёт твою нервную систему в рабочее состояние.       В его голосе отчётливо прозвучала насмешка.       Гермиона фыркнула и взяла первую попавшуюся книгу.       — «Компьютеры для начинающих», — она демонстративно развернула обложку к нему и приподняла бровь. — Не думаешь, что это немного… базовый уровень для такого эксперта, как ты? Может, стоило начать с чего-то попроще. Азбуки, например.       Драко медленно улыбнулся, не сводя с неё взгляда.       — Если ты собираешься мной командовать, Грейнджер, — протянул он мягко, — можешь делать это чуть более… откровенно.       Он чуть наклонил голову.       — Признаться, меня это весьма… бодрит. Когда мной распоряжается сильная и красивая ведьма.       Гермиона почти поперхнулась.       Вода резко пошла не туда, но она лишь на секунду задержала дыхание, заставив себя проглотить, не выдав ни звука. Только пальцы чуть крепче сжали стакан.       Разумеется, Малфой не мог просто ответить нормально.       Она медленно опустила книгу на стол, будто его слова вообще не достигли цели.       — Не льсти себе, Малфой, — ровно произнесла она, даже не глядя на него. — Я командую исключительно из профессиональных соображений. Тебе до остального… далеко.       Она всё же позволила себе короткий взгляд — быстрый, острый. И, развернувшись, направилась к балкону. Только когда за спиной закрылась дверь, она позволила себе выдохнуть. Сердце билось быстрее, чем должно было.       Глупо. Совершенно глупо.       Она сделала глоток воды, опираясь ладонями о холодные перила и глядя на вечерний Лондон. Огни расплывались, город жил своей жизнью — спокойной, далёкой, никак не связанной с их делом.       Им нельзя было выпадать. Нельзя было терять концентрацию.       Гермиона сжала губы. Она расслабилась и позволила себе… отступить. Пока они с Малфоем были формально напарниками, на деле он уже действовал без неё. Он и Джим. Решали, искали, рисковали — без неё.       Она узнала о серверной уже после.       О документах — после.       О том, что он нашёл в коробке — тоже.       И это задело.       Сильнее, чем она была готова признать. Не потому что ей не доверяли. А потому что… она позволила этому случиться. Она сама дала слабину.       Гермиона выпрямилась, глубже вдохнула холодный воздух.       Нет.       Хватит.       Если дело действительно выходит из-под контроля, она не имеет права отступать. Ни на шаг.       Даже если им приходится работать вдвоём. Даже если это — Малфой. Особенно если это Малфой.       Она сжала пальцы вокруг стакана. И тут же нахмурилась, почти раздражённо. Потому что где-то под всем этим — под раздражением, под холодной логикой — всплывало совсем другое. То, как он сказал это. Слишком спокойно. Слишком… уверенно. Сердце снова неприятно дрогнуло.       — Замечательно, — пробормотала она себе под нос. — Просто замечательно.       За спиной послышался тихий скрип двери. Она не обернулась. Шаги были неспешными и уверенными. Потом — короткий щелчок. И мягкий звук зажигалки. Гермиона замерла, глядя вперёд. Он вышел за ней и встал рядом, чуть позади. Не касаясь. Но достаточно близко, чтобы это ощущалось.       Гермиона не обернулась. Только чуть крепче сжала пальцы вокруг стакана. Холод стекла отрезвлял, но не помогал.       Запах дыма вплёлся в вечерний воздух.       — Ты собираешься стоять здесь до утра? — негромко спросил Драко.       Его голос был спокойным. Почти ленивым. Как будто ничего не произошло. Как будто между ними не было ничего, о чём оба сейчас упорно молчали.       Гермиона едва заметно склонила голову.       — А ты собираешься комментировать каждое моё действие?       — Только те, которые мешают делу.       Она тихо усмехнулась. Усмехнулась — и сразу же пожалела.       — Значит, теперь ты решаешь, что мешает делу?       Он сделал затяжку.       — Я решаю, что эффективно.       Гермиона повернулась. Медленно. И посмотрела прямо на него.       — Эффективно — это проводить операции за моей спиной?— ее голос ровный, почти холодный.       Но где-то глубже — за этим тоном — пряталось другое. Не только злость.       Драко чуть прищурился.       — Мы уже это обсуждали.       — Нет, — перебила она, чуть тише. — Мы это обошли.       Слова повисли между ними. Как и многое другое.       Малфой не ответил сразу. Смотрел. Как будто пытался понять, где заканчивается её раздражение и начинается… что-то ещё.       Гермиона первой отвела взгляд. Не потому что хотела. Потому что было проще.       — Ты не обязан работать со мной, Малфой, — сказала она тише. — Но если мы в одной операции, я не собираюсь играть роль декорации.       — Ты не декорация.— Драко сказал это сразу.              И именно это её выбило. Она усмехнулась — на этот раз резче.       — Тогда, возможно, стоит вести себя, будто это действительно так.       Он отвернулся, выдыхая дым в сторону. Как будто ему нужно было что-то скрыть. Или собраться.       — Ты была занята.       — Я была рядом, — резко.       И вот теперь между ними не осталось ничего лишнего. Только правда. И расстояние, которое вдруг стало слишком ощутимым.       — Я не собирался…— он замолчал.       — Не собирался что?       Малфой смотрел на неё. И в этом взгляде было что-то, что не имело никакого отношения к расследованию. Гермиона почувствовала это раньше, чем успела осознать. И сделала шаг назад. Маленький. Но достаточный.       — Нам нужно работать, — сказала она уже жёстче, возвращаясь в привычную роль. — Если ты нашёл тогда что-то в документах, я хочу это увидеть.       Он кивнул.       — Я покажу тебе.       Где-то внизу проехала машина. Ветер тронул её волосы. И Драко, сам того не замечая, задержал взгляд чуть дольше, чем следовало.       А потом — звонок в дверь разрезал тишину. Возвращая их обратно.       Гермиона выдохнула.       — Похоже, времени на разбор полётов у нас нет.       Драко затушил сигарету о край пепельницы.       — Похоже на то.       Он уже развернулся, когда она окликнула:       — Малфой.       Драко остановился. Не оборачиваясь.       — Какой у нас план?       Он выждал небольшую паузу. Он чуть повернул голову.       — План всё тот же, разве нет?       И, стряхнув остатки пепла, вышел с балкона. Гермиона осталась на секунду одна. Сердце всё ещё билось быстрее, чем должно. Это было глупо.       Она сжала пальцы, заставляя себя успокоиться. И пошла следом. Потому что, как бы ни хотелось задержаться в этом моменте — у них действительно не было на это времени. Всего несколько мгновений — и входную дверь перед гостями открывал уже не насмешливый Драко Малфой, а покладистый и почти приветливый Деймон Хантер.       Гермиона уловила эту едва заметную смену в его поведении, и от этого по её спине пробежали мурашки. Это происходило слишком быстро, слишком естественно — как будто он действительно умел становиться кем-то другим.       Она слегка тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и заставила себя сосредоточиться на том, что у неё самой получалось всё лучше с каждым днём.       Притворяться.       По крайней мере, ей так казалось.       Когда дверь открылась, и Малфой впустил гостей, Гермиона сразу заметила небольшую офисную коробку в руках Оливера. Он держал её аккуратно, почти бережно, и при этом улыбался — слишком спокойно для человека, который только что лишился всех цифровых архивов.       Эмма выглянула из-за его плеча и тут же заметила Гермиону.       — Мина, — её лицо озарила широкая улыбка, — мы, помимо скукоты, которую притащил Оливер, захватили ещё кое-что.       Драко отступил в сторону, пропуская их внутрь, и коротким жестом пригласил пройти дальше.       Гермиона едва успела ответить улыбкой, как её внимание снова притянула коробка. Оливер поставил её на журнальный столик. И в этот момент всё остальное будто немного отступило. Потому что теперь это уже было не просто вечернее общение.       Это было то, ради чего они здесь.       Эмма уже что-то говорила, просила показать квартиру, но Гермиона почти не слышала её слов. Всё её внимание было приковано к коробке в руках Оливера. Взгляд словно зацепился за неё и не мог оторваться. Что внутри? Если верить Малфою, они ещё никогда не были так близко к возможной развязке, и от этой мысли становилось почти невыносимо. Слишком близко — и в то же время всё ещё вне досягаемости.       Гермиона сжала пальцы, заставляя себя не двигаться. Она не могла просто подойти, не могла открыть коробку и начать перебирать документы прямо у них на глазах, жадно вчитываясь в каждую строчку. Это разрушило бы всё. Их прикрытие. Их позицию. Всё, что они так долго выстраивали.       — Мина?       Голос Эммы вырвал её из мыслей. Та уже прошла на кухню и обернулась, ожидая. Гермиона незаметно втянула воздух сквозь зубы и натянула на лицо улыбку — быструю, выверенную, почти безупречную. Контроль. Сейчас ей нужен был контроль. И наблюдение. Потому что Эмма… Гермиона до конца не понимала её, а значит — не могла позволить себе упустить её из виду.       — Иду, — легко ответила она, делая шаг в сторону кухни.       Малфой уже приоткрыл коробку. Быстро и уверенно. Он вытянул первый лист, наклонился ближе и начал читать, не скрывая интереса, пока Оливер стоял рядом и что-то тихо объяснял, указывая пальцем на строки. Гермиона почувствовала, как внутри неприятно сжалось. Он снова был на шаг впереди.       Она отвела взгляд, но на секунду всё же задержалась, будто не хотела отпускать этот момент. А потом развернулась и пошла на кухню — потому что сейчас у неё была другая задача.       Гермиона мечтала только об одном — как можно быстрее закончить эту бесконечную экскурсию по дому.       Но от Эммы было не уйти. Ни вежливо, ни резко — никак.       Та с неподдельным восторгом скользила взглядом по каждой детали интерьера, задерживалась у мелочей, словно пыталась запомнить всё до последнего узора.       — Боже, какие шторы… Где вы их нашли? — в который раз спросила она, проводя пальцами по ткани.              — Мы… путешествовали, — уклончиво ответила Гермиона, даже не глядя в её сторону. Сначала она пыталась придумывать правдоподобные ответы. Потом — устала. Теперь просто выживала.       Когда они наконец вернулись в гостиную, Гермиона едва сдержала облегчённый выдох — и тут же замерла.       Драко Малфой уже сидел за столом, склонившись над бумагами. Пальцы напряжённо удерживали лист, взгляд скользил по строкам с такой жадностью, будто он пытался ухватиться хоть за что-то понятное в этом хаосе.       Или сделать вид, что понимает.       Оливер, сияющий и воодушевлённый, без остановки выкладывал перед ним всё новые отчёты.       — …и вот это особенно важно, здесь последние данные, — говорил он, не замечая, как с каждым листом Малфой всё глубже тонет.       Гермиона подошла ближе, почти бесшумно, и склонилась чуть в сторону, ловя обрывки текста.       Археологический отчёт… исследование собора…       Её пальцы невольно дрогнули.       Ей хотелось вырвать эти бумаги. Прямо сейчас. Закрыться. Читать. Разбирать. Понимать. А не стоять здесь, играя в чужую жизнь. И в этот момент мысль пришла мгновенно. Чёткая. Холодная. Идеальная.       Она улыбнулась.       — Деймон, милый, — голос прозвучал мягче, чем она ожидала от самой себя, — ты не сделаешь нам кофе?       Малфой поднял голову. И посмотрел прямо на неё.       В его взгляде не было ни тепла, ни раздражения — только острое, почти опасное непонимание.       Ты серьёзно?       Гермиона выдержала этот взгляд. Даже усилила улыбку.       — Ты же всегда его готовишь, — добавила она тихо, чуть наклонив голову. — У тебя получается… идеально.       Она почти слышала, как в его голове складывается картина.       Он понял. Конечно понял.       Его губы едва заметно дёрнулись — не улыбка, нет. Скорее предупреждение. Но он всё же отложил бумаги.       — Разумеется, — протянул он, не отрывая от неё взгляда.       И встал.       Оливер, будто только сейчас очнувшись, хлопнул себя по лбу:       — Ох! Простите, я сразу с делами… Совсем забыл, что мы в гостях!       Он поспешно потянулся к пакету и достал коробку.       — Мы, кстати, кое-что принесли к кофе…       Гермиона уже почти не слушала. Её взгляд скользнул к оставленным на столе бумагам. И на этот раз никто не мешал. Она проследила взглядом, как все трое скрылись на кухне, и в ту же секунду резко обернулась к столу. Времени не было.       Она жадно пробежалась глазами по бумагам перед собой, перелистывая их быстрее, чем успевала осмыслить. Мысль билась в голове одна и та же: заберёт ли Оливер их обратно? Рисковать было нельзя.       Магия — исключена. Им строго запретили пользоваться палочками. Они не знали, кто их враг, и уж тем более — знает ли он, что Аврорат уже выходит на его след. Любой, даже самый слабый магический след мог выдать их.       С кухни доносились приглушённые голоса и звон посуды. Слишком громко. Слишком близко. Гермиона заставила себя сосредоточиться. Строки, даты, подписи — всё сливалось в одно… пока вдруг она не замерла.       Она нашла.       Перед ней лежал отчёт об исследовании собора Святого Павла — первого места взрыва. Глаза быстро пробежали по тексту. Ничего. Ничего… кроме даты.       Гермиона нахмурилась. Отчёт был составлен за две недели до взрыва.       Её пальцы уже искали дальше. Следующий лист, ещё один — и вот почти такой же документ. Собор Святого Данкана.              Она вытащила его из стопки и положила рядом. Сердце ударило сильнее.       Дата.       Три недели назад.       — Чёрт… — едва слышно выдохнула она.       И в этот момент — шаги. Лёгкие, плавные. Со стороны кухни.              Гермиона среагировала мгновенно. Бумаги — обратно в стопку. Ровно, быстро, почти идеально. Она метнулась к дивану и уже в следующую секунду лихорадочно переворачивала подушки, делая вид, что что-то ищет.       Эмма вошла в гостиную как раз в этот момент и замерла на пороге.       — Мина… ты что-то потеряла?       Гермиона не обернулась сразу — дала себе долю секунды.       — Д-да, я пытаюсь найти… — она судорожно перебирала в голове варианты, — я… Мысль ускользала. Слишком поздно.       Эмма уже подошла ближе, наклонилась, перевернула одну из подушек.       — Вот же он.       Пульт.       Она победно подняла его и протянула Гермионе.       — Не стоит благодарностей, миледи, — с улыбкой сказала она, делая лёгкий реверанс. — Я всегда к вашим услугам.       Гермиона на мгновение застыла, всё ещё удерживая в голове даты, соборы и взрывы. Затем выдавила улыбку.              И тут же гостиная наполнилась смехом. С кухни донёсся приближающийся шум шагов и негромкий смех.       Через мгновение в гостиную вернулись Драко и Оливер — каждый с кружками в руках. От кофе поднимался тонкий пар, наполняя комнату тёплым, густым ароматом. Драко держал две кружки чуть напряжённо, будто это было не самое привычное для него занятие. Его движения оставались выверенными, но в них чувствовалась сдержанная раздражённость.       Оливер, напротив, выглядел откровенно довольным.       Подойдя ближе, он тихо усмехнулся и, поравнявшись с Гермионой, легко толкнул её локтем в плечо.       — Ты решила поиздеваться над своим мужем? — с весёлой насмешкой прошептал он.       Гермиона едва повернула голову в его сторону, но не успела ответить.       — Знаешь, — продолжил Оливер, уже не сдерживая улыбки, — это было довольно занимательно. Деймон перерыл все шкафчики вверх дном, пытаясь найти кофе.       Гермиона медленно перевела взгляд на Драко. Он уже спокойно смотрел на неё. В его глазах мелькнуло что-то опасно-насмешливое, почти предупреждающее.       Ты мне это ещё припомнишь.       Но вслух он ничего не сказал. Только протянул ей кружку.       — Твой «божественный» кофе, — произнёс он тихо, с едва уловимой интонацией.       И эта интонация была куда выразительнее любых слов.

***

      Прошло уже почти полчаса.       Полчаса офисных сплетен, пустых разговоров и бесконечного смеха Эммы. Гермиона вежливо улыбалась, кивала в нужных местах, но внутри буквально выла от нетерпения. Бумаги лежали совсем рядом. Практически в её руках.       И всё же — недосягаемы.       Эмма снова рассмеялась и с энтузиазмом начала очередную историю из офисной жизни. Гермиона уже не слушала. Она ловила себя на том, что считает секунды.       И вдруг Драко заговорил.              — Кстати, Оливер, ты говорил, что это не все документы.       Гермиона едва заметно напряглась.       Оливер кивнул и поставил кружку на стол.       — Да. Это только то, что я уже успел обработать.       — Самое простое? — уточнил Драко, делая вид, будто просто поддерживает разговор.       — Именно, — Оливер поднялся и подтянул коробку ближе. — Я уже всё разделил. Это копии, я внёс некоторые пометки…       Он указал на поля, исписанные аккуратными обозначениями.       — Прости, что так нагружаю тебя, Деймон, но у меня правда мало времени. Я бы хотел начать уже завтра.       Драко откинулся в кресле, словно задумавшись. Он сделал глоток кофе, затем медленно поставил кружку на столик перед собой.       Пауза затянулась на секунду дольше, чем нужно.       — Ты говорил, в Фонде не в восторге от идеи с помощником, — произнёс он наконец. — Значит, там мы работать не будем?       Эмма резко оживилась.       Она ударила кулачком по дивану, чуть не расплескав кофе.       — А что если мы будем работать у нас? После офиса?       Оливер поморщился, явно прикидывая, но не успел ничего сказать.       — Или, — мягко перебил его Драко, не отрывая взгляда от Оливера, — я могу для начала просто разобраться с этими документами сам. Если честно, не хотелось бы заниматься этим ни в офисе… ни в гостях.       Он улыбнулся. Легко и с уверенностью.       Гермиона почувствовала, как внутри всё сжалось. Вот оно. Оливер шумно выдохнул, явно колеблясь.       — Но тогда как?..       Гермиона уже понимала, к чему ведёт Драко. Он хочет оставить бумаги у них.       — Думаю, это хорошая идея, — спокойно вмешалась она, переводя взгляд на Оливера. — Деймон работает гораздо эффективнее в спокойной обстановке. Дома его никто не будет отвлекать.       Она не смотрела на Драко, но чувствовала его внимание.       Оливер переводил взгляд с одного на другого, словно пытался принять решение, от которого зависело больше, чем просто работа.       — Так… действительно будет лучше, — наконец сказал он.       Он протянул Драко руку.       — Тогда по рукам. Но это должно остаться между нами. Если кто-то узнает, что ты мне помогаешь… у нас у всех могут быть проблемы. Особенно если всплывёт, что я отдал бумаги.       Драко не колебался ни секунды. Он пожал его руку.       — Всё будет в порядке, — ответил он спокойно. — Я сам хочу помочь. К тому же… мне будет полезно изучить новые методы исследования.       Он говорил уверенно. И только Гермиона заметила, как в его глазах мелькнуло то самое выражение — он уже играл. И выигрывал.       Оливер, воодушевлённый тем, что договорённость достигнута, почти сразу перешёл к делу. Он начал подробно объяснять, как устроена их система: какие программы используются для обработки данных, как формируются таблицы, где искать архивы и каким образом отмечаются важные находки. Его речь текла быстро и уверенно, с привычной для него увлечённостью. Драко кивал в нужных местах, иногда задавал короткие уточняющие вопросы, но в целом держался так, будто прекрасно ориентируется в теме.       Гермиона наблюдала за этим почти с напряжением. Слишком внимательно. Она видела, как он цепляется за ключевые слова, как чуть медленнее реагирует на детали, как иногда задерживает взгляд на Оливере на долю секунды дольше, чем нужно. Он играл — и играл хорошо. Но не идеально. И только она это замечала.       Разговор затянулся. Минуты складывались в почти час, наполненный схемами, объяснениями и воображаемыми таблицами, которые Оливер рисовал словами в воздухе. В какой-то момент даже Гермиона начала улавливать структуру, хотя сама бы ни за что не призналась, насколько ей это интересно.       И именно тогда всё оборвалось.       — Так, всё, хватит.       Эмма буквально вырвала папку из рук Оливера, не давая ему договорить. Она встала между ними, как непробиваемая стена, и смерила обоих строгим взглядом.       — Я вообще-то уже и так разрешила вам работать дома, — заявила она. — И этого более чем достаточно.       Оливер попытался было возразить, но она даже не дала ему открыть рот.       — Нет. Ни слова, — отрезала она, а затем мгновенно смягчилась и хитро улыбнулась. — Ты же прекрасно знаешь, что я ненавижу переносить работу на дом.       Она развернулась, схватила с тумбы коробку и почти театральным жестом бросила её Гермионе.       — Мина, я вообще-то пришла ради этого, а не ради этих скучных бумажек.       Гермиона машинально поймала кассету и опустила взгляд.       Доктор Кто. Первые серии.       На секунду она замерла. Где-то на краю сознания всё ещё крутились даты, отчёты, соборы… но выбора не было. Слишком подозрительно было бы настаивать. Она медленно выдохнула.       — Ладно, — тихо сказала она.       Поднялась, прошла к выключателю и щёлкнула светом. Гостиная погрузилась в мягкий полумрак. Через мгновение зашуршал телевизор, и комната наполнилась тихим шумом включающейся записи.       Гермиона вернулась к дивану.       Они расселись рядом — чуть теснее, чем было нужно. Эмма устроилась с краю, довольная собой, Оливер всё ещё выглядел так, будто мысленно возвращается к работе. Драко опустился последним.       И экран ожил.

***

      Гермиона не помнила, сколько продержалась.       Усталость и хронический недосып взяли своё — уже на первых минутах серии она незаметно для самой себя провалилась в сон. Она вынырнула из него резко, будто кто-то выдернул её на поверхность. Диван рядом стал легче. Эмма поднялась.       Гермиона медленно открыла глаза и провела ладонью по лицу, пытаясь прогнать остатки сна. На экране уже шли титры — белые буквы расплывались, терялись, не складывались в слова. И только тогда она почувствовала тепло под щекой.       Гермиона замерла. Очень медленно подняла взгляд. Она лежала на груди Малфоя.       Его рука покоилась у неё на плече, удерживая — не сжимая, но и не позволяя соскользнуть. Он сидел неподвижно, взгляд направлен на экран, словно происходящее его полностью поглощало. Будто он совершенно не замечал, что её волосы щекочут его шею. Или делал вид, что не замечает.       В следующую секунду Гермиона окончательно проснулась. Она резко отстранилась, скидывая его руку со своего плеча, и села ровнее, почти слишком быстро. Щёки предательски вспыхнули.       Она упрямо уставилась в темноту перед собой, благодарная тому, что полумрак скрывает её.       — Видимо, ты устала, Мина, — тихо сказала Эмма.       Гермиона повернула голову. Та уже стояла, собирая пустые кружки, и смотрела на неё с мягкой, почти понимающей улыбкой.       — Мы с Оливером уже пойдём.       Голос у неё был спокойный, тёплый — и почему-то это смущало ещё сильнее. Гермиона поднялась, всё ещё чувствуя остатки тепла там, где только что лежала рука Малфоя.       — Прошу прощения… — тихо сказала она. — Я немного устала.       Они их проводили почти молча. Гермиона вежливо улыбалась, кивала, что-то отвечала Эмме, но слова проходили мимо неё. Всё её внимание было сосредоточено на одном — на присутствии рядом.       На нём.       Она не смотрела на Драко. Но слишком отчётливо ощущала его рядом. И это было куда хуже. Дверь тихо закрылась за Оливером и Эммой. Щёлкнул замок. И в квартире сразу стало тихо. Когда шаги на лестнице окончательно стихли, Гермиона медленно повернулась обратно в гостиную.       Драко уже стоял у дивана, небрежно опираясь на его спинку, будто никуда и не двигался всё это время. Рукава рубашки были слегка закатаны, в пальцах — её забытая кружка. Он смотрел прямо на неё.       Гермиона прошла мимо него, чуть быстрее, чем собиралась, и остановилась у стола, делая вид, что собирает оставшиеся вещи. Она не поднимала на него взгляд. И именно поэтому услышала его голос особенно отчётливо.       — Удобно устроилась.       Она замерла.       — Я… — Гермиона нахмурилась, всё ещё не оборачиваясь, — я уснула, я не…       — На мне, — лениво уточнил он.       Тишина натянулась, как струна. Гермиона всё же повернулась.       — Я не специально.       — Разумеется, — кивнул он, делая шаг ближе. — Ты просто… случайно решила использовать меня в качестве подушки.       Его голос был спокойным, почти невинным. Только вот взгляд — совсем нет. Гермиона скрестила руки на груди, стараясь вернуть контроль.       — Не льсти себе, Малфой.       Он усмехнулся. Тихо. Почти довольно.       — Поверь, Грейнджер, я бы запомнил, если бы ты делала это специально.       Он остановился совсем рядом. Слишком близко. Гермиона почувствовала, как снова начинает предательски теплеть кожа на щеках, и резко отвела взгляд.       — Мы должны заняться документами, — сказала она, чуть быстрее, чем нужно.       Попытка сменить тему.       — М-м, — протянул он, не двигаясь. — Конечно.       — Но сначала, — добавил он чуть тише, — ты, возможно, захочешь объяснить, почему во сне выглядела… так спокойно.       Гермиона резко подняла на него взгляд.       — Что это вообще значит?       Его губы едва заметно изогнулись.       — Это значит, — медленно сказал он, — что я начинаю подозревать, что ты мне доверяешь.       Гермиона сжала пальцы, пытаясь удержаться за рациональное, привычное, безопасное.       — Не делай поспешных выводов.       — Я и не делаю, — мягко ответил он. — Я наблюдаю.       И на этот раз он всё-таки отступил. Ровно на шаг. Давая ей пространство. Но не отпуская.       — Ну что, Грейнджер, — добавил он уже почти деловым тоном, кивая в сторону коробки с документами, — посмотрим, ради чего ты устроила весь этот… спектакль с кофе?       Гермиона глубоко вдохнула. И только сейчас позволила себе посмотреть на него прямо. И теперь — без свидетелей.       Часы тянулись мучительно медленно.       С каждой новой бумагой, оказывающейся на диване, время будто растягивалось ещё сильнее. Они читали по очереди, иногда обменивались короткими фразами, но в основном работали в тишине, стараясь выловить хоть какие-то совпадения, закономерности, зацепки.       Пока — ничего.       Перед ними лежали отчёты почти сотни исследований различных архитектурных памятников. Сухие, точные, выверенные до мелочей. Всё выглядело… слишком научно. Слишком правильно.       Гермиона сначала разложила документы по датам исследований. Когда это не дало результата — изменила подход и начала сортировать их по исследователям, отмечая, кто где участвовал.       Это тоже ни к чему не привело. К полуночи она уже больше десяти раз перечитала наиболее подозрительные отчёты. Одни и те же строки, одни и те же формулировки — до боли знакомые.       Перед ней была головоломка. И она знала — ответ есть. Она почти чувствовала его.       Гермиона настолько углубилась в работу, что не сразу заметила, как Драко исчез. Впрочем, его отсутствие даже порадовало — тишина стала глубже, чище, позволяя сосредоточиться.       Но когда он вернулся… Она почувствовала это сразу. Тёплый пар после душа, смешанный с каким-то слишком идеальным, раздражающе приятным ароматом.       Гермиона подняла голову. И замерла.       Малфой выглядел… свежим. Волосы ещё немного влажные, рубашка сменена, рукава небрежно закатаны.       И, что хуже всего — он выглядел довольным. Он даже не спросил. Просто подошёл, наклонился — и одним движением сгреб бумаги с дивана, отправляя их обратно в коробку.       — Что ты делаешь?! — Гермиона вскочила, пытаясь перехватить документы. — Отдай сейчас же.       — Нет, — спокойно, почти холодно ответил Драко, даже не глядя на неё. — Нам нужен отдых.       — Я в порядке, — резко отрезала она, скрестив руки на груди.       Он вскинул бровь.       — Разумеется.       И, не останавливаясь, продолжил складывать бумаги.       — Это, — он взмахнул одним из отчётов прямо перед её лицом, — подождёт до завтра.       — О нет, — Гермиона шагнула ближе, голос стал жёстче, — завтра я намерена отнести это Гарри, и мы вместе решим, насколько это важно.       Она намеренно выделила последнее слово. Драко на секунду замер. Затем медленно поднял на неё взгляд. И кивнул.       — Хорошо, — спокойно сказал он. — Значит, завтра и посмотришь.       И прежде чем она успела среагировать, он окончательно вырвал оставшиеся бумаги из её рук, уложил их в коробку и с подчеркнутой аккуратностью закрыл крышку. Гермиона смотрела на коробку так, будто он только что запер в ней не бумаги — а ответ.       — Малфой…       — Грейнджер, — перебил он, чуть мягче, но всё так же твёрдо. — Ты уже по десять раз перечитывала одно и то же.       — И если там есть ответ, — добавил он тише, — ты его сейчас не увидишь.       Он сделал шаг ближе. Но достаточно, чтобы её внимание снова переключилось на него.       — Завтра, — сказал он. — С ясной головой.       И на этот раз в его голосе не было ни насмешки, ни игры. Только уверенность. И это злило её ещё сильнее.